Волчонок

Когда Крис прислал сообщение с адресом старого дома и маленькой припиской «Нужна твоя помощь», Питер, не задумываясь, сел в Мерс и вдавил педаль газа в пол, решив, что это отличный способ отвлечься от насущных проблем с семьей. Жена Питера, будучи уже на шестом месяце беременности, настаивала на том, чтобы ее благоверный муженек оставил семейный бизнес и занялся чем-то менее опасным, как будто в этом мире можно быть хоть от чего-то застрахованным, будто та же работа в офисе защитит его от инсульта и нервных срывов. Крис был лучшим другом Питера и всегда его поддерживал, но когда Кейт, его сестра, забеременела и решила оставить охотничье дело, Крис не мог не согласиться, что это, пожалуй, лучшее решение для нее. Уж слишком фанатично она относилась к убийствам. Питер тоже был только рад такому раскладу, пока Кейт не заявила, чтобы и он оставил семейный бизнес. Сейчас лучшим решением казалось просто сбежать от проблемы, чем попытаться разрешить ее. Спорить с беременной женой, принимая во внимание, что она из семьи Арджентов, было слишком опасно. Знай Питер заранее с кем ему придется столкнуться в том злополучном доме, куда отправил его Крис, он бы пересмотрел свое мнение. Тихо — это первое, что заставило охотника насторожиться. Либо Питер пришел слишком рано, либо слишком поздно. Попытка позвонить Крису провалилась — нет сети. Как будто кто-то специально заманил его сюда. Даже со всеми своими инстинктами и паранойей Питер не заметил, как уже несколько минут его разглядывал темный силуэт в углу. Парень в красной худи стоял, не шевелясь, склонив голову набок. Охотники, Стайлз любил за ними наблюдать, любил, когда они, а не он становились добычей. Питера будто током шибануло, стоило ему почувствовать на себе пристальный взгляд, он вскинул руку с пистолетом и направил его на силуэт. Стайлз лишь усмехнулся. Наивный охотник думает, что у него все под контролем. Парень сунул руку в карман и кинул какой-то предмет под ноги Питера. Мужчина опустился на колени, не выпуская силуэт из вида и не убирая палец с курка. Телефон Криса. Стоило сразу заподозрить что-то не ладное. Это не в духе Криса — присылать адрес, ничего не объяснив. Тем более он уже говорил, что не позволит Питеру охотиться, пока тот не разберется с женой. — Где он? — по телу Стайлза пробежали мурашки. Не знай он, кто перед ним, принял бы мужчину за альфу. Сильный, властный, точно знает, чего хочет. Прирожденный лидер, люди должны идти за ним. Парень молчал, лениво подняв руки вверх, когда охотник сделал шаг вперед, чтобы увидеть лицо незнакомца. — Я спросил, где он? Питер за много лет охоты привык убивать взрослых и детей, обезумевших омег и просто мешавших бет, людей и оборотней, но увидев незваного гостя из прошлого, рука дрогнула, а потом и вовсе опустилась. Он ко многому был готов сегодня, но только не к этому. Он убил бы любого, кто посмел причинить вред его семье, но сейчас перед ним стоял совсем еще мальчишка, ребенок, которому Питер когда-то поверил и отпустил. Еще тогда он думал, что это было ошибкой, но признаться в этом был не готов даже себе. — Я надеялся, что это будешь ты, — довольно промурлыкал мальчишка, подойдя ближе. Питер инстинктивно вскинул руку с пистолетом, направляя его на ребенка, еще не решив, сможет ли он вообще выстрелить в него. Как и пару лет назад, когда вселенная впервые столкнула его с этим мальчишкой. Тогда все казалось проще, тогда Питер точно знал, что делает — очищает этот мир от грязи. Избавляется от оборотней, терроризирующих небольшой городок, позволяет мирным людям спать по ночам спокойно. А потом… Потом он вытащил из-под кровати сопротивляющуюся тушку, которая умудрилась улизнуть от него, и впервые в жизни не знал, как поступить. Маленькая тушка в красной худи кусалась и царапалась, хоть коготки и не выпускала, но не сказала ни слова. Питер привязал мальчишку к стулу, раздумывая, стоит ли сохранить ребенку жизнь. На вид мальчонку было не больше тринадцати, а на такой случай правила были просты — детей не трогать, но и не отпускать их, чтобы в один прекрасный день они не пришли мстить. Питер знал, куда он шел, когда явился в притон оборотней, он знал, на кого идет охотиться, но вот был ли мальчишка, что пырнул его перочинным ножиком в бедро, волчонком, не знал. Мальчик сказал лишь одно слово. Выплюнул в лицо охотнику, когда тот назвал его лапушкой, погладив теплой ладонью по щеке. — Стайлз! — четко проговорил ребенок, пытаясь укусить мужчину за руку. Может, не