Злая сказка

Лигарот проснулся, но глаза открывать не спешил, поскольку воспоминания о прошедшем дне не спешили возвращаться в голову. Что-то произошло… Что-то важное, он сумел сделать что-то важное и теперь… Лигарот задумался – а что теперь? Но тут его внимание отвлекло тихое всхлипывание. Очень знакомое всхлипывание… Сколько раз он его слышал, приходя в себя после очередной «ночи любви» с Аннераалом. Верный маленький Роэтэ столько раз выхаживал его… и жалел. В своё время Аннераал хотел отправить совсем юного Ишмаля в Отстойник, мальчишка быстро ему надоел – преснятина, никакой изюминки, лишь глазищи свои огромные таращит да ревёт в три ручья. Лигарот, который тогда только-только начал приходить в себя после побега Липы и познал всю глубину отцовской "любви", познал настолько, что искал способ обойти ошейник и убить себя, пожалел юного Низшего, слишком чувствительного, чтобы быть просто готовой на всё подстилкой. И ему удалось уговорить отца подарить Ишмаля ему, удачно выбрав момент, когда Повелитель был в хорошем настроении. Аннераал рассмеялся, сказал, что подобное тянется к подобному, но маленького ростом большеглазого Низшего Лигароту всё-таки привёл и велел служить хорошо, если он не хочет закончить свои дни в Отстойнике. Мог бы и не говорить. Ишмаль сразу полюбил своего господина и служил ему не за страх, а за совесть. И вот сейчас он снова плачет. Неужели отец… И тут в голову Лигарота стремительно ворвались воспоминания. Ритуал! Он всё-таки сумел выполнить ритуал и призвал Льоне Защитника! Всё получилось, защитник в обмен на его душу и жизнь дал ему клятву, и теперь можно быть спокойным – Льоня вернётся домой. Но тогда… где он и откуда взялся Ишмаль? Ах, да, Защитник забрал его с собой, а глупый Роэтэ не пожелал оставлять господина. Ох, зря… мало ли, что на уме Защитника… А если он вздумает мучить Ишмаля на его глазах, как это делал Аннераал с Липой? Лигарот вспомнил странно тёплый взгляд небольших красных глаз и подумал, что Защитник не похож на насильника и садиста, несмотря на его ужасную внешность. Но зачем ему тогда Лигарот? И куда девались те, кто проводил подобный ритуал – ни один из них не вернулся, а жрецы Меркеля утверждали, что все они были замучены самыми страшными муками – дескать, Защитники охочи до плоти и крови Изначальных. Именно поэтому прибегнуть к ритуалу решались немногие, и вообще, о Защитниках было мало что известно. Официально это были твари, творящие зло, но вот старый учитель Лигарота, Демурил, высказывал своему ученику крамольные мысли о том, что Защитники – это истинные обитатели Изнанки и что мир Изнанки до сих пор не открыл Изначальным всех своих чудес, потому что они неправедно живут и нарушают древние законы магии. За эти крамольные речи Демурил попал в руки жрецов Меркеля и был казнён. Лигароту было жаль старого учителя – он был привязан к нему куда больше, чем к родному отцу… Лигарот даже пытался заступиться за Демурила, но он был ещё слишком юн, чтобы к его словам кто-либо прислушался. А Аннераал тогда наказал его… очень больно и жестоко. После этого Лигарот и начал убегать из дома… Между тем тихие всхлипы продолжались. Осторожные руки Ишмаля погладили Лигарота по волосам и приложили ко лбу что-то мягкое и влажное, пахнущее какими-то незнакомыми травами. Лигарот вздохнул и открыл глаза. Всхлипывания тут же прекратились, и Ишмаль радостно воскликнул: - Господин! Господин очнулся! - Тише, Ишмаль, тише! – негромко сказал Лигарот и улыбнулся. – Со мной всё в порядке! А потом прислушался к своим ощущениям и неожиданно понял – это не попытка утешить Ишмаля. С ним действительно всё в порядке. Тело не болело, не было дурноты и слабости, хотя при ритуале он отдал столько силы, что должен был бы лежать пластом. Однако вместо этого во всём теле ощущалась давно позабытая лёгкость. Рука привычно потянулась к шее, чтобы нащупать ненавистный ошейник. Но его не было, и Лигарот удивлённо посмотрел на Ишмаля. Ошейник не мог снять никто, кроме наложившего его Аннераала, что же случилось? - Господин, Защитник снял его! Теперь вашу силу более