Скажи, красавица, чего не нравится?

Она схватилась за протянутую руку Мадары и спрыгнула со ступеньки вертолета. И тут же поежилась: все-таки разница в климате была ощутимой. — Ужасно холодно! — Полностью согласен, — буркнул следом выходящий и перевязал шарф на шее. — Да нормально все, не нудите… — еще один, опираясь о поручень, спрыгнул со ступеньки. Последний никак не прокомментировал погоду. Он загадочно молчал, с презрением оглядывая крышу, на которой расположилась вертолетная площадка. — Он спускаться собирается? — шепнул кто-то. — Ты обратно полетишь? — крикнула Ино, еле сдерживая улыбку. Он продолжал молчать, но взгляд на компанию все же перевел. Неловкая пауза затянулась. — А! Он слезть не может, — догадался кто-то. Остальные переглянулись и опустили головы, давя всеми силами порыв смеха. — Тихо, успокойтесь, а то обидится и траванет ненароком. Тот, с шарфом, немедля подошел к тому, который якобы не мог слезть, и учтиво протянул ему руку. Его смирили тяжелым, надменным взглядом. — Сасори-но дана, прошу! — Отойди, — твердо произнес Сасори, затем совершенно спокойно спустился и неторопливо подошел к остальным. *** — Пейн скоро придет? — как бы невзначай спросила Ино, подсаживаясь к парням. — Он вообще не придет, дела у него, ты новости полистай и поймешь какие, — хрипло отозвался сидящий справа. — Тупой вопрос, — заверил ее второй. — То есть, по-твоему, я тупая?! — Конечно же, нет, — улыбнулся он и как-то незаметно отодвинулся от нее. — Ну-ну, — хмыкнула она. — Честное слово, я назвал тупым вопрос, а не тебя. Девушка хотела что-то добавить, но тут двери шаркнули, и зашел тот, кого ждали. Глаза у Ино тут же загорелись. Она забыла обо всяких обзывальщиках, подскочила и кинулась к нему на шею. — Итачи! — Привет, привет, — отозвался Итачи и приобнял ее в ответ. — Как сама? — Офигенно! — ответила она, отстраняясь. — Ты какой-то болезненный… — Есть такое, — задумчиво произнес он, кивнув парням. Потом мягко отстранился. — Пипец, я тебя столько не видела… Все рассказывай! Итачи вымученно улыбнулся и повел плечами. На его лице мелькнула тень сомнения вперемешку с хлипкой доверчивостью, и он уже открыл рот, чтобы что-то сказать… Вся радость улетела, дофамин иссяк. Мадара вместе с Сасори вышли из кабинета. Молчание поразило мгновение. — Милая, иди сюда, — сказал Мадара, слабо улыбнувшись Ино. А потом взглянул на остальных. — Хидан где? Хмурый парень приосанился. — С ним связались. Он приедет завтра. — Он должен быть здесь сегодня, Какузу. — Я вас понял. Мадара устало показал ему взглядом на выход. — Пойдем, — прошептал Мадара Ино в самое ухо, подталкивая ее к другой двери. Яманака улыбнулась, но не обернуться не смогла. — А они что?.. — А они знают, что делать. Итачи, Сасори и Кисаме сухо переглянулись. *** Недалече как неделю назад в узких кругах начались траблы. А повод был. Причем значимый. Новости, особенно такие горячие, разносятся пулей не только по одной стране, но и по всему миру. Нормальный процесс для нашего времени. Было бы славно, если бы об этих самых новостях знали как раз только узкие круги, а не вся планета. Ну типа: «Мы такие крутые, у нас крутые айтишники и все круто». Но все до быта примитивно. Первоначальный источник — телек. Таким образом, прошел слух, что узкие круги хотят привлечь опасного японского преступника-одиночку в свои организации. Но группировок много, а преступник один. Загорелся этой мыслью и, безусловно, Мадара. Тем более после такой-то выходки. Поэтому все мелкосошники как-то что-то сразу забили на прекрасную возможность взыграть перевесом сил. За несколько дней до прибытия в Японию какая-никакая информация об этом типе была. Какая-никакая потому, что он нигде не засветился кроме той самой злосчастной видеокамеры. Ну, к прочему, хакеры дружно оглашали, что у него очень много имен, поэтому трудности. Самое главное то, что Мадара и ухом не повел, когда увидел тот самый снимок. Плохая память на лица, надо полагать. Ино же на весь этот процесс было глубоко фиолетово. Она не интересовалась новостями, не разводила муть на эту тему. Так что тот скришот она вряд ли видела. Ответственное