Слишком поздно, Саске...

«На меня снова давят эти воспоминания. Воспоминания о том, что я когда-то был с Саске. Я никогда не могу перестать писать сюда, думать о нем, говорить, равняюсь даже на него до сих пор… Он мне был всегда другом, моей опорой, поддержкой. Братом, которого у меня и вовсе не было! А что сейчас? .. Сейчас я ему не нужен, да и кто знает — может ради своего шарингана, он и решил меня использовать?! В детстве я просто на дух не переносил Учиху. Но с тех пор, как мы родились в этой стране, я думал, что быть рядом с ним — это здорово. Пусть он меня и бесил, считал соперником, но его присутствие рядом со мной успокаивало, как прикосновение отца. Странно любить того, кого ты так сильно ненавидел… Пусть и странно, но.. здорово. И сейчас Саске исчез из моей жизни. Я не знаю, радоваться мне или плакать, но переносить эту колющую боль в груди — выше моих сил. Выше моего достоинства. Я его потерял снова, и на этот раз по своей вине… Но я рад… Рад, что Саске жив до сих пор и продолжает бороться за свою свободу! Надеюсь, он будет в порядке.       Иногда он проявлял свою жестокость и срывался на мне, но мне казалось, что в глубине души он чувствует вину, понимает мою жизнь и мысленно просит „Держись!“. И я его слушаю. Не знаю почему, но я его слушаю, словно марионетка в руках кукольника. Но… Я.. Счастлив. Я счастлив был попасть именно в команду с Саске. Сакурой. Какаши сенсеем. Эти люди — моя новая семья, хоть и не родная, но всё же… Я им обязан очень многим! Какаши я должен новую книжку про „Приди, приди Рай!“, Сакуре букет цветов, а Учихе — еще один честный бой. Ха, забавно думать об этом… Я так хочу домой. К семье. К прежней жизни. Но я не могу. Я словно привязан к нему, а он меня и отпускать не хочет. На самом деле, если найти с ним общий язык — то он очень добрый. Даже в Ичираку два раза мне рамен покупал, ха-ха! Саске слишком загадочный. Слишком занудливый и слишком.. эгоистичный. Я не в обиде за прошлое, не в обиде за Коноху или за смерть других, но мне обидно от того, что он растоптал мои чувства к нему. И что же со мной стало? Поступил в АНБУ. Отказался от мечты своей жизни. Разрушил свою жизнь и жизнь своей фальшивой смертью других. Бабуля Цунаде пообещала принять меня в АНБУ лишь при одном условии — моё существование здесь должны забыть остальные… И я согласился. Жалею ли я? Нет. Больно мне? Да. Но я искренне надеюсь, что эту запись найдет хоть кто-нибудь: Саске, Сакура, Какаши-сенсей, Ирука-сенсей, Киба или Ино.. Мне все равно. Я просто хочу попросить у них прощения за свою ложь, если я когда-нибудь умру по-настоящему и хочу сказать спасибо… Спасибо, что вы у меня есть!» Наруто читал своё старое, пожелтевшее от времени и скомканное, письмо. Он хранит его у себя в надежде на то, что как его тело покинет жизнь — его обязательно кто-то да прочитает. Он и не мечтал стать любимчиком деревни, он просто хотел, что бы все его признали героем, а не монстром Девятихвостого Лиса. Узумаки хотел, что бы его имя поминали добрым словом и приходили на могилу после смерти. Приносили ему цветы. Просили советы, как у мудрейшего санина… Да, о такой жизни мечтал Наруто. Тихой и мирной. Но зачем ему будущее, в котором нет Саске?! Сглотнув подкативший ком в горле, подавив внутри себя слезы, Наруто с громким звуком сложил аккуратно письмо и спрятал его в броне, в районе груди. Оглядевшись, он понял — у этих ребят есть будущее, более светлое, нежели у него. Он выбрал свой путь. Слишком упрямый. Слишком наглый. Слишком влюблён. — Стоп, — скомандовал ровным голосом, подняв руку в жесте, Наруто. Все заметно насторожились… Присутствие врага по чакре Наруто уже давно изучил, да и чакра слаба — наверное, опять