I Don't Think I Meet You Anymore.

Побережье Тихого океана казалось сегодня особенно безмятежным и спокойным. Пасмурное серое небо с легкими проблесками голубизны предупреждало о приближающемся дожде. Не было видно ни одной живой души, лишь чайки кружили над водой, издавая характерные звуки. Именно ради таких моментов я и вставал по утрам, чтобы увидеть еще не испорченную людьми красоту природы: возвышающиеся скалы пляжей округа Вентура были лучшими во всей Калифорнии, здесь никогда не было людской суеты, одно лишь умиротворение. Я смотрел на водную гладь, уходящую далеко-далеко, к линии горизонта, и думал о том, что лето почти закончилось. Вот уж не ожидал, что прощание с океаном будет таким тягостным и мучительным. Оставалось всего три дня, и я уже начинал свыкаться с тем, что вернусь сюда только следующим летом, но городская суета настолько пугала меня, что от мыслей о возвращении домой мне становилось не по себе. Прогуливаясь по любимому побережью, я ловил губами свежий утренний воздух. Здесь он был каким-то особенным, можете мне поверить. Уже нужно было возвращаться, пока родители не заметили моего отсутствия и снова не начали свой серьезный разговор о том, что необходимо спать хотя бы 6-8 часов в сутки. Им ведь не объяснишь, какими особенными бывают утренние прогулки в 4 утра. Я собирался было уже повернуть обратно (клянусь, еще пара секунд и я бы направился домой), но меня привлек силуэт, находящийся примерно в 100-150 метрах от меня. Не может быть. За все лето я ни разу не видел здесь людей в такое раннее утро: ни рыбаков, ни туристов ни обычных прохожих — никого. Ни разу. Ужасно заинтригованный, я быстрым шагом направился к интересующему меня объекту. С каждым шагом он приобретал все более четкие очертания: темноволосый кудрявый парень во фланелевой рубашке увлеченно читал книгу, периодически возвращая на место сползающие с носа очки в черной оправе. — Доброе утро. — Наверное, я произнес это слишком неожиданно, потому что незнакомец вздрогнул, выронив при этом книгу из рук. Я вежливо поднял ее и протянул парню, предварительно прочитав название. — «Отверженные»? Это одна из моих любимых. — Ты читал «Отверженных»? Не могу поверить, — улыбнулся мне парень, хотя изумрудные глаза выдавали его скрытое восхищение. — Хотя, наверное, первый вопрос, который я должен был задать, это — «что ты делаешь здесь так рано?» — Он снова улыбнулся. — То же я могу спросить у тебя, — я присел рядом. — Сколько я гулял здесь по утрам — ни разу никого не видел. А я прогуливался здесь все лето. — Правда? А я выбрался только сегодня, что-то не спалось. — Он повернулся и указал куда-то рукой. — Я живу тут, неподалеку. Он живет неподалеку? Забавно. Лето кончается, а мы еще ни разу не встречались. — А я из Нью-Йорка, приехал сюда на каникулы и совсем скоро уезжаю. — Странно, что мы раньше не встречались. Эта фраза просто выбила меня из колеи, потому что как раз секунд десять назад я думал о том же. Но это действительно очень странно. Мы жили практически по соседству, но не виделись ни разу за все лето. — Итак, со мной мы выяснили — мне не спалось, — продолжил незнакомец, — а что насчет тебя? Что ты здесь делаешь так рано? — Прощаюсь. — Я нарисовал на песке смайлик и сразу же смахнул его легким движением руки. — Мне так не хочется уезжать. Незнакомец посмотрел на меня взглядом а-ля «как я тебя понимаю». Я отвернулся. Мы просто молча сидели и смотрели на океан. Появлялись первые волны, начинало светать, а чайки исчезали из виду. Послышались первые раскаты грома. — Наверное, нам пора, — парень захлопнул книгу и посмотрел на меня. — Гроза будет. — Я еще посижу, пожалуй, — ответил я, не отводя глаз от океана. Во время грозы он как-то по особенному явно показывал свой протестантский характер. Волны становились больше, птицы и вовсе исчезли. Белое небо стали затягивать массивные серые тучи. — Тогда я тоже останусь, — мой собеседник лишь усмехнулся, произнося это. — Не оставлять же тебя мокнуть здесь одного. — Спасибо, это очень заботливо. — Я, наконец, повернул к нему лицо. Теперь его взгляд устремлялся на водную гладь, а я рассматривал незнакомый профиль. Кудри аккуратно спадали на лицо, взгляд казался очень рассредоточенным, уголки губ подрагивали. Щеку украшала небольшая ямочка, придающая лицу некую миловидность. — Почему ты на меня так смотришь? — он неожиданно повернулся и задал этот вопрос с легкой улыбкой, как будто заигрывая. Может, я просто придумываю. У меня с детства богатое воображение. — Ты тоже смотришь. — Я был несколько смущен и не находил нужных слов. — Теперь мы в тупике, — я рассмеялся. Он казался очень дружелюбным, несмотря на то, что наш разговор был, в общем-то, ни о чем. Мы просто обменивались незаурядными фразами, которые, по сути, не имели никакого смысла, но одновременно приносили какое-то душевное удовлетворение. — Меня зовут Гарри, — парень протянул мне руку. — Надо было раньше представиться. — Луи, — пожал ему руку