Любить нельзя Забыть

Серое небо мокрого утра никак не обещало веселого дня. Желания тащиться в этот лицей тоже не присутствовало, понимая, что ты там чужой. - А где я свой? - вспыхнул вопрос в голове. Однако, сознание не хотело выпускать наружу слово, напрашивающееся в ответ. Натянув свою любимую одежду, подчёркивающую отношение к эмо-субкультуре, пришлось сверху надевать пиджак с эмблемой этого лицея, что было обязательным правилом. В лицее все так ходили. Каждый отдавал предпочтение своему стилю, игнорируя форму, но пиджаки были на всех. Энди решил, что будет прикольно вокруг эмблемы нацепить значков, на фоне которых эмблема потеряется, а черный пиджак не так уж и плохо будет смотреться, если еще закатать рукава, сделав их в три четверти. Пряча не выспавшиеся глаза под челкой, Энди, спустившись по лестнице и поправляя лямку рюкзака, уже направлялся к входной двери, когда его застал голос из кухни: - Молодой человек! А позавтракать?! Энди чуть не споткнулся об свои шнурки, которые завязал не так туго. В проеме двери показалась Стефани, с лопаткой в руке и фартуком, повязаным на простой домашний прикид. - Вы мне? - кажется в первые он обратился к ней, не совсем разобравшись, собирался ли он обращаться к ней на "Вы" или "Ты". - Хм, - улыбнулась она. - А ты мне? - Не понял, - тряхнул он головой. - Я-то с тобой. А твое "Вы" мне? Энди утвердительно кивнул головой. - Тогда приказываю шагом марш за стол! И старшим не перечить! - подмигнув исчезла она. Энди почему‐то не смог ослушаться и последовал за ней. - Я тут такая готовлю-готовлю, а твой папа не стал кушать, уехал уже. Ну скажи, не обидно? - говорила она, ставя на стол тарелку с яичницей. Он бы мог ей сейчас перечислить очень длинный список того, что он в своей жизни считает самым обидным. Но почему‐то он испытывал какую-то трудность, когда пытался с ней говорить. - Он не поел, поэтому я должен доесть? - только и спросил он. Улыбка исчезла с ее лица. - Я не это имела ввиду, честно. Лицо девушки выглядело настолько расстроенным, что Энди даже стало стыдно за это, и он, бросив рюкзак на ближайщий стул, сел за стол. - Спасибо, - повеселела она, пристроившись напротив. - За что? - удивился он, впервые находясь так близко к ней. - Как за что? За компанию, - уверенно ответила она, кивнув головой. Ловко орудуя двумя вилками, она разрезала полоски бекона и отправляла их в ротик. Энди не очень любил все эти столовые приборы, а вернее сказать он недолюбливал манипулировать ими в совокупности. Ему, выросшему в простой семье, нравилось есть просто вилкой, а после переезда в этот особняк, приходилось ковыряться, и до сих пор было трудно запомнить с каким количеством зубцов стоит взять вилку из предоставленного веера приборов, в зависимости от подаваемой еды, а если допускалась ошибка с его стороны, то отец мгновенно злился за "провинциальность". В итоге получалось так, что Энди либо на зло брал не ту вилку, либо вообще предпочитал употреблять пищу в одиночестве, что в последнее время становилось труднее, так как отец настаивал на семейном ужине, где все его участники на самом деле были так далеки и не подходили на свои роли. - Почему не ешь? - спросила она, заметив, что парень так и сидит, гипнотизируя взглядом вилку. - Задумался, - честно признался он, осмелившись поднять на нее взгляд. - Ты такой худенький, тебя стоит откормить, - серьёзно сказала она, пододвинув его тарелку еще ближе к нему. - Что ты любишь из еды? Энди, отломив кусочек яичницы ребром вилки, а затем подцепив его зубчиками, снова застыл. В течении двух с половиной лет, что он прожил тут, его ни разу не спрашивали о предпочтениях в еде. - Сосиски с пюре, - честно от ветил он, прежде чем отправитть в рот еды. - И пиццу! - Я тоже, - радостно призналась она. - Можем приготовить. Энди не представлял себе это, и происходящее казалось абсурдом. Прежде, чем увидеть эту девушку впервые, он успел придумать целый вагон тех ядовитых слов, что он скажет ей. Что она подстилка для богатого пенсионера, что продажная мукла, что он видит ее насквозь. Но когда он увидел ее, и в тот первый вечер она спросила "Я надеюсь, мы подружимся?", он не смог сказать ни единого слова из того самого вагона, он промолчал, так и не дав ответа, потому что язык словно прирос к нёбу. Доев завтрак, он сухо поблагодарил, и взяв рюкзак, сказал, что шофёр его давно ждёт. - Классный значок! - ответила она, ткнув пальцем в его грудь, где был приколот круглый значок черного цвета, с нарисованным на нем белым зонтиком, с которого падали капельки воды; по соседству был приколот значок "бэтмэна". - Да, это... - Bring Me The Horizon? Я знаю, - кивнула она. - Да, так и есть, ты ведь, то есть Вы вчера пели песню... - Ты про Get Scared? Да, я люблю их послушать, - улыбнулась она, собирая тарелки. Возможно он был в восторге, что наконец нашел человека, понимающего его любимую музыку, но так и не найдя нужных слов, то ли из‐за своей замкнутости, то ли от какого-то непонятного страха, он промолчал, и повернулся к двери. - И да, мне кажется, ты можешь обращаться ко мне на ты, - сказала она ему вдогонку. Его губ коснулась ухмылка. Еще бы. Они почти ровесники. Но ни он не подходит отцу как сын, ни она не подходит Крису, как жена. В салоне машины, которой управлял шофер, Энди с удовльствием успел прослушать любимую песню True Friends, вставив в ухо наушник с запутавшимся шнуром. В лицее все было также, все тот же задира Джастин и его свита. Парта, за которой Энди сидит один, и сжав в руке карандаш, он вновь рисует свои черно-белые рисунки, в которых часто ярко отражены боль, потеря, страх. Энди, после того случая попытки суицида, был записан на прием психолога, однако, он никак не хотел раскрываться перед этим мозгоправом с блокнотом в руках. Долгие дни, почти месяца, Энди молча сидел в этом кресле, которое раздражающе скрипело от каждого движения. Но потом Энди начал сочинять, рассказывать психологу то, чего нет, чтобы быстрее избавиться от этих принудительных часов лечения. Чтобы сказал психолог, увидев эти рисунки, нарисованные впечатлительным подростоком? На уроках Энди не отвечал, хоть и был всегда готов. У него была взаимная нелюбовь с преподавателями, у которых был штамп : если подросток весь в черном и слушает рок, то он плохой, он сатанист. Энди же не любил преподавателей за их узкий кругозор и ограниченность. Ведь они так легко закрывали глаза на поведение того же Джастина, ибо тот был таким ангелочком чисто внешне, а его поступки уже были не в счет. Вот что к примеру Энди и считал обидным...