волчонок, но определенно боец. Он не плакал и не просил его отпустить, Стайлз тяжело дышал и следил за каждым движением Питера, пока тот проводил какие-то свои исследования, пытаясь понять, кто же такой этот ребенок. — Ты здесь живешь? — спросил Питер, присев на пол у ног мальчишки. Тот упрямо сжал губы, нахмурившись. — Здесь есть твои родители? — тише спросил охотник, кивнув головой на соседнюю комнату, где остались лежать четыре трупа. Мальчик нервно сглотнул. Питеру нравилось это, нравилось считывать эмоции юнца. Пусть он и не был оборотнем, но тоже умел распознавать эмоции и желания по запаху, мимолетным движениям, мимике. Стайлз знал, что охотник внимательно следит за ним, пытаясь выяснить то, что ему нужно, и понимал, что пока у него плохо получается скрыть что-то от этого мужчины. Питер прислонился к ноге мальчишки, повернув к нему голову, слыша в оглушающей тишине бешеное биение маленького сердца. — Я не убью тебя, — небрежно обронил охотник, легонько обхватив пальцами ребенка за лодыжку. Тот попытался дернуть ногой, но Питер усилил хватку, заставив Стайлза угомониться. — Не бойся, Стайлз. На твой случай прописаны особые законы. Ребенок приоткрыл рот, чтобы задать вопрос, и Питер даже придвинулся ближе, чтобы наконец послушать, как малец заговорит, но тот лишь громко чихнул, обрызгав мужчину слюнями. Питер мягко провел подушечками пальцев по свежей ране на лодыжке у ребенка, подув на нее, когда Стайлз тихонько зашипел от боли, обработал небольшой порез и заклеил пластырем. Они так и просидели — Стайлз связанный на стуле, а Питер на полу, поглаживая мальчишку по ноге, успокаивая — пока за ними не приехали. — Он человек, — первое, что передал Питер приехавшим людям. — Надо позвонить соцслужбам, пусть заберут его. — Ты уверен? — Да, у него рана на ноге. Не регенерирует. Наверное, поранился в лесу. Он не оборотень. — Я имею в виду соцслужбы, — пояснила женщина, не сводя взгляда с напуганного мальчика, которого отвязывали от стула, при этом крепко удерживая, чтобы он не сбежал. — Ты хочешь забрать его себе? Да пожалуйста. Но учти, парень с характером. Питер усмехнулся, бросив мимолетный взгляд на Стайлза, и потрепал ребенка по волосам на макушке. Тот рванул вперед и ударил мужчину в пах ногой. Все замерли, кто мог подумать, что ребенок сделает что-то подобное. Питер вовремя перехватил руки мальчишки, увидев у него что-то блестящее. Стайлз мертвой хваткой вцепился в перочинный нож, игнорируя острую боль в запястье, которое сжимал охотник. — Как ты не заметил нож в руке ребенка? — отчитывала женщина молодого парня, который допустил такое. — Ты даже с этим справиться не можешь, что уж говорить о взрослом оборотне. Питер крепко прижал к себе Стайлза, пресекая любую его попытку вырваться, но все еще не мог забрать у ребенка нож. — Стайлз, Стайлз, — Питер мотнул головой, призывая других охотников не подходить к ним. — Отпусти. Слышишь? Отдай мне нож. Ну что ты собираешься сделать, убить меня? Подрасти сначала. Мальчишка со всей силы наступил Питеру на ногу, заставив того выругаться и чуть не сломать запястье Стайлзу. Тот почти сам выпустил лезвие, когда мимо него пронесли женщину на носилках. Питер отметил схожие черты у женщины и мальчика, но ничего об этом не сказал, лишь прикрикнул все на того же парня, что сегодня все делал не так. — Не мог прикрыть ее? Здесь же ребенок! Тогда Питер решил, что возможно отец мальчика был человеком, раз ему не передался ген оборотня. Сейчас же, видя, как карамельные глаза наливаются золотом, Питер понял, как облажался в тот день. Отпустил волчонка на волю. Позволил зверю вырасти и отомстить. — Я надеялся, что это будешь ты, — произнес этот маленький лживый щенок, улыбаясь своей победе, своей лжи. — Тебя обратили? — первое, что спросил Питер, отойдя от шока. — Меня не обращали! — выкрикнул Стайлз, на секунду теряя над собой контроль. Приближалось полнолуние, а он здесь наедине с охотником. — Мне приятно, что ты меня помнишь. Я вот тебя никогда не забуду. — Лестно. — Отнюдь! Это не комплимент. Сложно забыть лицо того, кто забрал у тебя семью. — Дерьмовая у тебя была семья, скажу я тебе. Разве без них тебе не лучше? — Ты спрашиваешь, не лучше ли оборотню без стаи? Питер нахмурился, чувствуя отчаянье мальчишки, а потом мимолетно улыбнулся, так, чтобы Стайлз этого не заметил. Опять этот ребенок выдает себя с потрохами. Он здесь один, у него нет стаи. Это и радует, и огорчает. Оборотню сложно без стаи, еще сложнее ребенку. — Сколько тебе