Наблюдатель

Резко сев на кровати, Северус не сразу смог понять, почему в комнате стало так светло. Лишь услышав щебетание птиц за окном, он понял, что наступило утро. Быстро встав и пройдя дальше по коридору, он заглянул к Поттеру — постель была пуста. Мужчина поднял палочку и кинулся вниз по каменной лестнице. Уже на первом этаже он столкнулся с Драко. От усталости тот еле держался на ногах. — Где они? — рявкнул Снейп. Парень махнул рукой в сторону выхода из замка. — Поттеру значительно лучше, Стефания решила прогуляться с ним к морю. Не бойся, она… Не дослушав, мужчина аппарировал. Оказавшись на залитом солнечным светом скалистом берегу, Снейп сразу увидел их. Поддерживая мальчишку, Стефания медленно шла с ним вдоль кромки воды. Поттер что-то говорил ей, но из-за рокота волн, разбивающихся о скалы, и крика чаек его почти не было слышно. Увидев Северуса, девушка помахала ему рукой. Гарри же встал как вкопанный, наблюдая за приближающимся мужчиной со смесью страха и обреченной покорности. — Вам не следовало уходить из замка, — жестко сказал Снейп, подходя к ним. — Брось, Гарри надо хоть немного побыть на свежем воздухе, — с улыбкой ответила Стефания. При ярком свете были хорошо видны синяк и ссадина на щеке Поттера, хотя за ночь они уже почти сошли. Это лишь подтверждало то, о чем вчера говорил Снейп — Сила активизировалась и помогала заживлять повреждения. Мужчина рывком задрал свитер и рубашку Поттера, отчего тот охнул, и продемонстрировал Стефании живот парня. На месте вчерашней глубокой раны теперь была розовая, чуть блестящая новая кожа. Улыбка волшебницы померкла, она молча отстранила Снейпа и помогла Гарри заправить рубашку. — Мы решили подняться наверх, когда ты проснешься, и рассмотреть все поближе. — девушка кивнула в сторону замка. — Поможешь нам, или так и будешь рычать на всех без разбора? Снейп обернулся и сощурился, когда непривычно яркое солнце ударило в глаза. Но затем, рассмотрев, на что указывала Стефания, он замер. Это было восхитительно. Сначала ему показалось, что это кольца Гало расходятся вокруг небесного светила. Однако увиденное им явление более походило на Северное сияние, по необъяснимой причине играющее всеми красками не ночью, что было бы объяснимо здесь, в Норвегии, а при свете дня. Ткань Мироздания парила в воздухе, словно подхватываемая легчайшими порывами ветра, и казалось, что она вот-вот поднимется ввысь и растворится. То была Высшая материя, из которой когда-то произошло все живое и разумное. В древности Ткань Мирозданья была единственным, чему маги поклонялись, как магглы — своему Создателю. Считалось, что на Земле больше не осталось мест, где она была видна невооруженным глазом, хотя еще два века назад волшебники наблюдали это явление по всему миру. Многие, несмотря на благоговейный трепет, изучали его, и почти все сходились во мнении, что его природа непостижима для человека. Возможно, оно было и к лучшему, ведь неизвестно, чего можно достичь с его помощью. Впрочем, теперь Северус знал это почти наверняка. Чувствуя, как сжимается в груди сердце, он думал о Тамерлане. Об этом незнакомом мальчике, своем сыне, который еще в детстве постиг эту тайну. — Пойдем, — едва слышно произнесла Стефания. С трудом отведя взгляд от чудесного явления, он увидел, что они с Гарри испытывают те же чувства. — Я должен сперва все проверить. И хоть раз сделайте, как я прошу — оставайтесь все в замке. Оттуда открывается хороший обзор, вы сможете следить за окрестностями. Девушка молча кивнула, и втроем они направились обратно к замку. * * * Звук шагов гулко отдавался от каменных стен, когда Снейп медленно поднимался наверх по узкой, местами разрушенной лестнице. Держа наготове палочку, он преодолел последний пролет и вышел на залитую солнцем площадку на крыше замка. Впереди, насколько хватало глаз, простиралась холодная синева моря. Мужчина глубоко вдохнул свежий воздух, на мгновение прикрыв глаза, и лишь тогда посмотрел наверх. Отсюда переливающаяся Ткань Мирозданья была видна хуже, чем с берега. Можно было предположить, что на это влияет угол, под которым ее наблюдали. Снейп сотворил несколько простейших заклинаний на определение материи, но это не дало никаких результатов, словно там, над его