Волшебная кровь

III

Забавно, но Чарльз посоветовал мне использовать свои "женские чары". Неужели от них могло что-то остаться? Бледное лицо, тусклые волосы, синяки под глазами, старая мешковатая одежда, пропахшая маггловскими сигаретами… Я рассматриваю свое отражение в зеркале, и мне становиться тошно. Примерно так я и выглядела, когда мы с Гарри остались одни. Красные глаза болели от дурацких, не прекращающихся слез, тело ломило от холода и усталости, руки были в синяках, видимо от схватки с егерем. Гарри мало говорил и часто просто подолгу смотрел на меня, от чего становилось не по себе. Сначала я пыталась разговорить его, дать понять, что разделяю его горе и ненавижу эту войну всем сердцем, затем кричала на него, срывала голос только для того, чтобы он сказал мне чёртову пару слов, потом просто устала, оставила свои попытки и начала курить эту маггловскую дрянь, которая остановила, наконец, поток слез. Я решила, что подумаю обо всем после войны, что сейчас главное убить тех, кто устроил всё это, кто убил Рона. Только потом это желание уничтожать перенеслось на всех, кто пролил чью-то кровь. Чаще всего волшебную. Передо мной осталось лишь бледное подобие Гарри Поттера, произносившее заклинания, как маггловская мягкая игрушка. Однако впоследствии хватило и этого, чтобы убить Темного Лорда. Теперь мне кажется, что в тот день я похоронила обоих своих друзей. Гарри так и не стал прежним, наоборот, всё только усугубилось после главной схватки. Он совсем перестал разговаривать и только странно мычал, как раненное животное. Я ненавидела его, ведь он оставил меня одну со всем этим чёртовым миром. Он бросил меня, предпочел беспамятство этой невыносимой боли. Отражение в зеркале утерло несколько слез. Я привожу себя в порядок только для дела. Или используя оборотное зелье, или просто подбирая подходящий наряд. Дважды я останавливалась на облике какой-нибудь недалекой официантки одного из любимых ресторанов своей жертвы, добавляла яд в еду или напитки, а бывало, что удавалось просто подкараулить свою цель и воспользоваться смертельным заклятием… Но самое приятное – наблюдать и впитывать каждый последний вдох, судорогу, взгляд. Это сложно передать словами, но я упиваюсь этим, получаю почти чувственное наслаждение. Правда, есть и те, чья личность и преступления особенно цепляли и заставляли создать нечто уникальное, они были для меня словно вишенкой на торте. Такие жертвы заслуживали индивидуального подхода и тщательной подготовки. С этим слизеринцем все будет не так просто. Малфой меня волнует. Он – часть той далекой счастливой жизни, которую я давно оставила позади, не самая лучшая, к тому же. Интуиция и факты мне подсказывают, что он действительно опасен, что не может не привлекать. Интересно, кто мог его заказать? Я неосознанно затаила дыхание. В голове промелькнула мысль, что я могу умереть от его рук. Я закрыла глаза и почти зажмурилась от удовольствия, как вдруг раздался стук в дверь. Я снимаю небольшую квартирку на окраине Лондона, где никто меня не тревожил до этого момента. Никто не знает о том, где я живу, да и некому меня искать с благими целями. Я на цыпочках подхожу к кухне и беру один из ножей. Кто бы это ни был, он попытается сначала избавиться от моей палочки. Стук повторяется, и я медленно подхожу к двери. Меня переполняет адреналин, я обращаюсь в слух и почти не дышу. Проходит несколько секунд, и до меня доходит, что я даже не наложила необходимые заклятия на дверь. Идиотка, я умру из-за того, что всю дорогу домой думала о Малфое. Из коридора слабо доносится чей-то шепот. "Алохомора". В голове проносится, что я не хочу вот так умереть. Подавляю желание довериться судьбе и пойти навстречу своему гостю. Нужно бороться. Крепче сжимаю рукоятку ножа и прячусь за открывающейся дверью. "Ты не умрешь, Грейнджер. Не сегодня"