Привет, меня зовут Септимус Поттер

       Северус стоял у котла и размышлял о своём. Большинство секретов вскрылись с раскрытием истинной личности слизеринца, но их заменили другие. Например, договор с Алисой-Юки, стражем-хранителем, или почему Поттер выглядит как одиннадцатилетний ребёнок. Казалось тайн и секретов наоборот стало больше чем было. Ещё и год подходил к концу. Из-за нападения и последующего расследования, вернее из-за есть снующих везде авроров, было решено на некоторое время закрыть школу и устроить небольшие выходные. А также передвинуть расписание экзаменов и сделать их чуть раньше и по итогам отпустить детей вначале июня. Многих это обрадовало, но в то же время вызвало и ряд недовольства. Септимуса же несмотря на тяжёлые раны было решено на весь месяц перевести на отдельное обучение и поселить в апартаментах зельевара для его же безопасности. Последний не воспротивился, даже наоборот, одобрил идею, высказав, что так ему будет удобнее присматривать за мальчишкой и отслеживать грядущие выходки. На последнее предложение ребёнок закатил глаза. Также ему было разрешено не сдавать экзамены, но тот настоял на обратном, мотивируя тем, что хочет быть со всеми наравне хотя бы до конца учебного года. Как ни странно, но директора эта мысль польстила, как всех других профессоров.       Мужчина вынырнул из мыслей, положил в котёл последний ингредиент, помешал три раза по часовой стрелке и один раз против, снял его с огня и, оставив остужаться, поднялся наверх. Поттер сидел в кресле и читал учебник по Чарам. Северус подошёл и сел рядом. — Как ваши раны? Где-нибудь болит?       Ребёнок отнял учебник от лица и посмотрел на декана затуманенными глазами, силясь понять суть брошенных слов. Подумав, он ответил: — Немного. — Сними-ка рубашку, я посмотрю. — Хорошо.       Юный анимаг положил учебник на кофейный столик. Потянулся и немного поморщился от боли в плече. Неспешно расстегнув пуговицы, он снял белую рубашку и сел перед Снейпом. Тот уже приготовил мазь, несколько зелий и новые бинты. Размотав мальчика, он осмотрел две раны. Плечо выглядело немного лучше пореза на животе, но всё ещё нуждалось в длительном лечении. Зельевар открутил крышку баночки, зачерпнул болотного цвета крем и стал аккуратно наносить. — Будет жечь. — Знаю. Мадам Помфри наносила подобную. Уф-ф. Ш-ш-ш. — Подуть? — Что? — Не понял Септимус. — Я спросил, тебе подуть на рану? — А это даст какой-то эффект? Может ещё станцуете? — Опять эти «иголки». Ты можешь хотя бы иногда быть нормальным ребёнком и не ежится?       Младший волшебник прикусил язык. «Ну вот опять не сдержался. Он пытается быть заботливым и не таким ядовитым, но я не могу так просто это принять. Или могу? Что мне делать?» Зельевар закончил обработку и обмотал новыми битами. Он смотрел на ребёнка и видел молчание в его глазах. «Я снова был слишком резок? Он так пристально смотрит на меня и вдобавок молчит. И как мне с ним говорить? Теперь я знаю, что он Гарри Поттер, но легче мне не стало от этого. Наоборот, словно невидимая преграда выросла. Да какая преграда, признайся себе, Северус, ты всё ещё ненавидишь его придурка отца, Джеймса Поттера и из-за этой слепой ненависти ты пытаешься оттолкнуть его. Но как же мне позабыть эту чертову ненависть? О, Лили, мне сейчас так тебя не хватает, ты обязательно что-нибудь бы придумала». Они сидели в тишине и каждый думал о том, как ему сблизится с другим, но оба упирались в стену непонимания и тяжёлого восприятия друг друга. Вдруг в дверь постучали. Декан зелёного факультета поднялся и открыл. На пороге стоял Даниэль. — Здравствуйте, профессор Снейп. А можно увидеть Септимуса? — Заходите. Можете составить ему компанию. Он как раз не занят. — Занят. — Я зайду потом. — Увидев, что друг не рад его видеть, он поспешил откланяться. — Чары и потом можете почитать. А вот поговорить с другом не всегда. Мистер Дохлов, Кхм, Даниэль проходите. Может, хотите какао? — Нет. — Отрезал Поттер. — Я бы предпочёл чашку кофе. — Да, сэр. — Значит, какао. — Северус прошёл к столу и захватил оставшиеся флакончики, а заодно и учебник по Чарам.       Септимус хотел было возразить и спросить зачем тот взял его учебник, но мужчина уже удалился на кухню. Даниэль подошёл ближе и уселся на диван. — Привет. — Привет. Как там в гостиной? — Всё говорят про нападение. — Дохлов оживился и обрадовался, что несмотря на скверное настроение, темноволосый волшебник заговорил. — Говорят учителя отразили атаку и спасли учеников. Наш староста ходит немного побитый, но живой. Многие пытались допытываться до произошедшего, но он упорно молчит. Ещё я слышал, что пострадали Гермиона Грейнджер и Рон Уизли, старосты Гриффиндора. Но больше всех пострадал якобы ты, поэтому ты будешь находиться на лечении и под присмотром профессора Снейпа остаток учебного года, и даже экзамены сдавать в одиночку. — Так вот