Kiss me or kill.

– Вижу, ты не спешишь спасать свою драгоценную Ками, – лениво замечает Аврора, поднимаясь с пола, делая шаг к Никлаусу, что уже стоит по другую сторону невидимой стены. Эта неспешность, пожалуй, греет ей душу. То, сколько мужчина кричит, негодует, но всё ещё находится здесь. – Ты смотри, как бы не опоздать, – каштановолосая срывает с губ смешок, полностью выбираясь на свет, заглядывая в искрящиеся злобой глаза первородного. – Собирайся, нам предстоит небольшая прогулка, – сообщает он на случай, если Аврора была столь сдержана и погружена в иные мысли, нежели слушать прошедшую беседу обитателей особняка. Вампирша же приподнимает брови и разводит руками, давая понять мужчине, что его слова не шибко разумны. Ей остаётся лишь ждать появления ведьмы, дабы убрать преграду и переступить через кирпичную стену. А до тех пор Авроре не под силу отправиться куда-то из этого уголка, что за последнее время становится слишком знаком, слишком приветлив. Клауса нагоняет Фрея, обходясь одной лишь манипуляцией – движением кисти руки. Уже в следующую секунду ведьма замирает на месте, кивая младшему брату. – Можешь выходить, – сообщает она пленнице. – Фрея… – начинает было задорным голосом Аврора. Первым делом она вытягивает руку вперёд, удостоверяясь, что преграды действительно больше нет. И только после делает вперёд шаг. Ещё один, и де Мартель переступает через остатки кирпичей, выбирается в комнату. Она улыбается тем двум представителям первородной семьи, что стоят напротив, но сказать более не успевает ничего – Фрея вновь взмахивает рукой, на сей раз усыпляя вампиршу. Ведь им вовсе не нужно, чтобы та успела покончить с собой и воскреснуть уже не менее опасным существом, чем Люсьен. – Всё готово, – сообщает русоволосая, оборачиваясь к брату. Она улыбается тому напоследок, пока сам Клаус подхватывает на руки девушку, потерявшую сознание. Он кивает старшей сестре и исчезает прочь из особняка.

***

Гибрид приказывает одному из вампиров, встреченных на пути, проверить квартиру Камиллы. На всякий случай. А сам он, всё так же неся на руках Аврору, с каждым шагом приближается к нужному небоскрёбу. У входа в жилое здание Клауса встречает незнакомый юноша, представившийся неким Ван Нгуеном, а заодно ещё и новым регентом. – Ещё один? – мужчина усмехается. Кажется, предки совсем недавно избрали в регенты Винсента. Никакого постоянства, ей-богу. И если предыдущему Майклсоны могли хоть как-то доверять и знать, что Винсент будет бороться до последнего с навязчивыми голосами предков в голове, то этому… Кажется, теперь у них были проблемы. Потому Клаус напрягся, но свой путь продолжил, проходя в лифт. Чего Люсьену стоит остаться в выигрыше? Вернуть Аврору, которую первородный добровольно принесёт в пентхаус, и оставить при себе весомый рычаг давления на него – Камиллу…

***

Касл слышит, как лифт с каждой секундой поднимается выше, приближается к его этажу. – Кажется, у нас гости, – понимает он, вставая со своего места, откидывая салфетку на столешницу. Он обходит прямоугольный стол, оказываясь у Камиллы за спиной. Отодвигает её стул и протягивает руку, помогая подняться. – Спрячь его, – просит Люсьен, вот только тоном, не терпящим возражений. Он хватает вампиршу за запястье, ясно давая понять, что имеет ввиду. И помогает ей получше натянуть рукав блёкло-алой кофты. Ведь юноша прекрасно понимает – ни о какой сделке не может идти и речи, если Клаус поймёт, что его возлюбленная умирает. – Люсьен, – кажется, хозяин апартаментов пропускает тот момент, когда за спиной раздаётся звон, оповещающий о приехавшем лифте. Он оборачивается на собственное имя, натыкаясь взглядом на Клауса и Аврору в его руках. – Что ты с ней сделал?! – вампир ослабляет хватку, через мгновение вовсе выпускает девичью руку из своей, делая шаг вперёд. Усыпили ли Майклсоны Аврору или вовсе убили, позволяя закончить её превращение? И если первой мыслью Люсьена становится волнение за любимую, то второй – нежелание мириться с последним из возможных предположений. Ведь, как-никак, Аврора его предала. Она не заслуживала того подарка, что брюнет по глупости предоставил. И только то, что девушка до сих пор могла быть самым обычным вампиром, давало ему ощущение некой власти. Вселяло надежду на то, что Касл ещё сможет вразумить возлюбленную. – Расслабься, Люсьен, – просит Клаус, опуская Аврору на пол у прохода, что ведёт в гостиную. – Ты в порядке? – обращается он к Камилле, выпрямляясь. А та, не успевшая заговорить до сего, и сейчас просто кивает. Уголки её губ невольно приподнимаются в улыбке, как только вампирша устремляет на первородного свой взор. Но кидаться к нему она не спешит, только поправляет рукава своей кофты, понимая, что решает здесь всё Люсьен. – Это не совсем то, на что я рассчитывал, – замечает юноша, резко перехватывая Ками – он бросается за спину ей, успевшей развернуться ко всем остальным, и хватает ладонью за горло. – Аврора должна быть не в таком состоянии, – поясняет Касл, кивая на каштановолосую без сознания. Он ведь понятия не имеет, что мог задумать или уже даже воплотить в жизнь Клаус, пока собирался на эту встречу. Не ждёт ли Люсьена и вовсе ловушка – кто-то, принявший облик Авроры, к примеру. – Аврора здесь. Это всё, на что мы договаривались. Теперь отпусти Камиллу, – произносит Клаус, делая шаг вперёд, отчего сразу же врезается в невидимую преграду. – Ох, я не сказал? – Люсьен улыбается, сильнее сжимая горло вампирши. – Новый владелец моей квартиры – меры предосторожности, – объясняет он. Всего на мгновение брюнет переводит взгляд на спящую де Мартель. Нет, пожалуй, он не верит, что Ник станет рисковать жизнью своей барменши. Ведь в таком случае юноша не оставит обман первородного без наказания – он вернётся за ним, придумает, как отомстить, и в итоге всё равно вернёт Аврору. – Забирай, – произносит он, поднимая взгляд на гибрида. Люсьен улыбается вновь, делая шаг вперёд, подталкивая в ту же сторону и Камиллу, что стоит перед ним. А после… После он одним ловким и быстрым движением рук сворачивает белоснежную девичью шею. Блондинка падает, но вампир подхватывает её, подталкивает к своему гостю, позволяя тому поймать Ками. Разгневанный взгляд Никлауса говорит сам за себя. Будь его воля (ну, а ещё не будь здесь регента, управляемого предками, что ненавидят Майклсонов), мужчина бы с радостью кинулся на Люсьена. Вот только он вовремя вспоминает о невидимой преграде, о том, сколько таких попыток победить в схватке со старым приятелем провалилось. Потому Клаус, подхвативший Камиллу, бережно проводит по её лицу, смахивая с того несколько светлых прядей. Он поднимает девушку на руки, попутно поднимая и взгляд – на Люсьена. – Мы оба знаем, что это ещё не конец, – чуть ли ни шипит гибрид и спешит вернуться в лифт.