Возвращение в Гравити Фолз

Глава пятая, или как я ремонт затеял.

      Взяв несколько досок на 1 см в дровянике за хижиной, я пошел к лестнице на крышу дома, чтобы заделать дыры, где протекает. Я решил капитально заняться Хижиной Чудес, ибо не позволю дальше болеть моим дядям, да и дует там постоянно. При дожде все протекает, как так жить-то?       Забравшись на крышу, я положил доски, и только было хотел спуститься вниз, как лестница из-под моих ног куда-то делась. Слава Богам, что я повис на карнизе на руках.       — Кто спер лестницу?! Верните обратно!       — Ой… — раздался этот мелодичный голос, который заставил меня разжать пальцы, и я, не успев сказать ни слова, всей своей тушей ударился об землю, взвыв от боли. Рыжая голова нависла надо мной, смотря карими глазками и улыбаясь. — Цел?       — Нет… — тихо прохрипел я, потянув уголки рта вверх. — Но извинения не помешают…       — Размечтался… — тихо произнесла Вэнди, улыбнувшись, после чего пошла в дом, махнув своими рыжими волосами. Еле поднявшись, я стряхнул с себя пыль, и, почесав макушку, пошёл в сарай за новой лестницей. На улице была солнечная погода, пели птицы, ветра не было, где-то цвели хризантемы, и я, чихнув пару раз от пыльцы, почесал нос.       — Будь неладна эта аллергия… — расстегнув свою рубашку, я пошёл в сарай, обогнув хижину, и, взяв стремянку возле строй стены, пошёл обратно, как внезапно из-за угла вышла Мейбл, что-то напевая себе под нос и неся банки с краской. Её глаза были закрыты, и я, неудачно завернув, наткнулся на сестру, и одна из банок окатила меня от живота до лица. Теперь я был зелёный. Слава Богу, я успел закрыть глаза, и Мэй, громко расхохотавшись, позвала остальных. Кинув лестницу на траву, я протер глаза, и, взяв еще одну банку, откупорил её и вылил на шатенку, хохотнув.       — Диппер! Ты совсем с ума сошёл?! — воскликнула девушка, пытаясь отмахнуться от белой жидкости. Когда все пришли и увидели такую картину, как мы с Мей были в краске, раздался громкий смех.       — Начинаем бои красок! — крикнул Зус и, схватив ведро с синей краской, окатил меня с ног до головы.       — Давайте, ребята, вперёд! — прокричал Диппер и все четверо бросились к банкам краски на земле. Мейбл, схватив кисточку и бросив её Вэнди, обмакнула свою в розовой краске и брызги начали окатывать нас с Зусом.       — Бежим, Зус, в лес! — протараторил я, и мы с парнем рванули в сторону чащи. Мы бежали минут пятнадцать, весело визжа как девчонки, в то время как две подруги бежали сзади с банками краски и кисточками, уже успевшими принять окрас непонятного цвета из-за их смешивания. Остановившись на поляне, я схватился за бок, что начинал покалывать и повалился на колени, прокричав:       — Сдаёмся! Все остановились и радостно засмеялись, запыхавшиеся и с румянами на щеках.       — Слабаки! — заключила Мейбл, и новый раскат смеха поразил нас. Отдышавшись, каждый нашёл себе место и мы сели: Мейбл на огромный булыжник возле дерева, Зус и я устроились на бревне недавно повалившегося из-за грозы дерева, а Вэнди присела на землю, попадая под лучи солнца и ссылаясь на лень искать место.       — Зус? — начал я, ловя на себе недоверчивый взгляд друга. — Твоя бабушка до сих пор умоляет тебя завести девушку? Парень покраснел и опустил глаза, находя свою обувь безумно интересной.       — Ну… — после долгого молчания произнёс тот. — Я… Хруст привлёк наше внимание. Все уставились на Мэй с округленными глазами и частым дыханием.       — Что это было? Мы переглянулись между собой, и сестра хотела что-то сказать, но не могла. Девушка неуклюже спрыгнула с камня, прежде чем он двинулся в сторону, открывая нам вид на глубокий и тёмный туннель. Сбоку была железная лестница, только вот она не внушала особых надежд.       — Ребята? — все глянули на говорившую Вэнди. — Мы ведь не пойдём туда, верно?       — Пойдем, Вэнди. — тихо произнес я, на что получил вздох. — Так любопытно…       — Нет, нет, нет! — крикнула рыжеволосая, уходя куда-то в лес. — Я туда не полезу, и вы меня не заставите!       — Вэнди! Блин… — я посмотрел на Мейбл и Зуса, которые глядели в эту черную дыру с лестницей.       — Диппер, я пойду, — тихо произнесла шатенка, подойдя к дыре и заглянув туда.       — Ты одна не пойдешь!       — Я с ней пойду, — произнес Зус, первым ступив на эту лестницу. — А ты иди за Вэнди. Она расстроена.       — Вы уверены? — тихо и с подозрением спросил я, смотря на уверенное лицо сестры и друга. Оба, почти синхронно кивнули, и я, кивнув, направился в ту сторону, куда побежала кареглазая. Диппер и Вэнди.       Бегая по лесу, среди деревьев, кустов и разных корней, я не раз упал, пытаясь догнать рыжеволосую девушку. Остановившись на небольшой поляне и оглядевшись, я не увидел следов, куда бы могла побежать Вэнди.       