Чонгук в большом городе

1 часть. 8-9 лет Их детство не прошло легко, а проблемы не закончились бесследно. Маленький мальчик, расстроенный очередной семейной ссорой, бродил по городу под дождем. А точнее по странным дворовым закоулкам, в которых лишь немного страшно и совсем чуть-чуть жутко. С какой-то стороны мальчику это нравилось, но никак не гроза застигнувшая его так врасплох. Он решил было уже, что пора вернутся домой, но что-то заставило его остановиться. Наверное, внутреннее шестое чувство, которое у парня было еще какое. И он не ошибся - звуки издавали не животные и даже не дождь, маленький парнишка поджал ноги под себя и тихо всхлипывал. Он выглядел не просто напуганным, а действительно не видящим просвета, промокшим до костей и даже, вот-вот, готовым забыть, как дышать. Наш герой не мог пройти мимо. - Хэй, у тебя все в порядке? - немного грубо, но кто знает вдруг это какой-то бродяга. Но мальчик в ответ только громче заплакал, а после очередного раската грома и молнии вообще впал в истерику. Бедному доброму НамДжуну пришлось моментально обнять свою судьбу и спасти паренька, не зная, какие события ждут его из-за такого поступка. Но о них позже, а сейчас у нас есть два мальчика под холодной октябрьской грозой. - Меня зовут НамДжун, не бойся, ладно? - он протянул маленькую ладошку. Холодный дождь опалял их детские сердца где-то глубоко внутри, даря надежду на спасение. - Ю... - очередной всхлип, - Юнги. - Он таки пожал протянутую руку. - Да не волнуйся ты так, не сахарный же. - НамДжун счастливо смеется и треплет волосы все еще сидящего на полу мальчишки. Он помог ему подняться и, под всё тем же проливным дождем, который символизирует их отношения, потащил к себе домой ибо "родители должны помочь найти твой дом". - А может и сахарный, ну, и что с того? - паренек надул губы, но ладошку НамДжуна из своей не выпускал. - Шуга, - вот настоящая история его прозвища, - теперь тебя зовут Шуга. Оба смеялись по-детски искренне. Семья НамДжуна была бедной, но зато нереально доброй и отзывчивой, со своими проблемами, конечно, но все равно. Поэтому маленького Юнги сразу отправили принимать горячую ванну и накормили. А потом их уложили в одну постель, больше ведь места не было. Но, все еще эмоциональный и не замкнувшийся в себе Юнги, заплакал из-за, хоть и приятного, но чужого дома. Все вокруг было не знакомым и пугало его, Юнги старался держать себя в руках, но у него это очень плохо получалось. - Я не дам тебе поплакать этой ночью, - НамДжун опасно поднял руки. - Защекочу! - и накинулся на безобидного парня. С утра родителей Юнги быстро нашли, те оказались богатыми бизнесменами знаменитыми на весь район. Они были слегка злые, какие-то холодные. - Хэй, сахарный Шуга, не забывай меня, ладно? - ослепительная улыбка для такого же ослепительного мальчишки. Так и началась самая нежная, дождливая, иногда веющая октябрьской прохладой, искренняя любовь. ... Часть вторая. 11-12 На одиннадцатый день рождения родители подарили НамДжуну развод. И это не хило так стукнуло по детской психике, не видящей ничего дальше своих рук и веря в существование только хорошего. Парень впал в подобие странной депрессии, совершенно перестал есть и даже не плакал. Ему просто хотелось сдохнуть, но все, что он мог - закрывать двери, когда родители в очередной раз ругались. Крики были по поводу и без, но самое главное "с кем останется ребенок" и, честно, НамДжун не хотел оставаться ни с одним из них, он был готов сбежать к Юнги и жить с его холодными родителями. По окно пришелся удар камешком и Нам подбежал посмотреть, что там происходит. Прямо под домом стоял маленький Юнги в коричневом пальтишке и резиновых сапогах - совсем недавно прошел дождь и все улицы были в лужах. - Шуга! - Младший и правда, удивился, а еще улыбнулся впервые за все это время. - Юнги я, Юнги, придурок, - маленький ворчливый характер старшего уже начал проявляться, - спускайся! Нам быстро выходит из комнаты, одевает куртку и свои резиновые сапоги - не такие крутые, как у Юнги, конечно, но тоже ничего, - и вылетает из дома, как сумасшедший, ничего не сказав родителям. Луж больше, чем казалось из окна и они все время прыгают по ним, успев, не понятно как, к вечеру промокнуть даже в своих сапожках. Уже почти закат, но ничего не видно из-за туч, снова вот-вот начнется дождь. - Я не хочу идти домой. - Первые капли уже путались в волосах. - Они снова будут кричать. - Слушай, потерпи еще немного, потом все будет хорошо. - Дождь начинает попадать за шиворот. - Я же рядом. Им приходится бежать, чтобы не намокнуть, но дождь только усиливает и под домом они уже полностью мокрые, до последней ниточки. Дверь открывает мама Намджуна, она одна дома, отец куда-то уехал. - Господи, ты с Юнги был! - она крепко его обнимает, со слезами на глазах, а мальчишки удивленно ничего не понимают. - Я так волновалась. - Она поворачивается к Шуге. - Вы так промокли, переночуешь у нас, я позвоню родителям, хорошо? Парни крепко держатся за руки, с них и правда капает вода, но они счастливо улыбаются. Потому что дождь, определённо, их погода. Часть третья 14-15 НамДжуну исполнялось четырнадцать, но он уже чувствовал себя взрослым, может быть от того, что был единственным мужчиной в семье и действительно вел