какую байку вам стравили. — Это неправда? — Нет, правда. Я действительно тяжело ранен. — Поттер распахнул рубашку которую ещё не успел застегнуть и показал другу бинты на теле. — Проклятие в плечо и ножевое ранение в живот. Спасибо, что хоть не убили. Правда, это не единственная причина почему я должен находится здесь. — Жуть. Тебя пытали? — Нет. Это в бою получил. Только ни распространяйся об этом. — Так ты сражался. Я так и знал. Ты всегда крут. — Ага, как варёное яйцо. — Да, ну тебя. Вечно ты выставляешь всё так как будто это случайность или тебе повезло. — Так я же не герой какой-нибудь захолустной книжки. Это всё случайность. — Стечение обстоятельств. Про Запретный лес, ты так же говорил. Я знаю. Ты мне не говоришь, но я знаю, что ты умеешь превращаться в зверя. — Кто тебе сказал? Это же секретно. — Подслушал тех гриффиндорцев, когда они были на отработке у Филча. — Чёрт. Вот же языки без костей. Сколько человек ещё знает об этом? — Нисколько, только я. — Надеюсь, они не разболтали об этом кому-нибудь ещё. — Это так важно? — Это незаконно. Быть незарегистрированный анимагом. Если кто-нибудь из Министерства магии узнает об этом, у школы будут огромные проблемы. Чёрт и все из-за меня. Не надо было тогда обращаться, надо было вернуться в постель, а я доверился волчьему чутью. — Во-первых, если наличие анимагической формы раскроется, то это будут не ваши проблемы, а директора. Он лично возьмёт всё под свою ответственность. Мы обговаривали этот вопрос с ним. — Северус прошёл с подносом к кофейному столику и поставил перед каждым ребёнком чашку с какао, а также поднос с круассанами и печеньем с шоколадной крошкой. — Не смотрите так, мистер Поттер, кофе детям не положено. Когда подрастёте, мы обсудим этот вопрос. А вы пейте, Даниэль. И вернёмся к вопросу. То что господа из Гриффиндора видели, как я превращаю вас в человека не значит, что вы анимаг. Я мог превратить вас в волка с целью нахождения пропавших. В школе ходят различные тёмные байки про мою личность, вполне можно в это и поверить. Тем более они были долго в лесу, видели много страшного, на фоне стресса разное могло померещиться. — Ага, и сказанные вами слова в кабинете директора тоже могли померещиться. — Ядовито проконстатировал черноволосый анимаг-волк. — И к словам можно придраться. И они дети, а значит нет гарантии, что они не выдумали часть истории. Не отрицайте сей факт. Не вы ли были недавно заложником подобной ситуации. Вернее, вы всё ещё заложник этой ситуации. — Вот же. — Что «вот же»? Советую вам следить за тоном, молодой человек. — А не то что? — А не то познакомлю вас с интересными последствиями. — Да ну? — Септимус, лучше не надо, прошу. — Мистер Поттер, послушайте своего друга. Дурного он вам не обещает. И пейте какао. Оно стынет. — Снейп развернулся и прошёл обратно на кухню. — И ещё мистер Дохлов попрошу вас не рассказывать о том, что вы узнали. Это строжайший секрет. — Да, сэр. Это и есть другая причина, по которой тебе нельзя покидать апартаменты? — Что? Нет. Просто я немного ненормальный. И крайне опасен для общества. — Ого. Стоп. Так мне нельзя общаться с тобой теперь. — Ну выходит, что так. — Даниэль, не слушайте мистера Поттера. Он совершенно нормальный. — Правда? — Может уже хватит подслушивать. — А вам городить ерунду. Вы находитесь в моих апартаментах, не забывайте об этом. И, Даниэль, вы в праве посещать мистера Поттера в любое время. Хотя нет, после отбоя будьте добры оставаться в гостиной Слизерина, а во время занятий присутствовать на них. Если вы что-то пропустите, я быстро об этом узнаю и вы в скором времени пожалеете об этом. — Да, сэр. Спасибо, сэр. Но тогда почему Септимусу нельзя посещать занятия и жить в гостиной факультета? — Извините, юноша, но я не могу рассказать об этом. Это из-за определенных секретов мистера Поттера. Как только они решатся, он незамедлительно вернётся к нормальному формату обучения. Но, увы, это будет уже в следующем учебном году. — Да, это будет уже в следующем году. Если я смогу, конечно, учиться. — Последние слова он произнёс как-то горько. — А почему ты не сможешь учиться? Ты куда-то переезжаешь? — Нет. Он никуда не переезжает. И учится естественно сможет. — Ответил за Поттера Мастер зелий, строго глядя на него. — Эм. Мне наверное пора. — Уверены, Даниэль? — Да, профессор Снейп. Спасибо за какао и сладости. Было очень вкусно. Пока, Септимус. Я ещё как-нибудь зайду. — Заходите обязательно. Мистеру Поттеру нужна время от времени компания друга. А то с книжками он заглохнет здесь совсем. — Сказал мужчина, провожая ученика и закрывая за ним дверь. — А вы разве не можете мне составить компанию? — Могу перекинуть вас через колено и побеседовать по душам. — Спасибо за предложение, но пожалуй откажусь. Мне нравится сидеть ровно, а не ёрзать. — Как скажете. Так, значит, вы и вправду считаете все свои свершения чистой случайностью и прихотью судьбы. А я-то думал, что только слова. — Начинается. — Оно и не кончалось. — Ухмыльнулся Северус, подходя ближе. — Ещё какао? Кофе я тебе всё равно не налью и не смотри на меня такими глазами. — Тогда ещё чашечку, пожалуйста. — Вот это уже другой ответ.       