задание привести будущего члена организации легло на плечи Сасори. Он был свойски спокоен: ему нужен напарник. Помогать вызвался Итачи… С каким-то нездоровым энтузиазмом вызвался. Хотя прекрасно знал, что ему и сидеть пока противопоказано, а он… Но все понимали причину. Но отговаривали до последнего, ибо сознание потеряет еще — а это лишняя возня. Прицепом к Итачи — Кисаме. — Вообще-то, его могли пригнать и другие… — Вообще-то, мы его не пригонять едем. Уговаривать. — Вообще-то, пригонять, — буркнул Кисаме, сворачивая на очередную улицу. Итачи глянул в окно и незаметно поморщился. И единственная мысль, витающая в голове, была о невнимательности и нетактичности людей, которые предоставили им координаты. — Ты скажи мне лучше: мы точно туда едем? — выдал все-таки Итаче после минуты размышлений. — Ну, как тебе сказать, вроде туда, — ответил Кисаме, в принципе, разделяя мнение напарника. Машина остановилась. Первым вылез Сасори, и тут же пожалел. Ну, следствием этого были до сих не закрытые двери машины. Он как будто так и хотел нырнуть обратно в салон, скрыться от всего этого. — Я лет двенадцать назад сбежал из такого же… Не подумал бы, что он кроется на таком-то днище, — прокомментировал Кисаме, с предельной аккуратностью ставя машину на сигнализацию. И оглядывая с невообразимым удивлением тесный, шумный и очень-очень пыльный квартал. — Даже в гребаной Италии не так смердно… И это только окраина. Не думал, не думал я, что в этом городе такое вообще есть. — Напоминает Раннее Средневековье, если по правде, — сказал Итачи и обернулся, чтобы посмотреть на остальное, но вместо этого его взгляд, утомленный, наткнулся на одного единственного Сасори, таящего в толпе. — Вот же, черт… Пошли! Минуя тесный переулок, они, комментируя все подряд и брезгливо одергивая руки ото всех поверхностей, наконец оказались в достаточном отдалении от народа. Подошли к назначенному месту. К полузаколоченной массивной двери. Итачи повел плечом. — Надо полагать, если сдвинуть определенные доски, то можно пройти, — прикинул Учиха. — Будешь пробовать?.. — спросил Кисаме. — Определенно нет, но! — обусловил он. — Есть вероятность, что имеется другой вход. Кисаме вздохнул. — Да нет другого входа… Ломать я буду? — Видимо, — прикинул Учиха. Кисаме покачал головой. Что с него взять? Потом подошел к двери, закатал рукава и стал двигать доски в разные стороны. — Я… Я не знаю, оно… Это все странно как-то, — произнес с досадой Кисаме, оборачиваясь к Итачи. А затем вздрогнул: — Не на этом я специализируюсь, ой не на этом… — Отойди. — Сасори вытерпел еще мгновение, ожидая, пока Кисаме соизволит отступить с поражением. А после подошел к замурованной двери и, не парясь, пнул две нижние доски. Доски сдвинулись в сторону, открывая вход в заброшенное здание. Кисаме бесшумно фыркнул. Итачи безобидно хлопнул напарника по плечу. Внутри было не так дико, как на улице. — Нам туда, наверное, — кивнул Итачи в сторону лестницы, откуда доносился шум. — Пошли, — кивнул Кисаме и тут же подставил руку Итачи, потому что тот неожиданно пошатнулся. — Ты аккуратнее… — Ага… Второй этаж был придан свету побольше. Там было более или менее прибрано. Там было душно, витал легкий ягодный аромат. Могло показаться, что они забрели в чайную, но нет, не в чайную. На полу сидела толпа подростков, жалась к стене. Они шумели: смеялись, матерились, обзывали друг друга. Да, ребята, увы, были не в себе. В прямом смысле, эй. Они под чем-то. Под чем-то легким и дешевым. Их тон был слишком показным, а состояние приемлемым, чтобы знатокам подумалось о тяжелых наркотиках. Пока парни мешкались, Сасори подобрал с пола какую-то пыльную книжку, зачем-то отряхнул и кинул в толпу. Дело за малым — книжку не поймали, но на них обратили внимание все. И заткнулись. — Молодежь, нам нужен Дейдара Тсукури, — отчетливо произнес Сасори. — Он же Дей, — пояснил Кисаме. — Он же тот парень из новостей, — улыбнулся Итачи и болезненно поморщился, все еще придерживаемый напарником. Молодежь заоборачивалась, закивала, зашепталась. А потом они рассмеялись. Кисаме выматерился. — Такими темпами мы его не найдем, — обернулся