Злая сказка

- Я могу немного подумать? – спросил Лёнька, в принципе, уже зная, каким будет его ответ. - Можешь, - согласился Мозг. – Но я хочу, чтобы ты помнил – от твоего решения зависит не только твоя, но и жизнь и благополучие тех, кто пришёл с тобой. Ну, и о красной траве в этом случае и речи быть не может. - Это шантаж, - вздохнул Лёнька. - Это жизнь, - отрезал Мозг. – Я осознаю, что ни ты, ни те, кто с тобой пришел, не виноваты передо мной, и это входит в противоречие с моими моральными установками. Но у меня благородная цель – я должен вернуть доброе имя Девятому принцу династии ЗЗых-хон. «Угу, - мрачно подумал Лёнька, - цель оправдывает средства. Где-то я это уже слышал…» Затем Лёнька задумался о грядущих нерадужных перспективах. Во-первых, самому помирать как-то не хотелось, во-вторых, он не хотел смерти ни Шан-туле, ни Арш-пахве, ни Караму. Ну, и наконец внук Арш-пахвы так и не дождётся исцеления – угаснет от своей хвори. То, что Мозг мог выполнить свою угрозу, Лёнька не сомневался. Ведь сумел же перетащить его, Лёньку, прямо в корабль. Да и все нарушения законов физики типа невозможности летать наверняка на его совести. Так что выход был один – соглашаться. Правда, неизвестно, чем ему, Лёньке, лично грозит подзарядка источника. Останется ли он жив? Не потеряет ли свою новообретённую силу? Будет ли Шан-туле так же любить его после этого? Последняя мысль была настолько неожиданной, что Лёнька растерялся. С какой стати он вдруг подумал о Шан-туле? Парень встряхнулся и заставил себя собраться. Ну, жил он как-то без силы до этого, и дальше проживёт. Крылья ведь у него не отвалятся, летать сможет. Да и три желания при нём остаются, так что рассчитаться с Высшими у него возможность будет. А если Шан-туле любит по-настоящему… он всё поймёт. На душе стало неожиданно спокойно, и Лёнька твёрдо сказал: - Я согласен. - Вот и молодец, - заявил Мозг. – Иди по стрелке. - По ка… - начал было Лёнька, но тут же замолчал, увидев, как возле его ног на полу засветилась тонкая красная линия. Стрелка пробежала от ног парня к противоположной стене и уткнулась в неё. Кусок стены сместился, возник такой же овальный проход, как и в первый раз. Стрелка нырнула туда, и Лёнька сделал шаг вперёд. Стрелка заструилась дальше, и Лёнька двинулся за ней, постепенно ускоряя шаги и минуя одну за другой открывавшиеся овальные двери. Несколько раз ему пришлось спуститься по очень неудобным лестницам со слишком высокими ступеньками. Если бы не крылья, которые удавалось расправить в нужный момент, Лёнька бы уже не один раз навернулся. Наконец, пройдя весьма большое расстояние и удивившись тому, насколько велик корабль, Лёнька оказался у цели своего путешествия. Это был довольно большой зал округлой формы, отделанный каким-то сияющим материалом. Зал был практически пуст, если не считать нескольких небольших постаментов, как раз под рост высокорослой команды. Постаменты образовывали полукруг, а прямо перед ними висела в воздухе сфера примерно метрового диаметра. Сфера была угольно-чёрной, только кое-где мелькали слабые красные просверки. - Видишь, как мало осталось в ней силы? – прозвучал голос Мозга из-под потолка. – Когда она почернеет совсем – сила иссякнет. Ты должен подзарядить её. - Погоди, - сказал Лёнька, чьё внимание неожиданно привлёк ещё один предмет, на который он первоначально не обратил внимания. – А это что такое? Предмет был расположен в той части зала, которая была затемнена. Сразу за сферой и на максимальном удалении от Лёньки. Этот предмет был очень похож на саркофаги, в которых располагались тела погибших, но этот саркофаг был словно впаян в постамент из чёрного камня, по которому бежали красные и голубые огоньки. Странно, но этот предмет сразу же вызвал у Лёньки отчётливое чувство омерзения. - Ах, это… - холодно отозвался Мозг. – Здесь заключён предатель, осмелившийся покуситься на экипаж моего корабля и Девятого принца. Здесь он заключён мною