Он взял пустую чашку и удалился на кухню, чтобы вернуться уже с двумя. Одну для себя, другую для слизеринца. — Может поговорим? — О чём? — Обо всём. — Устало проговорил Снейп. — О вас в частности. Например, о той выходке в Запретный Лес. Я первый раз слышу о каком-то чутье? Так это оно вас тогда привело в Лес. — Одна из способностей моей анимагической формы. Ничего особенного. — Как это ничего особенно? Оно же привело вас в Запретный лес. — Вообще-то нет. Я просто ощутил странное беспокоящее чувство. — И? — Что и? — Из-за него вы покинули гостиную? — Вы об этом. Ну да. А потом я просто прошёлся до Большого зала, а там всё как вы и сказали. — А как я сказал. Я ничего не говорил. — У-ух. Запахи, я могу чувствовать запахи, хотя в человеческой форме не так сильно. У Большого зала я ощутил два подозрительных запаха и они вели к выходу из замка. Ну, а потом вы знаете, что произошло. — Да, тогда я уже следовал за тобой… — Снова воцарилась тишина. — С чего вы решили, что не сможете учиться в следующем году? — Ни с чего. — Такие предположения обычно не выдвигают так просто. Вас что-то беспокоит? — Нет. — Опять секретничаете? — Профессор, могу я получить обратно учебник по Чарам, раз разговор окончен. — Спросил слизеринец через некоторое время. — Он ещё не окончен. — У меня нет желания это обсуждать. — Септимус поднялся и требовательно протянул руку. — Разве вы уже не изучили всю программу? — Изучил, но мне надо писать эссе. Поэтому верните, пожалуйста, учебник. — Ладно. Акцио учебник по Чарам. — Книга легла в ладонь декана Слизерина и он, помедлив, всё же протянул её Поттеру. Тот схватил и поспешил удалиться с ней в комнату. «И как мне с ним говорить, прикажете?» Спустя пару дней…       Занятия снова начались и школа вернулась к обычному распорядку. Всё ученики ходили на занятия, всё, кроме одного сидевшего безвылазно в апартаментах декана Слизерина. С началом занятий Северус стал покидать апартаменты и Септимус оставался под присмотром Тресси. Откровенно говоря ему было скучно только читать учебники и писать эссе, но покидать апартаменты без разрешения зельевара он не мог. Да тот наказал, что на улицу он будет выходить только под присмотром мужчины. Поттеру не нравилось это ограничение, но спорить он не мог, вернее в этом не было смысла, он мог только ужесточить рамки. Поэтому большинство свободного времени слизеринец использовал для улучшения навыков игры на скрипке. Но Флитвик был прав, когда сказал, что ему следует записаться на курс скрипки в магловской школе.       Септимус провёл смычком по струне и та издала жалобный стон. — Может передохнешь? Тресси сказала, что давно играешь. — Сказал Снейп, стоя в проёме. — Вы? — Поттер спрятал скрипку за спину и густо покраснел. — Давно вы наблюдаете? — Минут пятнадцать. И не надо так краснеть. У вас неплохо получается. — Не врите. Со стороны звучит, наверное, ужасно. — Как хотите, но я предлагаю сделать перерыв и перекусить, а после спускайтесь в лабораторию. — Это ещё зачем? — Подтянуть навыки в приготовлении зелий и, может, помочь мне. — Я? Помочь вам? Очень смешная шутка, профессор. — А это не шутка. Я серьёзен, мистер Поттер.       Юный волшебник недовольно просопел и, уложив скрипку обратно в футляр, поплёлся за старшим. Они перекусили и до ужина занимались приготовлением зелий.       Дни шли. Приближалась пора экзаменов. Зельевар приходил всё более уставшим и разгневанным. Сначала прекратились совместные обеды, а потом и ужины. Снейп ужинал либо в Большом зале, либо в лаборатории. Мальчик тоже стал реже попадаться на глаза. Так как все раны уже зажили и оставался только приём зелий, то зелья обычно стояли на кофейном столике, чтобы тот мог преспокойно их взять. Иногда Северус приносил их в комнату, но с приближением экзаменационной недели и это прекратилось. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что даже не знает чем именно занят его подопечный. Но он быстро отринул эту мимолётную мысль. «Мальчишка наполовину взрослый, может и, сам о себе позаботится».       В один из выходных его разбудил домовик. Тот прыгал как ненормальный и хватал за одеяло. — Хозяин Северус, проснитесь! Хозяин! А ну сейчас же проснитесь! — Уйди, Тресси. Не буду. Пошёл вон! — Эльф принял контрмеры и, подняв одеяло, облил декана Слизерина водой. — Чёрт! Чего тебе? Зачем ты разбудил меня? — Пробурчал недовольный Снейп, сдаваясь непоседе и резко вскакивая. — Хозяин, молодому хозяину плохо. — Что случилось? — Он заперся и не впускает. Я даже внутрь проникнуть не могу. — Ладно. Идём. — Зельевар взмахнул палочкой, собирая воду, и накинул на плечи зелёный халат.       