ничто не сдерживает! Вам ведь стало легче, не так ли? Ведь ошейник постоянно ограничивал вас и тянул силу, вы даже восстанавливались с трудом после… после… Тут Ишмаль, поняв, что ляпнул что-то совершенно лишнее, запнулся и замялся. Но Лигарота не рассердила невоздержанность Роэтэ, более того, где-то внутри стало возникать давно забытое ощущение чего-то хорошего. - Ой, я тут без умолку болтаю, а вы ведь, наверное, голодны, господин! – воскликнул Ишмаль и метнулся куда-то в угол, откуда и притащил поднос-столик, заставленный мисками и мисочками. Поднос он поставил на постель перед севшим Лигаротом и стал поднимать крышки с мисочек. Еда выглядела немного незнакомо, но пахла аппетитно, и Лигарот съел больше, чем намеревался, попутно оглядывая странную, словно сплетённую из прутьев комнату с невысокой мебелью и красивыми вышивками, развешанными по стенам. На жилище заключённого это определённо не было похоже, и Лигарот был в недоумении. Чего от него хочет Защитник? И браслеты, которые возникли на его запястьях сами собой, никуда не делись. Долго ждать ответа на этот вопрос ему не пришлось. Едва Лигарот поел, Ишмаль отвёл его в небольшую комнату с самой настоящей ванной, наполненной тёплой, ароматной водой. Лигарот с удовольствием расслабился в ванне, пока Ишмаль делал ему массаж и мыл длинные роскошные волосы. А после ванны он принёс Лигароту новую белоснежную одежду, вышитую по краю красивым сложным узором из переплетающихся линий, напоминавшим узор на браслетах. Когда чувствующий себя заново родившимся Лигарот вышел из ванной и вернулся в комнату, первым, кого он увидел, был крепкий незнакомый мужчина с фиолетовой кожей, облачённый в нелепые короткие штанишки ярко-жёлтого цвета. Мужчина был высоким и мускулистым, за спиной его виднелись кожистые крылья, покрытые короткой мягкой шёрсткой. Лицо мужчины нельзя было назвать красивым, к тому же рубиновые глаза смотрелись несколько… зловеще. Лигарот невольно отступил на шаг и удивлённо спросил: - Кто вы? Я не знаю вас… - Не пугайся, малыш, - неожиданно красивым глубоким бархатным голосом, от которого по телу Лигарота пробежали непрошеные мурашки, сказал незнакомец. – Я – Защитник. Как же ты прекрасен, Лигарот, сын Аннераала… От этих слов кровь бросилась Лигароту в лицо, и он невольно отшатнулся. Да, он был красив даже по придирчивым меркам Изначальных, но его красота стала для него проклятием. Неужели снова ему придётся пройти через это, став бессловесной подстилкой, на этот раз – Защитника? И теперь бежать или сделать с собой что-то у него нет никаких шансов. Он дал клятву из тех, которые никак нельзя нарушить, значит… значит, придётся стерпеть всё. Что же, значит, такая уж у него судьба, зато сына он убережёт от подобного. Защитник дал клятву – он убережёт Льоню, значит, можно и потерпеть… Все эти мысли пронеслись у Лигарота в голове мгновенно, подобно полёту стрелы и он, обречённо вздохнув, посмотрел в глаза Защитника и тихо сказал: - Я готов выполнить любое ваше желание, господин. Я дал клятву. На лице Защитника выразилось глубочайшее удивление, и он спросил: - Я чем-то обидел тебя, Лигарот, сын Аннераала? - Нет, господин, - тихо ответил Лигарот, и лицо Защитника исказилось от гнева. Он сделал над собой усилие, чтобы остаться спокойным внешне и подумал, что рассердил Защитника и что это плохо, очень плохо, потому что остаётся ещё Ишмаль, насчёт которого Защитник никакой клятвы не давал. Однако Защитник овладел собой, выражение гнева исчезло с его лица, и он мягко спросил: - Кто посмел сотворить такое с тобой? - Что? – не понял Лигарот. - Кто посмел сотворить такое с тобой, что ты стыдишься своей красоты, боишься насилия и ожидаешь его от меня? - Я не… - споткнулся Лигарот. Защитник сказал чистую правду, и возразить ему было нечем. - Ты – да, - отрезал Защитник и тут же голос его потеплел. – Послушай меня, внимательно послушай, Лигарот, сын Аннераала… Здесь никто не посмеет обидеть тебя. Твоя красота вызовет у моего народа восхищение, но и только. И я… я не насильник. И это не на тебя я гневался, а на того подонка, что