головой, ровным счетом ничего не было. Маг озадаченно нахмурился — сложно изучить то, что нельзя собрать и измерить, над чем нельзя поставить эксперименты. Именно с такой проблемой сталкивались все те, кто за несколько веков до него пытались постичь тайну Исходной материи. Но, в отличие от них, у Снейпа были возможные катализаторы. Оставалось решить, какой из них был более безопасен. Спустившись, он позвал Стефанию. Та с готовностью проследовала за ним, ведь ей так хотелось увидеть все своими собственными глазами. Ступив под открытое небо, девушка восхищенно ахнула. — Невероятно, — прошептала она. Привстав на носках, она попыталась дотянуться до сверкающей дымки, как это делал Тамерлан в ее последнем видении, но Снейп одернул ее руку. — Осторожно, — сказал он резко. — Мы не знаем ее свойств. Были версии, что Ткань Мирозданья — это портал в другие измерения, подобно тому, что находится возле твоего замка. И, хоть я склонен считать, что перед нами материя более высшего порядка, не стоит совершать необдуманных поступков. Улыбаясь, Стефания сделала несколько шагов вперед и покачала головой. — Уверена, что это совсем не похоже на Покров, находящийся в пределах наших владений. Я видела во сне Ткань Мирозданья, и видела здесь нашего сына. Это может звучать парадоксально, но мне кажется, что… только поняв наверняка, что он должен сделать с ее помощью, Тамерлан смог научиться управлять Высшей материей. Сандро написал мне о Царстве разума — так вот, без сочетания Разума и Силы никто из волшебников не сможет воспользоваться этим местом. Снейп скептически покачал головой. — Мы не можем позволить себе интуитивный подход, только не в этом вопросе. Тем более, что ты хотела, чтобы Поттер научился отсюда управлять энергией Мира, а для него сочетание Разума и Силы — перспектива недостижимая. Стефания перевела на него взгляд и мягко сказала: — Почему бы тебе не поверить в него хоть раз? Северус, откуда такое предубеждение? Дело ведь не в силе… сам знаешь, кого. Будь все так, ты бы испытывал такую же неприязнь и ко мне. — Сейчас не время это выяснять, — раздраженно проворчал Снейп. — Нам предстоит много работы. — А, по-моему, самое время. — приблизившись мужчине, Стефания нежно провела пальцами по его лицу. — Все из-за женщины, так? Его матери. Лили. После короткой паузы он медленно ответил: — Это не важно. — Важно. — Ты что же, ревнуешь? — Я не знаю. Для тебя она — идеал, а соперничать с умершим идеалом — непосильная задача. — Не могу поверить. — Снейп издал короткий смешок и отошел от нее к парапету. — Мы стоим в, возможно, последнем в мире месте, где Ткань Мирозданья находится почти на расстоянии вытянутой руки, а ты заводишь разговор о том, что уже давно потеряло какой-либо смысл. — Твои чувства не могут потерять смысл. — Что ты хочешь от меня услышать? Что я любил его мать? Ты это и так наверняка слышала, ведь среди Упивающихся об этом только ленивый не говорил. — Я лишь слышала, что ты просил пощадить ее. Маг пожал плечами. — Моя просьба не имела никакого значения. Ее муж был достаточно глуп, чтобы довериться не тому человеку, и, если она когда-то решила связать с ним жизнь… что ж, она сама выбрала свою судьбу. Ты спрашиваешь, почему я не могу поверить в Поттера? Да потому что глупость — их семейная черта. Наравне с безответственностью. Мальчишка до сих пор не осознает, что двое самых близких ему людей положили за него жизни. — Ты несправедлив. — возразила Стефания. — Ему очень их не хватает. — Тем не менее, это не мешает ему рисковать собой без особой на то необходимости. Я видел Лили… — он запнулся. — То, как застыло после Смертельного заклятья ее искаженное лицо… Я не был к этому готов. Оно каждый раз стоит у меня перед глазами, когда Поттер творит какую-то очередную глупость. Я давно понял, что ничего не смогу с этим поделать, как-то изменить. И нет уже никакой разницы, кто кого когда-то любил. Все покрылось пеплом. Так что смирись с этим фактом: Поттер и я — понятия несовместимые, я никогда не признаю в нем наличие хоть толики тех качеств, которые могли бы нас всех спасти. — А мне ты можешь поверить? — Ты склонна заблуждаться на его счет, так что нет. Девушка обиженно скрестила руки на груди и отвернулась. Снейп вздохнул и, мягко