какие-нибудь слабаки решили выведать секреты Конохи при помощи идиотской маскировки. Да Наруто их раздавит! — Их трое, — едва успел проговорить Шикамару, приняв боевую позу с кунаем. — Пятеро, — перебил его в наглую Наруто, складывая печати. Глаза тюнинов удивленно наблюдали за техникой и мастерством наёмника. Через три секунды, из кустов и деревьев попадали пятеро наёмных людей в масках, крича и хрипя, сдавливая руками свою грудь. Наруто подошёл к одному из них, достал из-за спины меч и приставил к глотке одного из них, притягивая за шкирку к себе. — Кто вы такие? Кто вас послал? Какой целью служит для вас Коноха? Отвечай! — неторопливо спрашивал Наруто, не давая прийти в себя преступникам, нажимая на лезвие катаны и щурясь от злости. Только Сакура хотела вмешаться и сказать, что бы он не торопился, но Ино ее разумно остановила. Посмотрев На подругу, на наёмника, она смиренно опустила голову и отошла. Мало ли что… — Д-деревня Скрытая в Водопаде! Косомацу Огири п-послал в д-деревню Коноха и… — Быстро отвечай, — прорычал Джинчурики, — Или ты хочешь остаться без глаза или носа? Или руки? Эта фраза подействовала на него сразу, да и тот с перепугу все разболтал. Оказывается, их целью была не Коноха, а тело „мёртвого“ Лиса, что бы продлить молодость их главе деревни. „Фиг дождутся — я же мёртв!“, мысленно съязвил Наруто и, поймав на патруле границ остальных убийц, отдал под стражу. Миссия выполнена успешно. Команда вернулась за отчетом к Пятой. — Э-эх, как же хорошо работают люди из АНБУ! — радостно крикнула на весь кабинет Цунаде, разливая всю выпивку на пол. У всех задергались глаза, а Шизуне опять начала учить… — Цунаде-сама! Воздержитесь от комментариев, пожалуйста! И хватит пить саке! Это же вредно! — Вредно не пить и становиться святошей, — отпустил шутку Наруто, насмешливо наблюдая за Цунаде. — А я-то думала, что в АНБУ все такие вежливые…- нервно протянула Ино, почесывая затылок. Тут Наруто едва сдержался, что бы не засмеяться от слов Яманаки. — Но, боюсь, этот — самый наглый из всех! — фыркнула устало Шизуне, отнимая бутылку алкоголя из рук Хокаге. Лениво опершись спиной о стену, Узумаки едва засмеялся и прикрыл глаза. Как же он скучает по этим временам! Как же он хочет обнять своих друзей и снова разговаривать о своих проблемах и миссиях! Этого так не хватает… Сакура, пристально наблюдавшая за наёмником, узнала в нём что-то родное… „Наруто?“, промелькнуло имя товарища в голове розоволосой, с надеждой на то, что это действительно он. Но нет. Наруто уже как четыре года мёртв… Но ничего, пройдет время, и он когда-нибудь вскроет свои карты и выиграет эту партию, но не в этот раз! Он обязательно вернет свое гиблое имя в Коноху! Пока слишком рано… Он не хочет получить тумаков от Сакуры и нравоучений от Какаши. Всему своё время. А пока, он просто скроет своё лицо в тени, понаблюдает за смехом лучей подруги и друзей и искренне порадуется за нее, что та не живёт прошлым! „Сакура очень сильная девушка. В обоих смыслах этого слова.“, мысленно улыбнулся Наруто, отдавая поклон Хокаге и прощаясь со всеми остальными. После того, как все покинули кабинет, Хокаге и Шизуне решили начать давно-таки старую и больную на сердце тему… — Ценаде-сама, может, уже пора рассказать всем? — волнительно спросила брюнетка, поглядывая за Наруто, что сидел на крыше здания напротив. Ее действие повторила и целительница. — Нет, Шизуне. Пока нельзя. Он еще до сих пор страдает из-за прошлого, — вздохнула она. — Вы имеете в виду Саске Учиху? — Верно. Он его любит. Причем очень сильно. — Ч-чего?! — опешила подчиненная, — Но так же неправильно! — Если эта любовь искренняя — то ей ничто не помешает. Ни расстояния. „Вдалеке Наруто видел силуэт Саске…“ — Ни время. „Они словно смотрят вдаль, видя на небе улыбки друг друга.