Случайности не случайны. Я с тобой до конца

      На этот раз была очередь Хедер вести машину, а Джордена — быть штурманом. По понятным причинам, они больше не отходили от заданного курса. Небо над ними было застлано серыми тучами, через которые иногда пробивался яркий свет и кусочки голубого неба. Астрид и Иккинг удобно устроились позади.       Блондинка лежала на его груди, уткнувшись в один из фолиантов, отданных Мерлином. Девушка, как и советовал маг, решила начать с гармонии и природной магии, потому что так можно будет добиться больших результатов в будущем. Но в книгах лишь теория, успех практики же зависит только от колдующего. Астрид с интересом зачитывала строчку за строчкой, в то время как Иккинг начинал засыпать.       Есть много путей к освоению магии — все они связаны с эмоциями, чувствами и переживаниями. В широких массах считается, что именно гнев и ярость — верный путь к вершинам магии, но это мнение ошибочно. Магия не бывает односторонней, она сочетает в себе все чувства, все эмоции. Чтобы достичь магических вершин, нужно познать семь стадий Гармонии.       Как правило они должны постигаться в следующей последовательности: — Гармония страха и радости; — Гармония ярости и милости; — Гармония человека с природой; — Гармония человека и времени; — Гармония человека и магии; — Гармония между людьми; — И, наконец, самое сложное — это Гармония внутри себя самого. Но правило последовательного изучения необязательно, так как каждый из нас абсолютно индивидуален.       Маг познавший всё вышеперечисленное сможет овладеть силой, сравнимой с силой самой Вечности. На сегодняшний день (18 мая 1556 года) известны лишь тринадцать случаев полного владения Гармонией и лишь два из них не закончились немедленной смертью, лишением души или потерей разума. С первой из проблем столкнулся знаменитый в магических и человеческих кругах маг Мерлин. Неизвестно, был ли это несчастный случай или удачная попытка суицида.       На этих строках Астрид слегка поёжилась. То бишь, ей необязательно полностью овладевать Гармонией, если незачем использовать какую-то супер-силу Вечности. Ещё она задумалась, неужели такая Легенда, такой весёлый паренёк (ага, ему вот-вот полторы тысячи стукнет) мог пойти на самоубийство? Но почему?       Неожиданно перед глазами возникла картина из мира мёртвых: Хедер вся в крови, а рядом записка, что покидает этот мир из-за любви. Из-за любви все проблемы. И Хедер, наверное, тоже умрёт из-за любви. Нет! Астрид не позволит — она не допустит этого.       Девушка перевела тяжелый взгляд на подругу, а потом вернулась обратно к недочитанным страницам книги.       Для того чтобы начать изучать Гармонию нужно обуздать то, чего эта Гармония требует. То есть, если нужно достичь Гармонии между страхом и радостью, нужно полностью понять эти два чувства за небольшой промежуток и сбалансировать.       С человеком-природой сложнее: нужно становиться самой частью природы, понимать её, слышать её голоса, узнавать запахи цветов, говорить с деревьями, животными.       В Гармонии с людьми, вам нужно быть уравновешенным человеком, спокойным, в компании других людей. Нужно не забывать, что не всегда люди приходят к одной и той же Гармонии по-разному.       Про остальную Гармонию ни слова не было. Астрид поняла, что путь придётся искать самостоятельно. Это не пугало, просто она не любила все эти вывороты. Почему нельзя просто сказать прямо? О да, этого Хофферсон не понять.       Спустя несколько часов утомительной дороги ребята свернули к какой-то деревушке, которую две энтузиастки отметили на карте. Теперь дорога не была покрыта асфальтом, а потому ребята бодро подпрыгивали на каждой кочке. На самой большой Астрид головой случайно ударила Иккинга в подбородок, и посмотрела на Хедди, моля, чтобы подруга немного скинула скорость.       Спустя минут тридцать ребята въехали на территорию небольшой деревни, в которой они были намерены остаться до следующего рассвета. Сейчас было около пяти часов вечера. Припарковав машины, Рапторы и Сильмариллы вышли на улицу, вдыхая чистый воздух, которого в городе нет. Они ехали уже второй день, а до этого ребята ночевали в машинах, что было не самым верных решением.       