Сейчас и навсегда

- Римус... - тихо прошептал Бродяга. Муни повернул голову в его сторону, кидая на Сириуса вопросительный взгляд. - Помнишь, тот день, когда я в очередной раз караулил тебя у Воющей Хижины? После ужасной ночи и твоего перевоплощения...? Мужчина на мгновение задумался, пытаясь подобрать правильные слова, хотя он их прекрасно знал наизусть. Все это время он жалел, что не произнес их раньше, что перед выпуском из Хогвартса он не смог пересилить свой страх - потерять своего близкого друга, жалел все то потерянное время, когда попал в Азкабан. Теперь он точно понимал, как из-за какой-то глупой нерешительности он страдал долгие годы, но сейчас он здесь, он рядом с тем, с кем ему нужно быть. - ... ты помнишь, как я каждый раз приходил к тебе, чтобы убедиться, что ты пережил еще одну ночь, и та была не исключение? - продолжил Сириус, смотря прямо в голубые глаза своего друга, - Ты всегда был обнажен и очень потрепан, я волновался за тебя, но было еще кое-что... - Блэк снова сделал паузу, на что Римус отреагировал неоднозначно, но не стал перебивать мужчину и с еще большим интересом ждал, когда он продолжит. - Я всегда удивлялся, как такое прекрасное создание могло так страдать? - Римус смутился и опустил взгляд. - Но с каждым разом я хотел защитить тебя от этого, я хотел, чтобы ты не чувствовал больше этого гнева внутри себя, и никогда больше не боялся полной луны. - Сириус взял руки Римуса в свои и нежно сжал их. Муни поднял растерянный взгляд и столкнулся с серыми, но теплыми глазами друга. - В тот день я хотел признаться тебе, но я долго любовался тобой, когда ты спал, положив твое уставшее тело на диван, затем в хижину поднялись Джеймс и этот Хвост, тогда я задумался, что тебе и так трудно жить скрывая ото всех свое проклятье, а тут еще я со своим признанием. - Бродяга крепче сжал руки товарища от пронзающей боли в сердце. - Сириус... - Люпин не мог выдавить из себя и слова, он понимал, что чувствует его друг. Всегда, когда они сталкивались взглядом, Муни видел тот теплый огонек в глазах друга, он замечал, как тот старался скрыть это, как он смущался и придумывал оправдания, это казалось ему милым, но он никогда не думал, что его близкий друг будет так страдать из-за него. - Римус, я люблю тебя. Тишина. Волшебная тишина, которую нарушало дыхание двух людей, сидящих на полу в освещенной лунным светом комнате. Двое мужчин сидели неподвижно, смотря друг другу в глаза не отрывая взгляда, пытаясь разглядеть в них то, что не видели на протяжение нескольких лет. - Прости меня Сириус, - прервал молчание голубоглазый мужчина. - Прости зато, что не понял этого раньше, я видел твою заботу, твои взгляды, но я не думал, прости... - Римус поднял руку и провел ей по, мокрой от слез, щеке Сириуса. Мужчина наклонился вперед, оказавшись так близко, что Сириус мог чувствовать его сбитое дыхание. Еще один взгляд, оно движение и губы Люпина коснулись влажных, но теплых губ Сириуса. Медленный чувственный, самый сладкий поцелуй, продолжался так долго, что Блэку казалось это вечностью. Ни на миг он не сомкнул глаз, он так боялся, очнуться в ловушке судьбы - Азкабане, и что все, что происходит с ним сейчас это сон. Но Люпин продолжал углублять поцелуй и запустил руки в волосы Сириусу, нежно перебирая их. В ответ сероглазый мужчина подался вперед растворяясь в поцелуе и объятьях любимого.