Где-то рядом журчал небольшой ручей, или водопад, я так и не понял, но я пошел на звук. Пройдя сквозь кустарники, моему взору предстал красивейший вид: отвесные скалы были как ковш вокруг прозрачного небольшого озера, и по этим большим камням стекала вода, как мини-водопад, а яркое летнее солнце освещало все это место, создавая романтический настрой. Оглядевшись, я увидел чьи-то вещи. Они были в краске, и я, запаниковав, стал осматриваться, мотаясь «из угла в угол».       — Вэнди! Вэнди! — кричал я, но ответа не было. Я стоял спиной к воде, и, когда послышался всплеск, резко обернулся. Девушка с рыжими волосами вынырнула из-под воды, смотря на меня карими глазками и закрываясь руками, немного покрасневшая.       — Ой… — тихо ойкнул я и отвернулся, лицо зарделось, а сердце было готово выпрыгнуть из груди. — Прости, не знал, что… Я, э… Я тут…просто…       — Диппер… — всплески приближались, и я, замерев на месте, ожидал чего угодно, но никак не то, что я почувствовал. Нагое, женское тело прижалось к моей спине, увлажнив мою рубашку, а руки кареглазой протиснули через мои руки и сжались на груди замком. — ПЛЮХ В ВОДУ!       Пока я пытался понять, что происходит, Вэнди, резко наклонившись назад, сделав прием из борьбы. Я называю этот прием «прогиб». Я вмиг оказался по водой, и, открыв глаза, увидел перед собой стройную девушку в нижнем белье, и, сильно засмущавшись, я вынырнул, вдыхая в грудь побольше воздуха.       — Ты убить меня решила?! — воскликнул я, убирая мокрые волосы с глаз на затылок, проведя пятерней по своей голове. Вэнди, выплыв на поверхность, засмеялась, убирая мокрые волосы за уши.       — Надо было видеть твое лицо! — сквозь смех произнесла девушка, и я, коварно улыбнувшись, нырнул под воду. Завидев хрупкие женские ножки, я схватил их за лодыжки и потянул вниз, погружая хрупкое тело под воду. Паника захлестнула ее с головой, и я, подхватив Вэнди за талию, поднял вверх и выплыл сам.       — Вэнди, ты в порядке? — спросил я, убирая с лица девушки мокрые волосы. Та, посмотрев на меня улыбающимся взглядом, приблизилась ко мне, сладко впиваясь в мои губы поцелуем. У меня полностью снесло голову. Я уже ничего не слышу, ничего не вижу, ничего не чувствую. Только любовь. Любовь к этой девушке. Мейбл и Зус.       — Хей, Зус? — голос девушки эхом разнёсся по коридору, создавая неприятные звуки. Парень подошёл к Мэйбл, передавая фонарик, что нашёл в начале пути. Они взялись за руки для опоры в случае чего и прошли дальше. Аккуратно ступая по осколкам на бетонном полу, они перебирали ногами, сжимая ладони друг друга. Мейбл изредка шептала «мне страшно», на что Зус лишь успокаивающе поглаживал её по спине. Они ступали на свой страх и риск, опасаясь каждого шороха, и Зус неожиданно прошептал:       — Смотри. — он указал рукой на множество картин. Они висели одна за другой. Фонарик слабо освещал их, и вот, словно чувствуя, Зус облокотился рукой о стену и, сам того не зная, щёлкнув выключателем, зажёг свет. Комната наполнилась тёплым цветом, больше схожим с закатом. Каёмка картин переливалась при освещении, а сами картины выражали пейзажи. Комната была отделана в коричневых тонах, пол казался золотистым и на вид совсем хрупким, словно, ступив на него, провалишься в бездну под ногами.       — Это наш город, — спокойно проговорил Зус, указывая на одну из картин.       — Здесь всё такое… красивое. — Мейбл обвела комнату взглядом, восхищаясь красоте. Если бы девушка была внимательнее, то заметила бы взгляд зачарованных глаз Зуса. Единственное, что было красивым в этой комнате, а точнее, кто — Мейбл. В тот самый момент девушка повернулась к нему и посмотрела в глаза.       — Мей, я… — он остановился, не в силах выразить свои эмоции, — хотел сказать тебе, — продолжил он, но, как и во всех этих мелодрамах, там, где восходит кульминация, должен быть, нет, обязан быть телефонный звонок.       — Извини, — поспешно сказала та, доставая телефон и слушая брата. — Конечно, уже идём. Она схватила того за руку и потащила к выходу, боромоча чуть внятное «идём, нас ждут».       — Девушки вперёд, — пробурчал Зус и, подхватив подругу за талию, усадил себе на плечо, тем самым помогая ухватиться за высоко поставленную лестницу. Мейбл поднялась наверх, после чего парень тоже, перебирая ногами и руками, забрался на мягкую почву.       — Мейбл, ты мне… — попытался снова тот, — Ты мне очень… Девушка приложила палец к губам человека напротив, беря его за ту же руку и целуя. Мягко, нежно, не спеша. По-юношески. Для героя это чувство было новым, долгожданным. Вокруг этих двоих словно крутился весь мир, будто они — солнце, а остальные — планеты Солнечной Системы. Она отпрянула от него с лёгким румянцем на щеках и потянула за собой, шепча перед этим три слова. Немного не те, что ожидались, но тоже много значащие: «Ты мне тоже.»