коснувшись пальцами ее подбородка, повернул ее лицо к себе. — Не проси меня изменить отношение к Поттеру, это бесполезно. Но в одном ты права — тебе не стоит соперничать с его матерью. Сравнивать вас было бы нечестно. — он замолчал на мгновение, увидев, как она замерла. — Нечестно по отношению к ней. Стефания благодарно улыбнулась и, взяв его руку в свою, поцеловала его пальцы. Некоторое время они стояли, глядя на море, и каждый думал о своем. Затем девушка снова посмотрела наверх. — Думаю, прежде чем приводить сюда Гарри, следует испытать все возможные теории на мне. — Первая разумная мысль за сегодня. Стефания промолчала, понимая, что своими вопросами испытывала терпение Снейпа, и предпочла больше сегодня не рисковать. — Что мне делать? — Встань в центр площадки. — дал команду волшебник, указывая рукой. — Видишь эти полустертые линии на камнях? Здесь не раз рисовали круг Силы. Стефания пригляделась и растерянно прикусила губу. — Я думала, здесь жили магглы. — Лет пятьдесят назад — да, так оно и было. Но замок построили волшебники. Не удивлюсь, если здесь они и сгинули, иначе бы нахождение этого места постепенно стало бы известно всем нам. — Как магглы смогли жить здесь? — Стефания смотрела, как Снейп мановением палочки восстанавливает линии круга Силы. — Ведь они, даже не видя Ткани Мирозданья, наверняка чувствовали ее влияние. Я имею в виду, находиться здесь, бесспорно, чудесно, но жить… День за днем испытывая на себе ее силу… — Полагаю, долго они тут не продержались, переехали на материк или другой остров. Мужчина закончил приготовления, и, жестом велев Стефании не двигаться, произнес заклинание. Линии вспыхнули ярким светом, гораздо ярче, чем следовало ожидать. — Левикорпус. Оторвавшись от земли, девушка медленно поднялась в воздух. Завороженно наблюдая, как от круга Силы к ней протягиваются переливающиеся лучи, она подняла руки и всеми помыслами устремилась ввысь, куда ее звала беззвучная песня Мира и Творения. Впервые за долгие годы сердце волшебницы наполнилось спокойствием. Вокруг нее искрилась божественная Материя, и казалось, что все счастье Вселенной сосредоточено в ней, и все тревоги ничтожны, а отвести беды можно одной лишь силой воли. Рассмеявшись, Стефания протянула руку вперед, пытаясь коснуться окружающую ее Ткань. Однако та будто бы развеялась, проскользнув меж ее пальцев. Вновь и вновь девушка пробовала нащупать эти эфемерные нити, но каждый раз они ускользали. Почувствовав ком в горле, Стефания решила подняться еще выше. Внезапно поддерживающие ее лучи Силы разгорелись ослепительно-белым светом, так что Стефании пришлось зажмуриться. — Спускайся! — донесся до нее едва слышный голос Снейпа. Его устремленная вверх рука с палочкой дрожала от напряжения. — Что-то не так! — Еще немного. — пробормотала девушка, пытаясь разглядеть что-либо среди бесконечного сияния. — Стефания, прекрати! Я завершаю действие круга! — Нет! — крикнула она. — Я почти дотянулась! Рывок, ледяной воздух, от которого заболели легкие и навернулись слезы, потоки Энергии, устремляющиеся ввысь. Стефания видела, как приближаются далекие звезды, слышала тихую монотонную музыку планет. На мгновение сердце ее остановилось, а затем рванулось из груди. Задохнувшись, она крепко обхватила себя руками и в эту секунду почувствовала, что падает. Когда девушка рухнула вниз, Снейп едва успел кинуться вперед и поймать ее. Удар был настолько силен, что оба повалились на землю. — Стефания, — позвал мужчина, вставая на колени и укладывая девушку на спину. Она была без сознания. Проведя быстрый осмотр и убедившись, что повреждений нет, он легко потряс ее за плечо. С трудом приоткрыв глаза, она еле выговорила бледными губами: — Почти получилось. Снейп сердито фыркнул. — Это уж точно, почти получилось разбить твою идиотскую голову. Беру назад все свои слова о глупости Поттера — он тебе и в подметки не годится. Почему ты сразу не вернулась? — Я правда могла это сделать, Северус. — Сделать что? Стефания постаралась подобрать нужные слова: — Ты был прав, это как портал, только не между мирами, а сквозь них, над ними. Высшая ступень. Находясь там, можно сделать практически что угодно, даже повернуть время вспять, я это буквально кожей чувствовала! — А ты