на все прошедшие века и до сих пор испытывает ужасные муки… Постоянно… Всегда… - Но ты же сказал, что убил его… - удивился Лёнька. - Нет. Я сказал, что расправился с ним. Предательство – это худший из грехов. И он платит за это. Платит уже долгие годы, - в механическом голосе Мозга прозвучало злорадство. – Ты можешь подойти и оценить красоту моего замысла. Лёнька подходить не хотел, он не любил смотреть на чужие мучения, но какая-то сила сама подвела его к саркофагу. Лёнька заглянул в него. Внутри извивался и корчился ящер с чешуёй шоколадного цвета и серебристым гребнем. Его обвивали крепкие путы, к рукам и ногам были подключены какие-то трубки, заполненные разноцветной жидкостью. Глаза ящера были зажмурены, лицевые мышцы подёргивались, словно от ударов током. - Что это за трубки? – хрипло спросил Лёнька. - Это особые растворы, - в голосе Мозга неожиданно прозвучало явное злорадство. – Они поддерживают жизнь в этом ничтожном теле. К тому же мерзкий предатель обладал немалой силой. Его муки помогали подзаряжать источник, но сейчас его сила почти иссякла. Но после того, как ты зарядишь источник, это перестанет быть проблемой. В это время ящер дёрнулся в очередной раз и неожиданно открыл яркие фиолетовые глаза с золотистой полоской зрачка. «Помоги, чужой, помоги! – прозвучало в голове у Лёньки. – Пусть я умру, и мои муки наконец-то прекратятся!» После этого глаза ящера закрылись вновь, и по телу прошла очень сильная судорога. Лёньке стало почти физически больно, когда он представил, какие муки испытывал это несчастный разумный неисчислимое количество лет. - Ты можешь подарить мне его? – неожиданно спросил Лёнька. В ответе Мозга прозвучало откровенное злорадство: - Хочешь живую игрушку? А что, вполне могу. Но тогда ты не получишь красную траву. Лёнька похолодел. Ящера-предателя почему-то было до ужаса жалко. Но красная трава… Что скажет Арш-пахва, если он вернётся без неё, обрекая на гибель его единственного внука? И тут Лёнька в полной мере проникся душевным состоянием Маргариты, которая просила Воланда простить несчастную Фриду, а в ответ услышала, что может потребовать только одно… Правда, Воланд и его свита, в конце концов, сжалились над Маргаритой, только вот Лёнька сильно сомневался, что Мозг способен на этакое всепрощение. Пытать живое разумное существо несколько веков… А что ждёт этого беднягу дальше… А что, если… и Лёнька как можно более равнодушным тоном произнёс: - Жаль… Мне бы хотелось позабавиться с этакой экзотической диковинкой. Да, видать, не судьба. А приятно было бы отрабатывать на этом предателе боевые заклятья… да и восстанавливающие тоже. Я бы не отказался от такого раба, но, увы, если ты заставляешь меня выбирать, я, безусловно, сдержу своё слово. Красная трава нужнее… Лёнька был самому себе противен, но он надеялся, что Мозг заглотит наживку. И тот замолчал на некоторое время, похоже, раздумывал. А потом выдал: - А что? Быть в рабстве в диком мире… Испытывать постоянные мучения… И не иметь возможности вернуться… Что может быть хуже? Пожалуй, ты сможешь наказать его сильнее, чем смогут додуматься мои соплеменники. Решено, после того, как ты подзарядишь источник, забирай этот гнусный балласт и развлекайся с ним, как пожелаешь. А я не буду тратить на поддержание его жизнедеятельности лишнюю энергию – всё-таки полёт предстоит долгий. - Ты действительно на редкость хорошо просчитал варианты, - счёл нужным польстить Мозгу Лёнька. – А теперь, когда мы окончательно пришли к согласию, скажи, что я должен делать? - О, это действительно очень простая процедура, - отозвался Мозг. - Встань на один из постаментов, вытяни руки к источнику, представь свою силу, как поток, и направь этот поток в его сторону. Лёнька представил себе эту процедуру. Действительно, вроде бы просто. Он обогнул источник по широкой дуге, взобрался на постамент и закрыл глаза. Потом представил себе свою силу – это он умел делать хорошо, Арш-пахва научил