Горизонтальные танцы

- Просто разгребите то, что натворили. Мне плевать, каким образом вы это сделаете. Вляпаться в подобную ситуацию смогли, значит, и выкрутиться получится, – Рафаэль раздражённо сжимает челюсти, смиряя своих вампиров гневным, пылающим взглядом. - Но, Рафаэль… - Ты, Диего, вообще лучше молчи. Из-за тебя у нас теперь возникли проблемы с фэйри. Иначе я попрошу Саймона лично проследить за сокращением твоего рациона питания. И поверь мне, он исполнит на все сто процентов любой мой приказ. Вампиры одновременно переводят взгляд с лидера клана на его заместителя, который, ухмыляясь, помахал им рукой. – А теперь выметайтесь из моего кабинета. Потом отчитаетесь Саймону. Всё поняли? Вампиры кивают, недовольно нахмурив брови, а затем на сверхскорости вылетают за дверь. Сантьяго устало вздыхает, проводит по лицу ладонью, пытаясь хоть немного снять напряжение и стресс. Глава клана опускается на стул, прогибаясь в спине, чувствуя, что его силы и нервы на исходе. - Мой сильный и отважный лидер, – Саймон подходит к Рафаэлю, вставая за его спиной, и опускает руки на плечи Сантьяго, крепко сжимая их и медленно массируя. – Ты такой горячий, когда злишься. Я еле сдержался при парнях. Так и хотелось тебе отдаться на твоём столе. - Саймон, сейчас вообще не до твоих шуток. Поверь, я очень устал. - А я и не шучу, – Льюис, наклоняясь, спускает свои руки на грудь Рафаэля, медленно расстёгивая верхние пуговицы рубашки, и игриво кусает затылок создателя. Сантьяго тихо шипит и отстраняется, оборачиваясь. Глаза Льюиса озорно светятся, а губы растянуты в пошлой ухмылке. – Позволь мне помочь тебе расслабиться. - Саймон, ты же знаешь, что мне через двадцать минут нужно спускаться в холл. Ты ведь это понимаешь? Новообращённый довольно и энергично кивает, облизывая губы. Маленький чертёнок. Льюис обходит своего создателя и, перекидывая одну ногу, садится к нему на колени, провокационно двигая бёдрами. Зрачки Рафаэля мгновенно расширяются, почти заполняя радужку, и Сантьяго, нервно облизывая вмиг пересохшие губы, хватает новообращённого за талию. - Что желаете, Господин? Как Вы уже сказали ранее, я исполню любой Ваш приказ, – горячо шепчет лидеру Саймон, облизывая его ушную раковину, спускаясь лёгкими поцелуями от линии челюсти вниз по шее. Рафаэль запрокидывает голову, подставляясь под частые укусы и зализывание мягким языком ран, лишь сильнее сжимая бока хитрого вампира. Саймон кусает Рафаэля за подбородок, опускаясь руками ниже по груди, окончательно расстёгивая чёрную рубашку с незатейливым шёлковым узором. - Саймон, что вообще происходит? - М? – Льюис запускает длинные пальцы в мягкие кудри любовника и накрывает чужие губы своими. Рафаэль мгновенно отвечает на поцелуй, врываясь языком в податливый рот Саймона, смешивая слюну. Льюис выгибается, словно довольный кот, ерзает на коленях своего создателя, каждый раз задевая уже натянутую от возбуждённой плоти ширинку, срывая с губ Рафаэля стоны наслаждения. Саймон, к удивлению и лёгкому разочарованию Сантьяго, разрывает поцелуй и начинает медленно вставать с колен создателя, побуждая того схватить любовника за запястье. - И на этом всё? – в ответ Льюис лишь ухмыляется и, прикусив нижнюю губу, садится перед Рафаэлем на колени между его ног. Лидер клана успел увидеть в своей жизни многое, но в данный момент не знает, как реагировать на подобную дерзость. Осознание того, что сейчас собирается делать его новообращённый, резко ударяет под рёбра, заставляя потерять рассудок. Рафаэль чувствует, как расширяются в удивлении его глаза, а Саймон с абсолютно спокойным лицом, глядя в глаза, расстёгивает его ширинку. И уж лучше бы не смотрел, потому что от подобных взглядов плавится мозг, а позвоночник превращается в желе, снимая с себя все полномочия и переставая выполнять свою основную функцию. Наглец. - Ты?.. - Ага, – кивает Саймон и медленно стягивает со своего лидера нижнее бельё. Новообращённый пошло облизывает покрасневшие от напористых поцелуев губы, словно какая-то пышногрудая девица в порнофильме, и, не разрывая зрительного контакта, медленно проводит языком по венке на возбуждённой плоти Рафаэля, облизывает головку, прикрывая от наслаждения глаза, вызывая судорожный стон Сантьяго. - Dios, Саймон, – Рафаэль запутывается пальцами в волосы Льюиса, и вампир довольно улыбается, чуть ли не мурлычет от наслаждения, прищурив глаза. Новообращённый проводит языком вверх по всей длине, а потом плавно насаживается по самые гланды, не забывая мучительно сладко работать языком. Вампир медленно двигает головой, помогая себе рукой, и пристально смотрит снизу вверх в глаза своему создателю, впитывая в себя каждую восхищённую эмоцию, запоминая иногда зажмуренные от слишком острого наслаждения глаза и сведённые брови. Рафаэль беспощадно кусает собственные губы, благодарно хрипя оды чудесному-потрясающему-невероятному языку Саймона сразу на двух языках. Льюис довольно стонет, посылая вибрацию по всему горлу, от чего Сантьяго непроизвольно толкается в новообращённого ещё глубже. Саймон на несколько мгновений отстраняется с характерным хлюпающим звуком, а потом резко насаживается горлом на всю длину. Рафаэль видит перед собой космос. Тысячи звёзд вспыхивают одна за другой, и глава клана чувствует на себе целую вселенную. Вселенную, которая заполняет всё тело приятной тяжестью, напряжением до кончиков пальцев, посылая электрические разряды под кожей. Все органы в одно мгновение охватывает жаром, и Рафаэль не слышит ничего, кроме своего собственного тяжелого дыхания. Мгновение, и Рафаэль взрывается на атомы, а через секунду собирается вновь, словно Феникс, рождённый из пепла. Саймон довольно улыбается, слизывая белёсые капли с губ и натягивает на своего создателя обратно нижнее бельё. - Надеюсь, теперь Вы довольны, Господин? Рафаэль не может ничего ответить. Лидер клана лишь в слепую притягивает новообращённого к себе за воротник футболки, заставляя вновь сесть к себе на колени, и благодарно целует, чувствуя собственный вкус на своём языке. - Если хочешь, огласить новые правила могу я, на правах твоего заместителя, разумеется. Рафаэль улыбается и, качая головой, медленно ведёт губами по шее Саймона, чувствуя бедром возбуждённую плоть мальчишки. Нет, в таком состоянии Сантьяго точно никуда не отпустит своего любовника. Никто не имеет права, кроме него самого, видеть эти чудесные припухшие, слегка покрасневшие губы. И уж тем более никто не должен слышать томный, охрипший голос новообращенного. - Ничего, подождут и никуда не денутся. У меня есть дела куда важнее, чем оглашение каких-то правил. Льюис довольно улыбается в поцелуй, рисуя непонятные узоры на обнаженной коже создателя. - Да? И какие же например? - Например, заниматься с тобой сексом так долго, пока ты не сможешь спокойно встать. Саймон довольно улыбается и позволяет поднять себя на руки, обвив руками и ногами сильное тело своего лидера. - Мой король. - Заткнись, Льюис.