уверена, что, дойдя туда, можно вернуться обратно? Волшебница удивленно посмотрела на него. — Признаться, я не задумывалась об этом… — Я так и понял. — Не злись, Северус. В тот момент я могла думать только обо всем том зле, что пришло в мир вместе с… моим отцом. Там, наверху, я могла бы все это исправить, главное знать, как. — А ты знаешь? Ты все продумала и решила? Плечи Стефании опустились, и она покачала головой. Снейп помог ей подняться. Солнце спряталось в тучи, со стороны моря надвигался туман, и Ткань Мирозданья почти исчезла из виду, так что оба волшебника, не сговариваясь, направились к спуску. * * * Это был странный, долгий день. Снейп с момента их возвращения был еще более молчалив, чем обычно, и почти не замечал Гарри, который, казалось, старался доставлять им всем как можно меньше хлопот. Драко не отходил от него ни на шаг. Проходя вечером в свою комнату, Стефания в приоткрытую дверь видела, как молодые люди о чем-то тихо разговаривали — один, лежа на кровати, все еще не отойдя после полученных ран, второй сидя рядом. Считалось, что Малфой охраняет Поттера, но эти двое, похоже, начали забывать свои роли. Впрочем, Снейп был уверен, что слизеринец больше не забудется и не окажется связанным острой проволокой, иначе бы не позволил ему оставаться с Гарри наедине. Как бы то ни было, Стефания радовалась, что в их компании установился какой-никакой, но мир. Пока туман не позволял им вновь подняться наверх и продолжить исследовать Ткань Мирозданья, Стефания каждую минуту наслаждалась обществом любимого человека. Теперь, когда они наконец попали на остров, где находились в относительной безопасности, волшебница позволила себе слабую надежду, что их отношения с Северусом не закончатся, едва начавшись. Ближе к вечеру, пока Снейп был занят исследованием острова, Стефанией бродила в одиночестве по мрачному замку, погруженная в свои мысли. Все произошедшее с ней за последние несколько недель начинало казаться нереальным. В конечном счете, все события ее жизни так или иначе вели ее сюда, в это место. Раз за разом она вспоминала произошедшее наверху, и каждый раз ее сердце сжималось в суеверном страхе. Ткань Мирозданья, помимо прочего, была лестницей в Небо, но что было на ее вершине? Что ждало ее там, за призрачной мерцающей гранью между жизнью и… чем? Высшей формой существования? Никто не смог бы выжить в открытом космосе, даже самый могущественный волшебник, это было просто невозможно. Дано ли вообще простым смертным постичь эту тайну? Стефания рискнула попробовать, и чуть не поплатилась за это. Возможно — только лишь возможно — она смогла бы перейти эту грань и, благодаря своему происхождению, не умереть в этом огромном, подавляющем безвоздушном пространстве. Но что бы она могла сделать, как повлиять на судьбы людей? И — что, к ее стыду, волновало волшебницу больше всего — смогла ли бы она после этого вернуться? Мысль о том, чтобы оказаться запертой далеко от этого мира, казалась ей невыносимой. Но что тогда — отказаться от попыток, переложив все на Гарри или, еще хуже, на своего нерожденного сына? Стефания не могла позволить себе утешаться мыслью, что лишь Тамерлану суждено вершить людские судьбы. Опустившись в кресло перед камином, она устало прикрыла рукой глаза. Тело еще помнило то чувство, когда Высшая магия унесла его ввысь, и волшебница лишь чудом смогла вернуться. Все ее мысли занимал Снейп. Она уже не могла назвать для себя день или час, когда полюбила этого язвительного, жесткого мужчину. Возможно, это случилось где-то по дороге на маггловский вокзал, когда Снейп заявил, что не намерен поддаваться чувствам, или в темном переулке на Косой алле, когда своим прикосновением она остановила терзающую его боль. А быть может, это произошло во сне, когда сердце ее заболело от нежности к человеку со шрамами на лице и в душе, каким стал бы Снейп, не встреться они раньше положенного им времени? Одно Стефания знала наверняка — пока существует этот мир, она будет с Северусом. Поздно ночью, когда закончилось время его дежурства, и он наконец-то смог заключить ее в сильные объятья в темноте их комнаты, она вновь и вновь повторяла ему слова любви, отдавая себя без остатка. И не было в мире Зла, и не было войны. Был лишь