Та самая страшная тайна...

Ночь… Звезды, словно немые зрители развернувшегося представления, освещали своим тусклым светом лес, по мелким тропинкам которого мчался взмыленный конь, унося двух беглецов прочь из обители темной ведьмы. Ветер шуршал между верхушками высоких деревьев, напевая свою сумеречную песню. Ухала сова, всматриваясь в темноту и выискивая добычу, но ее отвлекли всадники, пронесшиеся мимо, словно ураган. Гнедой конь выскочил на полянку, распугивая мотыльков с высокой травы. Он затормозил, встав на дыбы, впрочем, он тут же успокоился, опустился и низко наклонил большую морду; ноздри широко раздувались, скакун не мог восстановить дыхание. С него буквально свалился всадник в доспехах. Шатаясь, он еле устоял на полусогнутый ногах, которые немилосердно тряслись после безумной скачки. Со стоном он выпрямился и начал быстрыми, дерганными движениями расстегивать застежки и замки доспехов. Когда панцирь вместе рукавицами полетели к стройным ногам, девушка задрала голову, блаженно выдыхая. Из ее рта повалил пар, ночью уже было довольно прохладно. Она нехотя откинула прилипшие к лицу темные пряди волос, выбившиеся из толстой косы. Девушка вся взмокла. Она протянула руки и помогла спуститься второму всаднику — тощей тени, которая тут же без сил повалилась на траву, издав что-то сродни со стоном и тяжелым вздохом. Дама, хромая, подошла к морде коня, обняла ее и, шепча что-то тихое и мелодичное, гладила по макушке, иногда прислоняясь губами к широкому носу. Конь медленно успокаивался. — Еле оторвались… — хрипло прошептала она, неизвестно к кому обращаясь. Конь плямкал большими губами, Нея с жалостью на него посмотрела и тихо прошептала: — Эх, жаль, что у меня нет воды! Для такого героя я бы ничего не пожалела, — усмехнулась она, похлопав коня по боку. Рыцарь подошла к путнику, разлегшемуся на траве, и, косо на него посмотрев, сказала: — Эй, как вы? Надеюсь, вы не собираетесь умереть прямо здесь? Маг и правда выглядел плачевно, — он побледнел еще больше, глаза прикрыты, грудь беспрестанно вздымалась, черные волосы были безнадежно взлохмачены. Сквозь покусанные сжатые губы он что-то невнятно процедил. Девушка ухмыльнулась и огляделась по сторонам. — Гарри устал, вряд ли он утянет нас двоих. Да и вы — не ходок, я смотрю… — Нея тяжело вздохнула, теребя задумчиво кончик косы. — Но рано или поздно нас найдут здесь, нужно уходить. И впервые за всю долгую ночь Мерлин подал голос: — Нея… — он приоткрыл затуманенные глаза. — Мы вдвоем все равно не уйдем. Уходи одна. Я… Я не смогу уйти, а ты сможешь. — Ой, ну началось! — вдруг воскликнула Нея, возмущенно откидывая волосы назад. — Это геройство, глупое и бесполезное! Думаете, это выглядит очень красиво, это ваше… — она скривилась и практически выплюнула, — ваше самопожертвование?! Нет, это выглядит как сумасшествие! Мерлин приоткрыл опухшие веки и изучающе посмотрел на девушку. — А как же кодекс рыцаря? Что же, разве вы не считаете долгом чести поступать благородно, не заботясь о своей жизни? — Могли бы уже заметить, что я не рыцарь, а воин! Я привыкла здраво мыслить, а не идти на поводу чувств! И лишь изредка допускаю несколько исключений! — вдруг вспыхнула девушка. — Рыцарство исживает себя до последней капли, и его конец уже близок! Маг несколько раз судорожно дернулся — он смеялся, хоть ему даже сие нехитрое действие причиняло боль. — Ты отрицаешь благородство, хотя твоему сердцу, я вижу, совсем не чужды такие поступки. Ты пытаешься оградить меня от того, что якобы считаешь неразумным, хотя сама поступаешь не иначе, ведь спасение меня — разве это было не геройством? — криво усмехнулся Мерлин, перебарывая боль в теле. Нея не нашла, что ему ответить. Она завалилась рядом с парнем на траву, скрестила руки на груди и выдавила: — Я лишь отдаю долг. Если не