“ — Ни преступление. „Наруто по-прежнему верит и ждет Саске. Если понадобится, он будет ждать его вечно. Ведь он его любит?“ — Вот как? — задумчиво протянула Шизуне, приложив палец к губам. Цунаде улыбнулась уголком губ и посмотрела на старую фотографию, на которой были три легендарных санина и их сенсей — Великий Третий Хокаге. Даже в прошлом есть что-то хорошее. — Слишком рано ты ушел, Джирайя, — проговорила Хокаге, глядя в небо и видя радостное, призрачное лицо Жабьего Санина- Наруто нужна опека. Старый болван. Джирайя для нее был самым лучшим другом, а сейчас этот друг — на небе. Вместе с Четвертым, Третьим и остальными Хокаге. Все будет хорошо, нужно лишь подождать! Вспоминая прошлое и идя к будущему, мы становимся сильнее благодаря расстоянию и укрепляем свою связь, принося клятву вечной любви. Где-то начало садиться солнце за окраиной деревни… Стало темнеть, начала восходить луна, оповещая о приходе ночи… Наруто обязательно покажет своё лицо Сакуре и остальным. Обязательно. Нужно только подождать.

***

Наруто любил гулять по вечерней Конохе. Пусть это его работа — охранять сон жителей, но он очень любил гулять по ночам. Он любил звезды и это синее, ночное небо. Он любил прохладный и ласковый ветер, радостные крики детей и улыбку их родителей. Он любил всех и каждого, пусть он и не знал всех жителей, но он от души поклялся сохранить деревню. Разгуливая по открытой улице, он не раз натыкался на удивленные лица с вопросами: — А почему наёмники АНБУ ходят по Конохе? Джинчурики с охотой отвечал, что это приказ Хокаге, и он беспрекословно выполняет его. Маленькие дети восторженно тыкали в него пальчиком и говорили, что они тоже станут таким же, как и тот „дяденька в маске“. А родители подходили и объясняли, что это Стражи Конохи. Защищают деревню и Хокаге. Наруто в душе улыбался и был рад, что его хоть так признают. Решившись заглянуть в Ичираку, Узумаки думал „А жив ли еще дедушка? Продает ли он мой любимый рамен?“, пусть эти вопросы и загоняли его в тупик, но он искренне надеялся, что да. Зайдя в небольшое помещение, в нос сразу ударил запах свежего бамбука. Приоткрыв пластиковую занавесу, Узумаки спросил: — Добрый вечер! Можно войти? — спросил он и осторожно присел на стул. Обычно он бесцеремонно врывался и кричал „Я пришё-ё-ёл!!!“, а сейчас просится вежливо войти. — Да-да, проходи! — громкий и дружелюбный голос знакомого старичка заставил Наруто радостно улыбнуться и незаметно взять меню в руки. — Можно мне рамен со свининой, пожалуйста? — довольно-таки тихо попросил Лис, не снимая маски с лица. Мужчина стал задумчиво вглядываться в прическу и цвет волос наёмника и вслушиваясь в голос молодого, как он посчитал, юноши. — Странно… Вы мне напоминаете одного молодого человека, — грустно протянул старичок и потер пальцами подбородок. Если бы Наруто мог, то бы он завизжал со всей силы и спрятался под стол, а так, честь, совесть и разум не позволяют это сделать. Позволяют лишь неловко замешкаться и испугаться того, что его опознают лишь по колючим волосам и голосу. — Хорошо, заказ скоро будет готов! — улыбнулся старик и прошел в кухню, на что тот облегченно вздохнул. Он всегда заглядывал после миссии сюда, садился за любой свободный стул и съедал по три чашки лапши, если не больше. Он считал это место своим вторым домом. Считал до тех пор, пока он не исчез из их жизни… Вдруг, снова прозвенел колокольчик, и сюда вошла девушка. Узумаки характерно обернулся и увидел… — Здравствуйте! — О, здравствуй, Сакура-чан, проходи, — весело помахала рукой дочь шеф-повара и присела рядом с наёмником. Сердце заколотилось, как бешенное, дыхание участилось, страх нарастал с каждой секундой нахождения рядом с ней. Наруто молился. Молился, что бы его не узнали. На таком расстоянии, и в прорези глаз заглянуть можно, и увидеть цвет глаз. Да лишь бы она по чакре не ощутила его присутствие! Блондин поспешно скрыл свою энергию, отодвигаясь и делая вид, что ждет заказ. „Чёрт, чёрт, чёрт!