Он вышел в гостиную и направился в комнату Септимуса. Дёрнув за ручку он обнаружил, что дверь заперта. Тогда он постучал. За дверью оставалось тихо. Мужчина недовольно выругался и постучал сильнее. Снова тишина. Домовик рядом переминал с ноги на ногу. Он трепал себя за хогвартскую одежду и очень нервничал. — Когда ты в последний раз его видел? Тресси? — Вчера. Утром принёс завтрак: глазунью, тосты с малиновым джемом и чашечку какао. Но забрал почти нетронутое, только чашка была пустой. В обед я принёс картофельное пюре, куриные отбивные, тыквенный сок и десерт. Дверь была закрыта и попасть внутрь я не смог. Я оставил поднос на том столике и постучал в дверь. Молодой хозяин иногда кушает в гостиной. — Он ел? — Нет, сэр, — очень тихо ответил домовик. — Только стакан из-под сока был пуст. — Сейчас ты приносил завтрак? — Поглядывая на часы, спросил Северус. Они показывали без пяти десять. — Да, молодой хозяин Септимус предпочитает завтракать в половине десятого. И после я забираю. Но… сегодня… — Эльф, чуть не заливаясь слезами, указал в направлении кофейного столика. Поднос стоял нетронутый. — Возможно он ещё не проснулся? Принеси мне кофе и газету. Подождём, может, выйдет. — Он присел в кресло и стал ждать.       В течение часа ничего не происходило. Дверь в комнату так и не открылась. Мужчина стал беспокоиться. Он поднялся, начал мерить комнату и с подозрением поглядывать на часы. Когда стрелки показали половину двенадцатого его терпение лопнуло. Он направился к двери и громко постучал. Всё было тихо. Ни звука. — Мистер Поттер, попрошу немедленно открыть дверь. — Он выждал минуту и не слыша отклика, начал всерьёз. — Поттер, чёртов мальчишка, открой дверь! Какого чёрта ты там творишь? — Выждав ещё, Северус достал палочку из кармана халата. — Моё терпение лопнуло. Готовьтесь. Бомбарда!       Заклинание отрикошетило от двери и вернулось в стрелявшего. Его толкнуло с такой силой, что он отлетел назад и едва не получил сотрясенье мозга. Едва если бы не домовик. Тот среагировал моментально. Он левитировал кресло и последний откинулся в нём. — Хозяин Северус, хозяин Северус вы целы? — Цел. А вот мальчишка сейчас не будет целым. — Он встал, подошёл к двери и стал махать палочкой. Ни одно из известных ему отпирающих заклинаний не срабатывало. — Да что ж это такое?       Вдруг раздался звон. Пронзительный и давящий по ушам звон. Мастер зелий заткнул уши и двинулся по направлению к звуку. Звук доносился откуда-то из книжного шкафа. — Что за игру он придумал? Я ему устрою шоу. Да где эта штуковина? — Он стал вытаскивать книги в надежде, что найдёт источник звука и удача улыбнулась ему. В глубине шкафа был дребезжащий будильник. Мужчина кое-как вытащил его и выбросил на пол. Звук прекратился вместе с поломкой будильника. — Кто чёрт возьми изобрёл эту штуку?! Надо же было произвести с таким идиотским звуком?! Потом куплю ему другой, нормальный. А этот только в помойку. Тресси, убери это, пожалуйста, с моих глаз. И поаккуратнее с ним, кто знает, что он ещё там может. — Да, хозяин Северус. Хозяин, Тресси слышала странный звук от двери. — Звук? Неужто дверь открылась наконец? — Гроза Подземелий быстрым шагом пересёк комнату и распахнул настежь дверь детской комнаты. Его взгляд упал на количество флакончиков и тело лежащее на полу. Он подошёл к телу и присел на корточки.       Мальчишка лежал неподвижно. Снейп дотронулся до бледного лица и с ужасом отдёрнул руку. Кожа была холодной как у мертвеца. Рука мальчика, которая что-то сжимала, раскрылась и по полу покатился пустой флакончик. Зельевар тут же перехватил его и осмотрел. В нос ударил такой сильный запах и знакомый запах. У последнего перехватило дыхание и склянка выпала из рук и разбилась вдребезги. Дрожащими руками он нашёл на шее вену, что отвечала за сердцебиение и, почувствовав слабые отголоски, выдохнул. И тут же собрался. Надо было действовать и незамедлительно. Он поднял крохотное тельце и понёс его в лабораторию. Теперь он вспомнил как два дня назад удивился по приходу в апартаменты: дверь в лабораторию была не заперта. Тогда он сослался на то, что утром недосмотрел и не запер как следует. Но теперь он был чётко уверен, что лабораторию закрыл, но видимо неплотно, а ребёнок воспользовался этим и открыл её, проник внутрь и взял то, что хотел. Если Северус был прав, то у него есть пара часов, чтобы изготовить нужное противоядие, прежде чем яд вступит в полную силу. Отнеся мальчика, он вернулся и ещё раз всё проверил, чтобы убедится, что тот принял всего один флакон. А ещё его интересовали флакончики на столе. Зайдя в комнату он ощутил странный запах, который не ощутил прежде. — Рвота? Его тошнило? Может, он принял что-то ещё? — Осмотрев внимательно флакончики, он в который раз выдохнул. — Только снотворное, которое я давал. Многие пустые, но почему он прекратил приём? Оно перестало иметь эффект? — Бегло оглядев постель, мужчина обнаружил странные почти незаметные пятна и едва ощущаемый запах пота. Ещё раз взглянув на флакончики, он подтвердил свои подозрения. — Кошмары. Но почему я ничего не слышал? Заглушающее.       