Черный принц

Пережив короткий миг головокружения, Сириус обнаружил, что стоит на крыльце какого-то невзрачного дома в еще более невзрачном переулке. Осмотреться лучше ему не дали, дверь распахнулась, и нетерпеливая рука подтолкнула его в спину. — Чего ты ждешь, Блэк, возвращения своих мозгов из дальних странствий? Сириус переступил порог и почувствовал себя так, будто шагнул в склеп. За порогом его обступила темнота, особенно неприятная после подсвеченного закатным солнцем переулка. Он сделал еще несколько шагов по узкому коридору, под ногами протяжно и мерзко заскрипели половицы. И сразу, будто в ответ, дом ожил и наполнился звуками и шорохами. Сириусу показалось, что где-то на чердаке зашуршало напуганное семейство мышей, в подполье зацокали коготками толстые откормленные крысы, зашелестели крылышками, взлетая со стен, насекомые, на сквозняке стала развеваться паутина, сплетенная поколениями пауков, а сотни этих черных отвратительных восьминогих созданий поспешили вверх по своим нитям, чтобы забраться повыше в поисках укрытия от чужака — туда, где под самим потолком, будто каменные горгульи, висели вверх ногами летучие мыши. Сириус отшатнулся назад, налетел на Снейпа и выругался. — Что-то не так, Блэк? — раздался насмешливый голос за спиной. — Испугался простого охранного заклинания? — Пошел ты, Снейп, — по инерции ответил Сириус и, игнорируя поднявшиеся на загривке волосы и поганое предчувствие, прошел вперед. Позади хлопнула дверь, и Сириус едва сдержался, чтобы не оглянуться. Еще через несколько шагов иррациональный страх отпустил, и коридор вывел его в гостиную. Вопреки ожиданиям Блэка, комната не выглядела грязной, запущенной или мрачной, скорее уж аскетичной и немного пыльной. Но удержаться от комментариев он не мог физически. — Да уж, не скажешь, что ты живешь на широкую ногу, Снейп. На учительскую зарплату особо не пошикуешь, а Волдеморт, похоже, не спешил осыпать тебя милостями, да? Удивляюсь, как у тебя тут еще пикси не завелись. И крыша наверняка течет. Тут, наверняка, все держится только на маскирующих чарах. Сириуса несло, он сам понимал, что говорит чушь, совершенно неправдоподобную и глупую, но желание хоть немного задеть Снейпа распирало его изнутри. Северус молча прошествовал мимо него. Спокойно уселся в кресло у камина, вытянул в сторону руку и щелкнул пальцами. В камине вспыхнуло пламя и тут же принялось ненасытно пожирать сложенные там аккуратной кучей поленья. Потянуло теплом, запахом горящей древесины, и гостиная стала выглядеть почти уютно. Рисуется, сволочь. Беспалочковая, да еще и невербальная магия. Небось, месяцами практиковался только в одном этом заклинании. Сириуса едва ли не трясло от злости. Конечно, ведь Азкабан не особо разбрасывался шансами усовершенствовать свои магические способности. Единственное, что Сириус отточил до совершенства, так это умение превращаться в пса. Не ахти какое достижение, и он сам это понимал. — Выпендриваешься, Снейп? Ну, давай, покажи мне, какой крутой из тебя волшебник. Это несложно, особенно перед тем, у кого ты отобрал его собственную палочку. Не то чтобы Сириус ожидал какой-нибудь особо эмоциональной реакции от Снейпа, но когда зельевар с непрошибаемо спокойным видом поставил локти на подлокотники кресла и свел вместе кончики пальцев, при этом разглядывая Сириуса, словно тот был какой-то приблудившейся шавкой, которую он из жалости впустил в свой дом, Блэк едва сдержался, чтобы не зарычать. И так было унизительно стоять перед этим развалившимся в кресле слизеринским ублюдком. Сириус весь подобрался, готовый решить проблему раз и навсегда, если не с помощью магии, так старым добрым мужским способом — используя кулаки. — Блэк. — Голос Снейпа вспорол тишину. — Объяснюсь с тобой сразу и хочу, чтобы ты это запомнил. Ты мой раб. Моя собственность. Ты принадлежишь мне целиком, от костного мозга до кончиков своих собачьих