Что хранят в себе тайны вечности?

Солнце медленно поднималось и день начинал царствование на земле. Лучи солнца тихо пробрались через занавеску, освещая уютную, маленькую комнату, и наконец приземляясь на спящем мальчике, чьи кудряшки небрежно спадали ему на лицо, прикрывая ещё закрытые глаза. Он сладко поежился и открыл свои зелёные глаза и, быстро поморгав, наконец проснулся. Гарри посмотрел на календарь. Воспоминания дают о себе знать. 28 марта 1998 года. Ровно 12 лет назад из жизни ушла его мать Энн. Двенадцать лет назад его жизнь пошла под откос. Маленький Гарри пережил много всего. Смерть. Издевательства. Побои. Синяки по всему его маленькому телу. Унижения. Слёзы. Много слез. Но все это сделало его выносливым и стойким. Если он вытерпел это, то ему уже ничего не будет страшно. И сегодня, как все 12 лет, он посетит могилу матери. Он ходит туда всего лишь раз в год. Потому что не может ходить чаще, ибо слишком больно... Из кухни доносился голос Кэтти. — Гарри, иди завтракать. Гарри лениво поднялся с кровати и, сходив в душ, направился завтракать. Там его ждал неприятнейший сюрприз. На стуле возле миссис Драугт сидел никто иной, как сам Луи Томлинсон. Только вот что он тут забыл? — Доброе утро, миссис... Кэтти, — он уперто игнорировал нежданного гостя и, сев за стол начал завтракать. — И тебе тоже. К тебе пришёл твой друг. Он сегодня пойдёт с тобой. Ну, ты знаешь куда, — сказала Кэтти. — Он не пойдёт со мной, — достаточно спокойно ответил Гарри. Будто ему было все равно. — А один ты не пойдёшь. Я сегодня не могу пойти с тобой, Гарри. И поэтому попросила Луи. Он с радостью согласился. — А с какого момента вы принимаете решения за меня? Я, может быть, уже начну сам управлять своей чертовой жизнью. Да как вы понять не можете!! Я не маленький... Я не ребёнок и все прекрасно понимаю! Хватит ходить за мной следом миссис Драугт. — Я же ведь хочу как лучше, Гарри. — Я все равно пойду с тобой, — вмешался Луи. Глаза Гарри метнулись в сторону Луи, тот сидел спокойно, хитро улыбаясь. — Пожалуйста, Гарри. Ради меня. Всё, я побежала. И она ушла, оставив их вдвоём. Два человека, которые ненавидят друг друга остались наедине. — Ты можешь уходить. Показуха закончилась. — Сказал Гарри, указывая рукой в сторону выхода. — Ты что же, Гарри. Я же обещал твоей нянечке, что поухаживаю за тобой. — Если ты не понимаешь по-хорошему, то я выведу тебя сам! Гарри говорил спокойным, глубоким голосом с хрипотцой. Если же он начинал кричать или говорить громче, чем обычно, то это слышали все соседи. — Пойдём Гарри, а то опоздаем, — Луи нарочно подзадоривал гнев Гарри. — Вперёд, — процедил Гарри сквозь зубы, сжимая кулаки. Они вышли на улицу. Луи сразу направился к своей дорогой машине, Гарри же прошёл мимо, идя той дорогой, которой ходил всегда. Кладбище находилось недалеко, поэтому туда можно было легко дойти пешком, что Гарри всегда и делал. Он любил свежий воздух и прекрасную погоду. Луи же совсем наоборот ненавидел ходить пешком. — Эй, Гарри. У меня есть машина, если ты не заметил, мы можем поехать на ней, — язвил Луи. Гарри промолчал и продолжил идти. Луи быстро его догнал. — Кудрявый, ты с ума сошёл? Я говорю поехали. — Он помахал рукой перед лицом Гарри. — Я иду пешком, и если тебе что-то не нравится, то можешь проваливать. — Чёрт бы тебя побрал, Стайлс. Всю дорогу они шли в полной тишине. Каждый думал о своём. Луи хотел уже избавиться от этого мальчишки. Гарри же хотел просто спокойствия. Но видимо, мечта Гарри так и не сможет осуществиться. Они стоят у ворот Царства Мёртвых. Царства, куда не хочет попасть ни один живой человек. — Ты можешь подождать здесь, а можешь вовсе уйти, — прохрипел Гарри. — Я пойду с тобой. Гарри снова промолчал и шагнул вперёд. Луи последовал его примеру. Они обходили кучу могил, как пожилых людей, так и совсем маленьких детишек. Последних было жалко больше всего. Маленькие цветочки жизни умирают. Увядают, даже не начав цвести. Они прошли почти к самому концу кладбища, туда, куда хоронили самоубийц. Почти все могилы были заброшены, никто сюда не приходил, никому это было не надо. Гарри аккуратно положил букет на могилу своей матери и сел рядом, смотря на надгробие, и пытаясь вспомнить её образ, восстановить в голове те обрывки, которые видел, когда был маленьким. Луи стоял рядом, казалось, что ему все равно, но это не так, ему не все равно. Картина слишком печальна. Гарри начал тихо петь, чтобы его никто не услышал, только она. Но он забыл про Луи. У Гарри был замечательный глубокий, хрипловатый голос.