остров, замок, клубящийся туман за окном и их постель. * * * Следующее утро было таким же солнечным, как вчерашнее, и волшебники снова поднялись на верхнюю площадку замка. Взмахнув волшебной палочкой, Снейп восстановил Круг силы. — Начнешь дурить — сразу снимаю заклинание, — мрачно предупредил он Стефанию. — Мне все равно, сколько синяков останется на твоей заднице, когда ты свалишься вниз. Девушка лишь усмехнулась и в нетерпении устремила взгляд наверх, где в лучах солнца струилась Высшая материя. — Левикорпус. Поднявшись в воздух, Стефания всеми силами старалась сдержать себя, не дать этой божественной мелодии, игравшей в ее душе, захватить свою сущность. Она больше не стремилась наверх так бездумно, как вчера, теперь, попав в средоточие Силы, девушка могла оглядеться. Вдалеке, насколько хватало взгляда, простиралось темно-синее, почти черное море, и небольшой каменистый остров казался лишним пятном на фоне плещущихся волн. Все это было видно словно сквозь мерцающую радужную дымку, плывущую по воздуху и обволакивающую, проникающую в тело и разум. Глубоко вздохнув, Стефания закрыла глаза и сосредоточилась на этой силе, стараясь пропустить ее через собственные центры магической энергии, точно так, как объяснял ей Сандро, когда учил основам беспалочковой магии. Это искусство давалось далеко не каждому, и она его так и не освоила. Однако сейчас все было по-другому. Сквозь закрытые веки волшебница увидела яркие вспышки, и когда она распахнула глаза, ее изумленному взору предстала невероятная картина. Всюду вокруг нее в воздухе загорались неяркие, почти неразличимые символы, словно начертанные тонкими сияющими нитями Ткани Мирозданья. — Что происходит? — услышала она снизу встревоженный голос Снейпа. — Это какие-то знаки, — крикнула Стефания, — их тут сотни, нет, тысячи! — Они знакомы тебе? Что они означают? Приглядевшись, девушка беспомощно развела руками. — Нет, ничего похожего я раньше не видела! — Протянув руку, она попыталась дотронуться до одного из них. — Не трогай! — посмотрев вниз, она увидела, что лицо волшебника побелело от напряжения. — Мне становится тяжело удерживать тебя наверху, как будто притяжение увеличилось. Не прикасайся к ним, мы не знаем, к чему это может привести! Помешкав, Стефания материализовала из воздуха свиток и перо, и попробовала зарисовать столько символов, сколько сможет. — Все, я опускаю тебя! — предупредил Снейп, и волшебница начала медленно снижаться. — Такими темпами мы не разберемся и за год! — разочарованно крикнула она. — Все лучше, чем уронить тебя на землю. Когда до земли оставался десяток метров, Стефания увидела на горизонте едва различимое темное пятно. — Стой! — Не могу, — рука мужчины с зажатой в ней палочкой дрожала от усилия. — Северус, сюда что-то приближается! В это мгновение послышался гул. Символы в небе засияли ярким светом, сливаясь воедино, и вот уже все вокруг превратилось в сияющее марево. — Быстро спускаемся в замок, — как только ноги Стефании коснулись каменного пола, Снейп развернулся и стремительно направился к выходу. Девушка кинулась к парапету и, перегнувшись, попыталась рассмотреть пятно на горизонте. Из-за яркого света его было почти не видно. — Живо иди сюда! — рявкнул Снейп, остановившись, но было уже поздно. Замок под их ногами содрогнулся, внизу раздался чей-то крик и рокот пришедших в движение вековых стен, и пол под ногами Стефании провалился. * * * Падение в пропасть было бесконечным. Дыхание перехватило, и она едва смогла произнести заклинание замедления, прежде чем упасть — с головой погрузившись в ледяную воду. Вынырнув, Стефания закашлялась и пошарила руками в кромешной темноте, пытаясь за что-то ухватиться. Сверху продолжали сыпаться камни. С ужасом осознав, что она выронила палочку, девушка, прикрывая лицо, подняла взгляд — далеко наверху виднелось лишь слабое пятнышко света. Гул, который они услышали перед землетрясением, сюда не проникал, и было тихо, не считая шороха камней и плеска воды. — Северус! — крикнула Стефания, и эхо ее голоса раздалось вокруг, словно в гигантской пещере. Сощурившись, она пыталась рассмотреть хоть что-то во тьме, но безрезультатно. Девушке пришлось плыть вперед наугад. Вдруг ее ноги коснулось нечто, и волшебница невольно