когтей и шерсти. Если ты думаешь, что сбежав из Азкабана и получив оправдание, ты стал свободным — ты ошибаешься. Теперь ты пожизненно заключенный. Ты узник. Ты мой пес. Живое доказательство моего героизма, силы и власти. Ты человек ниоткуда, который не имеет ничего за душой и не имеет даже права строить планы на будущее. Потому что твоим настоящим и будущим распоряжаюсь я. Тебе принадлежит лишь прошлое, но для меня оно пустой звук. Глаза Сириуса застила красная муть. Он едва сдерживался от того, чтобы не перекинуться в Бродягу и не вцепиться в горло заносчивому мерзавцу. А Мастер зелий спокойно продолжал свой монолог, будто не замечал опасности, светящейся во взгляде мужчины напротив. — Больше никакого «Снейп», тем более что вскоре я сменю эту фамилию на другую, никаких оскорбительных прозвищ и прочих мерзостей, вылетающих из твоей поганой пасти. Отныне ты можешь обращаться ко мне только «хозяин» или «Северус». И будь благодарен за то, что я даю тебе этот выбор и щажу твои чувства, — под конец тирады его губы искривила легкая самодовольная ухмылка, и Сириус не выдержал. — Пошел ты, Сопливус! Я никогда не… — договорить он не успел. Рот и глотку обожгло острой болью, будто туда плеснули кипятка. Сириус схватился за горло, едва удерживаясь от того, чтобы не рухнуть на колени. На глазах выступили слезы. — Вот тебе и первый урок, Блэк. За непослушанием следует наказание. Конечно, я не рассчитываю в единочасье привить наглому самоуверенному гриффиндорцу манеры поведения, но, возможно, через месяц-другой ты осилишь хотя бы азы правил хорошего тона, и тебя можно будет выгуливать в приличном обществе. Снейп открыто насмехался и упивался своей властью. В Сириусе впервые зашевелился страх и очень нехорошее предчувствие, что, вероятно, жизнь во власти старого недруга будет не такой простой, как представлялось вначале. — Снейп, я… — второй приступ боли обжёг, кажется, еще сильнее первого, и Сириус таки повалился на колени, едва успев выставить одну руку вперед, чтобы не ткнуться лицом в дощатый пол. — Похоже, ты ничему не учишься с первого раза, — хмыкнул зельевар. — Хорошо, что я завершил свою карьеру преподавателя. Ты даже не представляешь, как за столько лет мне надоела непроходимая тупость и неумение понять после одного объяснения. — Хорошо, что я не один из твоих учеников. Представляю, с каким наслаждением ты издевался над ними, — просипел Сириус. Было больно даже просто втягивать воздух, но удержаться от колкости он не мог. — Да уж, нельзя рассчитывать на мозги там, где их нет и не было, — преувеличенно сокрушенно покачал головой Снейп. — Поднимайся и скажи мне, ты усвоил урок? Больше всего на свете Блэку хотелось ответить что-то в духе «Пошел ты!» или «Засунь свой урок себе же в задницу!», но демонстрация вышла уж очень наглядная. — Я все понял… Северус. — Поглядите-ка, он таки смог это сделать с третьей попытки! — Снейп уже откровенно глумился. — Возможно, этого старого пса еще можно научить новым трюкам. Сириус как раз поднялся на ноги, когда зельевар закончил фразу. Блэк даже секунды не успел подумать над последствиями своего поступка, все произошло будто само собой: поднялся-услышал-ответил. Но так как все его словесные приемы были уже исчерпаны, да и не противник он был Снейпу в словесном поединке, тело решило за него само. Единым слитным движением он бросился на своего обидчика, пытаясь то ли стиснуть его шею руками, то ли вцепиться ему зубами в горло. По правде сказать, Снейпу потребовалась вся выдержка, чтобы не отшатнуться. Тут уже впору было поблагодарить Темного Лорда за все его уроки. Он остался на месте и когда Сириус рванул к нему, и когда мужчину отбросило от него за несколько миллиметров до соприкосновения их тел. Снейп позволил себе расслабиться, только когда Блэк повалился у его ног, подвывая от боли. Восхитительное ощущение: воочию видеть, как безукоризненно действует