Лёньку это делать практически рефлекторно. На этот раз сила показалась ему в виде окутывавшей тело плотной светящейся сферы, вокруг которой клубились небольшие золотистые протуберанцы. Лёнька вытянул руки вперёд, формируя из сферы почти осязаемый плотный луч, и направил этот луч на источник. Луч ударил в источник и стал втягиваться в него. Источник стал постепенно светлеть, наполняясь заёмной силой, в то время как сфера, окружавшая Лёньку, стала терять свою плотность. И, каким-то шестым чувством, он понял, что прервать этот процесс уже не сможет. Мозг поймал его в ловушку. Если Лёнькиной силы окажется недостаточно – он погибнет. Но думалось уже как-то вяло, к тому же тело вдруг скрутила сильнейшая судорога боли. И ни сойти с постамента, ни даже просто сдвинуться с места Лёнька не мог. Да уж, оставалось только расслабиться и получать удовольствие, хотя какое уж там удовольствие… Луч продолжал тянуться к источнику, тот всё светлел и светлел, и, наконец, засветился ровным золотистым светом. В это мгновение луч иссяк, втянулся назад в сильно побледневшую и ставшую почти прозрачной сферу, окружавшую Лёньку. В этот же момент парень почувствовал, что снова может двигаться, и пошатнулся – боли больше не было, но ощущалась странная слабость. С трудом справившись со ставшим непослушным телом, он произнёс: - Я выполнил свою часть сделки. Теперь – твоя очередь. - Конечно! – в голосе Мозга прозвучало ликование. – Конечно! Источник полон, я о таком и мечтать не смел! Ты действительно силён! - Был… - проворчал Лёнька. - Твоя сила восстановится! – радостно сказал Мозг. – Не сразу, конечно… со временем… Но ты будешь так же силён, как прежде! А я умею быть благодарным – ты получишь всё, что я обещал! Ступай по стрелке, она выведет тебя наружу, собери красной травы, столько, сколько нужно, а потом просто позови меня. Я отдам тебе этого недостойного и верну к твоим спутникам. Лёнька кое-как спустился с постамента, отметив, что слабость постепенно проходит, и отправился за вновь вспыхнувшей на полу тонкой красной линией. Очень скоро он оказался перед очередной овальной дверью, которая плавно отъехала в сторону. Лёнька выглянул наружу и увидел плоскую равнину, поросшую высокой травой, напоминающей ковыль, странного ярко-красного цвета. Лёнька спустился по выдвинувшемуся трапу, достал нож, снял мешок и стал срезать пучки травы. Очень скоро мешок оказался полон, и Лёнька позвал: - Мозг! Я закончил! В ту же секунду на трапе материализовалась небольшая серебристая коробочка, и прозвучал голос Мозга: - Здесь находятся семена красной травы и кристалл, который объясняет, как её выращивать. Чтобы увидеть этот процесс, тебе достаточно просто сжать его в руке. Кристалл многоразовый, он практически вечный, но если его возьмёт кто-то другой – ничего не увидит. Кристалл настраивается на того, кто «открыл» его первым, больше доступа к сведениям не получит никто, поэтому будь осторожен. - Спасибо, - благодарно кивнул Лёнька. – А… а вторая часть сделки? - Получай, - ехидно сказал Мозг. И на трапе появился тот самый ящер из саркофага. Выглядел он испуганным и растерянным, несмотря на то, что был куда выше Лёньки. А ещё он выглядел измученным и истощённым. Шоколадную чешую кое-где пересекали длинные белёсые шрамы, походка была нетвёрдой, вихляющей. Шею ящера охватывал мощный ошейник с тянущимся за ним поводком. - Можешь взять поводок, - сказал Мозг. – С этого мгновения он становится твоей полной собственностью. Лёнька подобрал поводок и увидел в глазах ящера неподдельный страх. А Мозг заговорил на каком-то шипящем наречии – видимо, на родном языке ящеров. И пока тот говорил, страх в глазах ящера всё нарастал. Наконец, Мозг закончил и перешёл на понятный Лёньке язык. - Держи крепче поводок. Наша сделка закончена. Я перенесу тебя к твоим спутникам. Прощай. - Прощай, - кивнул Лёнька. И в это самое мгновение мир вокруг вновь превратился в цепочку мерцающих разноцветных пятен.