“ ругался все время он, как только она заметила его лицо и отвернулась. Потом снова повернулась и тыкнула в него пальцем: — Эй, вы же тот из АНБУ! Вы с нами шли на патруль, верно?! — восторженно крикнула Сакура, разглядывая юношу от и до. „Я влип. По полной.“, сглотнул Наруто, представив, что сделает с ним Харуно, если узнает что этот лис недоделанный жив. Страшно. Радостно. Стыдно. Все эти три чувства бились в груди Узумаки, словно волны на береге, отступающие назад и нахлынувшие снова. Он не знал — бежать ли ему или нет? Разговаривать с Сакурой или соврать? — Да, — хрипло и коротко ответил Наруто. Как раз подоспел заказ. Его любимый рамен. Сакура заметила, что незнакомец отодвигает маску… — Спасибо..- прошептал Наруто, взял палочки и, отодвинув маску до рта, не показывая лица, стал есть. „Эх, а могла увидеть лицо!“, растроенно вздохнула Сакура, понимая, что с наёмником ей не о чем разговаривать. Как же ей не хватает Наруто… Хоть он и был раздолбаем, упрямым дураком, слишком заботился о других, но он был хорошим собеседником. Всегда был готов выслушать. Понять. Помочь советом, хоть и глупым, но он всегда считал должным помочь друзьям. Джинчурики почувствовал, что в блюде чего-то не хватает… — Извините, а можно положить бамбук? — он указал палочками на лапшу, старичок кивнул и дал одну толстую, но маленькую тростинку. Мужчина что-то заподозрил. Сакура тоже не обделила вниманием незнакомца. „Но ведь только Наруто ест рамен со свининой и бамбуком!“, щелкнуло в голове обоих, и тут Сакура решила развести душевную тему. Но зря. — Вы тоже любите бамбук, да? Понятно… Знаю одного человека — он точно так же ел суп с ним. Считал, что это придает особый вкус, — Сакура грустно улыбнулась, Наруто застыл, — Но я его не слушала. Думала, бред. Оказывается, не Вы один его едите… — Извините, Сакура, а кто этот человек?- блондин пожалел, что спросил это и прикусил язык. На его слова Харуно никак не отреагировала и продолжила диалог. Да, Наруто хотел услышать то, что сейчас скажет о нем она… Хотел узнать, считают ли его другом, даже когда его нет… Подумав, что она испустит горечь и обиду на словах, розоволосая стала говорить медленно, но внятно. — Его звали Наруто Узумаки, — сглотнув слезы, прошептала Сакура. Наруто изумился, выпрямился и убрал миску, — Ему было семнадцать, солнечный парень, голубые глаза, колючие волосы, добрый дурак… Узумаки усмехнулся. „Да, Сакура-чан всё такая же чувственная.“, иронично подумал он, подложив руку под голову. — Он никогда не отступал ни на шаг от проблем, пусть даже это требовало разумного решения, но он никого не слушал. Он был слишком упрям и самонадеян… Но храбрый сердцем. Хороший человек был, — по щекам Сакуры прокатилась слеза, рабочие загрустили и решили присоединиться с разговору. Сердце Наруто было растрогано… Даже после той фальшивой смерти его продолжают ценить… Зачем он их обманул? Что бы терзать себя? — Да-а-а, у него была чистая душа, — протянула девушка с карими глазами, — После миссии всегда прибегал сюда, вместе с сенсеем, кричал на всю округу, что станет Хокаге и защитит деревню. Защитит честь своего отца и всем докажет, что он не плохой. — И что с ним стало? — ради фальшивого интереса спросил Узумаки. Чем дальше заходил этот разговор, тем больше воспоминания о „смерти“ лучшего друга появлялись, как пленочные снимки. Раз за