Сасори. — Угу, — кивнул Итачи. И хотел было что-то предложить, но какой-то парень, самый смелый или самый перекуренный, поднялся и, пошатываясь, подошел к Сасори. Шаг — и они оказались почти нос к носу. — Я — Сакон, — начал парень, тыкая пальцем в грудь Сасори. — А ты кто? Че те надо? Проебался отсюда, э? Сасори шагнул назад, и ответом зазнавшемуся был выстрел. Куда-то в область сердца. Самое приятное — без мяса и крови. Сакон сначала нахмурился, потом медленно упустил голову, потом пошатнулся и сделал, как Сасори, шаг назад. Потом посмотрел на Сасори и вновь на рану, затем перевел взгляд на компанию. Они замолкли: ошалели. Потом упал… Девчонки запищали. Парни начали вскакивать. Мгновение — скопище малолеток жмется друг к другу и орет. Еще один выстрел, только не в толпу, а мимо них дюймов на десять осадил пыл. — Повторю: где парень из новостей? Он же Дейдара, Дей, гениальный подрывник, и бла, бла, бла, — сказал Сасори. — Дей Камизуру! — визгнула одна из девочек. — Допустим. — Там… — дрожащим голосом вымолвил один из, смотря за спину Акацки. Парни обернулись. — Здрасти, мм. Кисаме нервно сглотнул: ну, усилия были не напрасными. Вот он, легенда СМИ. Итачи лишь незаметно дернулся, оглядывая, сжигая взглядом парня. — Ты Дей Камизуру? — спросил Сасори. Названный Деем Камизуру нахмурился и улыбнулся. — Допустим, мм, — ответил он. Сасори лениво обернулся, тыкая пистолетом в толпу. — Потерялись, — негромко произнес он, и его услышали. Молодежь, не сбивая Дейдару с ног, смылась прочь. — Ну и к делу. Дей насторожился. Но все-таки стоять в дверях не привык, поэтому первым делом пошел назад, в другую комнату, чтобы пройти по периметру к окну и опереться о подоконник. Где-то под хламом валялся нож. На всякий случай. — Таким образом, — начал Кисаме, приближаясь к Дейдаре первым. — У нас к тебе деловое предложение. — Слушаю, — недоверчиво произнес Дей. Итачи и Сасори подошли следом и встали непоколебимой стеной перед парнем. — Мы приглашаем тебя, Дей Камизуру, в свою организацию, — с насмешкой произнес Итачи. Но Дей эту насмешку не уловил. Он лишь, усмехаясь, уставился на троих. Ну, как, усмехаясь… С опаской. — Мы боремся за мир. Мы за справедливость, — поделился Сасори. Но слишком зомбически. Дейдара нервно покосился на одного из. На Итачи. И внутри где-то что-то екнуло. Был бы он постарше — наверняка сдох бы. А это так, микроинфаркт, наверное… И Итачи смотрел на него, давил улыбку. Дейдаре тоже хотелось рассмеяться, очень-очень. Но он держался, он не мог: страшно было. Да он же, он это! Тот самый Учиха! Тот самый племянник! Он с ними? Он, блин, живой?.. Между тем в голове всплыли воспоминания об организации, об небезызвестном миру лозунге… — Да ну? — удивился Дейдара, переводя взгляд на пистолет в руке одного из парней. Может, показушники какие-то?.. — Мы предлагаем тебе, Дей Камизуру, вступить в Акацки. Дейдара замер вновь. «Да гоните?» — первая серьезная мысль по теме, проскочившая его голове. Как их занесло-то в такой срачельник, если они дофига крутые? Вот это странно. Но ответ на поверхности: они, надо полгать, искали его и нашли. Плохо спрятался. Хотя до последнего Дейдара думал наоборот… В тот вечер они напились с Карин. Она рассказала ему свою историю. Он ей свою правду. И как-то все пошло-поехало… Она познакомила его с друзьями. Друзья оказались, увы, не тем, кем представлял их Дейдара. Но ему выбирать, что ли? Жить-то хочется, в тюрьму (в лучшем случае) не особо тянет. Так Карин и привела его в этот притон… На удивление Дейдары, его приняли. Его узнали. Его начали боготворить… Ну это же какой авторитет у нас здесь ошиваться будет! Это же офигеть как круто. Эти несколько недель, проведенные здесь, повлияли на самооценку Дейдары. Да не только… Он стал иначе смотреть на вещи. — А не пойти бы вам нахер, мм? — спросил Дейдара, лениво смотря Акацки за спину. Потом его подбородок приподнялся и медленно коснулся ключицы. — Ааа! — молодежь закричала благим матом, наваливаясь на трех офигевших членов Акацки со входа. К этим малолеткам даже втираться в доверие не пришлось. Они сами, сами уяснили, кто здесь главный и за кого