Неудачная смерть

      Рекс распахнул глаза, но тут же зажмурился и застонал от резанувшего по ним света. В висках заломило, к горлу подступила волна тошноты. Кое-как справившись с телом, наемник вновь заставил веки приоткрыться. Медленно, миллиметр за миллиметром. Свет ударил снова, но уже не так болезненно. Сплошная пелена вокруг распалась на множество цветастых пятен — медленно, но верно, зрение приходило в норму. Но в тот же миг на смену отступавшему звону в уши ворвался целый сонм голосов. Столь напористых, громких и многочисленных, что выделить какой-то конкретный было практически невозможно. Кроме одного — принадлежавшего самому яркому алому пятну.       — Иссей…       — А-а-а-а-а! — Рекс бросился на звук, втягивая руки в попытке вцепиться пятну туда, где должна была находиться тощая шея.       Тело вновь пронзила боль. Мышцы, сухожилия, кости — казалось, каждая клетка его протестовала против этого отчаянного рывка. И всё же Рекс почти дотянулся… когда почувствовал, как опора под ним накренилась. Наемник потерял равновесие и повалился вниз. Полет оказался недолгим — спустя мгновение до омерзения знакомые руки подхватили тело наёмника, подняли и возвратили в мягкие объятия постели.       — Иссей, послушай…       — Пошла ты! — Наёмник с ожесточением оттолкнул от себя Риас. — Не смей трогать меня руками, которыми до этого ублажала своего женишка!       Демонесса отпрянула. Тяжело дыша, Рекс сел и попытался сосредоточиться. Зрение прояснялось мучительно медленно — сквозь размытую пелену постепенно проступило испуганное лицо Гремори, затем стоящей чуть позади неё Акено.       — Иссей, я…       — Что?! Выбрала самый удобный из двух стульев? И как: хорошо себя чувствует твоя проданная в анальное рабство жопа? Уже успела предъявить задний двор новому владельцу?       — Не волнуйся, дорогой. Сейчас меня интересует совсем иная недвижимость…       Знакомый и отнюдь не приятный голос прозвучал у самого уха наемника, а затем Рекс почувствовал, как на его прикрытое одеялом колено легла чья-то крепкая рука.       Лишь теперь наёмник осознал, что лежит вовсе не на больничной койке.       Медленно, преодолевая сковавший тело страх, Рекс обернулся. Перед глазами проплыли отделанные красным деревом стены просторной спальни. Украшающие их изысканные светильники, барельефы, картины. Изящная мебель и огромное, в человеческий рост, зеркало, в котором отражался сидящий на правом краю кровати.       Светлые волосы, дорогой костюм, аристократичная осанка.       Рекс крепко зажмурился и тут же резко распахнул глаза — морок никуда не исчез. Со всей болезненной очевидностью наемник вынужден был принять реальность этого отражения. И демона, коему оно принадлежало. Последним усилием, наёмник дернул одеревеневшей шеей и наконец встретился взглядом с Райзером Фениксом.       Высший демон медленно подался вперёд и, облизнув губы, продолжил:       — И думается мне, пора бы вспахать новый участочек.       — А-а-а-а-а!       В ужасе отшатнувшись от обжегшего лицо разгорячённого дыхания, Рекс бросился прочь. Но в следующее мгновение две крепкие руки стальной хваткой стиснули его бёдра и с нечеловеческой страстью потянули обратно. Рекс вцепился в край кровати, но с пугающей отчётливостью ощутил, как силы стремительно покидают его руки.       — Ну же, иди ко мне! Я о тебе как следует позабочусь! — Феникс потянул сильнее, ещё глубже впишись пальцами в вожделенную плоть.       Взвыв, как загнанное животное, демон в отчаянии вскинул голову к стоящей над ним демонессе:       — Риас! Риас, спаси меня! Ри… Драйг? — Из-под густой копны ярко-алых волос на наемника недоуменно уставилась морда красного дракона. — Какого хера?!       Дракон задумчиво опустил взгляд, рассматривая свое новое вместилище.       — Хороший вопрос…       — Действительно, Рекс, очень хороший, мать его, вопрос, — донеслось из-за спины рыжего дракона.       Задрав голову, наемник посмотрел на стоявшую чуть позади Акено… И встретился взглядом с миниатюрной копией Херма, оказавшейся на месте ее лица.       — Я бы даже сказал «вопросище»! — Херм потрогал себя за шикарный бюст. — Серьезно, Рекс: какого хрена? Если так хочешь, чтобы тебя в жопу отодрали, себе бы сиськи и приделал!       — В смысле «хочу»?!       От удивления Рекс на мгновение ослабил хватку, чем сразу же воспользовался Фенекс, дернув добычу на себя. Пальцы наемника разжались; он заскользил по одеялу, прямо в крепкие мужские объятия. Печать на его заднице тут же завибрировала от приближения разгоряченного источника маны, что немедленно придало Рексу сил.       — А-а-а-а! — Извернувшись, наемник пнул Райзера в грудь и бросился обратно к спасительному краю кровати. — Ты совсем там в своем порнозоопарке рехнулся, тентакль озабоченный?!       — Я озабоченный? Это вообще-то твой сон! Хотел бы ты это прекратить…       — Я и хочу, чёрт вас обоих дери!       — Да вот как раз жду своей очереди. — Сгусток качнул щупальцами в сторону сладострастно облизывающегося Феникса.       — Кончай страдать херней и помоги мне уже!       — Рекс, моя задача — сохранять целостность и идентичность твоего ИЭС, а не защищать от запрятанных в нём фетишей печать на твоём похотливом анусе!       — Нихера там не запря… А-а-а-а! — Очередной рывок Райзера едва не заставил пальцы наемника разжаться. — Чёрт! Драйг, ну хоть ты-то?!       — М-м-м… Может, тебе просто стоит примириться с самим собой? — Философски изрек дракон, сложив руки под грудью. — Перестать страдать от своих тайных наклонностей и просто… Не знаю: начать ими наслаждаться?       — Нет у меня никаких наклонностей! — Взревел Рекс, ткнув пальцем в парочку транс-демонов.       В тот же миг Райзер снова дёрнул его на себя. Оставшаяся в одиночестве рука соскользнула с деревянной стенки, и наемник в мгновение ока оказался под Фениксом.       — Не-е-ет! — Рекс попытался вскочить, но мускулистый торс Райзера тут же навалился на него сверху, крепко прижав к кровати. — Пом-м-м…       — Попался, сладкий! — Крепкая рука Феникса схватила наемника за шею и вдавила лицо в перину, не давая вздохнуть.       — М-м-м! М-м-м-м-м!..       — Драйг, какое еще, нахрен, «примирись»?! — «Лицо» Херма буквально перекорежило от этого зрелища. — Это ж отвратительно!       — Ну-у-у…       — Ты будешь моим лучшим свадебным подарком! — Рука Феникса нежно скользнула по ягодицам наёмника, а затем резко сжала в кулаке ткань штанов и рванула вверх.       — У-у-у-у!       Рекс сдавленно взвыл, когда шов резко впился ему в промежность. Потребовалось несколько бесконечных мучительных секунд, прежде чем натужно трещащая ткань лопнула и боль схлынула. Сменившись куда более жутким ощущением — по оголённой коже, едва касаясь ее, шаловливо заскользил крепкий наманикюренный палец. Аккурат по контуру печати, закрывавшей задние врата наемника.       — Мм-м-м-м-м-м!       — Ладно, это пиздец как отвратительно, — поморщился Драйг: — Рекс, забудь, что я сказал! С этим нельзя примиряться. Ни в коем случае!       — Да что ты, блядь, говоришь! — кое-как вывернув голову, заорал наёмник. — Так может кто-нибудь из вас, дрочил, мне, наконец, поможет?!       — Вот и я, мой дорогой слуга. — Рука Райзера сжала булку наёмника; кончики длинных пальцев забарабанили по кромке глифа. — Приступим?       — Нихера у тебя не получится! — Рекс беспомощно заёрзал в стальной хватке Феникса. — Пока на мне эта печать, твой грязный член ни за что не осквернит мою жопу! И хоть ты поставил меня раком, я всё ещё не сдался! И моя задница тоже никогда тебе не сдастся!       — Скоро твоё высокомерие иссякнет. — Пальцы Райзера вновь прошлись по ягодице наемника, остановившись над пульсирующей мультиграммой. — Ты же не забыл, кто накладывал эту печать?       