Проведя диагностирующими чарами, он обнаружил два заклинания и оба были предназначены для заглушения звука. — Святой Мерлин. Следовало догадаться, что он наложит чары. Тресси. — Да, хозяин, — откликнулся домовёнок. — Поттер жаловался на кошмары тебе и просил что-нибудь передать мне? — Нет, сэр. Но молодой господин выглядел иногда очень бледно и с синяками под глазами. — Почему ты мне не сказал? — Простите, хозяин. Тресси обещал молодому хозяину Септимусу, что не скажет о состоянии хозяину Северусу. — Мерлин бы его подрал. Так сейчас не время выходить из себя. Тресси, впредь не давай подобных обещаний и всегда докладывай о том, что с мальчишкой не так. — Да, хозяин. — Ступай и не беспокой меня в ближайшие несколько часов.       Горло саднило. Живот болел, лёгкие горели огнём и стучала голова. Ребёнок попытался вдохнуть, но в результате вырвался стон боли. Где-то неподалёку раздались шаги. Губ коснулось что-то холодное. — Пей, — велел голос.       Септимус осторожно разжал пересохшие губы и в рот полилась горькая субстанция. Он закашлял, но ощутил как всё его состояние улучшается. Боль отступала, уступая место другим чувствам. Стекло отняли от губ и его сменило что-то другое. В полость рта брызнула вода, смывая остатки противного зелья. Поттер послушно выпил и раскрыл глаза и тут же закрыл. — Тихо. Открывай их медленно. — Он сделал так как сказали и его взгляд неспешно сфокусировался на черноволосом мужчине перед собой. — Как самочувствие? — Нормально. — Не ври. Не подоспей я вовремя всё бы закончилось куда хуже. Повторю вопрос: как ты себя чувствуешь? — Плохо. Вернее, немного лучше. Болит голова, горло. В животе как-то неприятно. — Ясно. Ты, может, и не голоден, но тебе следует немного поесть. Тресси, принеси бульон. — Слушаюсь, хозяин Северус. — Появился домовой эльф и исчез чтобы появится вновь, но уже с подносом. — Давай сюда. — Северус подошёл и, приняв поднос, поставил его на стол.       Затем он взмахнул палочкой и кресло, на котором полулежал-полусидел ребёнок, придвинулось к столу. Зельевар промыл руки, закатал рукав излюбленного сюртука, зачерпнул ложкой бульон и тихо подул на него, остужая. Поттер слегка приоткрыл рот и тот воспринял это как сигнал, что юный волшебник не будет сопротивляться и готов начать есть. Он аккуратно сунул в рот ложку, наблюдая за лицом подопечного. — Вкусно, — сказал Септимус после четвертой ложки.       Мастер зелий едва заметно кивнул и продолжил. Когда тарелка опустела, он откинулся на спинку стула, прикрывая уставшие глаза. — Тресси, принеси мне чашку кофе, — проговорил мужчина, не открывая глаз. — А можно мне чего-нибудь? — Хрипло произнёс мальчик. — Какао подойдёт? — Да. — Тресси, и какао, пожалуйста.       Домовик поклонился и исчез. Через пару минут он появился снова. Северус снова принял поднос и, держа чашку с горячим напитком, поднёс её ко рту слизеринца. Тот сделал глоток и завозился. — Можно я сам попью. — А ты сможешь держать чашку? — Спросил старший волшебник, с подозрением поглядывая на последнего, но всё же отдал кружку в протянутые руки. Всё ещё неуверенный в своём решении, он держал руку близко, чтобы если, что схватить за ручку и предотвратить пролитие горячего напитка. Но подопечный держал вверенное ему очень крепко и пил маленькими глоточками.       После того как мальчик уснул, Снейп забрал чашку из детских рук и, подняв его на руки, понёс к себе в комнату. Уложив его в свою кровать, он сходил в детскую за одеялом Септимуса и по возвращении укрыл им паршивца. Смерив температуру, он приготовил флакончик с жаропонижающим на непредвиденный случай, переоделся в пижаму и залез под своё одеяло.       Около трех ночи состояние Поттера ухудшилось. Зельевар опоил того жаропонижающим и, подхватив, унёс в лабораторию. До утра он варил зелья и сидел с больным. К семи слизеринцу стало лучше и он уснул спокойным сном. Черноволосый волшебник выдохнул и, накинув оповещающие чары, удалился в апартаменты, где переоделся в повседневную одежду и отправился с визитом к директору. — Северус, мальчик мой, доброе утро. Чем обязан? — Старый волшебник зорко оглядел гостя. — Что-то случилось? — Директор, я хотел бы отменить занятия на несколько дней. Поттер заболел. — Может за ним Поппи присмотрит? — Завидев странное покачивание, он спросил. — Это что-то необычное, поэтому ты не хочешь покидать его, я прав? — Это я виноват, директор. Мне следовало быть более осмотрительным с ним. Мальчишка, Поттер, принял дозу… — Мастер зелий замолчал, обдумывая слова. Он не был уверен стоило ли Дамблдору говорить о его