посмел обидеть тебя. Здесь ни тебе, ни твоему маленькому слуге ничто не угрожает. Но, боюсь, у тебя вызывает недоумение причина того, что я забрал тебя… так что присядь, Лигарот, и давай поговорим. Надеюсь, что ты поймёшь, что к чему, и поможешь мне. Лигарот был удивлён. Чем он, слабый маг, может помочь столь могущественному существу? Не шутит ли Защитник? Но послушать рассказ было интересно, к тому же Лигарот понимал, что от этого зависит его способность поверить Защитнику. Так что он опустился на низкое мягкое сиденье у столика и спросил первым то, что его мучило с самого момента пробуждения: - Прошу тебя, Защитник, ответь мне, что с Льоней? - Меня зовут Арх-хамир, - отозвался Защитник. – Прошу тебя, называй меня по имени, Лигарот, сын Аннераала. - Да, - кивнул Лигарот, - я буду называть тебя так. Только не прибавляй к моему имени больше «сын Аннераала», а то как-то напыщенно получается… так что с Льоней? Арх-хамир проницательно сощурил глаза при первой фразе Лигарота, но ничего не сказал, а на вопрос ответил: - Мне удалось забрать мальчика, и сейчас он в безопасности. В других покоях моего дома. Ему досталось, но сейчас он спит, а когда проснётся – я могу проводить тебя к нему. - Да, - горячо воскликнул Лигарот, - да, мне очень бы этого хотелось! Я ведь не видел его никогда и знаю только по описаниям Ишмаля! Это моему Роэтэ удавалось пробираться в Отстойник, чтобы передать мальчику хоть немного еды! - Конечно, ты увидишь его, - ласково сказал Защитник. – Но сначала выслушай меня, Лигарот. Лигарот сглотнул и кивнул. Ему почему-то показалось, что он услышит от Арх-хамира нечто такое, что перевернёт всю его жизнь. *** Аннераал не успел толком ничего понять, когда в Особую комнату ворвалась быстрая мохнатая тень, странно скрюченная и пугающая брызжущей чужой Силой. «Защитник!» - промелькнула в голове мысль. Но откуда у этого полукровного выродка Защитник? Кто мог провести ритуал и вызвать его? Тело уже привычно среагировало, готовясь ударить ворвавшуюся тварь магией, но тварь оказалась фантастический быстрой – один удар точно сложенных пальцев, заканчивающихся острыми когтями, в горло, и Аннераал провалился во тьму. Любое другое разумное существо такой удар прикончил бы на месте, разорвав горло, но не Изначального. Регенерация у них была просто фантастической, а уж у сильнейшего магически Повелителя… так что рана на горле и раздробленный надгортанный хрящ стали восстанавливаться сразу же и с фантастической скоростью. Спустя какое-то время Правитель очнулся. Его уже перенесли из особой комнаты в личные покои, вокруг хлопотали слуги-Низшие, а рядом с его постелью сидел с крайне озабоченным видом целитель. На столике рядом с кроватью выстроились хрустальные фиалы с разноцветными настоями. Аннераал глухо рыкнул, так что слуги шарахнулись. Воспоминание о том, как он ничего не смог противопоставить Защитнику, было невыносимым. Но Повелитель взял себя в руки и хрипло спросил: - Где Мельшегор? - Вам не следует сейчас напрягать горло, Повелитель… - начал было целитель, но быстро замолчал под яростным взглядом Аннераала. - Где Мельшегор? Почему он позволил этой твари прорваться в Особую комнату? Из-за полога кровати выступил встревоженный Нерогабал и спокойно сказал: - Не пугай целителя, отец. Он только делает свою работу. А Мельшегор мёртв. Он пытался задержать Защитника и проиграл. Аннераал нахмурился: - Плохая новость. А мальчишка? - Защитник забрал его с собой. Но и это не самая плохая новость. Аннераал яростно покосился на сына. Что ещё хуже? Нерогабал понял невысказанный вопрос и ответил на него. - В покоях Лигарота обнаружены следы рунного круга. Это он вызывал Защитника. Аннераалу захотелось закричать, позвать палача, чтобы подвергнуть проклятого Лигарота жесточайшим пыткам, а потом жестоко казнить другим в назидание, но Нерогабал сделал отрицательный жест и продолжил: - Помимо этого в покоях Лигарота обнаружены два тела. Это он сам и его Роэтэ. Ишмаль, кажется… Думаю, что брат отдал жизнь в обмен на защиту для мальчишки. Теперь он потерян для нас. Они оба потеряны.