Lickey

Громкая музыка долбила по ушам, пока весь дом буквально ходил ходуном. Что сказать? Галлагеры хорошо проводили время, несмотря на то, что это веселье выводило всех их соседей из себя в пол второго ночи. Но к чёрту всех, это была их вечеринка, поэтому они уж точно не будут забивать себе головы чужими проблемами. Сегодня их ночь и они будут наслаждаться ею, чёрт возьми. И кажется, что больше всего этой ночью сейчас наслаждались двое парней, что всего минуту назад ретировались в комнату на втором этаже, чтобы уединиться. Будет удивительно, если у них это получится в доме, полном людей. — Блядь, — сидя на чужих коленях, шепчет Микки, когда чувствует укус на собственной шее — то, от чего он невольно и дергается в руках своего парня, тем самым сильнее надавливая ладонью на его пах. Йен же только стонет в поцелуй, притягивая Микки ещё как можно ближе к себе. — Сними… — бормочет Галлагер, задирая чужую футболку, но резко останавливается, когда кто-то внезапно заходит к ним в комнату, даже не постучавшись. — Да вашу мать! — кричит Лип, как только заходит в комнату и поднимает глаза на этих двоих. — Можно делать это дерьмо не у нас в комнате? Пожалуйста? — поднимая брови, спрашивает он, на что Микки лишь закатывает глаза и встаёт с чужих коленей, расправляя футболку. — Вечно ты не во время, лупоглазый, — всё же бормочет Милкович напоследок, проходя мимо парня к выходу. — Ну зачем ты так, Микки? Ты разбиваешь мне сердце, — говорит Галлагер, касаясь ладонью собственной груди. — Я что, тебе совсем не нравлюсь? — пьяно выдохнул кудрявый парень с выражением явного шока на лице. — Йен, я ему не нравлюсь, — с наигранной обидой в голосе пожаловался брату Лип, на что тот лишь смерил его полным злости взглядом. — Господи, ты невозможен, — поморщился в свою очередь Милкович, глядя на Липа. — Что, я так плох в роли гея? — спросил он в ответ, на что Мик только усмехнулся и кратко кивнул. — Ой, да не пизди! Стариканы в «Феюшке» глаз оторвать не могли, так что… — Лип невзначай пожал плечами, — ты бы не удержался, — брюнет тут же скорчил лицо. — Ты был бы последним человеком, которого… — Чо тебе надо, Лип? — прямо спросил Йен у своего брата, так и не дав Микки закончить предложение. — А, точно, — промямлил он, пытаясь вспомнить то, зачем пришел. — Ви с Кевом ушли, так что вечеринка заметно стухла, — усмехнулся Галлагер, — решили глянуть ужастик, вы как? С нами? — Погоди, — усмехнулся Галлагер, взмахну руками, — ты пришёл сюда и помешал нам только для того, чтобы спросить… хотим ли мы посмотреть чёртов фильм? Серьезно, Лип? — вздохнул Йен, пораженно глядя на брата. Тот только кивнул и снова спросил: — Так что, идёте? — Пойдем, придурка кусок.