Феникс повернулся к Риас и, совершенно не обращая внимания на легкую чешуйчатость ее лица, кивнул. Гремори медленно, словно сомнамбула, подняла руку — на ладони зажглась знакомая алая мультиграмма. В тот же миг Рекс почувствовал нарастающую вибрацию, а комнату заполнило алое свечение.       — Драйг, скотина! — взвыл наемник, забившись из последних сил. — Не смей! Не смей, я тебе говорю!       — Прости, Рекс, — с почти искренним сочувствием проскрежетал дракон, щурясь и кося глаза в бесплодной попытке отвернуться. — Но здесь я лишь вынужденный наблюдатель.       — Чертовы ублюдки! Да я вас потом сам…       — А теперь мой огненный таран сокрушит эти драконьи врата! — В ревущем всполохе пламени, штаны Райзера исчезли, оголив могучее осадное орудие, взведенное в полную боевую готовность. — И да озарит пламя Феникса сокрытую за ними темную бездну! Печать, словно разбитый камнем витраж, разлетелась в дребезги, и волна магической энергии захлестнула комнату.       — А-а-а-а-а-а!       Алая вспышка поглотила наемника. И ту же, словно поняв, что съела что-то совершенно непотребное — выплюнула.       Рекс вновь осознал себя лежащим на кровати. Только теперь матрас был жестче, ткань грубее, а нательная рубашка свалялась где-то под поясницей в раздражающий комок. В нос ударил резкий запах анестетика и еще каких-то лекарств. Наемник поморщился, едва не чихнув — помешала торчавшая из глотки трубка. Гибкий тонкий шланг уходил глубоко в трахею, а его противоположный конец, очевидно, исчезал в недрах аппарата ИВЛ, ритмичное шипение которого доносилось откуда-то сбоку. Где-то там же исторгал мерзкий повторяющийся писк монитор ЭКГ.       Весь этот дискомфорт… обнадеживал, приятно отличаясь от вылизанных образов предыдущих кошмаров.       Собравшись, Рекс попробовал приподняться, но всё тело ту же захлестнула волна мерзкой ноющей боли. Наемник сдавленно застонал.       В тон ему что-то тихо пискнуло, а затем кто-то произнес:       — Что это было? Он очнулся?       Рекс замер, обратившись в слух. Голос доносился словно сквозь толстый слой ваты, и наемник его не узнавал.       — Не должен… — Второй голос, также незнакомый и также где-то совсем рядом. — С такими травмами чудо, что он вообще до сих пор не помер.       — Тоже мне чудо… Ладно, коли уже быстрее это дерьмо, и валим отсюда.       Тон их разговора мягко говоря настораживал, и Рекс аккуратно приоткрыл глаз.       Палата выглядела стандартно для местной больницы: пастельного цвета стены, белый потолок, закрывающие окно зеленоватые шторы. Наемник занимал единственную в комнате кровать; многочисленные провода и трубки от его тела тянулись к высившейся неподалеку массивной стойке с аппаратурой. Монитор пациента планомерно выводил на экран жизненные показатели — довольно удручающие жизненные показатели, в которые пробуждение наемника внесло резкий позитивный скачок, как раз и привлёкший внимание загадочных визитёров.       «Докторов» в палате оказалось двое — первый, высокий и тощий, стоял рядом с кроватью и как раз вскрывал упаковку с одноразовым шприцем. На прикроватном столике рядом с ним лежала подозрительная ампула с мутноватой жидкостью и затертой этикеткой. Сложно было сказать, что в этом эскулапе смущало Рекса больше — вытянутая плохо выбритая рожа, хищный взгляд маленьких глазок из-под квадратных очков, или все же халат с чужого плеча, болтавшийся на нескладной фигуре, как не вешалке.       Второй «врач» — коренастый короткостриженый здоровяк, привалился к стене у входной двери, и внимательно следил за происходящим в коридоре через маленькое окошко. На врача он походил еще меньше. Впрочем, оденься он медбратом, может и сошел бы за своего… Если бы конечно додумался чем-то прикрыть цветастую татуировку, выглядывавшую из-под манжеты рубашки.       «Бля-стя-ще… — Дожидаться развязки костюмированного шоу наемник не имел ни малейшего желания. — Херм! Заводи мотор, пока эта парочка нас тут до смерти не залечила».       «Что бы я делал без твоих мудрых советов? — проворчал внутренний голос. — Вообще, мы бы уже давно могли быть на ногах, если бы кое-кто не застрял в своих эротических фантазиях…»       «Это был порнотриллер, а не эротическая фантазия!»       «Да как скажешь…»       «Не хочу я трахать Феникса!»       «Разумеется. Судя по увиденному, твои желания предполагают исключительно пассивную роль…»       «Слушай ты — глист психоневральный...»       В тот же миг по нервам наемника ударила обжигающая волна, заставив его почувствовать себя огромной подушечкой для иголок.       — С…ка-а-а… — сдавлено зашипел Рекс, стиснув зубами клапан, торчащий изо рта.       — А? — «доктор» отвлекся от ампулы и пристально посмотрел на монитор ЭКГ а затем на дернувшегося «пациента».       Закрыв глаза, наемник неразборчиво забурчал и начал слабо ерзать в кровати.       — Черт, ну что еще-то? — Забеспокоился громила у двери.       — Хм… Может обезболивающее перестало действовать? — Очкарик наклонился и оттянул веко наемника, который тут же старательно закатил глаза. — Странно, вроде все еще в отключке… Ладно, введу-ка я ему эту штуку в вену, для надежности.       Рекс почувствовал, как натянулась трубка катетера на руке. Застонав еще громче, он начал дергаться.       — Блять, у него, походу, припадок! — Очкарик завозился активнее, в попытке унять взбесившегося коматозника.       И тут Рекс «случайно» зацепил провода, тянувшиеся к электродам на груди. Контакты выскочили из-под пластыря, и монитор пациента, потеряв сигнал, тут же разразился истошным визгом.       — Да блять! Хиро, держи его! — Бросив шприц на стол, «очкарик» развернулся к аппаратуре.       Выругавшись, здоровяк подскочил к наемнику и схватил за плечи.       — Может ты просто сделаешь уже ему этот ебучий укол, и мы свалим?! — огрызнулся он, прижимая «конвульсирующего» Рекса к кровати.       — Придурок! Если я эту штуку сейчас не выключу, сюда пол больницы сбежится, и хера с два мы тогда это за естественную смерть выдадим! — не остался в долгу «очкарик», колдуя над устройством.       — Так выруби ее из розетки!       — У нее есть автономный блок питания, идиот! Так щас, вот кабель локалки… А-а-а, да где тут звук выключается?!       Внезапно Рекс особенно сильно дёрнулся и… обмяк.       — О, кажись успокоился, — выдохнул здоровяк.       Резко открыв глаза, Рекс скрутился и выбросил руку вперед. Пальцы обхватили кадык громилы и сдавили его до приятного влажного хруста. Здоровяк захрипел и подался вперед, судорожно вцепившись в запястье наёмника. Схватив второй рукой оставшийся на столике шприц, Рекс с размаху всадил тот здоровяку в глаз. Пластиковая трубка с приятным чавкающим хрустом вошла в глазницу по самый буртик.       В тот же миг визг медицинской аппаратуры, наконец, затих.       — Так ладно, минут десять у нас ес… — начал было «очкарик», но, подняв взгляд, остолбенел.       — Кхэ-а-аэ-э… — Громила с хрипом отшатнулся от кровати, держась за окровавленную глазницу.       Оба «врача» ие уставились друг на друга, на мгновение впав в ступор. Оставшийся глаз здоровяка сфокусировался на «очкарике», челюсти напряглись, рот приоткрылся… И громила с грохотом повалился на пол, так и не проронив ни слова.       — Тварь! — Очкарик тут же бросился на Рекса. — Убь… Юу-у-у-у!       Рослость «доктора» сыграла с ним злую шутку — кулак наемника с размаха влетел ему прямо в пах. Убийца сложился пополам; очки слетели, звонко ударившись о поручень кровати. Тут же Рекс выдернул из предплечья катетер, обмотал трубку вокруг запястья и накинул импровизированную гарроту на шею очкарика, затянув петлю второй рукой. Тонкая полупрозрачная трубочка впилась наемнику в руки. Превратившись практически в струну, она вгрызлась в горло «доктора» — тот судорожно захрипел, отчаянно царапая вдавленную полоску на коже.       