The way to victory

Лихолесье... Как много в этом слове для лесного правителя. Лихолесье... Теперь это название будет вечным напоминанием о тех временах, когда лес переживал страшную из болезней, когда Король Лесных Эльфов мог не спать ночами, всеми способами пытаясь хоть как-то облегчить страдания его любимому лесу. Сначала Король легко напевал несложный мотив, а под конец он обретает мощь и силу, которую может дать лишь он - Трандуил. Вот уже прошёл век, сотня лет... Для эльфа это совсем ничего, как капля в океане или снежинка во время снегопада. Сто лет уж называется его лес Эрин Ласгален, Лес Зелёной Листвы. Это радостное событие, даже очень, особенно для того, кто так долго боролся с заразой, заставлявшей лес медленно умирать. Но отчего-то совсем не весело на душе у Трандуила. Наоборот, снаружи он спокоен, как всегда равнодушен и прекрасен своей невозмутимостью , но внутри золотоволосого синды бушует пожар из тревоги и смятения. Как часто ночью он не может сомкнуть глаз, думая, что где-то, где-то точно они допустили ошибку, и зло не исчезло, а только прячется, копит силы. Много ночей напролёт Король может бодрствовать и, глядя на звёздное небо, размышлять, что где-то совсем рядом Саурон строит свои козни против мира, желая поработить его, как желал того его Хозяин. В часы, когда он один, Трандуил предпочитает каким-либо занятием мыслительный процесс. Всё вспоминая тот день, когда Мордор рухнул буквально у него на глазах, как Око Саурона разрушилось вместе со своим постаментом, как извергался вулкан, когда Кольцо было сброшено. Все было так натурально, но всё же что-то не складывалось. Тогда он перерыл всю библиотеку, прочитав буквально все книги, где было сказано о Кольце. Он не погнушался съездить к гномам, чтобы и у них поискать нужные сведения, навестил и Галадриэль, и даже Элронда, но все его попытки найти хоть что-то новое, хоть малую кроху свежей информации успешно провалились. Бывало, запершись у себя в покоя, он разговаривал с Лесом и, возможно, тот был одной из причин его беспокойства. Он шептал Королю, что здоров, но всё таки что-то иной раз, да забирало его силу, делая практически беззащитным и ослабленным. Птицы, иногда выходившие с ним на контакт или зверьё, забегавшее в его Лес, делились с ним новостями, что собирали по Средиземью. И, если не вникать, то все нормально в Арде. Но Трандуил с рождения привык искать глубинный смысл и находил его, правильно истолковывая сказанное. И, к сожалению, вести его не радовали, потому что все сводилось к Гондору: то пропадёт какой-нибудь горожанин, то заезжий купец или торговец, а то и эльфийского посла или простого путника могут найти где-нибудь в канаве или на полях. По сути его не должно беспокоить это: смертные не его забота, а эльфы либо Элронда, либо от Галадриэль с Келеборном. Своих-то он не посылает, да ему это и не нужно, но все таки все равно жалко, ведь одной же расы как никак. Ох, если бы видели бы остальные, когда, заявившись на совет, собранный для того, чтобы просто узнать, как продвигаются у всех дела, Трандуил, отведя в сторону эльфийскую Владычицу, Лорда и Митрандира, поделился своими опасениями насчёт того, что Майрон, именуемый ныне как Саурон ещё жив-живёхонек и где-то скрывается, вынашивая план, а Кольцо не уничтожено и спрятано в укромном месте... "Трандуил, - сказала Галадриэль, - прошло уже пятьдесят лет, а ты все думаешь, что Некромант жив?" "За эти годы, я полагаю, он как-то, да проявил себе, не находишь, друг мой?" - улыбнулся Элронд. "Милорд, мы все там были в тот день, и все видели, что зло погибло, как только было уничтожено Кольцо. Зачем это нужно Саурону? "- прокомментировал ситуацию Гэндальф. С его друзьями происходило что-то не ладно, но что? Оно было не заметно для простого эльфа, человека или гнома, но для друга остаться не замеченным не смогло. Они менялись, медленно, но верно. Какая-то маниакальная зависимость отдавать приказы всем и вся, какой-то дурной блеск в глазах, какие-то нервно поджимающиеся губы, как только речь заходит о кольцах. Хранители напоминали ему то существо, которое держалась взаперти в его замке. Голлум. Такие же блестящие глаза, такой же нервный псих. Только вот друзья пока могут контролировать его, не показывая на общественности. Может, все дело в кольцах? Или все же что-то другое? Он не знал. По крайней мере, пока. *** Ещё одна бессонная ночь, ещё одна нить для размышлений. Вот только как-то особенно не спокойно у синды на душе. Он вышел на балкон и стоял, глядя на беззвездное небо. Какая-то слишком тёмная ночь для поздней, но летней. Слишком темно. Тьма. Это слово большой подходило к описанию ночи. Осязаемая, она будто стремилась обрести контроль над телом эльфа, и тому ничего не оставалось, кроме как яростно и упорно сопротивляться этому удушающему потоку. Он не видел, но почувствовал. Что-то творилось, и творилось непонятное и в какой-то мере удивительное... Слишком ярко... Рыжие всполохи прорезали темноту. Вычурно и приметно для глаз Короля. Огонь... Трандуил ещё не до конца во всем разобрался, но в одном он был уверен точно - зло ни на минуту не покидало Средиземье.