себя старше, чем надо. Сегодняшний день был каким-то особенным с самого утра, но никто не мог сказать почему. - У тебя же день рождения! Ты не можешь просто просидеть его дома... - Юнги определенно злил такой расклад вещей. НамДжун молчал, и Шуге непонятно что стукнуло в голову или ему просто надоело притворяться. - Ладно, но я останусь с тобой, сразу после того, как притащу торт! - и он мигом побежал в магазин. День они провели нереально весело с какими-то своими особенными приколами, разговорами и настоящим весельем, что очень нравилось маме НамДжуна. Вечер выдался нереально красивым - такой закат редко увидишь. И ровно в тот момент, когда младший прилип к окну, его неуверенно обняли теплыми руками, сплетая пальцы в замок. Он повернулся. В свете красного заката лицо Юнги казалось еще более романтичным и нереально родным. Они поцеловались. Это определённо был первый поцелуй для обоих, определённо лучший и определенно самый чувствительный из всех. Они никогда не целовали кого-то другого, даже в трудные для их отношений моменты, они не переставали быть верными друг другу. "Я люблю тебя" и по счастливой случайности на небо накатывают тучи, и начинает идти дождь. НамДжун тоже пробует слово "любовь" на вкус. Когда они почувствовали влечение друг к другу? Разве не в самый первый день? Будучи детьми, они еще не знали какая любовь "не правильная", а какую можно показывать обществу. Они предавали принципы родителей, но никак не свои - своих у них еще не было, поэтому они не боялись любить. По-детски, конечно, изначально, но зато насколько страстно потом. Просто эта любовь была в порядке вещей, даже если она нарушала этот же порядок для других. Им не надо было говорить "давай встречаться" или что-то похожее, они просто уже были вместе. Ночью НамДжун проснулся от странного шума, он думал, что снова идет дождь, но это были слезы Юнги. - Что случилось? - он моментально обнял его и крепче закутал в одеяло, прижимая к себе. - Родители уехали в Германию отдыхать и даже ничего мне не сказали. Я вообще не помню, когда видел их в последний раз. - Он всхлипнул и, как маленький котенок, свернулся в клубок. - Пожалуйста, верь только мне, пожалуйста, будь моим и я заменю тебе семью, хорошо? - Его пальцы аккуратно перебирали волосы Шуги. Тот не ответил ничего, проплакал половину ночи, но не в одиночестве, рядом с ним был близкий человек, который разделял его боль. Он верил, что это только их ночь. Самая тяжелая в жизни, потому что вместо успокаивающего дождя в голове отдавались слезы и всхлипывания Юнги. Часть четвертая. 16-17 Юнги почти не спал, когда сдавал экзамены и теперь это, кажется, вошло у него в привычку. Он все время сонный, вечно зевает и постоянно немного раздраженный. Но НамДжун определенно привыкнет, потому что такой Шуга напоминает ему дождливую погоду. Да и самому ему через год уже поступать, уф. Сейчас у них с мамой не самые лучшие времена, поэтому после школы он идет на подработку, потом видится с Юнги, обязательно, даже если у них не так много времени, и только после - домой. Сегодня день, когда должны прийти результаты и, похоже, что НамДжун волнуется намного больше, чем Шуга. Наконец-то, после тысячного обновление страницы, на сайте появляются результаты. Нам быстро выискивает родную фамилию, а потом и имя, в конце он подскакивает на месте, хватает старшего на руки и кружит, прижимая к себе. - Поступил! Поступил! - такое чувство, что свершилось второе пришествие. - Отпусти, окаянный. - Шуга зевает, но когда его действительно пытаются поставить на место, сильнее обвивает руки вокруг шеи младшего. Тот понимает знак и нежно целует, продолжая кружить парня в воздухе. Они стали видеться немного реже, работа Нама далеко от института или дома Юнги, они в разных местах, но милые смски никто не отменял. Черт возьми, если их в разных концах мира поселить, все равно найдут способ любить друг друга. Спустя столько времени и нелегких испытаний их ничего не сломает. НамДжун продолжает упорно учиться, чтобы потом поступить и быть под боком у своего парня, но все получается не так, как хотелось, хотя рядом они все равно оказываются. Одной прохладной ночью, когда Юнги корпел над уроками, под несмолкающую болтовню своего соседа по комнате, его прервал телефонный звонок. И пришлось бросать все на свете, сорваться с места и в домашней одежде нестись в больницу. НамДжун плакал. Впервые за все время, что его знал Юнги, он просто рыдал. Сидел на одиноком стуле в коридоре, рядом с операционной и рыдал. Юнги долго боялся подойти, обнять... Он боялся, что не сможет, как всегда делал НамДжун, быть сильным, когда у твоего любимого проблемы. Не плакать и сказать, что все будет хорошо, когда все, черт возьми, катится в бездну. У его матери диагностировали какую-то жуткую болезнь, но Юнги ни слова не понял в этих терминах и решил, что лучше промолчать. - Я бросаю школу, Юнги, - у парня сразу пошли мурашки, он не привык, чтобы этот мальчишка называл его по имени, - я не смогу учиться с тобой, прости. Из груди рвались сотни слов утешения, но в горле пересохло, и Юнги не мог ничего сказать. Ничего. Через месяц НамДжун устроился на полный рабочий день в кафе напротив института, и первой его фразой было: "Не было бы счастья, да несчастье помогло".