Но и покорно умирать он не собирался. Бросив попытки избавиться от удавки, «доктор» принялся яростно молотить руками за спину в попытке достать наёмника. Иногда у него это даже получалось.       — Ха хдохни хы ухе! — прохрипел Рекс, выгнувшись назад и изо всех сил натянув удавку.       Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем у «очкарика», наконец, иссякли силы — его удары становились все более вялыми, хрип сменился мерзким влажным кряхтением. Наконец, несколько раз конвульсивно дернувшись напоследок, тело «доктора» обмякло. Подождав еще немного для верности, Рекс опустил удавку. Труп медленно соскользнул с кровати и шлепнулся на пол, а наемник бессильно распластался на кровати, переводя дух. Его лицо и бока саднили от пропущенных ударов.       — Вот… хывухая… хкохина…       «Рекс, — деликатно кашлянув, подал голос Херм. — Я, конечно, понимаю твое латентное желание подольше подержать что-нибудь поглубже в горле. Но если вынуть трубку, дышать нам все же будет попроще».       «Иди нахуй». — Наемник с ожесточением схватился за клапан ИВЛ, торчащий изо рта. «Стой! Так не…»       Рекс резким движением выдернул конструкцию у себя из глотки.       О чем немедленно и пожалел:       — Буа… кха-кха… кхэ… Буэ-э… Блять… Кхэ-кхэ… Сука… Я щас блевану…       «Твою-то мать… — Сгусток со вздохом потер щупальцем «переносицу». — Будем надеяться, что все приходит с опытом».       — Ебал я такой опыт, — прохрипел Рекс, с трудом примирив в себе желание выблевать несуществующее содержимое желудка с потребностью выкашлять нахрен легкие. — Блять… Да чтоб в меня… еще хоть раз… хоть одну трубку!..       «Ммм, даже не знаю, как бы тебе помягче сказать…»       Наемник замер, почуяв неладное. Затем медленно протянул руку к поясу и откинул полу медицинского халата.       — Да вы, блять, издеваетесь…       Потратив несколько минут на извлечение из себя «нештатных трубопроводов», Рекс слез с кровати и мелко посеменил к шкафу, проклиная местную примитивную медицину на чем свет стоит.       Шкаф оказался удручающе пуст, если не считать чистого комплекта постельного белья. Выругавшись, наемник перевел взгляд на своих неудачливых убийц: по шее здоровяка стекала дорожка крови, пачкая воротник халата, а на штанах задушенного «очкарика» расползалось большое мокрое пятно. В целом, из пока что чистых предметов их гардероба можно было бы собрать один комплект… Вот только выглядел бы в нем наемник, как восходящая звезда хип-хопа.       Оставалось выбираться в чём было и импровизировать по ходу.       Рекс тихо подошёл к двери и выглянул в окошко. Убедившись, что снаружи его не поджидает ещё одна порция людей в белых халатах, наёмник аккуратно выглянул в коридор. Мимо палаты, как раз миновав дверь, медленно ползла похожая на мумия бабка, тихо скребя ходунками по кафельному полу. В остальном коридор с ее стороны был пуст.       Слегка расслабившись, наемник посмотрел в противоположный конец… и тут же похолодел от ужаса.       Мелодичный звонок возвестил о прибытии лифта на нужный этаж. Двери с тихим шуршанием разъехались в стороны, и его единственный пассажир размеренным шагом покинула кабину. Осмотревшись в поисках указателей, Грейфия ненадолго задержала взгляд на большом зеркале, занявшем стену напротив. Придирчиво рассмотрев своё отражение, она поправила выбившуюся из-под ободка прядь и разгладила несуществующие складки подола.       — Так-то лучше.       Ее образ должен быть безупречен: сдержанный, но элегантный макияж; пышное сапфирово-синее платье; белоснежно-белый передник и, конечно же, большой букет роз, алых словно свежепролитая кровь. Грейфия чуть наклонила голову, чтобы вдохнуть их аромат: сладкий, но с тонкой, едва уловимой резкой нотой, за которую их так ценили в Аду. Конечно, ей вовсе не обязательно было нести с собой этот букет, равно как и выбирать именно такой наряд: сегодня она была не горничной семьи, а личным посланником Сазекса.       Но, провались все в Коцит, как же Грейфии этого хотелось.       Невольно она представила, как заходит в палату к Хедо. Как приводит его в чувство, и как сонное растерянное выражение на его самодовольном лице постепенно сменяется первобытным ужасом. Монитор пациента начинает ожесточенно трещать, отбивая ускоряющийся пульс, а прикованное к постели беспомощное тело пробирает дрожь в ожидании ужасающей и неотвратимой расплаты…       Ах если бы.       Усилием воли демонесса стерла с лица злорадную ухмылку, совершенно недостойную аристократки ее уровня, и затем проверила содержимое потайного кармашка на платье. Пальцы скользнули по крохотному пузатому флакону «слез» и остановились на кромке конверта, запечатанного массивной восковой печатью — приглашения на свадьбу Райзера Феникса и Риас Гремори.       Великий союз великих домов, который принесет всей преисподней великое благо: таково по крайней мере было официальное мнение высокого демонического общества об этом событии. Вот только не менее великий владыка ада, Сазекс Люцифер, так не считал.       Грейфия провела пальцем по ребристому оттиску глифа на воске. Она внезапно почувствовала, словно стоит перед длинной колонной костяшек домино: стоило ей отдать конверт, как те со всей роковой неотвратимостью посыпятся одна за другой, и свадьба Риас неминуемо превратится в грандиознейший скандал!       И это в лучше случае. В худшем — может произойти грандиозная катастрофа… Нет, не так — это будет грандиозная катастрофа! Уж в чем в чем, а в способностях Хедо все испортить демонесса не сомневалась ни на йоту.       Бумага почти ощутимо обожгла пальцы, соблазняя вышвырнуть проклятый конверт в ближайшую урну. Да, Грейфия и сама была не в восторге от Райзера Феникса: своими действиями тот уже давно оставил жирное пятно на репутации клана Гремори, а уж в свете последних событий Риас и вовсе превратилась для всей преисподней в его трофей за победу в игре…       Игре, превращённой руками Хедо в позорный фарс! И теперь Грейфия должна была собственными руками позволить главному автору этого кошмара, снова…       Демонесса медленно выдохнула, беря взбушевавшиеся эмоции под контроль. Размышления были бессмысленны: Сазекс уже принял решение, и ей, как его верной супруге и слуге, остается только притворить замысел в жизнь.       Найдя взглядом указатель, демонесса направилась в сторону палаты, где лежала их проклятая мирозданием Немизида. Остановившись перед дверью с нужным номером, Грейфия переложила букет в левую руку и потянулась к ручке. Но остановилась, так и не коснувшись. Внутри палаты было подозрительно тихо: шумные медицинские машины, которые должны были поддерживать искру жизни в истерзанном теле Хедо, молчали. Единственным, что различал тонкий слух демонессы, было удаляющееся цоканье: дальше по коридору медленно перебирала ходунками сгорбленная, измождённая фигура.       Мысленно приготовившись к худшему, демонесса взялась за ручку и распахнула дверь. Обезображенные тела двух врачей лежали на полу: один посреди комнаты, в луже собственной крови с воткнутым в глазницу шприцом, второй у противоположной стены — лицо его было синим, а по шее протянулась тонкая темная полоса. Хедо исчез, оставив после себя только разрушения, смерть и влажно поблескивающие трубки, явно когда-то находившиеся внутри него.       Грейфия швырнула букет на пол и потянулась к лежавшему в переднике телефону, чтобы…       Из шкафа донеслось тихое шуршание. Мгновенно оказавшись перед дверцей, Грейфия рванула ее на себя с такой силой, что случайно вырвала хлипкие мебельные петли с корнем.       — М-м-м! — Старуха, замотанная в простыню, словно египетская мумия, замычала, с ужасом взирая на «спасительницу» из своего дспшного саркофага.       Не церемонясь, Грейфия одним движением выдернула вбитый в рот старушки кляп. Раздался влажный «чпок» — на пол вылетели слюнявые вставные челюсти.       — А-о-о-о!..       — Где он?! — рявкнула демонесса, не расположенная сейчас слушать чьи-то жалобы. — Увег, — испуганно прошамкала старуха. — Хохунки мои ухал… Мехгавец!       — Хедо-о-о!       Взревев разгневанной сиреной, Грейфия выскочила из комнаты, но застала лишь одиноко качающиеся посреди коридора ходунки.       — Бля, бля, бля, бля, бля, бля!..       Крик госпожи Люцифер прозвучал для Рекса залпом стартового пистолета. Вылетев на площадку перед лифтами, он с разгона высадил плечом дверь и бросился вниз по пожарной лестнице, перемахивая по половине пролета за раз.       «Рекс, обожди-и-и…» — голос Херма с трудом прорвался сквозь бьющуюся в висках наемника кровь.       «Какое, нахрен, обожди?! — Врезавшись в стену, после очередного прыжка, наёмник резко задрал голову вверх, ожидая погони. — Она нас прикончит!»       «Ты сам себя прикончишь, если…»       Дверь наверху хлопнула. Резко развернувшись, Рекс выскочил в коридор приёмного отделения — где тут же оказался оглушен гомоном десятков голосов. Медсестры, снующие по коридорам белыми молниями; плывущие в хаотичном броуновском движении пациенты с родственниками, а во главе всего бедлама врачи, пытающиеся сохранить хоть какую-то видимость контроля над происходящим.       Суета была наемнику только на руку. Придя в себя, он ловко вклинился в общий поток, проскользнул приемное отделение насквозь и незамеченным нырнул в боковой коридор на другой стороне.       — Отлично. Осталось найти, где…       Картинка перед глазами внезапно поплыла, стены закружились вокруг Рекса, словно карусель. Наемник покачнулся, сделал пару нетвердых шагов и тут же грузно врезался плечом в стену, сползя по ней на пол. Перед глазами заплясали черные точки.       — Блять… Хе-е-ерм…       Одна из точек резко увеличилась в размерах и «расцвела» комком извивающихся щупалец.       «Созрел поговорить, наконец?» — мстительно прошелестел хранитель.       «Что с нами происходит?»       «Да в общем-то ничего нового — мы умираем! — всплеснул щупальцами Херм. — Или ты думаешь, вся та куча аппаратуры была для красоты к нам подключена?»       — Сука… — Кое-как справившись со сбивающимся дыханием, Рекс тяжело поднялся на дрожащие ноги и побрел дальше, опираясь на стену. — Ладно… По крайней мере мы еще на ногах.       «Таким темпом ненадолго: у нас обширные внутренние повреждения, отказала большая часть аугментики, а еще серьезно нарушен ток маны в организме…»       «Авторемонт?»       «Забудь — все наниты выгорели под ноль. Фактически мы — ходячий труп, держащийся на половинке нейронного сопроцессора и демонической регенерации…»       «Ну так…»       «Которой едва хватает, чтобы не дать нам окончательно склеить ласты! — отрезал хранитель. — Точнее, не хватает».       Словно в подтверждение, на очередном шаге наёмник хрипло закашлялся и выплюнул на пол сгусток крови.       — Заебись… — Утерев рот рукавом больничного халата, Рекс поковылял дальше: — «И что нам делать?»       «В идеале — пересадку сердца. Но поскольку доноров на горизонте не наблюдается, нужно поддерживать работу имеющегося, пока не придумаем как себя залатать».       «Варианты?»       «Всего два: первый — адреналин, второй — высокое напряжение. А может, и всё разом».       Рекс сделал глубокий вдох и рывком вытолкнул себя вперед, навалившись на большие стеклянные двери, разделявшие коридор. За ними оказалась еще одна лифтовая площадка, надпись на стене гласила: «Отделение интенсивной терапии». Людей оказалось сильно меньше: лишь пара медсестёр сидела за стойкой регистрации в углу, склонившись над журналами.       «Отлично. Где-то у них должны быть ампулы с эпинефрин…»       Мотор в груди Рекса особенно неприятно «стукнул». Внутренности наемника сдавило невидимыми тисками, дыхание сбилось, и он снова едва не рухнул, в последний момент ухватившись за стойку с брошюрами.       — Та-а-ак… Напряжение, говоришь? Два пальца в розетку сойдёт?       «Да хоть член в электрощиток, только поторопись!»       Внезапно тишину холла нарушило рваное поскрипывание маленьких колёсиков. Повернувшись на звук, наёмник увидел несколько крепких парней в медицинских робах, которые катили к лифту потрепанную тележку с дефибриллятором.       — Есть идея получше, — довольно оскалился Рекс.       Пошатываясь наемник двинулся им наперерез, когда внезапно дорогу ему перегородил невесть откуда взявшийся полицейский.       — Сэр, с вами все хорошо? — Офицер обвел его обеспокоенным взглядом.       — Лучше некуда, — проворчал наемник, пытаясь обойти его. — Как раз иду в свою палату.       — Сэр, вы выглядите бледным. Давайте я провожу вас! — доброжелательно произнес полицейский, кладя руку наемнику на плечо.       В тот же миг взгляд Рекса упал на закрепленную у того на поясе кобуру и игриво выглядывающую оттуда рукоятку револьвера.       Как говорится: «Добрым словом и…»       — Сэр, вы меня слы…       Удар коленом в промежность застал офицера врасплох: громко охнув, парень согнулся пополам, поднятая рука судорожно стиснула плечо наемника. Зашипев, Рекс перехватил ее за запястье, вывернул на болевой, а затем выхватил из кобуры полицейского револьвер и ударил того рукояткой по затылку. Крякнув, парень осел на пол. По коридору пронесся испуганный визг медсестер, вскочивших за стойкой.       Не обращая на них внимания, Рекс бросился к остолбеневшей бригаде с каталкой:       ­— Стоять!       — Воу!.. Тихо, парень, не горячись… — один из санитаров примирительно поднял руки, при виде уставившегося на него ствола.       — Закрой пасть, урод! — Рекс навалился на тележку, все еще держа его на мушке. — Эта штука работает?       — Д-да…       — Тогда врубай на максимум!       Парой четких отработанных движений, санитар включил загудевший аппарат и послушно взялся за электроды.       — Отлично! — Наемник рывком распахнул рубашку на груди. — А теперь ебни меня им!       — Но… — растерялся тот.       — Ты глухой или тупой?! Я сказал: засади в меня этой штукой, да покрепче!       «Никаких фетишей…»       — Но…       Рекс вдавил ствол револьвера санитару в лоб.       — Еще одно блядское «но», и твои мозги окажутся на потолке!       — Х-х-хорошо, я все сделаю…       — Вот и молодец, — доброжелательно улыбнулся наемник.       — Но…       Прогремел выстрел. Стоявших позади санитара коллег окатило багровым; спустя мгновение они с воплями шарахнулись в стороны.       — Кто ещё тут думает, что я похож на лошадь и меня можно угомонить сраным «но»?! Никого? Отлично! — Ствол вильнул в сторону очередной жертвы: — Ты, с дебильной рожей, сможешь реанимировать мою веру в японскую медицину? Или предпочтёшь присоединиться к своему некомпетентному коллеге?       — Т-т-ты же меня пристрелишь … — с трудом выдавил из себя медбрат.       — Ты смотри какой догадливый…       — После того, как я дам разряд!       — Че? — покосился на него Рекс.       — Мышцы, — стуча зубами продолжил парень. — Мышцы сократятся, палец дёрнется и… и…       — Да понял я! Не тупой, — Наёмник убрал пистолет от головы медбрата и раздражённо махнул им.       «Вот тут я бы поспорил…» — вновь подал голос заменитель разума.       — Заткнись!       — Молчу! — тут же испуганно дернулся медбрат.       — Да я не те… А-а-а-а! Ладно, давай так: я убираю пушку, а ты долбишь меня дефибриллятором. Попробуешь дурить — пристрелю!       — А как…       — Хедо-о-о! — голос Грейфии прокатился по этажу в пугающей близости.       Рекс резко обернулся: горничная как раз вынырнула из коридора и теперь надвигалась на них с размеренной неотвратимостью ледокола, буквально кроша и сминая пространство коридора своей густой серебристой аурой. Взгляды демонов встретились; губы супруги Люцифера изогнулись в хищном оскале, обнажая острые белые клыки…       «Да нихрена это не так!» — взвыл Херм, окончательно отчаявшийся одержать победу в борьбе с параноидальным бредом, захлестывающим разум наемника.       — Хедо Иссей!       — Еба-а-ашь! — заорал Рекс, направляя оружие на горничную.       В тот же миг его отбросило назад.       Рявкнул выстрел. Мир вокруг внезапно исчез в темноте, словно кто-то выключил лампочку, и сразу же включил обратно. Наёмник резко со свистом вдохнул: грудная клетка втянула воздух с жадностью промышленного насоса, а сердце забило по ребрам с такой силой, словно пыталось проломить их изнутри. Разряд, отправивший Рекса в нокаут, в то же время словно перезапустил весь организм: зрение стало острее, а мир вокруг — ярче, хоть и сократился до крохотной комнатки…       Лифт. Его отбросило в лифт.       Глаза моментально нашли панель управления, и левая рука ударила по кнопке первого этажа. Створки дверей медленно двинулись навстречу друг другу.       — Стоять! — В мучительно медленно сужающемся просвете появилась Грейфия — от лифта её отделяла всего пара метров. — Я здесь…       Бам! Бам! Бам!       Тяжелые револьверные пули ринулись к лицу демонессы, но застыли в нескольких сантиметрах от него, уткнувшись в серебристую мультиграмму. Но все же Грейфия рефлекторно отшатнулась, и этой краткой заминки хватило, чтобы двери успели захлопнуться.       Цифра «5» на табло погасла и лифт тронулся вниз.       — Маньяк! — Раздраженно смахнув замершие напротив лица пули, Грейфия бросилась к расположенной чуть слева двери на лестницу.       Выскочив на лестничную клетку, демонесса сбежала вниз по ступеням и толкнула дверь, оказавшись на площадке четвертого этажа. Табло индикации показывало, что кабина уже миновала этаж и продолжила своё размеренное движение вниз.       Выругавшись, Грейфия вновь бросилась на лестницу. Перемахивая пролёт за пролётом, она спускалась все ниже, на каждом этаже убеждаясь, что лифт все еще едет дальше. Пока, наконец, не оказалась на первом этаже. На этот раз у нее была пара секунд форы.       Встав с боку от двери, чтобы идиот снова не начал стрелять, едва завидев ее, Грейфия замерла в ожидании. Лифт остановился, двери медленно разъехались в стороны.       И ничего. Прошло несколько напряжённых секунд, однако из кабины не донеслось ни единого шороха.       — Хёдо, я не собираюсь тебя убивать!       Тишина.       — Хедо, я здесь по приказу господина Сазекса! Он повелел передать тебе слёзы Феникса и помочь попасть на свадьбу госпожи Риас. — Достав приглашение, Грейфия осторожно вытянула руку с конвертом в проход, предусмотрительно защитив тот магией. — Хёдо?       Вновь тишина.       — Я надеюсь, ты там не сдо… — Демонесса медленно выглянула из-за угла и тут же выругалась: — Проклятье!       Кабина оказалась пуста. Лишь в потолке мерно покачивалась открытая крышка технического люка. Заглянув в него, Грейфия успела заметить, как в лучах света, бьющих сквозь приоткрытые створки третьего этажа, исчезает голая татуированная задница.       Демонесса с силой зажмурилась, в попытке изгнать из памяти травмирующий образ, и шумно выдохнула. Открыв глаза, она потянулась к кнопке этажа… На мгновение задумалась, а затем все же нажала. Как только двери закрылись, Грейфия тихо произнесла:       — Гаэль.       Свет в кабине на секунду поблек, а затем из тени демонессы поднялась высокая худощавая фигура. Ничем не отличимый от человека, в черном костюме и с лицом столь же располагающим, сколь и незапоминающимся — отвернись, и через секунду не вспомнишь ни одной черты.       — Госпожа Грейфия. — Страж учтиво поклонился.       — Пусть твои воины немедленно оцепят периметр больницы, — приказала горничная, не оборачиваясь. — Цель охоты — пешка Риас Гремори. Никто не должен покинуть здание, пока мы его не схватим. Живым.       — И невредимым? — С заговорщической улыбкой закончил за нее Гаэль.       — По ситуации, — холодно ответила демонесса. — И направь отряд сюда— пусть прочешут каждый угол… А еще прикажи доктору Исии объявить карантин. Исполняй.       — Как прикажете, — вновь поклонившись, страж погрузился обратно в тень.       Лифт остановился, и Грейфия шагнула в приёмный покой третьего этажа. Не успела она сделать и пары шагов, как из динамиков системы оповещения донёсся мелодичный женский голос:       — Внимание! Прошу всех заслушать обращение главного врача больницы, доктора Орису Исии. — Что-то щелкнуло, и предыдущий голос сменился низким густым басом: — Уважаемые пациенты, коллеги и посетители! В связи с выявлением у одного из пациентов крайне заразного заболевания, в больнице объявлен карантин. Покидать территорию учреждения до его отмены категорически запрещено!       — О, боги, — испуганно вздохнула пожилая женщина, сидевшая неподалеку.       — Прошу всех сохранять спокойствие! — уверенно продолжил главврач. — Заболевание заразное, но не несет серьезной опасности для вашего здоровья при своевременной диагностике и лечении. Всех амбулаторных пациентов прошу как можно скорее вернуться в свои палаты; остальным следует собраться в приемном покое и строго выполнять указания медицинского персонала.       В коридорах началась суета, но сотрудники больницы свое дело знали — буквально через несколько минут последний пациент скрылся в своей палате, и этаж словно вымер. Еще через мгновение дверь за спиной Грейфии распахнулась и в приёмный покой ровной колонной вошли крепкие ребята в чёрных костюмах.       За спиной демонессы прозвучал голос Гаэля:       — Госпожа, как вы и просили. Я прислал сюда лучших.       — Их достаточно? — Демонесса со скепсисом осмотрела десяток выстроившихся вдоль стены людей в чёрном.       — Более чем. — Гаэль подошел ближе и повернулся к ней, склонив голову. — Прикажите приступать?       — Найдите его.       Страж властно взмахнул рукой, и отряд, разбившись на пары, рассыпался по этажу. Два особенно крупных амбала остались у лифта и выхода на лестницу. Удовлетворившись, Грейфия тоже двинулась вглубь коридора. Страж неслышно следовал за ней по пятам.       — Здание окружено?       — Как вы и приказывали, госпожа.       — Проверь ещё раз! Этот мерзавец скользкий, как угорь. Никто не должен покидать больницу пока…       Словно в издёвку, по этажу разнёсся вой пожарной тревоги.       — Внимание! В здании пожар! — загрохотали динамики. — Это не учебная тревога! Всем срочно покинуть здание! Просим вас сохранять спокойствие и покидать здание согласно плану эвакуации! Повторяю: это не учебная тревога…       — Отставить! — уже откровенно закипая, рявкнула Грейфия на дернувшихся было стражников. — Он просто пытается отвлечь внимание! Гаэль, прикажи Исии никого не выпускать — нет в здании никакого возгорания!       В этот же миг здание содрогнулось от мощного взрыва: стальную дверь в конце коридора вырвало из стены; из провала ударило пламя, тут же исчезнувшее в густом облаке чадящего химозного дыма. В затянувшей коридор завесе послышались полные ужаса и боли крики.       Едва сдерживая рвущиеся с языка проклятия, демонесса вскинула руку для колдовства… И в тот же миг с потолка хлынули потоки воды — автоматическая система пожаротушения, наконец, сработала.       Мелкая водяная пыль мигом облепила Грейфию: мокрые серебристые пряди прилипли к коже; крупные капли потекли по лицу, уничтожая макияж, а платье горничной повисло на плечах облегающим, стремительно тяжелеющим саваном.       Рука демонессы судорожно сжалась в кулак. Воздух завибрировал от пульсирующего тока магии, готовой вот-вот сорваться с привязи.       Позади раздался резкий щелчок, следом — глухой шелест. Обернувшись, демонесса встретилась взглядом с Гаэлем, раскрывшим у неё над головой зонт.       — Периметр мы контролируем, но боюсь, отменить эвакуацию не получится. — Демон покачал головой, посмотрев на пробивающиеся сквозь дым всполохи. — Для ложной тревоги уж больно настоящее пламя.       — Маленький сучёнышь, — прошипела горничная, стерев с щеки струйку потёкшей туши.       — Госпожа Грейфия. — Гаэль с осуждением посмотрел на демонессу. — И этими губами вы целуете владыку Сазекса?       — Этими губами я с владыкой Сазексом чего только не делаю. И ничего из этого тебя не касается! — Горничная выхватила у стража зонт. — Проверять каждого, кто покидает здание! Если этот гадёныш сбежит, я всех закопаю в саду по шею!.. И потушите уже огонь! Гаэль смиренно поклонился и исчез в тени.       Стерев остатки потёкшей туши, Грейфия направилась вглубь пока что не горящей части коридора. Дойдя до развилки, она заметила три пары охранников, собравшихся у одной из дверей.       — Что происходит? — резко спросила демонесса.       — Госпожа, — один из стражников коротко поклонился, — это последняя палата на этаже. Он должен быть там. Мы се…       Грейфия шагнула к двери и молниеносным ударом ноги выбила дверь ее внутрь.       — За мной.       За дверью оказалось что-то вроде послеоперационной. Отложив зонт, Грейфия начала обходить комнату по широкой дуге; подняла с медицинского столики остатки бинта — разбросанные возле одной из коек упаковки указывали, что кого-то здесь недавно и крайне поспешно перевязывали. Затем демонесса прошла вдоль запертого окна, шкафов с медицинскими принадлежностями, установки для стерилизации оборудования. А затем в одно мгновение вновь оказалась перед шкафом и распахнула его. На руки горничной выпало тощее тело в халате. Лицо было почти полностью забинтовано, и только небольшие участки вокруг глаз указывали, что под тканью скрываются страшные ожоги. Это был не Хедо.       — Проклятье! — буквально бросив девушку в руки ближайшему стражнику, взбешенная демонесса вылетела в коридор и бросилась обратно к лифтам.       — Госпожа? — оба мордоворота, сторожившие выход, тут же вытянулись в струнку.       — Здесь кто-нибудь проходил только что?!       — Да, мэм. Двое санитаров с пациенткой, мэм, — чётко отрапортовал старший из парочки.       — Вы их проверили?!       — Хэх, госпожа, на подростков они точно были не похожи, — улыбнулся было тот что помоложе, но, поймав испепеляющий взгляд демонессы, тут же заткнулся.       — Пациентка! Вы ее досмотрели?       — Никак нет. Да и как? Там же повязки…       — Недоумки! — вскричала демонесса и, отпихнув стражника с дороги, толкнула дверь лестничной клетки. — Гаэль!       — Машина скорой покинула здание больницы три минуты назад, госпожа, — произнес голос стража у нее за спиной.       — Почему ее никто не остановил?       — Не было оснований. Вероятно, нам следовало сдирать повязки с каждого пациента?       — Вероятно, тебе следовало не нанимать на службу идиотов!       — Увы, госпожа, умные люди редко заключают контракты с демонами. — Страж с виноватой улыбкой развёл руками.       В очередной раз выругавшись, демонесса перемахнула через перила и грациозно спикировала на первый этаж. Но выскочив в приемное отделение скорой, тут же едва не утонула в море мечущихся, казалось, во всех направлениях людей. Кое-как протиснувшись к выходу, Грейфия выскочила на парапет крыльца.       — Госпожа. — Вновь настиг её голос Гаэля. — Прикажите связаться с экипажем скорой или с больницей, в которую они направляются?       Вопрос заставил демонессу на секунду задуматься.       — Нет, — наконец, ответила Грейфия. — Они с ним все равно не справятся, только дров наломают. Пусть спокойно доедет до больницы — там его и встречу.       — Как пожелаете, — поклонился страж. — Вам потребуется транспорт?       Вновь пауза. Пока солнце ещё не зашло использовать демонические крылья было бы слишком приметно, а телепортироваться в идущую на большой скорости машину рискованно, равно как и в незнакомое здание. А еще никто не мог гарантировать, что Хедо не вытворит что-нибудь по дороге — нужно было ехать следом. Вот только машина…       Внезапно до ушей Грейфии донёсся громкий рычащий звук. На краю парковки здоровенный бородатый байкер в кожаной куртке, восседая верхом на массивном «Харлей Девидсоне», о чем-то громко припирался с троицей охранников, перегородивших ему путь. Наконец, видимо уступив их численному преимуществу, он поставил мотоцикл на подножку и слез с него. Удовлетворившись этим, троица разбрелась по парковке, а владелец железного коня достал сигарету и закурил, облокотившись на него. Затем заметил стоявшую на крыльце Грейфию. Сальный взгляд быстро скользнул по влажному платью горничной, облепившему тело, и надолго задержался на пышной груди, подчёркнутой белой сорочкой. Ухмыльнувшись уголком рта, байкер громко присвистнув и подмигнул демонессе.       — Уже нашла, — кивнула Грейфия, спускаясь к парковке.       — Эй детка, тоже тут застряла? — весело поинтересовался здоровяк, совершенно бесстыже пялясь на покачивающийся бюст. — Ба, да ты видно замёрзла? Хэй, давай я тебя согрею, где-нибудь в укромном месте?       Холодно улыбнувшись, горничная шагнула ему навстречу. Байкер расплылся в улыбке и потянул к ней руки, но внезапно рука горничной оказалась прямо напротив его головы. Грейфия щелкнула здоровяка по лбу, и тот, не успев опомниться, перелетел через собственный мотоцикл, пластом растянувшись на земле.       — Считай это уроком общения с дамами. — Поймав падающий мотоцикл за руль, Грейфия ловко вскочила в седло, подбив носком туфли подножку. — Байк я одолжу, в качестве платы за обучение.       Оказавшийся между ног демонессы мотоцикл взревел, и Грейфия уже собиралсь отпустить ручку тормоза, когда на её пути вырос Гаэль. И протянул ей мотоциклетный шлем.       — Серьезно? — Грейфия хлестнула прислужника взглядом.       — Безопасность прежде всего, госпожа. — Страж остался абсолютно невозмутим. — Не стоит искушать судьбу. Особенно учитывая произошедшее сегодня.       — Причёска помнётся.       — При всем уважении, госпожа, — Гаэль едва заметно улыбнулся уголком рта, обведя взглядом ее слипшиеся пряди, — не думаю, что тут есть что спасать.       Мотоцикл взревел, заглушив последнюю фразу. Грейфия резко отпустила тормоз и сорвалась с места, едва не снеся настырного стража.       — Куда засунуть?.. — Проводив удаляющуюся демонессу взглядом, Гаэль недоумённо посмотрел сначала на шлем в своих руках, а затем на байкера, валявшегося на асфальте.       — Как хорошо, что я не расслышал.       — Кацу, а это точно девчонка? — молодой санитар с сомнением кивнул на каталку, возмущённо брякнувшую, когда их скорая слегка подскочила на очередной кочке.       — Тебе-то что? — безразлично отозвался фельдшер, зевнув.       — Да выглядит как пацан! Сам посмотри — плоская, как доска для бильярда…       — У женщины, Иоши, и помимо сисек есть достоинства, — с ухмылкой изрек фельдшер, и, видимо окончательно отбросив попытки вздремнуть, сел.       — Причем тут это! — возмущенно огрызнулся санитар. — Ну смотри: стрижка короткая, плечи широченные, руки волосатые. Может мы не того увезли?       — Кого сказали, того и увезли, — отмахнулся Кацу. — Может, она это… пол сменила.       — Типа сиськи отрезала? — с подозрением покосился на тело Иоши.       — А чего вид такой расстроенный? Трахнуть хотел? — Фельдшер криво ухмыльнулся. — Так проверь, может ещё не успела ничего пришить.       — Да иди ты! Еще я мужикам под юбку не заглядывал.       — Так а вдруг ещё не мужик?       — Или уже баба!       — Не-е. Тогда по паспорту мужиком бы был, — после секунды раздумий произнес Кацу. — Да и какая разница? Главное ж, чтоб члена не было!       — Ну да, конечно. Если без члена, то не считается, — закатив глаза, фыркнул Иоши.       — Так если присунуть можно…       — Присунуть и в жопу можно!       — Справедливо. Но главное — это чтобы в тебя сунуть было нечего! — Фельдшер с видом глубочайшей житейской мудрости поднял указательный палец.       — Да иди ты, — не найдя контраргументов, смущенно отмахнулся санитар.       Фельдшер громко рассмеялся и продолжил:       — Да харе ломаться. Нам еще час ехать — успеешь! — С этими словами, он наклонился к «пациентке», отстегнул верхний фиксирующий ремешок и откинул одеяло. — Давай, парень. Хоть кого-то наконец трахнешь, раз обычные девки не заводят. Я даже отвернусь.       — Пошел ты, Кацу!       — О, боги… Ну представь тогда, что это транс что-ли!       — Да не пидор я! Ай… — Взвился Иоши, но приложившись макушкой о крышу быстро растерял пыл. — Нормальный я! Просто познакомиться не получается.       — Тьфу. Лучше бы уж пидором был, — проворчал фельдшер, усаживаясь обратно. — Или ты все по той девчонке-хосту сохнешь?       — Не твое дело.       — Ага. Судя по результатам — и не твоё тоже. Как ее там звали?.. Юна? Юта?       — Юка-тян, — с тронувшей губы улыбкой произнес санитар.       — «Юка-тя-я-ян», — издевательским тоном протянул Кацу. — Ты, надеюсь, хоть татуировку с её именем набить ещё не додумался, Ромео? Серьезно, столько по одной девке страдать — это не дело.       — О да-а… Зато всяких давалок по дешёвым кабакам трахать — вот это дело!       — Так, молодой, ты моих дам не оскорбляй — не хуже твоей Юки будут. — Погрозил ему пальцем фельдшер. — Это — во-первых. Во-вторых, тут суть не в результате, а в самом процессе. Зацикливаясь на личностях, ты себе только жизнь портишь.       Во что я скажу: пока ты вокруг нее скачешь, как монах вокруг статуи будды, дело с мертвой точки не сдвинется. Боги — они для поклонения, а вот людям любовь нужна! И пока ты не начнёшь зазнобу свою воспринимать, как обычную живую женщину, нихрена у тебя не наладится. А лучше всего для этого — кого-нибудь трахнуть.       — Тьфы, опять ты про это…       — Не опять, а снова! Хотя, конечно, лучше всего трахнуть саму Юку…       — Ты в своём уме? — Иоши красноречиво постучал пальцем по виску. — Я её на свидание-то пригласить не могу, а должен в постель затащить?! Ты как себе это представляешь?       — Ну… Вообще есть одна идейка.       — Так, нет! Иди ты в жопу со своими препаратами! Это тебе в тюрьме прогулы записывают, а я ещё на свободе не нагулялся!       — Хах, расслабься! Тут все попроще. — Заговорщически подмигнув, Кацу извлёк из внутреннего кармана сложенный вчетверо клочок бумаги и протянул его напарнику.       Замешкавшись на секунду, Иоши все же взял загадочный листок и развернул его. На маленькой квадратной листовке была аккуратно выведена витиеватая пентаграмма, густо исписанная какой-то гоэтической белибердой на латыни. Единственная понятная надпись была выведена аккуратными японскими иероглифами вдоль края бумажного квадрата и гласила:       «Для исполнения желания капнуть кровью».       — И что это? — покрутив лист в руках, спросил Иоши.       — Демонический экспресс-контракт! — Кацу заговорщически улыбнулся во все тридцать оставшихся зубов. — Капаешь кровью, загадываешь желание — появляется демон и исполняет его. Правда здорово?       — Ты больной? — покосился на него санитар.       — Парочка хламидий и лёгкий зуд. Ничего серьёзного.       — Бля-я-ядь… — Иоши шумно выдохнул, устало потирая виски. — Демон? Серьёзно?       — Не веришь? — Кацу хитро прищурился и подался чуть вперёд, облокотившись на каталку с пациентом.       — Не верю!       — Ну и отлично! Раз так уверен, что всё это — фигня, без проблем докажешь мне, дураку, что я окончательно выжил из ума!       — Нахрен мне тебе что-то доказывать?       — Ой, да брось! Неужели испугался?       — Я что — должен купиться на этот дешевый развод?       — Тьфу, зануда… Ладно, спорим на три штуки?       — Эх, грешно смеяться на убогим… По рукам! — Порывшись в ящике под собой, Иоши достал одноразовый скарификатор. — Значит так: я капаю кровью на бумажку, загадываю свидание с Юкой и, если в течении пяти минут демона не появится, три штуки мои?       — Нихуя не верно! — Кацу возмущённо ударил кулаком по каталке. — Ты меня жопой слушал? Я же сказал: надо её трахнуть!       — А если я не согласен с твоим подходом?       — Да какая, в жопу, разница? Всё равно ж никаких демонов нет… Или есть?       — Иди к чёрту!       Протерев безымянный палец спиртовой салфеткой, Иоши уколол палец скарификатором и сдавил подушечку. Алая капля скользнула вниз и жирным пятном расплылась на контракте.       — Желаю трахнуть Юку-тян! — отрывисто произнёс санитар.       Тишина. Прошла секунда, вторая, за ней третья — ничего. Машина скорой все также неслась по дороге, и лишь откуда-то снаружи доносилось мерное поскрипывание старой автомобильной подвески. Иоши усмехнулся и с довольным видом покосился на фельдшера:       — Ну? И где твой де… Блять!       Листовка внезапно полыхнула кроваво-алым. От неожиданности санитар разжал пальцы, и листовка закружилась в воздухе, озаряя пространство внутри машины ярким алым свечением. Описав несколько пируэтов, бумажка спланировала на живот пациента, а затем погасла.       Медики замерли, обменялись взглядами и только потом, приподнявшись, склонились над каталкой.       — Это че за фокусы? — прохрипел Иоши враз пересохшим горлом.       — Без понятия, — с возбуждением ответил Кацу, в пику ему расплывшись в озорной улыбке.       В воздухе раздался низкий нарастающий гул, вместе с ним вернулось и алое свечение. Но теперь оно словно бы исходило откуда-то из-под пациента. Внезапно каталка с чудовищной силой загудела и завибрировала. Тело пациента выгнулось дугой, и пристяжные ремни, фиксировавшие его, затрещали.       — Держи! — заорал Кацу, вцепившись в край начавшей взлетать кровати.       Иоши рефлекторно сделал то же самое.       Каталка с лязгом стукнулась об пол машины, но в следующее мгновение с хлестким щелчком пластиковые карабины лопнули, и тело пациента воспарило над кроватью. Полуоткинутое одеяло соскользнуло и кузов залило алым. Гул стал громче — то пробирая до самых костей, то практически затухая. Иоши застыл, испуганно глядя как прямо перед его лицом на покрытых едва зажившими ожогами ягодицах пациента раскаленным металлом проступают линии вычурной мультиграммы.       — М-м-м-м! — Яростно мыча, пациент принялся изо всех сил хлестать себя руками по заднице. — М-м-м!       Серия хлёстких шлепков явно не дала желаемых результатов, и парящее создание неопределённого пола принялось яростно срывать с лица бинты. Как только повязки ослабли, существо заорало:       — Су-у-ука-а-а! Принимаю! Принимаю я этот ебучий контракт! — И вновь, со всего размаху, ударило ладонью по узору на заднице. Свечение померкло, и пациент тут же кулем рухнул на жалобно лязгнувшую каталку.       — Бля-я-я…       — Охуеть, — прошептал Кацу, глядя на скорчившееся перед ним отчаянно матерящееся существо. — Сработало!       — Я бы на вашем месте не слишком этому радовался, педерасты озабоченные, — проворчал Рекс, скомкав проклятую бумажку и отшвырнув ее. — Вот какого хуя вам, двум хлороформовым дрочилам, именно сейчас присралось искать жертву для своих чахоточных удавов?!       — Ты чё… реально демон? — наконец смог выдавить Иоши.       — Нет, блять — ангел господень! Кто ещё по-твоему вызовы через пентаграмму принимает, ебаный ты идиот?!       — А-а-а… почему она на жопе?       — Переадресация, блядь! — огрызнулся Рекс, одной рукой стягивая с лица бинты, а другой потирая все еще ощутимо горящую задницу. — «Херм, а если серьезно, то какого хрена? Риас же мне этот автодозвон на руку ставила».       «Что-то мне подсказывает, что ответ: «А я ебу?» тебя не устроит, — вздохнул хранитель. — Предположение: поскольку печать на твоей заднице тоже ставила Риас, причем в большой спешке, в узор могла затесаться парочка ошибок. Из-за этого магические линии меток, а значит и их свойства в некоторой мере «переплелись» между собой».       «Блеск, — проворчал наемник, продолжая чесать зудящую булку. — Теперь у меня кнопка быстрого вызова на жопе».       «Это еще не все, — с ехидством продолжил хранитель. — Помнишь, тот неприятный эффект, что Риас вписала в печать из-за твоих низких «производственных показателей?»       Скребущая булку рука замерла.       «О нет…»       «О да! Можешь хоть до костей себе там все счесать — пока не выполним контракт, жжение и зуд никуда не денутся».       — Да ебаный ты в ро… О-о-о-о… — Мир перед глазами снова поплыл.       — Эй, с тобой все в порядке? — с испугом покосился на него санитар.       — Дефи… Дефебля…       «Стоять! — тут же вскинулся Херм. — Ты нам остатки нервной системы сожжешь! У них должен быть эпинифрин».       С трудом собрав разбегающиеся мысли в кучу, наемник напрягся и четко, рублено произнес:       — Эписивзин!       «Еб твою мать, Рекс…»       — Че? — уставился на него Иоши.       — Эпинифрин? — подсказал фельдшер.       Решив больше не искушать судьбу красноречием, наемник показал тому большой палец. Кивнув, фельдшер нырнул куда-то вниз, послышался шорох пластика, и спустя несколько секунд тот вынырнул обратно, протягивая инъектор.       — Ты только полегче с этим, брат. Не больше одной пя…       Наемник выхватил шприц, всадил его себе в бедро и вдавил поршень до упора.       — Хуя себе…        «Ёбаный ты мудак, — простонал Херм, потирая виски щупальцами. — Грейфии нахрен не надо тебя убивать — ты и сам с этим справишься».       Рексу было уже плевать — для него мир вновь полыхнул красками, сердце заколотилось, а по спине потекли струйки холодного пота.       — Во! Вот это дерьмо нормально штырит, — наемник с довольным видом похрустел шеей, и сел напротив санитара. — Ладно, опущенец, рассказывай, что там за Юка-тян?       — Я… Я хочу отменить контракт! — тут же замахал руками парень, придя себя.       Рекс тяжело вздохнул, и потер переносицу:       — Как там тебя зовут?       — Иоши…       — Так вот, «Иоши», — подавшись вперед, наёмник быстрым движением вытащил откуда-то из-под халата пистолет и приставил его к подбородку парня. — Слушай внимательно: я не правительство, а контракт — не социальные обязательства. Просто так его отменить нельзя. И поскольку ты, имбицил нетраханный, уже загадал своё охуенно оригинальное желание, контракт обязывает меня его исполнить!       — Но если я не хочу… — заскулил санитар.       — Об этом следовало подумать до того, как капать кровью на сраную пентаграмму!       — Да это он меня заставил! — в отчаянии Иоши ткнул пальцем в фельдшера.       — Ещё скажи, что руку силой заставил резать, — едко усмехнулся в ответ фельдшер.       — Да пошёл ты, мудила!       — Заткнулись оба! — Рекс щёлкнул курком и направил ствол на Кацу: — Твоего товарища мне убивать теперь несподручно — разве что немного попытать. А вот тебя и на тот свет отправить могу. Так что давайте сместим дискуссию в конструктивное русло и, для начала, выясним, где находится эта ваша Юка-тян.       — Хост-клуб «Голубая фея», — нервно сглотнув, просипел Кацу. — Вроде…       — Сегодня должна быть её смена сегодня… — поддакнул Иоши.       — «Голубая фея» — Рекс прокатал название на языке, пытаясь понять, откуда он его знает. — Что за дебильное название?»       «Ты ж сам его придумал» — тут же напомнил Херм.       «А, точно! Это ж клуб, который купила Рейналь для отмыва бабла», — наемник приободрился: — Отлично! Прямо сейчас туда и направимся! Водила знает что-нибудь об этом клубе?       В ответ напарники синхронно замотали голова.       — Отлично! — В этот же миг наёмник нажал на спуск.       Выстрел отбросил Кацу на борт машины. На секунду выражение лица фельдшера сменилось удивлением, и он даже успел ощупать пальцем аккуратную дырочку, оставленную пулей промеж глаз. Затем, фельдшер медленно сполз на пол, оставляя на белом пластике обшивки широкий след из содержимого своей черепушки.       — Кацу! — взвыл санитар, дернувшись к тому.       — Спокойно. — Наемник снова сунул пистолет в лицо парню, заставив того шлепнуться на место. — Это тупой ублюдок уже в аду. Но, поверь, твоя участь будет намного хуже, если продолжишь саботировать мою работу! Кивни, если понял.       Дрожащий как осиновый лист парень быстро закивал.       В этот момент машина остановилась. Створка в передней части кузова откинулась и в проёме показалось возмущённое лицо водителя:       — Какого хрена вы тут!.. — Уставившийся ему в лицо ствол, оборвал фразу на полуслове.       — Есть желание проверить, спущу ли я курок? — Рекс кивнул головой в сторону размазанных по борту мозгов.       — Нет, — проскрипел водитель, вмиг побледневший до цвета обшивки кузова.       — Правильный ответ. Где мы сейчас?       — У съезда на К-к-кього.       — Так… Пойдет. Значит слушай сюда, водятел: сейчас сажаешь свою жопу обратно на водительское и сворачиваешь в город. Доедешь до торгового центра на Хакато, заедешь на подземную парковку, в самый дальний угол…       — Откуда я знаю, что ты меня там не грохнешь? — набравшись мужества, выпалил тот.       — А ниоткуда, — усмехнулся наемник. — Но если ты не закроешь пасть, и не начнешь делать то что я говорю, то сдохнешь прямо сейчас! Причем медленно и мучительно.       Что-то неразборчиво проскулив, водила исчез в окошке.       — И рацию с телефоном сюда давай! — гаркнул вдогонку наемник.       Послышался резкий треск, и сквозь окошко в кузов влетели вырванная с корнем станция и старенький смартфон.       — Молодец, а теперь газу!       Машина резко дернулась, и начала разгоняться.       — Аккуратнее, кретин! А то у меня может палец с курка соскользнуть!       — Кацу… — санитар продолжил скулить, вперившись взглядом в залитое кровью лицо фельдшера.       Наемник закатил глаза и снова повернулся к парню:       — Да во имя Сатаны и всех подсосов его — хули ты разнылся? — Демон махнул пистолетом в сторону покойника. — Всё равно он мудаком был! И сам во всём виноват: вот кто всё это дерьмо заварил? Он! — Ствол вновь ткнул в сторону бездыханного тела. — Если бы не шило в его пробитой жопе, я бы тихо доехал до больницы и также тихо оттуда слинял! А вы, неудачники, продолжили бы впустую тратить свои никчемные жизни на унылую низкооплачеваемую работу… Но нет же! Именно сейчас, в рабочее время, в ответственный момент, этот спидозный Казанова решил сунуть свой чудом не отвалившийся нос в твою личную жизнь, попутно ударившись в сатанизм. В итоге испортил весь день мне, тебе и бедолаге водителю. Вот не скотина ли, а?       — Ты… убил его, — дрожащий голос парня с трудом заставлял слова выходить из глотки. — Из-за испорченного дня?       — Нет, просто этот мудила знал, куда мы собираемся, а держать язык за зубами явно не умел, — отмахнулся Рекс. — И вообще, я оказал тебе огромную услугу: ваши токсичные взаимоотношения явно надо было прекращать. Да и пациенты мне определенно еще спасибо скажут — вот каково бы было сейчас той пациентке, которую он тут оприходовать собирался, не окажись я на её месте?       — Погоди, а где она сейчас? — внезапно вскинулся санитар.       — Та баба в бинтах? — удивился наемник. — В шкафу оставил.       — Она же в тяжёлом состоянии!       — Ну… шкаф же в больнице.       — Там пожар! И пациентку, которую уже якобы вывезли, никто искать не будет!       — Блять, какая же ты зануда, — простонал Рекс. — Я теперь понимаю, почему тебе бабы не дают.       — Это еще тут причем?!       — Да при том, что… — Рекс внезапно замолк, обернувшись к задним дверям. — А что там так громко тарахтит?       Чувство иррациональной тревоги, взыгравшее в заднем проходе похлеще зуда от проклятия, заставило наемника подняться, подползти к задним дверям машины и откинуть шторку маленького окошка.       — Бля-я-я-я!       Снаружи, верхом на ревущем мотоцикле, машину скорой уверенно догоняла она.