забыли, именно я схватила вас… Эмрис едва пожал плечами: — Былое. Главное то, что сейчас ты сидишь рядом, Нея. Хотя я бы хотел, что бы ты спасалась. Но твое упрямство непобедимо? Нея насупилась, раздраженно сдула прядку с лица и осталась сидеть на месте. Это было ее ответом. На несколько мгновений беглецы замолчали. — Эмрис… — позвала девушка мага. — Что? — выдавил он с трудом. Его веки упрямо пытались сомкнуться. — Куда пойдете? В Камелот путь закрыт, вы — маг. Вам совсем некуда идти, — Нея попыталась заглянуть в его полу-прикрытые глаза. Сдавленный вздох. Она ожидала услышать что угодно. Абсолютно любое его решение. Готова даже была услышать из его уст страшные слова: «Я не надеялся дожить до этого момента…», но девушка уж точно не ожидала услышать от него: — Что бы не случилось… — он запнулся и сипло втянул воздух в легкие. — Мой путь всегда будет пролегать через Камелот. — Тихо, но непоколебимо добавил он. Нея отшатнулась от него. Руки ее вздрогнули, сжимаясь в кулаки. Глаза загорелись яростью. Она вспыхнула, словно лесной пожар, пораженная его безрассудством: — Да вы сошли с ума! Свихнулись?! Это верная смерть. Король не пощадит вас, я уверена! — выкрикнула она, с каким-то отчаянием замечая, что ее слова не действуют на упертого мага. Он медленно открыл глаза — спокойный взгляд пронзил девушку насквозь. — Артур не такой, — тихо прошептал он. Три слова — нерушимая стена, которая оградила от девушки разум волшебника. Она выдохнула, не веря своим ушам. Девушка схватила Эмриса за руку, чем привела в замешательство и в смущение парня, и прошептала так умоляюще, как только могла: — Я прошу вас, одумайтесь, — Нея всмотрелась в его бледное лицо, а затем наклонилась еще ниже. — Пойдемте со мной. — Что?.. — удивился Мерлин. — Да! — выдохнула она. — Да! Идемте со мной. Дальше отсюда. Вас никто не найдет: ни Артур, ни Моргана! Только молю, идемте со мной… — шептала она, ощущая бесполезность всех своих просьб и подступающее отчаянье. Маг лишь бледно улыбнулся, прижимая ее ладонь к своей тощей груди. — Ты сейчас так похожа на нее… Нея нахмурилась и невольно пододвинулась ближе: — На кого? — На Моргану, — прошептал волшебник. Девушка, практически оскорбленная сим сравнением, невольно отпрянула, но маг не отпускал ее пальцев, сжимая их в своей руке. — Нет, не на ту, что ты знаешь. На прежнюю Моргану. С таким же прекрасным сердцем, как и у тебя. Обещай мне, что останешься такой?.. — совсем тихо прошептал он, почти теряя сознание. — Обещаю… — рассеяно кивнула она. Послышался шум. Крики преследователей. Девушка затравленно оглянулась. И на смену чуткой дамы снова пришел умелый и во многом опасный воин. С жестоким, колким взглядом и безжалостным сердцем. Нея схватила мага, скупыми движениями кое-как поставила его на ноги и толкнула к коню, заставив вскарабкаться. Усадив почти бесчувственного Эмриса на скакуна, она подняла с земли меч и, перехватив его правой рукой, оглянулась на Мерлина. Холодно ухмыльнувшись, она сказала: — Что ж. Где не пройдут двое — наверняка пройдет один. Гарри знает дорогу к Камелоту и привезет вас прямо к воротам, там псы Морганы не посмеют появиться. Вы можете мне поклясться, великий маг Эмрис, что закончите эту бессмысленную войну? Мерлин, не понимая, к чему это она, слабо кивнул. Девушка хмыкнула: — Тогда моя жертва будет не такой уж глупой… Прощайте!.. Она с размаху ударила коня по бедру, заставив того рвануть в гущу леса, унося с собой мага. Нея проводила их взглядом, затем повернулась к приближающимся врагам лицом и с некой иронией фыркнула: — Умру благородно, жертвуя собой. Какое счастье! Я выполнила свое обещание, маг. И, зло ухмыльнувшись, мысленно попрощалась с этим миром…