разом. Момент за моментом. Секунда за секундой. Харуно, не стесняясь чувств, начала плакать. Было трудно держать это в себе, было тяжело принять смерть того, кто обходился с тобой, как с младшей сестрой. — Он погиб четыре года назад,- навзрыд прошептала Сакура, сжимая кулаки до невыносимой боли. Физические страдания не могут заглушить душевные. Она это прекрасно знала. Наруто стало стыдно, что он их обманул… „Я идиот“, простонал Наруто, чувствуя, как холодная струйка стекает по его щекам. Он плачет? Нет, нет! Он не может плакать! Разве он не рад, что Сакура рядом с ним?! Рад! Но почему он плачет? .. — Если бы… Если бы я только могла знать, что.. что ему нельзя! Нельзя было идти этому идиоту на это чертово задание! Он же знал, что погибнет, а все равно — пошел! — шепот перешел в крики и всхлипы, — Он с самого рождения был один, его никто не пытался понять, все его считал монстром!!! А он.. А он улыбался! Улыбался в лицо проблемам и смеялся. Он редко грустил, но быстро прощал людей. Он никогда не ненавидел слабых, наоборот — он им помогал! Помогал встать на ноги и давал советы, никогда не давал скучать товарищам, рисковал своей жизнью ради матери и отца, честь которых он хотел защитить! Слезы Харуно капали на деревянный стол, ей было ужасно плохо. А сердце юноши сжалось от жалости к подруге. Он обязательно вернется, только дождитесь! Он обязательно всех вас обнимет и скажет, что так нужно было! Что он все это делал ради них! Только он потянулся рукой к Сакуре, хотел ее обнять и прошептать „Я здесь, Сакура-чан. Не плачь, пожалуйста.“, но вовремя осекся. Нет, нельзя. Нельзя. Слишком рано. — Но все же..- она снова всхлипнула и утерла рукавом слезы, измученно улыбаясь в лицо блондина, - Я.. Я теперь знаю, что ему не одиноко. Наруто был шокирован этой фразой. — Он теперь рядом со своей семьей, теперь он может быть свободен от этих ужасных оков, которые ему надели еще с младенчества. Пусть мне обидно, но.. Я не хочу.. Я не хочу видеть, как он страдает! — …А если я скажу, что сын Четвёртого Хокаге возможно всё еще жив?- решил подать легкую надежду Узумаки. Все разом посмотрели на него. Неужели Наруто все еще жив?! Он не умирал, правда?! — Ч-что вы говорите? — прошептала ошеломленная девушка, смотря в прорези маски, надеясь увидеть глаза говорившего, и.. Увидела. Тот голубой омут глаз… Тот самый взгляд! Она узнала его! Наруто жив! — Я говорю то, что есть, Харуно. Творящий добро не будет умирать, пока не сделает все до конца в этом мире. Бог забирает душу, когда человеку уже нечего делать в этом мире. Сын Хокаге не мёртв.- изрек по-философски для всех непривычно он. Впервые он смог сказать то, что он поистине считает правильным. Встав из-за стола, Наруто чуть-чуть приоткрыл маску, давая разглядеть Сакуре те самые лисьи полосы на щеках. Сердце розоволосой в тот момент едва не остановилось. „Так тот, кто ходил сегодня утром вместе с нами — это был Наруто?!“, то ли радостно, то ли шокированно подумала Сакура, раскрывая рот в немом шоке. Голубые глаза нежно посмотрели на нее. На лице наёмника проскользнула улыбка. — Ведь я всегда держу своё слово, Сакура-чан, — загадочно прошептал голубоглазый, исчезая в порыве ветра. Едва она опомнилась, как бросилась хватать Наруто. Схватить, обнять и не отпускать. — НАРУТО!!! — догадавшись, крикнула она, протягивая руку в сторону исчезнувшего Узумаки. „Не может быть… Он живой? Он не умер?“, трясясь от волнения и страха, прошептала мысленно Сакура. Она уже ничего и не видела и не слышала. Ее друг жив. Товарищ. Лучший друг. От только что пережитого стресса и волнения, она рухнула на пол, без сознания. С крыши наблюдал виновник торжества, утирая рукой слезы ни лице. — Я вернулся.