оплошности. Альбус скрестил пальцы на руках, поглядывая на молодого волшебника. Он не торопил и ждал. Северус выдохнул и продолжил, повернувшись к окну, скрещивая руки и сжимая собственные предплечья. — Я не запер лабораторию и мальчишка проник туда и взял один из ядов. Вчера утром мне едва удалось проникнуть в его комнату, но было уже поздно. — На этих словах он так сильно сжал собственные предплечья, что директор невольно поднялся и подошёл к нему со спины, кладя руки на его плечи. — Он принял яд. Я приготовил противоядие и дал его ему, но у мальчишки проявились некоторые последствия. — Мой мальчик, всё хорошо. Тебе незачем винить себя. — Дамблдор обошёл Грозу подземелий и заглянул в тёмные туннели. — Сейчас тебе следует быть с ним. Ступай. Воспользуйся моим камином и иди. Я объявлю об отмене занятий. Когда Септимус поправится окончательно, ты вернёшься к своим прямым обязанностям и продолжишь вести уроки. Я и другие профессора заглянем к тебе чуть позже. И перестань себя корить. Если он действительно так сильно желал принять яд, то он даже закрытая лабораторию не остановила бы его. Мы должны поговорить с ним и понять было ли это спонтанное и же намеренное решение и убедится, что в ближайшем будущем этого не произойдёт. — Спасибо, Альбус. — Не благодари. Иди, мой мальчик. Я прибуду после завтрака. — Буду ждать. Апартаменты Северуса Снейпа. — Он кинул гость чёрного пороха и шагнул в камин.       Как обещал, Дамблдор пришёл после завтрака. Септимус уже пришёл в себя и медленно с помощью своего декана поглощал завтрак. Именно за этим их и застал старший волшебник. — Вижу, весело проводите время, господа. — Профессор Дамблдор, что вы здесь делаете? — Доброе утро, мой мальчик. Я обещал профессору Снейпу, что зайду тебя навестить. Как ты себя чувствуешь? — Нормально, — после очередной ложки манной каши ответил ребёнок. — Голова вроде бы прошла. Да и горло тоже болит уже меньше. Температура тоже упала. — Пояснил более подробно Северус, дуя на кашу и отправляя её в рот. — Хорошо. Значит, идёшь на поправку. — Да, сэр. — Профессор Снейп пока присмотрит за тобой. А я и другие учителя будет навещать тебя. — Присмотрит? Как это? — Я попросил у директора отгул из-за вашей выходки, мистер Поттер. — Зельевар отставил пустую тарелку и сделал глоток чёрного кофе. — Септимус, могу я задать тебе вопрос? — Дождавшись ответного кивка головы, седовласый волшебник продолжил. — Северус рассказал мне в чём дело. Так вот когда ты одалживал зелье, ты думал о последствиях? — Начинается… — Поттер! — Зарычал декан Слизерина. — Северус, успокойся. Септимус, я не прошу тебя думать о последствиях. Я и профессор хотим понять были ли твои действия спонтанными или ты намеренно выжидал подходящий момент. — Я не думал о последствиях. В четверг я увидел, что дверь в лабораторию открыта и проскользнул внутрь. До этого я уже был внутри, но она всё равно приманила меня. Я полчаса просто бродил, изучая всё подряд и вдруг увидел тот яд, который сначала взял просто посмотреть. А потом, потом… потом решил выпить. — Почему ты решил выпить? Тебя что-то беспокоило? — Кошмары. — Ответил за Поттера черноволосый волшебник. — Как вы… — Узнал? А разве перед началом рождественских каникул было не также? Заглушающие чары, мокрая постель и вы после отбоя в тёмном коридоре. — Мальчик непроизвольно поёрзал на попе и плотнее укутался в одеяло, опасаясь мужчины. Что-то подсказывало внутри, что даже присутствие директора не остановит того, если он надумает преподать его заду болезненный урок. — Господа, попрошу умерить пыл. Так, мы выяснили, что твои намерения были спонтанными и ты не планировал самоубийства. Это радует. Тем не менее мой мальчик, впредь постарайся так не поступать. Профессор очень беспокоился за тебя и не спал, судя по уставшим глазам. — Не беспокоился я за этого паршивца. Выдрать его как следует и дело с концом. И тем более я так и не понял почему, ты запер дверь и не ел несколько дней. И ещё этот будильник в шкафу. Как он там вообще оказался?! — Это правда, Септимус. Ты снова пропускал приёмы пищи? — Поттер виновато отвёл глаза. «Я не виноват, что когда вижу еду, то начинаю думать о нехорошем. Иногда она напоминает об ужасах в прошлом. И меня начинает просто тошнить от одного её вида. Если бы Снейп ел рядом со мной, то было бы не так тошно. И я бы постарался не думать о том. А будильник, это так шутка. Я и забыл о нём. Не стоит мне говорить об этом сейчас. Я не уверен, что Снейп понял бы тогда, так не факт, что он и сейчас поймёт её смысл. Я и сам не очень-то понимаю её смысл. Наверное, тогда мне хотелось обратить внимание, хотелось чтобы он побыл здесь, в апартаментах, а не в той душной лаборатории. Хотелось… Я не знаю чего хотел, на самом деле…» — Эм, Септимус, ты не носишь браслет для защиты сознания случайно? — Браслет… — Вдруг Поттер засуетился и стал что-то лихорадочно искать на руках. Не найдя то, что искал, он посмотрел на переглядывающихся взрослых и, осознав, что думал слишком громко, густо покраснел и опустил голову, боясь встретиться с осуждающими взглядами.       