вскрикнула. Она была готова поклясться, что почувствовала твердую и острую чешую. Слух уловил тихий всплеск рядом. Удушливой волной пришел страх, и Стефания поплыла быстрее. В этот момент высоко над головой вспыхнул бледно-голубой огонек, и в его свете она увидела, что до каменистого берега осталось не более десятка метров. — Северус! — Снова позвала волшебница. — Драко! Кто здесь?! Не успела она после этого сделать и движение, как всплеск за ее спиной раздался еще громче, и она обернулась. Обернулась, чтобы увидеть, как над водой показалась спина огромного змееподобного монстра, покрытая черной чешуей и роговыми пластинами. Она снова скрылась под водой. И тварь поплыла прямо к Стефании. Собрав оставшиеся силы, девушка сделала последний рывок и доплыла до берега в считанные секунды. Однако, когда она уже почти выбралась на камни, резкая боль пронзила ее ногу. Девушка упала, и что-то потащило ее обратно в воду. Когда она, приложив усилие, перевернулась на спину, ее взору предстала жуткая морда твари из кошмаров, не похожая ни на что, виденное ею раньше. Отчасти она напоминала василиска, отчасти дракона, пасть сомкнулась на ноге девушки, ноздри раздувались, чуя кровь, из горла раздавался рык, смешанный с шипением. Тварь смотрела Стефании прямо в глаза и медленно, словно наслаждаясь ее страхом и болью, утягивала ее в ледяную черноту. Девушка вцепилась в камни и попыталась отбиться, как вдруг откуда-то из-за ее спины в змея прилетела огненная вспышка. Тварь взревела и, отпустив Стефанию, поднялась над поверхностью воды, угрожающе рыча. Далеко позади по поверхности воды в ярости бил ее громадный хвост. Не сводя глаз с монстра, девушка поползла назад, волоча окровавленную ногу. В тот момент, когда змей приготовился к повторной атаке, между ними возник полупрозрачный, мерцающий экран Силы. Ударившись об него раз, затем другой, монстр зашипел и вновь опустился в воду, полностью скрывшись под ее поверхностью. — Северус, призови скорее мою палочку! — попросила Стефания, держась за рану и пытаясь в тусклом свете оценить ее серьезность. Почти сразу она увидела ее — палочка быстро приближалась, и когда она прошла через защитный экран, девушка подняла руку, чтобы схватить ее, однако та миновала ее и скрылась где-то позади. — Северус? — позвала волшебница, оборачиваясь. — Ошиблась любовником, дорогая. * * * С изумлением Стефания смотрела, как из темноты подземной пещеры к ней приближается Люциус Малфой, держа в руках ее волшебную палочку. Мгновение они смотрели друг на друга, она — со страхом, он — с какой-то безумной решимостью. Опомнившись, девушка дернулась в сторону, в надежде спрятаться за огромным камнем, но раненая нога помешала, и Люциус в несколько широких шагов догнал ее, швырнув на землю. Перевернув Стефанию на спину, он сел на нее сверху, придавив к земле. — Тихо, тихо, послушай меня. Его вкрадчивый голос заставил ее замереть и уставиться в его лицо. — Ты заставила меня поволноваться эти дни, Стефания. — начал он медленно и почти ласково. — Твое исчезновение привело к страшному переполоху, а то, что ты устроила в своем замке… Надеюсь, это еще долго будет приходить тебе в кошмарах. Мы будем переживать их вместе. — Тихо пробормотал он, наклоняясь к ее лицу. — Ты свихнулся, Люциус. — выдохнула она. Мужчина отпрянул от нее, его лицо исказила злоба, и он наотмашь ударил ее по лицу. Стефания невольно вскрикнула. — С тобой по-другому нельзя, — проговорил Малфой, хватая ее за волосы. — Никогда нельзя было. Ты слишком дикая и непокорная, мне всегда приходилось усмирять тебя. — он коленом раздвинул ее ноги. — И, по-моему, тебе это даже нравилось, не правда ли? Нравилось, когда я брал тебя силой. Не понимаю, на что же ты тогда жаловалась? Я потратил на тебя столько времени, а ты была так неблагодарна… И в конце концов, ушла. Уходила снова и снова. — Люциус, мне больно, — как можно спокойнее сказала Стефания. Раненая нога онемела, и Малфой давил сверху так сильно, что девушка едва могла дышать. — Помолчи. Ты всегда слишком много говоришь. Один из твоих самых серьезных недостатков. Ты не представляешь, чего мне стоило терпеть его все то время, что мы были вместе. Со Снейпом ты такая же дерзкая? Или он нашел способ, как тебя