я. — Вообще это я должен был сделать, а то подошел и пристал тут к тебе какой-то незнакомец. Наверное, ты подумал, что я странный, когда я подошел. — Я и сейчас так думаю, — после этой фразы Гарри я удивленно посмотрел на парня, и его губы стали расплываться в улыбке. — Я шучу, Луи. На этот раз улыбался я. А он забавный. Тем временем тучи сгущались, а волны были сегодня какими-то особенно шумными. Я посмотрел на небо и сразу же зажмурился: капля упала прямо на лицо. Начинался дождь. Я посмотрел на Гарри: он запрокинул голову, закрыл глаза и наслаждался каплями дождя, которые падали на лицо, медленно стекая по шее на рубашку. Его кудрявые волосы начинали промокать, но он сидел все так же неподвижно, ловя губами насыщенный озоном воздух. Дождь становился все сильнее, и Гарри наконец открыл глаза. Я постарался как можно быстрее отвести взгляд, но он заметил, что я смотрю на него, и его губы застыли в полуулыбке. — Нам лучше спрятаться в беседке. — Я встал с песка, отряхивая джинсы сзади. — Пойдем. Я протянул парню руку, помогая встать. Он схватился за нее и быстро поднялся, медленно отпуская ее. Не знаю, почему на меня так подействовало это прикосновение, но у меня мурашки пробежали по коже. Интересно, у него тоже? — В этой беседке нет толку сидеть, мы промокнем почти так же, как если бы сидели под дождем. — Парень улыбался, а его волосы уже промокли окончательно и были уже совсем не кудрявыми, а слегка волнистыми, и это делало его еще привлекательнее. — Вон там есть еще одна, побежали! Гарри схватил меня за руку и побежал. Это была одна из самых неожиданных вещей, которые он мог сделать, но я не растерялся и побежал за ним, стараясь не выпускать руки. Беседка, про которую говорил Гарри, была совсем недалеко, но бежать под дождем было очень весело, и сейчас мне очень хотелось, чтобы по велению моих мыслей она оказалась за полкилометра отсюда, дабы мы могли бежать дальше, наслаждаясь проливным дождем, слушая раскаты грома и жадно глотая летний воздух. — Вот, здесь мы промокнем немного меньше, — сказал Гарри, заходя в беседку и медленно отпуская мою руку. Он неожиданно завертел головой влево-вправо, и от его волос на меня полетели брызги. — Гарри, перестань! — я смеялся, пытаясь заслонить лицо ладонями. — Пожалуйста! — Не нравится? Тебе не нравится? — Он нарочно стал делать это еще сильнее, заставляя меня смеяться дальше. — Вот так, да? — хитро посмотрел на него я, как бы принимая вызов. — Да, и что ты будешь делать? — Парень прекратил мотать головой и пристально посмотрел на меня, приподняв левую бровь. Что ж, он сам напросился. Я быстрым движением поднял парня на руки и побежал к морю. Он был намного легче, чем я думал, но его визги, наверное, слышала вся округа. Хотя кто мог их слышать, если ближайшие дома почти в километре от нас? Все же он не переставал смеяться и кричать, периодически закрывая глаза ладонями. Но я был неумолим. — Луи, ну пожалуйста, что ты делаешь? Перестань, Луи! — Его игривый голос только больше раззадорил меня, но буквально в паре шагов от моря я остановился и опустил парня на землю. — Ладно, ладно, так и быть. — Так и быть, да? Гарри что есть силы навалился на меня, и мы оба упали в воду, и хоть ее было по колено в том месте, мы вымокли полностью. — Я пожалел тебя, в океан не забросил, а ты… — Я поднялся и начал обрызгивать парня водой, отчего он хохотал еще громче. — Это было против правил! Гарри только подмигнул в ответ, а затем, помахав мне рукой, нырнул в воду и скрылся. Он что, серьезно решил плавать сейчас?! Во время дождя и шторма? Этот человек казался мне все более безумным, а ведь был таким скромным, когда мы сидели на пляже, обсуждая книгу. — Иди сюда, Луи, плыви ко мне! — где-то в десяти метрах от меня вынырнул Гарри. Он выглядел таким забавным, находясь в рубашке по ключицы в воде, что мне больше всего на свете сейчас хотелось присоединиться к нему. — Давай же! Я нырнул не думая. Давно не совершал ничего такого безумного. Но лето кончалось, и нужно было действовать. Проплыв какое-то расстояние, я вынырнул, остановившись буквально сантиметрах в десяти от Гарри. Встав на ноги, я посмотрел на него. — Вот, я здесь. Я находился на таком запретно небольшом расстоянии от него, что дух захватывало. А по телу бежали мурашки, но не от холода, а от устремленного на меня взгляда изумрудных глаз. Отчего-то я не мог перестать смотреть на него: на то, как подрагивают его ресницы, как появляется ямочка, стоило ему хоть немного растянуть губы в улыбке, как беспорядочно красиво лежали на лице его волосы. Мне не стоило обращать на это внимание, но я обращал. — Пусть ты потом ударишь меня за это, но лето кончается, и я буду долго жалеть, если не сделаю это прямо сейчас. — Я даже не успел осознать смысл вышесказанных парнем слов, как он подошел ко мне максимально близко и аккуратно прикоснулся своими губами к моим. Это был мой первый поцелуй в океане под дождем. Нет. Это вообще был мой первый поцелуй.