Деревня чем-то отдалённо напомнила Астрид Камелот в мире мёртвых. Блондинка ощущая необъяснимый дискомфорт, поёжилась, и перед глазами вновь появлялся образ той француженки. Астрид взяла руку Иккинга, ребята сплели пальцы, не глядя друг другу в глаза.       В поселении были невысокие домики в стиле европейского вестерна, не выше трёх этажей. Благоустроена эта деревенька была достаточно аккуратно и уютно. Люди здесь выглядели вполне по-современному, однако их лица были куда добрее, чем у жителей города.       Дагур, как он рассказывал, уже останавливался в этом месте, когда у него кончилось вдохновение на одной из его фэнтезийных книг, которую Вереск, к слову, так и не закончил, а потому к хостелу ребят вёл именно он. Хедди шагала, поравнявшись с братом, Лу и Кель нашли общую тему для разговора, которая их явно увлекла, Джо что-то обсуждал с Иккингом, что-то из раздела физики, это заставило Астрид устало закатить глаза. Она всё ещё ненавидела физику.       Хофферсон внимательно всматривалась в лицо Рафиты, изучая её эмоции. Девушка наблюдала за Дагуром, и Астрид понимала, почему. Торстон хотела сейчас спокойно идти рядом со своим любимым, но она намерена это скрывать от подруги до последнего. Раф глядела на Вереска самым жалостливым взглядом, будто что-то хотела сказать, но пока рядом была Хедер, она просто молчала. Делала вид, будто всё в порядке       Астрид приобняла подругу за талию. Раф, повторила её действия, Хофферсон отпустила руку Иккинга, как бы давая ему возможность поговорить на тему чёртовой физики с лучшим другом. — Вам нужно сказать Хедер, а потом и остальным. Либо так, либо вы прятаться будете вечно, — тихо проговорила Астра. — Но... Я боюсь. К тому же ты ведь сама говорила, что нужно молчать... — шептала ей подруга в ответ. — Во вранье нет толка. Если хочешь остаться её подругой, то покажи своё доверие, а она и тебе один секрет расскажет. — Ты про то, что она встречалась с моим братом года четыре назад? — Астрид закашлялась. — Плохие из них конспираторы. — Нет, на самом деле маскировались ребята отлично, пока однажды я не нашла их переписку, на телефоне братца, надо сказать занимательные у них были отношения. Сколько они там встречались? — девчонки весело шли вместе, Хофферсон была рада, что смогла хоть как-то отвлечь подругу от грустных мыслей. — Полгода, ну примерно столько же, сколько ты с её братом.       Прошло буквально пятнадцать минут, после чего ребята спокойно заселились. Даг поселился один, сказав, что он должен закончить "Джека и Амаю". Хедер лишь раздражённо выдохнула. Все ребята поселились в другой комнате, кроватей там стояло восемь, но так как место не было особенно популярным, то обошлось без лишних соседей. — Чем займёмся ночью? — увлечённо спросила Вереск, которая уже расположилась и сидела на собственной кровати. — А ты чем хочешь? — Торстон лукаво улыбнулся, нахально рассматривая Хедди и поигрывая бровями. — Идиот! — она кинула в него подушку.       Все смеялись над парнем, Лу отбила "пять" Хедер. Астрид быстро забила душ для женской половины, вызвав негодование трёх представителей сильной половины человечества. — Ничего личного, просто не хочу ждать вас, копуш, — Астрид щёлкнула Иккинга по носу. — Кто бы говорил!       Душевых в ванной комнате было пять. Такая планировка очень сильно напомнила Астрид летний лагерь, в который она ездила каждый год всегда, попадая на смену с одной и той же девочкой, Марионной Пауль, кажется бельгийкой. Она посещала лагерь "Планета магии" ещё с семи лет, а потому её такое положение вещей не смущало.       Девушки, сняли с себя одежду, не обращая друг на друга особого внимания, ещё бы восемнадцать лет дружбы и совместные походы в общественный бассейн сделали девочек дамами без комплексов. Они залезли в полуоткрытые душевые и открыли воду.       