***

Конь с бесчувственным всадником мчался мимо деревьев, в кромешной тьме, лишь интуитивно разбирая дорогу. Маг даже не правил скакуном, силы, словно песчинки, утекали в небытие. Вскоре послышались крики преследователей. Все таки отважная воительница не смогла сдержать всех — их было слишком много. Засвистели стрелы. Перепуганный Гарри метнулся в сторону, споткнулся о корень дерева и полетел в овраг вместе со своим невезучим седоком. Мерлин оказался в какой-то холодной жиже. Тело ужасно ломило, легкие горели, все вокруг было в тумане. Он несколько раз приложился головой о что-то твердое, пока летел вниз. Правую руку он не чувствовал, только лишь холод, медленно подбирающийся к плечу. Сознание стремительно покидало его. «Неужели это смерть?..» — устало удивился он, закрывая глаза. Он уже не слышал криков солдат и рыцарей, звон оружия. Не почувствовал, как чья-то сильная рука заботливо подхватила его, усадив в седло… Неизвестно, сколько времени прошло с тех пор. Мерлин абсолютно не представлял, сколько времени он провел в липком беспамятстве, борясь за свою жизнь. Он вроде просыпался несколько раз, но в него вливали что-то омерзительное на вкус, и он снова начинал свой длинный и утомительный путь по темным коридорам подсознания. Вновь и вновь блуждал по мрачным лабиринтам, встречая кого-то, но кого именно, он после не помнил. Закончилось это неожиданно. Однажды очнувшись, Мерлин зажмурился в ожидании новой порции мерзкого месива, но она не последовала. Парень неуверенно открыл глаза. Потолок, знакомый каждой трещинкой, подозрительно родной. Запах трав и микстур. Приглушенные лучи солнца блуждали по мягкой и теплой постели. Парень, не веря своим глазам, оглянулся по сторонам. Неужели он дома?! После всего, что произошло… Рядом с ним восседал старик. Старые, выцветшие глаза смотрели на Эмриса с безграничной заботой, беспокойно. Когда парень открыл глаза и уставился на мужчину удивленно, на морщинистом лице заиграла счастливая улыбка. — Гаюс! — воскликнул Мерлин, он попытался вскочить, но по всему телу пронеслась острая боль. Лекарь, положив руку на плечо парню, уложил его обратно. — Тише! С твоими ранами вообще не живут, мальчик. Кхе! Заставил ты меня понервничать… — усмехнулся он, потирая сонные глаза. Сколько дней и ночей он провел подле измученного и израненного тела паренька, пытаясь собрать последние крупицы жизни, заставить жить. Мерлин откинулся на подушку, прикрыв глаза. Он дома. Гаюс рядом. Он выжил, но что же будет дальше? Гаюс прочитал, какие мысли мучают юношу, по хмурому лицу Мерлина. Старик тяжело вздохнул и поднялся со стула, придвинутого к постели раненого, на котором сидел. — Мне нужно оповестить короля о том, что ты очнулся. Глаза мага распахнулись, он с испугом посмотрел на придворного лекаря. — Мерлин, — покачал он головой. — Рано или поздно, но тебе все равно придется выйти отсюда, — старик направился к двери. — Гаюс! — окликнул его Эмрис. Тот остановился. — Что ожидает меня там? За дверью? — выдавил Мерлин, чувствуя, как замирает в ожидании его сердце. Старик повернул голову и, усмехнувшись, ответил: — Ты этого никогда не узнаешь, если не выйдешь. И он ушел, тихо прикрыв за собой дверь. Оставив Мерлина наедине со своими мыслями. «И что же будет там?» — пронеслось у него в голове. «Теперь все будет по другому?..» И только сейчас он понял, насколько дорожил той, прежней жизнью. Со всеми шутками Артура и рыцарей над ним. С опасными походами. С бредовыми поручениями короля. С вечными спорами. С дружбой, верной и ценной. Дружба, которую Мерлин вернул бы обратно за любую цену. Маг печально посмотрел на деревянную дверь. Он чувствовал неизбежность конца этой истории. Собравшись с силами, он медленно поднялся с кровати, хватаясь за ее спинку руками и неуверенно встав на забинтованные ноги. Он кое-как сохранил равновесие, оглядел себя с ног до головы. Эмрис поразился, насколько тощим он стал за эти несколько