древнее заклятие и одновременно наблюдать своего поверженного врага. — Знаешь, Блэк, у магглов есть такая поговорка: повторенье — мать учения. Вижу, тебе нравится проверять ее истинность на своей шкуре. — Кто ж тебя научил таким жизненным премудростям, твой маггловский папаша? Северус даже восхитился упрямством Блэка и его желанием оставить за собой последнее слово. Беда его была в том, что шансы приближались к нулю. — Не поверишь, Блэк, твой полукровный крестничек. Как-то он разоткровенничался, что маггловский дядя очень любил вбивать в его пустую голову прописные истины. Приходилось по нескольку раз. Это было лишь наполовину правдой. Поттер-младший действительно как-то произнес эту поговорку, хотя никогда не упоминал при нем о своем дяде. Но видеть бессильное бешенство на лице у Блэка стоило маленькой лжи, тем более Снейп сомневался, что Блэк побежит к своему ненаглядному Гарри выяснять, как было на самом деле. — О, не стоит смотреть так, будто хочешь меня отравить моими же зельями. Смею надеяться, что даже до такой глупой псины, как ты, наконец, дойдет, что, во-первых, ты принадлежишь мне, во-вторых, ты не можешь причинить мне никакого вреда, и в-третьих, ты вынужден беспрекословно выполнять мои распоряжения. Хотя нет, позволяю тебе иногда лаять. Сириусу даже нечего было на это ответить. Чтоб у тебя котел взорвался на последнем этапе, проклятый Снейп, один-ноль в твою пользу. И тут, будто стремясь закрепить за собой ведущий счет, слизеринец добавил: — На втором этаже есть свободная комната рядом с моей, бывшая спальня моих родителей. Можешь пока занять ее, дверь открыта. И, думаю, тебе будет интересно узнать, что раньше в ней жил Питер Петтигрю. Так что место, Блэк, и не беспокой меня до утра: мне нужно хорошо выспаться, завтра предстоит немало дел. Пожалуй, тут бы Сириусу хватило и сил, и умений использовать беспалочковую и даже невербальную магию, чтобы хорошенько приложить этого ублюдка каким-нибудь заклятием пострашнее. Но, к сожалению, он уже уяснил, что против Снейпа он бессилен — конечно, пока не отыщет способ с ним поквитаться. Поэтому пришлось молча и с гордым видом прошествовать к лестнице, пересчитать все ее изрядно скрипящие ступеньки и войти в выделенную ему комнату. Блэк не стал сдерживаться и от души хлопнул за собой дверью, да так, что она едва не слетела с петель. Впрочем, облегчения это не принесло. Почти час спустя, уже лежа в постели, Снейп поймал себя на мысли, что прислушивается к звукам из соседней комнаты. Пару минут назад Блэк вышел в коридор, немного порыскал, но даже не стал спускаться на первый этаж, отыскал ванную комнату и вернулся к себе. И сейчас у него было тихо. И вот теперь в своем наполненном ночными звуками старом доме, в своей кровати, в конце этого насыщенного событиями дня Северус по-настоящему задался вопросом: а на кой ему сдался Блэк? Решение на приеме в Министерстве было каким-то подсознательным и таким стремительным, что он практически сразу принял — оно единственно правильное. Конечно, прошлого уже не изменить, но все же стоило обдумать, что теперь ему делать с этим мужчиной, спящим через стену от него. Кто такой Сириус Блэк? Его бывший школьный недруг, бывший друг Джеймса Поттера и компании, бывший убийца, отсидевший дюжину лет в Азкабане, крестный отец Поттера, тот, кто пережил падение в Арку и возвращение оттуда при его, Северуса, активнейшем участии; и теперь этот человек — его собственность, его, по сути, раб. Перед Снейпом открывалась пропасть возможностей: от банальной мести до множества удовольствий — секретарь, слуга, живое подтверждение его статуса, да хоть мальчик для битья. Наконец-то он кое-что выиграл. И не просто кое-что, а кое-что лучше любого чего-нибудь. Об этом стоит поразмыслить на досуге, когда он уладит все вопросы по смене фамилии и места работы. Кстати, завтра после Министерства нужно будет наведаться к Люциусу.