Взгляд Астрид упал на татуировку Хедер на лопатке: Луна-полумесяц и Восточный Дракон. Когда на дракона попала вода, то он заискрился золотым. Золотой дракон — признак наследия, а Полумесяц — это смерть, Астрид знала наверняка. Она сама хотела себе такую, но она не горела желанием называться "Наследницей Смерти". Нет, звучит, конечно круто, но это не пришлось бы девушке по вкусу. — Когда ты сделала это тату? — спросила она у подруги, наблюдая, как дракон переливался золотым под струйками воды. — А? Ты об этом? Это просто наклейка, — лукавила девушка, — Смоется недели через три, — она перевела взгляд на Рафи, как бы говоря: "Потом скажу". Астрид это слегка насторожило, она обычно ничто не скрывала от Торстон, а значит это связано с Коселом.       Через пятнадцать минут девочки освободили душ, и парни быстро туда забежали. Лоуна ждала своей очереди. Астрид потянула потянула подругу на себя, выходя на балкон. — Теперь расскажешь? — Астрид загнула бровь, усаживаясь на открытом балконе. На удивление, на улице было невероятно тепло, как будто сейчас тёплая летняя ночь, а не конец октября. Девочки сидели на полу, где был постелен плед. — Теперь я понимаю, почему братец любит здесь останавливаться, — задумчиво проговорила брюнетка, — Я его понимаю... А татуировка. Слушай, чтобы ты сейчас не услышала, дослушай до конца. Я... Я Наследница Смерти, но не хочу этого. Я просто... — Стой. Что значит Наследница Смерти? — Мы считаем, что Смерть — это скелет под капюшоном, но это не так. Смерть — это настоящая королева, владычица мира Мёртвых. Она прекрасна, но она не вечна. Очень редко Смерть на троне меняется, и она выбрала меня. Я её Наследница, но я этого не хочу. А как договориться с леди Морганой, не знаю. После смерти я хочу провести свою вечность с другим человеком. — Ты хотела совершить суицид ради него? — Да, но потом мама позвала меня обедать, и я убрала бритву от вены. А потом до меня дошло, убью себя — больше вообще его не увижу. — Он мёртв? — Да... это Мерлин, — Хед неловко посмотрела на подругу. Астрид конечно знала, что брюнетке нравятся ребята постарше, но чтобы на столько! — ЧТО?! — Астрид была в шоке. — Но ему ведь полторы тысячи лет! Да уж, а я думала, что после твоих отношений с Келем, я ничему не удивлюсь. Ага, сейчас!

***

      Сейчас ребята закончили с водными процедурами и Лу подошла к своей сумке. Девушка достала что-то и вернулась к компании. В её руках были три бутылки красного вина. — Я тут подумала над словами Хедер и вспомнила, что завтра у Астрид день рождения. Ясное дело, что было бы неплохо отпраздновать это! Согласны? — послышался одобрительный гул ребят. — Я позову Дагура, — сказал Иккинг и вышел из комнаты.       Ребята решили пока разлить вино. Раф случайно задела Астру, делающую уверенный глоток на пробу, и вино попало на белую майку Астрид. — Твою мышь. Ребят, я сейчас вернусь, — девушка удалилась в ванну.       Иккинг вернулся с Вереском через десять минут. Руки Хеддока были в чём-то чёрном, а именно, он залюбовался шикарной печатной машинкой, которой орудовал брат Хедер, однако раритетному аппарату парень явно пришёлся не по вкусу, после чего руки Хеддока оказались в чернилах. Он пошёл помыть их в ванну. Парень подошёл к раковине и принялся отмывать руки от вещества, похожего на смоль... И надо же было так облажаться... Он поднял взгляд на зеркало, только сейчас заметив там отражение блондинки.       Его сердце пропускало по несколько ударов за раз. Хофферсон держала в руках майку, на которое было пролито вино. Она и сама неотрывно смотрела на шатена. Иккинг, чувствовал странное желание. Он хотел не просто кого-то или чего-то. Парень хотел её. Только её. Иккинг развернулся и подошёл к блондинке. Хофферсон делала кроткие шаги назад, жаждя опереться на стену позади себя. Наконец Астрид очутилась у твёрдой поверхности, прижатая к ней парнем.       Он наклонился к её уху. Часы девушки запищали. Полночь. — С Днём Рождения, Астрид, — прошептал он, и Хофферсон прикрыла глаза от удовольствия, чувствуя, как её холодную кожу обжигает дыхание Иккинга. — С Днём Рождения меня, — повторила девушка, обхватив его шею руками. Иккинг слегка наклонился к девушке, утягивая её в долгий поцелуй с привкусом вина.       