дней. Казалось, видно каждую самую мелкую косточку его тела. Он не видел своих ран, но ощущал тонну повязок и компрессов на своем теле. Хорошо, что рядом нет зеркала. Он попытался подойти к тумбе с одеждой и сделал неприятное открытие: ходить без костылей он не может. Так же, как и двигать крепко забинтованной правой руке. Хорошо, что Гаюс заботливо поставил рядом парочку деревянных палок специально для него. Неуклюже одевшись, Мерлин нерешительно, нарочито медленно поковылял к двери, чувствуя, что с каждым шагом силы покидают его — не физические, а те, что заставили его принять решение посмотреть в глаза Артуру. Он застыл около двери. Рука мягко легла на потертую ручку. — Сир… Моя судьба — ваша воля, — еле слышно прошептал он, толкая вперед дверь. Он собирался было решительно шагнуть вперед в коридор, но застыл в ступоре. За дверью стоял Артур, наклонив голову и облокотившись одной рукой о стену около входа. Король исподлобья взглянул на застывшего мага и позволил себе свою обычную ухмылку, которая теперь вышла немного сконфуженной и виноватой: — Ужасно выглядишь, Мерлин. Они застыли друг напротив друга, рассматривая внимательно, словно выискивая подвох. Две пары глаз скрестились в бессловесном поединке. Маг заметил несколько бинтов, выглядывающих из-под помятой рубашки Артура, синяки под глазами. — Да и вы не цветете, сир, — усмехнулся он в ответ. Между ними снова повисло молчание. — Сир, я... — Мерлин! — перебил его Пендрагон. — Запомни на будущее и никогда не смей забывать: у меня слишком мало друзей, чтобы они каждый раз жертвовали жизнью ради меня!.. Глаза юноши распахнулись удивленно. Артур улыбнулся: — Я так рад, что ты жив, Мерлин. Хоть ты и самый безрукий слуга в мире. Он сделал шаг навстречу парню и крепко обнял его. — Ну я же честно выполнял ваши приказы без магии, — усмехнулся юноша. — А зря, — покачал головой король. — Может, хоть с этим, — он сделал непонятный жест руками, — у тебя бы выходило лучше. — Мне было некогда ее тратить на такие пустяки! Я все время спасал вашу венценосную задницу! — воскликнул Мерлин. — Ты превратился в наглого старика и издевался над королем, Мерлин! — грозно протянул он. — Вот она, твоя магия! Ты хоть знаешь, сколько конюшен ждет тебя за это?! И только попробуй использовать свои фокусы, пока их будешь чистить! — покачал он пальцем. — Хорошо, — улыбнулся Мерлин. — Я тоже рад, что ты в порядке, Артур. Вдруг, в коридоре появилась Гвен. Она быстро подбежала к парню и кинулась к нему в объятья, уткнувшись носом в шею. Ее плечи вздрагивали. Королева плакала от счастья. Покрасневший маг приобнял ее одной, более целой рукой. Подошли рыцари, они переглядывались между друг другом, улыбались магу. Артур стоял около стены, скрестив руки на груди, на его лице сияла улыбка. Гаюс наблюдал за этой картиной с присущей его возрасту снисходительностью. Гвейн хитро подмигнул счастливому Мерлину. — Я так счастлив, что вы есть у меня… — прошептал парень. — А у нас есть личный фокусник, — усмехнулся Леон. — Ага, теперь будет нас развлекать в походах, — поддержал его Эллиан. «А относятся ко мне все так же,» — мысленно закатил глаза Мерлин, слушая посыпавшиеся шуточки со всех сторон. Вдруг одна мысль молнией пронеслась у него в голове, поразив. Он отстранил Гвен и посмотрел на сразу примолкших парней. — Что стало с девушкой?! Вы видели Нею? Она сражалась с солдатами Морганы, сдерживая их и дав мне уйти! — он заметил недоумения в глазах рыцарей и кинулся объяснять. — Ну такая с длинной косой, с мечом... На поляне, недалеко от места, где меня скинул конь!.. Помрачневший Артур положил руку на плечо Мерлина и отрицательно покачал головой. Мерлин, сжимая руки в кулаки, уставился в пол, сдерживая подступившие слезы. — Нея… Я сдержу свою клятву, — прошептал он. Война еще не закончилась.