I myself am one of those who hid behind the door, Who could walk but won't go any further Who could say, But only silently waiting for The spirit of those who fell and did not believe in anything My soul silently weeps, I sang the song it sounded I'm tired of singing, I can't start over, Not to make a new step And not to look ahead I'm the one whose mind only past lives, I'm the one whose voice is deaf and because To the glittering peaks of not calling I'm good, but good Did anyone I'm a bird weak, it's hard for me to fly, I'm the one who before dying barely breathing But it is not difficult for me to sing about it, I still sing Because someone will hear.

Гарри закончил петь, а Луи просто стоял, завороженный этим голосом. Голосом Ангела. Кудрявый ещё раз взглянул на надгробие и встал, уходя прочь, и смахнув последние слезинки с его глаз. Луи же снова поплелся за ним, не в силах вымолвить даже слова. Он просто шёл и молчал. У Гарри же появилась ещё одна идея. То есть она у него появилась уже давно, и он никак не мог её воплотить, и сегодня именно тот день... Гарри хотел посетить свой старый дом. Дом, где он провел свое детство. Дом, в котором остались не лучшие его воспоминания. Они прошли уже больше половины пути, когда Луи понял, что они идут совершенно не туда, откуда пришли. — Куда мы идём? — Домой. — Ты заблудился? Твой дом в другой стороне, — начал кричать Луи, так как не хотел никуда идти, да и одного оставлять Гарри тоже не представлялось возможным. — Я знаю. — Так куда ты, черт подери, идёшь!? — Я повторю ещё раз. Ты либо идёшь со мной, либо сваливаешь отсюда ко всем чертям! И Луи послушался. Он замолчал и пошёл дальше. Пошёл за этим маленьким мальчиком. И если сейчас тот захочет пойти на край света, то Луи пойдёт за ним. Strim-Holl R56Fd. Они на месте. Старый, давно заброшенный дом, заросший весенней травой. Казалось, что если до него прикоснуться, то он в миг обвалится на миллиарды кусочков. Старая краска на воротах стала отпадать. Стекла в окнах разбили какие-то хулиганы, которым было нечем заняться. — Зачем ты сюда пришёл, Гарри? Пойдём назад, — завопил Луи. Гарри молчал. Снова. Всегда. Он шагнул вперёд, открывая ворота и пропуская Луи за ним, тот неохотно, но все же зашёл во двор. — Это твоё? — Спросил Луи, указывая на поломанные качели, стоявшие в углу дома. — Да, но мне не разрешали на них кататься. — Но... Почему? — Снова спросил Луи. — Не считаешь ли ты, что это не твоё дело? И Луи вновь замолчал. Он не хочет давить на Гарри, понимая, что ему сейчас тяжело. Гарри прошёл дальше к дому и со скрипом открыл дверь. Сразу в лицо попало огромное количество пыли в перемешку с пауками. Он прошёл вперёд и оказался в до боли знакомой гостиной. Луи все это время был рядом. Он старался поддерживать Гарри, но у него выходило, мягко говоря, плоховато. В доме за все это время почти ничего не изменилось. Все осталось так, как и запомнил Гарри. Та же мебель на тех же местах. Только все слишком постарело и опустело. Он прошёл дальше. А дальше была его комната. Комната его детства. Комната, где он проводил очень много времени, пока родители ругались между собой. Гарри аккуратно сел на край кровати, чтобы ненароком не сломать её. На полу ещё лежали несколько его игрушек. Воспоминания для него слишком болезненны. — Всё хорошо? — Спросил Луи, стоя в дверном приёме. Гарри поднял на него взгляд, полон слез и тихонько кивнул. — Может пойдём отсюда? — Ещё один вопрос от Луи. И в ответ он увидел отрицательный кивок головы. Гарри встал и вышел с его комнаты, дабы ещё сильнее не предаться слезам. Ему слишком больно вспоминать то, что он хотел поскорей забыть и стереть со своей памяти навечно. Гарри уже хотел уйти отсюда, как Луи позвал его. Тот обернулся и увидел Луи, державшего что-то в руках. Как оказалось, это была рамка с фотографией. Фотографией его семьи. Там был он, отец, мать, две бабули, которые тоже уже погибли, и дедушка, к сожалению, и его тоже нет в живых. Тогда все ещё были счастливы. Все было вместе и все было хорошо. Слёзы снова заполнили его глаза. А Луи впервые видит Гарри, сломанного Гарри. Не того, кого боится пол школы, а маленького беззащитного человечка, которому нужна помощь. — Всё пойдём домой, Гарри, — Луи похлопал парня по плечу. — Хорошо. Они снова шли пешком, и снова молча. Гарри забрал фото себе. Без единого слова они дошли до дома Гарри. Луи захотел зайти и попрощаться с миссис Драугт, Гарри ничего не сказал на этот счёт. Они зашли в квартиру. Было тихо. Гарри это насторожило. — Кэтти, — крикнул он. Но ответа не последовало. Они прошли в гостиную, но там тоже никого не было, хотя в это время миссис Драугт всегда была дома. На кухне тоже никого не было. И только Луи с застывшим от ужаса лицом нашёл её в ванной с перерезанной шеей. Не в силах ничего сказать он просто упал на пол, закрыв лицо руками и закричал. Услышав крик Луи, сердце Гарри пропустило сотню ударов. Он сразу же прибежал к нему. И, увидев окровавленное тело миссис Драугт, упал в обморок.