укротить? Поделись со мной, чем же тебя так привлек этот носатый урод? Почему ради него ты бросила все, что нас объединяет? Неужели он так хорошо трахается? — Да. — Стефания посмотрела ему прямо в глаза. — Просто превосходно. А еще, если ты не забыл, нас с тобой ничего не объединяет. Ты сам сказал, что я ушла. И уйду опять. — О, нет, — сквозь зубы сказал Люциус. — После того, что ты натворила, ты от меня больше никуда не уйдешь. — Он наклонился к ее лицу и приник в жестком, злом поцелуе. Одной рукой он задрал подол ее платья и больно сжал бедро, заставляя согнуть колено. Собрав всю силу в кулак, Стефания толкнула мужчину в грудь, одновременно кусая его за губу. Чертыхнувшись, он перевернул ее на живот, удерживая ее за кисти. — Отец! — раздался крик из темноты. Люциус вскинул голову, чтобы увидеть приближающегося к ним с поднятой палочкой Драко. — Отпусти ее. — угрожающе проговорил младший Малфой. — Что, сын, она и до тебя добралась? — Люциус продолжал держать вырывающуюся девушку. — Быстро же она вас обработала. — Просто отойди, иначе мне придется… — Что? Убьешь своего отца? Из-за нее, — мужчина кивнул на Стефанию, — ты лишился матери, теперь собираешься стать сиротой? Драко замер, потрясенный. — Да, ты меня правильно понял. Когда эта маленькая дрянь сбежала, Темный Лорд обвинил в случившемся меня и… наказал, убив твою мать. Он разрушил Малфой-мэнор, теперь у меня не осталось ни дома, ни семьи. Но я прощаю тебя, — Люциус провел пальцами по щеке девушки. — Я искупил свою вину, и наш повелитель разрешил мне оставить тебя в качестве подарка. — Что ты сделал? — продолжая указывать на отца палочкой, Драко медленно приближался к ним. Люциус хрипло рассмеялся. — Лучше спроси, чего я не сделал. Я не кинулся, как те идиоты, в замок Моне, чтобы схватить дочь Повелителя, и не расстался там с жизнью. Большая часть его армии полегла там, пока сам Темный Лорд был занят… моим наказанием. Когда мы прибыли туда, нас ждало кровавое месиво и разъяренное чудовище. Темный Лорд заставил меня пойти с ним, потому что я знал Стефанию лучше остальных и мог найти что-то, что привело бы нас к ней. Так и произошло. Когда Повелитель расправился с тварью, а для этого пришлось сровнять с землей замок Моне, среди руин я нашел перстень. Да, Стефания, не удивляйся, я запомнил, как ты рассказывала мне о нем. Теперь мы здесь, и ничто не удержит Темного Лорда от его цели. Повелитель наконец-то понял, насколько опасно оставлять в живых Снейпа, так что не расстраивайся, моя дорогая, но он не жилец. Должно быть, в эту самую минуту он завершает свое никчемное существование. Тише, тише, не дергайся. Темный Лорд больше не считает нужным ждать исполнения пророчества. Перед тем, как самому захватить власть над Высшей материей, он хочет вернуть себе свою Силу, которую он когда-то передал мальчишке Поттеру. И это очень кстати, что вы захватили его сюда с собой. С этими словами Люциус встал и приподнял Стефанию так, чтобы она могла видеть озеро. Монструозный змей снова показался над водной гладью, наблюдая за ними. — Посмотри на него, — прошептал Малфой. — Темный Лорд воззвал к его сущности, и теперь в нем не осталось ничего человеческого. — Гарри? — девушка уставилась на монстра. Драко за ее спиной порывисто вздохнул. — Это произошло так быстро. Мы разговаривали, как вдруг он скорчился от боли и закричал, а дальше… его словно разорвало изнутри, и взрывная волна пробила пол, мы провалились вниз… я успел зацепиться, не упал в озеро. Я ничего не мог сделать! — Это не твоя вина, — тихо сказала Стефания. — Наверное, нам не следовало трогать Ткань Мирозданья. — Истинная правда, дочь моя. Голос прозвучал под сводом пещеры, многократно усиленный эхом. — Тебе многое не следовало делать. Я был милостив и позволил бы тебе оставить свою игрушку, Северуса. Но ты была так неразумна… Твоя мать допустила ту же ошибку, она пошла против меня, она посмела нарушить мою волю и родить тебя. Темный Лорд появился из ниоткуда, словно его исторгла сама Тьма. — Но Люциус уверил меня, что отныне не будет позволять тебе таких вольностей, а я всегда награждаю своих верных слуг. Ты можешь остаться и наблюдать мое возвышение. Воздев руки, Волдеморт произнес заклинание, и потолок пещеры над их головами