Я не могу вернуть тебя к жизни

      Ты всегда шутила, требуя, чтобы на твои похороны играл тяжёлый рок, а то всем уже приелось однообразное музыкальное сопровождение. Знаешь, а похороны ведь для живых родных и близких. Именно на них собираются близкие люди, на которых можно положиться. Только такие люди могут помочь пережить первые приступы боли после потери.       На кладбище твоим родителям было не до меня. Они выслушивали соболезнования всех собравшихся, хотя я заметил нотки презрения в их лице при моём появлении. Случившееся оставило на них свой отпечаток не только в душе, но и во внешности. Они сильно постарели – глаза, словно выцвели и ввалились, лицо приобрело новые морщины.       Подходя к тебе, неподвижно лежащей в этом деревянном ящике, меня посетила мысль, что ты похожа на куклу в упаковке. Уложенные волосы ровно ложатся на плечи, неброский макияж в попытке придать лицу жизнь, красивое платье, руки, лежащие на груди.       Ко мне подходили люди и выражали свои соболезнования. Они говорили, что мы были отличной парой, как она меня любила. Ненавижу похороны, с ними разве что сравнится День рождения. В обоих случаях о виновнике собрания говорят минимум правды, по большей части и это общепринятые фразы под маской дружелюбия.       Я не остался на обед, ушёл сразу после погребения, зная, что для меня там нет места, да и выслушивать насколько ты была замечательной, у меня не хватило бы ни сил, ни самообладания.       Суд над виновниками аварии состоялся на следующий день. Я договорился со своим адвокатом, чтобы он сделал всё возможное, для скорейшего разбирательства дела. Мне вновь пришлось вспоминать случившееся, но, как оказалось, твои родители впервые увидели события моими глазами. Когда все начали расходиться, они подошли ко мне. Пару секунд мы молча смотрели друг на друга. Внезапно твоя мать бросилась ко мне на шею и крепко прижал к себе, теперь ясно в кого у тебя такая сильная хватка. Я обнял её в ответ и почувствовал, как она содрогается от слёз.       – Прости нас, стариков. Нам было тяжело, мы не хотели смотреть правде в глаза, нам нужен был человек для вымещения горечи потери, – твой отец говорил искренне, держась из последних сил. – Отдельно прошу извинить за моё нападение в больнице. Мы осознали, твоей вины в случившемся нет.       Он пожал мне руку в знак примирения, когда меня выпустили из объятий. А твоя мать достала из сумочки свёрнутый альбомный лист и протянула мне. Это был наш незаконченный совместный портрет, умело выполненный карандашом.       – Она работала над ним несколько дней, но так и не смогла закончить. Я долго искала её последнюю работу. Она всегда хорошо прятала незаконченные работы, боясь, что их кто-то увидит раньше времени, – она вытерла лицо платком и тихо добавила. – Надеюсь, ты сможешь нас простить. И намного важнее прости себя сам.       – Разумеется, прощаю, я и не злился, понимая, какие чувства вас одолевают. Главное мы всё смогли прояснить.       Мы простились, пообещав поддерживать связь в дальнейшем. Они приглашали меня зайти, но я отказался. У меня ещё есть одно дело на сегодня.       Солнце уже садилось, не знаю почему, но я ждал именно этого момента. Наверное, хочу добавить больше драматизма. Передо мной полыхает моя AUDI. Языки пламени быстро заполняют её изнутри. Я должен был отвезти её в мастерскую, но изначально не собирался этого делать. В ней была не исправна система безопасности, из-за неё трагедия стала неизбежна, сработай она, всё могло сложиться по-другому. Естественно её можно починить, но я не хочу. Ты умерла. Тебя не смогли спасти. А эту дурацкую железяку можно починить. Мне одному кажется, что так нечестно?       Знаешь, был момент, когда я возненавидел тебя за то, что ты умерла. Бросила одного в этом мире, не оставив мне выбора. Глупо, в твоей смерти меньше всех виновата ты. Этот порыв был мгновенным и быстро прошёл.        После разговора с твоими родителями я смог простить себя. Если они смогли найти в себе силы сделать это, то и я должен взглянуть правде в глаза. Вернись я в то мгновения, ничего бы не изменилось. Я был бессилен против сложившихся обстоятельств.       Со стороны это определённо выглядит странно. Посреди поля на закате стоит парень, смотрящий, как сгорает машина перед ним. Можно подумать, что я сынок богатого папаши, и мне всё дозволено. А ведь это так! Я могу позволить себе уничтожить одну из причин твоей смерти.        Надо отойти подальше от неё. Пусть горит, взрывается. Почему она может продолжить существовать в этом мире, а ты нет? Начинаю бессвязно кричать, срывая голос. От громкого шума с деревьев взлетают свободные птицы.       – Я не могу вернуть тебя к жизни!