Пока ребёнок старательно прятал глаза, Дамблдор грозно смотрел на Мастера зелий. Всё встало на места и нетрудно было догадаться, что именно черноволосый волшебник был виноват в произошедшем. Нет, он был виноват не в том что оставил по ошибке лабораторию открытой, а в том что заставил мальчика чувствовать себя брошенным. Ответ почему он перестал питаться, был в том, что у Септимуса были какие-то внутренние страхи, но они отступали, стоило ему оказаться в компании человека. «— Северус, я направил мальчика в твои апартаменты, чтобы ты приглядывал за ним и заодно сблизился и установил связь. А ты, наоборот, отдалился от него. — Господин директор, в последние дни я много работал и мне физически не было до него дела. И он уже достаточно взрослый. Ему семнадцать в конце концов. — Или одиннадцать. Ты не думал, что со сменой тела изменится и его возраст? Он может и рассуждает как взрослый, но подсознательно ведёт себя как ребёнок».       Пока взрослые вели мысленный спор, Септимус встал и направился в туалет. Он умыл бледное лицо и всмотрелся в черты. Вдруг он побледнел ещё больше и попятился назад. Ноги не удержали хрупкий груз и подкосились. Ребёнок съехал по стене на пол. В тот момент Северус спохватился, что мальчишка пропал и вскочил оглядываясь. Заметив приоткрытую дверь в ванную, он быстрым шагом направился внутрь, но замер на пороге. Медленно присел на корточки и дотронулся до тёмных волос. Поттер не шелохнулся. Тогда тот позвал. — Мистер Поттер. — Декан Слизерина осторожно приподнял подбородок и убедился, что его подопечный без сознания.       Юный анимаг тяжело приходил в себя. Снова гудела голова. Но болела только она. Всё остальное прошло: горло перестало саднить, а желудок неприятно тянуть. Помимо головы было ещё и странное противное ощущение на спине. Открыв глаза, мальчик увидел зельевара. Тот стоял у котла и что-то помешивал. Мужчина по привычке тряхнул головой и заметил направленный на него взгляд. Отвлёкшись от котла, он подошёл к ребёнку. Мягко взлохматив волосы, он присел рядом и спросил: — Как ты себя чувствуешь? — Голова немного болит. А где профессор Дамблдор? — Ушёл. Уже давно. Ты проспал несколько часов. Сейчас дам обезболивающее. Глубоко же проник яд. — Простите. — Да уж прощу. Выдрать бы тебя по-хорошему, да только ты сам себя уже наказал. — Северус отвернулся, чтобы взять флакончик с обезболивающим и дать его больному, а после укутал паршивца. — Спи. Сейчас тебе требуется здоровый сон. — Он ещё раз взлохматил волосы и вернулся к зелью.       Септимусу ещё несколько раз было очень плохо, но после всё уладилось. Яд выветрился из тела и профессор зельеварения вернулся к обычному распорядку. Занятия вновь возобновились и слизеринец снова остался один в апартаментах. Но в этот раз вечерами они ужинали и иногда Северус захаживал к мальчику и спрашивал как дела.       Как-то раз он нашёл волшебные шахматы. И с того дня он порывался предложить ему поиграть в них, но так и не смог преодолеть странный барьер взаимопонимания. И шахматы так и продолжали лежать без дела, всякий раз напоминая и заставляя виновато отводить взгляд.       Однажды в выходной, в субботу он заглянул в комнату мальчишки. Постучав, Гроза Подземелий дёрнул за ручку и та поддалась. Он вошёл. Мальчишка лежал на кровати на животе, закрывшись учебником трансфигурации. — Вам что-то нужно, профессор? — Не отрываясь спросил он. — Просто решил вас проведать. Узнать чем заняты. И попросить вас выйти на пару минут. — Зачем? — Увидите. — Многозначительно произнёс Снейп и вышел.       Септимус, скрипя и недоумевая зачем опять он понадобился, поднялся. Но стоило ему выглянуть из комнаты, как он обомлел. На кожаном диванчике в гостиной сидела девушка. Ему не нужно было спрашивать у Северуса кто она. Он понял это по волнистым волосам разбросанным по плечам и её округлой спине. Её он узнал бы из тысячи. Ту, что поддерживала и верила ему всегда, даже когда единственный друг не верил. Его ноги подкосились, и он оперся на стену в своей комнате. Ему не хотелось встречаться с владелицей тех прекрасных волос, он боялся увидеть тот животный страх, что видел в день поджога в деревне. — Мистер Поттер. — Позвал бархатный голос. — Выходите.       Мужчина заподозрил что-то неладное и вернулся обратно в комнату. Заметив мальчика на полу, он присел рядом. — Мистер Поттер, что случилось? — Я не могу. Мне страшно. — Чего вы боитесь? — Она видела меня в ту ночь. Когда… когда я всех убил. Зачем она пришла сюда? Зачем она здесь? — Ради вас. Мисс Грейнджер пришла к вам, нет, к тебе. Иди, она тебя ждёт, глупый мальчишка.       