сейчас? — Питер прикинул, что прошло уже около двух лет. — Пятнадцать? — Шестнадцать, — поправил Стайлз. — Ведешь счет? Записываешь, сколько лет было твоим жертвам? Улыбка сползла с лица охотника. Да, ему приходилось убивать и совсем еще юных оборотней, но Питер не гордился этим. — Так ты пришел за тем, чтобы я убил тебя? — Нет, охотник, я пришел за твоей помощью. Питер хрипло рассмеялся. — Мальчик, ты что-то путаешь, я не занимаюсь благотворительностью. На миг глаза Стайлза окрасились золотым. Он уже давно не мальчик, давно не ребенок, Питер отнял у него детство. — О, ты поможешь мне, — протянул волчонок, незаметно делая еще один шаг к мужчине. — И будешь послушным охотником, если хочешь увидеть своего друга живым. Питер пропустил угрозу мимо ушей. Крис слишком хорош в своем деле, чтобы его смог одолеть какой-то волчонок, скорее Стайлз просто своровал у него телефон. Напрягало другое — откуда мальчишке известно его имя? Питер не помнил, чтобы кто-то упоминал его в тот день, когда Стайлза забирали из дома, и сам он не представлялся. Стайлза не волновало, поверит ли ему охотник, все, что ему было нужно, это крепко держать Питера за яйца, найти рычаги давления на него. Хейл пропустил удар по лицу, он даже не сразу среагировал, оказавшись на полу, только теплая кровь текла по щеке, подтверждая, что мальчишка снова много себе позволяет. Пистолет выпал из рук и лежал в двух шагах от охотника, но тот не делал попыток дотянуться до него. Стайлз понимал, что у мужчины наверняка есть при себе пару ножей или что-то в этом роде, а потому опасался приближаться к нему, он лишь кружил вокруг, наблюдая за своей жертвой. — А ты ничуть не изменился, малыш, — спокойно проговорил Питер, сплевывая кровь на пол. — Все такой же смелый на уровне безрассудства. Я говорил, что тебя это погубит? Ах да, в тот раз ты был не особенно общительным. Питер подгадал, когда волчонок будет особенно близко и ударил его ногой по коленке, заставляя упасть на него. Стайлз понял свою ошибку слишком поздно, когда охотник уже крепко удерживал его запястье — не стоило долго ходить вокруг да около, надо было сразу ставить Питеру ультиматум. Стайлз мог бы сдаться, мог бы расслабиться и отдаться на волю охотнику — этого охотника он знает, Питер однажды уже сделал ему поблажку, не заперев дверь его комнаты, возможно в этот раз он тоже сможет помочь. Но доверить свою жизнь охотнику — означало отступиться от всего, чему учили Стайлза. Увидев в руке у Питера прибор похожий на ручку, волчонок напрягся, готовясь к нападению. Теперь охотники не часто убивали оборотней, они сделали специальную сыворотку, на основе Рогипнола. Она вводит свою жертву в полуобморочное состояние, заставляя терять над собой контроль. И в этот момент с оборотнем можно делать что угодно. У охотников извращенная фантазия на пытки. Стайлз пару раз на себе испробовал это средство и снова не хотел, чтобы эта дрянь попала ему в кровь. Стайлз расслабился, признавая поражение, и послушно наклонил голову, открывая шею. Питер ни на миг не верил мальчишке, послушанием тот никогда не отличался, но стоило действовать быстро, пока такая возможность была. — Советую забыть все свои планы и молиться, чтобы я был снисходителен к тебе, — на ухо прошептал охотник Стайлзу, впрочем, не торопясь нажимать на поршень своеобразного шприца. — Ты как-никак напал на меня. Стайлз что-то тихо прошептал, подбавив в это смешок, но Питер не расслышал слов и наклонился к губам мальчишки, как раз вовремя, позволив ему перекинуть тяжелое тело через себя и усесться сверху. Нельзя недооценивать своего противника. — Вот теперь это нападение, — согласился волчонок, сомкнув когти на горле Хейла. — И что велит кодекс в таком случае? Питер болезненно сглотнул, задев кадыком острый коготь. — После такого мне разрешается убить тебя. — Вот так просто? — искренне изумился Стайлз, присвистнув. — Да, ребятки, суровые у вас законы, мне никогда их не понять. Мальчишка тяжело вздохнул, как будто и впрямь когда-то собирался чтить эти законы. Питер отметил про себя, что с удовольствием бы научил этого паренька манерам, как только этот гаденыш спрячет свои коготки. — Что ж, в таком случае ты не оставляешь мне выбора. Прежде чем Питер успел что-то сказать, Стайлз приставил шприц к его шее и нажал на поршень. С такой убойной дозой охотник отключился моментально, уже в глубоком сне услышав слова волчонка. — Ты поможешь мне, охотник. У меня кое-что забрали, и я хочу это вернуть. А точнее кое-кого.