разверзся, пропуская до боли яркий свет Ткани Мирозданья. Как только он пролился на озеро, змееподобная тварь, когда-то бывшая Гарри Поттером, зашипела и поднялась над поверхностью воды. Защитный экран, возведенный Люциусом, исчез, и тот отошел подальше от края, потащив за собой Стефанию. — С помощью этой энергии я заберу у тебя свою силу, — произнес Темный Лорд, и добавил что-то на Серпентарго. Змей угрожающе вздыбил роговые пластины на спине и оскалился, показав чудовищно большие клыки. — Ты так долго бежал от меня, Гарри Поттер, — Волдеморт, казалось, с восхищением рассматривал очертания черного змея, — но все, в конечном счете, встало на свои места. Ты наконец-то принял свои истинный облик, и твоя сущность вышла из тени. Яд василиска не исчезает с годами, ты знал это? Один укус — и он, если не убьет, остается в тебе навсегда. Яд и моя магия сделали тебя тем, кем ты стал. А теперь прикоснись к Высшей энергии, и заверши перевоплощение. Шипя и извиваясь, змей оторвался от поверхности воды. Омываемый искрящимися волнами Силы, он начал расти и изменяться. Чешуйчатая шкура лопнула, и от тела отделились перепончатые крылья и огромные когтистые лапы. — Высший Вирм, — произнес Волдеморт. — Вот, на что способно мое могущество и Ткань Мирозданья. Взгляни, Стефания! Как можешь ты не желать подобной силы для моего наследника? — Где Северус? — превозмогая боль, девушка попыталась встать, но Люциус держал ее слишком крепко, и ей пришлось остаться на коленях. Темный Лорд сердито отмахнулся от нее. — Глупая девчонка! Ты больше не вправе задавать вопросы. Пройдет время, и ты научишься покорности — если хочешь жить. — Волдеморт улыбнулся. — Но, впрочем, я отвечу тебе в последний раз. Твой Северус испытывает милость Беллатрисы и Фенрира. Я решил, что его смерть должна быть как можно более мучительной, в соответствии с его преступлением. Предательство всегда должно воздаваться по заслугам. Кстати, о предательстве. Волдеморт повернулся к стоящему чуть поодаль Драко. — Ты разочаровал меня, мой мальчик. Я возлагал на тебя большие надежды. Впрочем, сейчас ты можешь искупить свою вину, послужив мне в последний раз. — с этими словами Темный Лорд поднял палочку. — Повелитель! — старший Малфой, отпустив Стефанию, сделал шаг в сторону сына. — Хочешь занять его место, Люциус? — вкрадчиво спросил Волдеморт. — Для возвращения Силы мне нужна человеческая жертва. Моя щедрость не безгранична, учти это. И то, что я простил Стефании, не простится твоему щенку. АВАДА… — Не так быстро. Резко повернув голову, Стефания увидела в полумраке взбешенную Беллатрису, а за ней, — слава богам! — Северуса. Приставив к горлу волшебницы палочку, он заставлял ее идти впереди себя, прикрываясь ей, как щитом. Половина его лица была залита кровью, из-за этого оно выглядело, словно жуткая маска. — Послать двоих против меня, даже раненого, даже если это ваши лучшие бойцы — вы всегда меня недооценивали, мой Лорд, — последнее слово прозвучало с усмешкой. Волдеморт, казалось, не был удивлен. С его лица не сходила полуулыбка. — Я всегда жалел, что твоя верность не принадлежит мне, Северус. Наверное, мне все-таки стоило сохранить жизнь твоей грязнокровке, но я никогда не жалею о принятых решениях, ты это прекрасно знаешь. — Верно. И теперь вам придется принять еще одно. — с этими словами Снейп вытащил нож Беллатрисы и приставил к ее горлу. — Интересно. — Темный Лорд взглянул на Стефанию. — Ты снова пришел ко мне, чтобы получить женщину, но на этот раз собираешься ставить условия? — Никаких условий. Она больше не нужна вам. — Только она? Не драгоценный Поттер, не Драко? В который раз тебе нужна только она? Хотя я должен признать, что сейчас твой выбор оказался намного достойнее, Северус. — Волдеморт кивнул с издевательским одобрением. — Я все сказал. — Снейп бросил взгляд на парящего в воздухе змея, смотрящего на людей с кровожадной ненавистью, готового броситься на них в любой момент. — К сожалению, твоя просьба вновь неприемлема, Северус. — Темный Лорд взмахнул палочкой, и Вирм медленно начал приближаться к ним. — Я не могу отпустить Стефанию, ведь уже сейчас есть вероятность, что она зачала. Волдеморт издал приказ на Серпентарго и, распахнув пасть, чудовище бросилось на Драко.