Девушка яростно ответила ему, покусывая за нижнюю губу, с каждой секундой углубляя жадный поцелуй до хруста в челюсти. Иккинг обхватил её тонкую талию, сильнее зажимая девушку между собой и холодной кафельной стеной. Его руки блуждали по ровной выгибающейся спине, исследуя каждую потаённую точку её тела, сливаясь с ней в единое целое. Оба задыхаются, но недостаток кислорода тут не причём — это лишь накрывшие с головой эмоции. Майка Астрид падает на пол. Девушка сильнее впивается в его губы, чуть ли не прокусывая их до крови. Накрыло.       Блондинка перемещает руки под футболку парня, снимая её. Собственные мысли не дают им покоя. Девушка сильнее прижимается к горячему торсу Иккинга Хеддока, покусывая его в районе шеи, оставляя небольшие засосы, процесс чего предоставлял ей собственническое удовольствие, Хеддок только её. Одной рукой девушка зарывается в густые каштановые волосы. Накрыло...       Звук растёгивающегося лифчика эхом прокатился по ванной комнате. Хофферсон на секунду отвлекается. Взгляд девушки падает на еле заметную щель приоткрытой двери. Страх, что кто-нибудь из ребят может зайти в любой момент и застукать их не отпускал и придавал только больше огня. Шатен прижимается к ней всем телом, постепенно снимая мешающие обоим элементы одежды. Он прижал руки Астрид к стене, осознавая, что останутся следы, потому что она только его. В комнате становится слишком жарко для двоих. Проклятое вино бьёт по вискам Астрид. Оно действовало на блондинку куда сильней, чем любой другой алкоголь, а ведь она выпила лишь глоток.       Внизу живота концентрируется приятный ком. Он тянет. Девушка откидывает голову назад, позволяя шатену делать, что вздумается. Она чувствует, как Иккинг оставляет на её шее багровые засосы, чтобы не застонать, девушка прокусывает нижнюю губу до крови, только бы не услышали. Она, будучи почти полностью обнажённой обнимает ногами торс Иккинга, чувствует резкую боль и как в тумане. Странное чувство боли и эйфории смешивается в одно. Девушка глухо стонет. Хеддок вторит этому звуку, сильнее прижимая девушку к себе. Впивается пальцами в её тело. Накрыло...       Она продолжает зарываться в его каштановых волосах. Парень отпускает её и внутри какая-то усталость. Блондинка быстро поднимает свою одежду и переодевается, забывая про майку с вином и вылетает из ванны, едва не столкнувшись с лучшей подругой. Иккинг в недоумении, но несмотря ни на что, он борется с острым желанием показать средний палец любому парню, который, хотя бы раз заглядывался на его Астру Хофферсон.       Астрид присоединяется к ребятам, всё ещё не понимая, что сейчас, чёрт подери, произошло. Их скромное празднество продолжается. Через несколько минут в комнату возвращается Иккинг. Ребята продолжают пить вино и поздравлять Астру, к слову, она была младшей из всей компании, но сегодня ей исполнилось уже восемнадцать! Подумать только...       После Дагур повёл ребят на балкон. Город спал, а ночные источники света работали исправно, как вдруг, свет пропал. — Не пугайтесь, — сразу же поспешил успокоить их Дагур, — Здесь такое каждую ночь. Просто посмотрите наверх. С днём рождения, Цветочек.       Ребята послушались и увидели горевшее звёздами бескрайнее синее небо, Млечный путь. Самое прекрасное зрелище, которое только можно увидеть с этой жалкой планеты — звёзды. Такие чистые и непорочные, что блондинку заставило это покраснеть. Но на неё всё ещё заинтересованно смотрели три тысячи небесных точек, горящих белым, синеватым или едва красным цветами. Такого городские ребята давно не видели. Послышалось восторженное "Вау", а Вереск видимо был собой очень доволен. Астрид посмотрела на Рафи. Казалось ещё секунду и она взорвётся от восторга. Торстон не удержалась, поцеловав рыжего.       Кто-то обалдело присвистнул, кто-то одобрительно закивал. Хедер же округлила глаза, явно не ожидая такого поворота событий и не могла даже слово сказать. Она лишь двинулась в сторону брата и подруги. Раф, приметив её отдалилась от Дагура.       По лицу Хедер нельзя было ничего сказать, нельзя было понять, какую эмоцию она испытывает и какие намерения её преследуют, но всё стало ясно в тот момент, когда она с широкой улыбкой и под непонятливый взгляд своего брата обняла Рафиту Торстон.