~

Они были уже на середине фильма под названием «Кукла Роберт», и во время просмотра многие из ребят даже умудрялись находить что-то забавное в сюжете, в то время как Микки каждый раз дергался от испуга в объятиях Йена. Галлагер на это лишь улыбался и притягивал Микки поближе к себе, явно насаждаясь происходящим. Обычно Милкович ненавидел, когда рыжий лез к нему при всей своей семейке, но сейчас он без всяких слов позволял Йену обнимать его и даже изредка целовать в макушку или щеку, прямо как сейчас. И всё бы ничего, если бы Йен краем глаза не заметил то, как его брат скорчился, глядя на них. И Лип так и продолжил смотреть с таким выражением лица, словно его в любую секунду стошнит от этой сладкой парочки, расположившейся на диване. По правде, Йен бы навряд ли обратил на такое внимание, если бы подобное дерьмо не происходило уже в сотый раз. Лип практически всегда ведет себя так: либо достаёт Микки, либо их обоих. Да, возможно, всё это безобидно, но господи, как же это выводит из себя. И обычно Галлагеру просто не хочется лишний раз ссорится с братом из-за ерунды, но к чёрту, сейчас он пьян и готов высказать Липу всё, что так давно держал внутри. Так что выпутавшись из чужих объятий, а после встав с дивана под тихий скулеж Микки, Йен идет на кухню, по пути пиная ногу брата своей и кивая ему, чтобы парень последовал за ним. — Ты чего? — потягиваясь, спрашивает Лип, как только они оказываются одни. — Ты можешь прекратить это? — устало начинает Йен. — Что «это»? — Лип хмурится, совершенно не понимая, о чем идет речь, но видя то, что его брат явно намерен поссорится. — Ты мне объясни, что это такое, Лип. Ты ведешь себя, как гомофобное хуйло, — выплевывает Галлагер, чуть пошатываясь на месте. Всё же ещё одна банка пива была лишней. — Я?! — кричит в ответ Лип, но тут же слышит, как кто-то шикает на него с дивана. — Я? — повторяет он, но на этот раз шепотом. — Да, ты! — так же тихо пытается орать на него Йен. — Столько времени прошло, и ты до сих пор не можешь смириться с тем, что у меня не встал на твою тупую Карен? Чо тебе надо от меня и Микки? — Господи, при чём тут!.. Да какое мне дело до вас, Йен? — шипит в ответ Лип, глядя на брата круглыми глазами. — Это я у тебя спрашиваю!.. Твою мать, Лип! Ты либо просто мудак, либо тебе реально так противно даже смотреть на меня, когда я с Микки. Я не вел себя так, когда вы с Мэнди чуть ли не… И пока Йен не успел договорить, Лип перебивает его: — Да я ж просто прикалываюсь, придурок! С чего мне будет противно? Ты и не такое при мне делал, — фыркает Галлагер, качая головой и поражаясь глупостью своего брата. — Я не знаю, ты!.. Возможно, из-за Микки!.. — Ты смеешься? — усмехается Лип, в неверии делая шаг назад. — Да я, блядь, просто пиздец счастлив, что сейчас с тобой сидит не какой-нибудь дедуля, а он, Йен! Хватит придумывать себе… На этот раз уже Лип не успевает договорить: — Что ты, блядь, говоришь, — с ухмылкой говорит рыжий. —  Чего ты тогда рожу корчишь, когда я… — Боже, да что мне нужно сделать, что бы ты!.. — начал старший Галлагер, но тут же замолчал, когда к ним присоединился Микки, выглядящий сейчас просто до чертиков напуганным. — Чего вы тут распизделись? — бубнит он, медленно подходя к Йену. — Там какой-то пиздец начался, я не могу смотреть это, — глядя то на одного, то на другого парня, жаловался Милкович. — Эта хуйня просто взбесилась!.. — и только брюнет начинает распаляться, как сильные руки притягивают его к себе, а чужие губы прижимаются к его собственным. Микки просто стоит там, не смея даже пошевелится и вздохнуть, пока Лип целует его. Лип, чёрт возьми! Микки даже не успевает отреагировать и оттолкнуть парня — Галлагер первым отрывается от его губ с довольным выражением лица. — Теперь доволен? — пьяно усмехается Лип брату, который просто стоит и хлопает ресницами, не в состоянии что-либо ответить. А старший и не ждет его ответа, он просто уходит обратно в гостиную, пытаясь заодно успокоить собственное сердце. По правде, Лип и сам не меньше удивлен тем, что сейчас натворил. И чем он только думал, прежде чем… Господи, боже, он поцеловал Микки. И теперь Липу приходится терпеть безумные взгляды Йена в его сторону, пока они досматривают этот чёртов фильм. Рыжий пялится на него так, словно сейчас сорвется с места и начнет избивать его до потери сознания. Но ладно Йен, так ещё и Микки почти ежесекундно поднимает на него глаза, хмуря при этом свои густые брови. И каждый раз, как только Лип смотрит на него в ответ, тот резко переводит взгляд на телевизор и прижимается ближе к своему парню. Но Лип убеждает себя в том, что ему плевать. Ему совершенно точно плевать на Микки. Пусть Липу и было ахуеть как приятно целовать его.