Видя, что слизеринец не двигается, он взял всё в свои руки и с силой поднял того и потащил в гостиную. Толкнув его в кресло, зельевар наклонился к удивлённой и начинающей разъяряться девушке и шепнул пару слов. Она кивнула и её гнев в тот час угас. Пока Снейп ходил за кофе и какао для ребёнка, Гермиона села ближе и дотронулась до руки. — Гарри. Нет, Септимус, посмотри на меня. — Она мягко взглянула на друга. Их глаза встретились. — Профессор Дамблдор рассказал мне и Рону немного о том, что происходит. Но Рон, он… он… такой идиот. Он не захотел к тебе прийти. — Ты тоже не обязана была. — Тихо произнёс мальчик. — Не говори так! Почему ты не написал мне?! Я бы помогла тебе. Ты всегда пытаешься справиться со всем один, но почему бы иногда не попросить помощи у друзей. — Я не всегда пытаюсь справиться один. — Упрямец. Но я рада, что ты жив. Даже если ты теперь и такой, ты всё ещё мой друг. Септимус, если бы не ты мы бы все погибли в ту страшную ночь. — Погибли или нет, это никто не знает. Но такими бы пустячными ранами бы точно не отделались бы. Хотя вы, мисс Грейнджер, получили дозу сильного яда. — Мастер зелий принёс поднос и поставил на кофейный стол. — Это чудо, что мистер Поттер вас сумел спасти. — Спасибо тебе за это. — Гермиона обняла слизеринца. — Вот видишь ты опять всех спасаешь. — Это ерунда. — Отмахнулся Поттер. — Даже не знаю ерунда это или нет. — Проговорил задумчиво зельевар, делая глоток ароматного кофе. — Но то что это уже неизлечимый диагноз — это точно. — Эй! На себя бы сначала посмотрел. — Съязвил мальчишка. — Септимус! — Одёрнула его девушка. — Профессор, вы тоже. Не нужно ругаться. Как ты себя чувствуешь? Профессор Дамблдор сказал, что ты недавно отравился. — Он вам и об этом сказал? — Удивился Мастер зелий. — А не должен был? — В ответ спросила юная волшебница. — Вот же старый прохвост. Это секретная информация. — Вообще-то нет. Но её распространение нежелательно. — Заметил Септимус. — Ведь это опорочит имя профессора Снейпа. — Что? — В унисон спросили два более старших волшебника. — А что? Это же вы не закрыли лабораторию. — А ты, чёртов мальчишка, туда проник. Да ещё и взял один из самых сильных и дорогих моих ядов. Я едва вывел его из твоей крови. Будь благодарен. — Я-то благодарен. Да только вам необязательно было это делать. Яд могла бы… — Поттер прикусил язык. Он чуть не выдал часть информации про договор. Он не хотел пока посвящать девушку в его проблемы, она бы непременно начала бы волноваться, да и профессор наверняка захотел бы узнать поподробнее. Септимус хотел ещё всё обдумать и оттянуть этот неприятный разговор. То что он будет неприятным он не сомневался. — Яд могла бы что… — Гермиона хотела продолжить, но рука Мастера зелий легла на её плечо и легонько сжала. Девушка непонимающе посмотрела в ответ, но тот покачал головой. — Мисс Грейнджер, вы хотите что-нибудь ещё сказать мистеру Поттеру? — Юная волшебница хотела о многом поговорить со старым другом, но не хотела говорить при мужчине. И потому только покачала головой. — Хорошо. Раз так, то вам уже пора. Но вы можете зайти потом. И привести мистера Уизли. — Северус проводил девушку до дверей. — С радостью, профессор Снейп, но он… — Он что? — Он не хочет встречаться с ним. — Она кивнула на ничего не подозревавшего Септимуса. — После той ночи у него сложилось не очень хорошее мнение относительно произошедшего. Я думаю, он испугался, но делает вид, что презирает и ненавидит его всей душой. Он и меня отговаривал, чтобы я не смела сюда приходить. — Это понятно. И похвально с вашей стороны. Немногие девушки отважились прийти сюда после того ужаса, который видели. Ваш декан тоже была в небольшом шоке после того происшествия. — Да? Я даже не заметила этого. — Профессор Макгонагалл, как и я умеет скрывать свои чувства под маской неприступности, мисс Грейнджер. — Спасибо, профессор. На будущее учту. И спасибо за комплимент, профессор. И я не считаю, что Септимус сделал что-то настолько ужасное. Он защищал нас хоть и по-своему, да и тех людей всё равно бы ожидала более ужасная участь, когда бы их поймали. Так что, может, оно и к лучшему. Никогда не понимала зачем волшебников приговаривают к поцелую дементора, по-моему, это глупо, бессмысленно и в крайней степени жестоко. Они же потом словно живые мертвецы… Септимус, ещё увидимся. — Таковы традиции волшебного мира. Но здесь вы как никогда правы. — Гермиона изобразила некое подобие улыбки и вышла в коридор и Снейп закрыл за ней дверь. — Итак. Полагаю речь шла об этой Юки-Алисе. Вы хотели сказать, что яд могла бы нейтрализовать она? — Я ничего не хотел сказать. Спасибо, что вылечили, профессор. Я, пожалуй, пойду мне пора заниматься. — Поттер! — Слизеринец замер, чувствуя прожигающий спину взгляд. — Вы не сможете вечно отпираться и молчать. Когда-нибудь наступит день и вам придётся рассказать о договоре. И я надеюсь, что он наступит очень и очень скоро.