надо зад рвать. А неплохо устроился, между прочим. — Ааа! На! Получай! Во мгновение комнатушка наполнилась криками, пылью и выстрелами. Дейдара, не теряя и доли секунды, метнулся на выход. Перепрыгивая перила, он выбежал на улицу. Помилуй, Всевышний. Во устроили… Дейдара оглянулся и посмотрел на второй этаж. Черт… Попали ребята, попали. Конечно же, не те трое, а его компания, дражайшая и верная. Ладно, если не сдохнут, найдут его. А пока надо сматываться. Куда — Дейдара знал. *** Бывать у нее в квартире ему довелось лишь единожды. Вчера. Они встретились вновь неожиданно. Странно это. Конан не дура, не слепая: поняла, что это его лицо по телеку крутят, поэтому особо не расспрашивала, впустила. Боялась бы — выпнула бы его нахрен, наказав обходить ее квартиру за десять кварталов. А так пусть отсиживается, не жалко. Только приносил бы чего пожевать — вот и все условия. А он приносил. Второй раз приносит. Темнила она. Ой как темнила. От полиции шарахается, на улицу днем не выходит. Всякие граффити фоткает. И в этот раз Дейдара не выдержал, чтобы не спросить. Молчание затянулось. Было неловко сидеть второй час и хлебать чаек, смотря на нее, сидящую на подоконнике и курящую в открытое окно. Нашел выход, как же. — Слушай… А зачем тебе мой «Корпус», мм? Она отреагировала не сразу. Замерла, опустила голову, стряхнула пепел в пепельницу, повернулась. — Надо. Дело есть к твоему «Корпусу». Хотя… Он все еще твой?.. Дейдара не ответил, продолжая смотреть на нее исподлобья, насмехаться, наверное. — Сольешь инфу? — улыбнулась она как бы с иронией. Дейдара иронию понял. Но… Все равно скучно. Он выдал ей все, что знает. Про их цели, про его фееричный поступок, про то, с каким трудом его затащили туда и как выпнули. Умолчал о Мей. И имени не назвал ни одного. Не надо ей этого знать. Типа остатки совести напомнили о себе. Хотя… Какая совесть?.. — Адрес их типа генштаба, м-да, — он начеркал на салфетке адрес и пододвинул ее к другому концу стола. — В последний раз он был именно в том забугорье. — Ну спасибо, — изумилась Конан. — А ты такой… преданный. Может, и имена какие подкинешь? Марки машин их? Номера? — А что еще тебе? — рассмеялся Дейдара. — Успокойся, я и так уже себя ненавижу, мм. *** Итачи стало хуже прежнего. Говорили же: «Не иди, идиот». А он пошел. Конечно, идиотом его никто не называл. Это так, субъективно. Там, на заброшке, они все-таки справились с этими ненормальными… А с Дейдарой вот не справились. — Ушел гад, — буркнул Кисаме, со стуком заходя в номер Мадары. Знал, что там его нет. Знал прекрасно. Но там могла быть Ино в неглиже, а это не комильфо. — Кто ушел? Ваш, что ли? — спросила Яманака, убирая ноги со стола, чтобы дотянутся до пиликнувшего телефона. — Наш, что ли, — ответил Кисаме. — Такое дело… Мадара скоро придет? — Ты у меня спрашиваешь? — Ну ты же его женщина, должна знать. Ино рассмеялась. — Как же, как же… Не знаю я, он не посвящает меня. Во-от одно точно знаю! Кто-то появится на обложке одного журнальчика! — восхищенно поделилась она. — Поздравляю. Только Итачи еще хуже. Наш подрывник ушел. Ты не знаешь, где Мадара… Не радует, если честно, — перечислил он самое лакомое. — Почему подрывник? — не отрываясь от телефона, спросила Ино. — Потому что он в Корпусе Подрывников, — вздохнул Кисаме. А потом съязвил: — Еще вопросы? Наставления, госпожа? — Это… Идите ловите его… — улыбнулась Ино. — Знаете, что плохо будет, котики. — Помилуй, — он качнул головой. — Где нам его искать? Вот где?.. — Ну… Ваши проблемы. Но я бы начала на твоем месте прямо сейчас. Потому что Мадара может приехать даже сегодня. — Вот спасибо! Кисаме опять покачал головой. Потом в последний раз взглянул на Ино и спокойно вышел из номера. — А с Итачи что? — крикнула в ответ Ино, но он уже не услышал. Ладно, придется идти самой. Стоило ему прикрыть двери, она, разрываясь между телефоном и порывом узнать, что с племянником Мадары, выбрала сначала телефон. Быстро набрав номер, приложила телефон к уху, чтобы услышать монотонные гудки. — Ино? — Ино, — передразнила ее Яманака. — Как дела, лобастая? Нужна помощь. Нет, нет, без крови и соплей, серьезно.