Кодекс дракона

Я повесила на стенку фотографии. Класс, все в таком шоке, что рты открыли. Три десятка девичьих личиков и три рыла похотливых самцов. Только Иссей не шибко удивлён. А теперь – главное. Махоу-махоу-кон, фестиваль косплея девочек-волшебниц и иже с ними. Костюм Соночка примеряла тут же, она раскраснелась и чуть ли не плакала. Я обернулась. – Это… – моя любовь стояла, прикрываясь руками, – слишком откровенное… – Ерунда, – я подбежала и убрала её руки, – ты… ты… прекраснейшая! Розовое платьице Соны не было прозрачным только на груди и бёдрах, всё остальное платье просвечивало, показывая тело. И надо признаться, я заводилась от этого зрелища – грудь Соночки была не просто хорошей, она была моим идеалом. Тонкая талия, длинные ноги, плоский животик и стройный стан, я незаметно для себя начала поглаживать Сону по животику и попке, отчего та покраснела, но не выворачивалась. – Ой. Машинально вышло, – я убрала руки, – извини, ты… я хочу тебя! Сона покраснела ещё гуще и уставилась в пол, но перед ней, спереди-снизу, стояла я, поэтому мы встретились взглядами. Я обняла Соночку и прижалась к груди: – ты супер-сексуальна. – Юки-тян, т… так нельзя, я же девочка, мы д…девочки, т… ты? – она начала заикаться, когда я возобновила поглаживания её тела. – А мне нравятся девочки. А не похотливые самцы, которые только и способны, что думать о том, как засунуть свой член в нежное девичье тельце, – я притворно всхлипнула, – только девочка может понять девочку, только хардкор. Сона раскраснелась ещё сильнее, и теперь напоминала спелый помидорчик. Я улыбнулась. Кстати, на мне было голубое платье, такое же откровенное, как у Соны. Но в отличии от Соны, моё тело было мускулистым, не слишком, но кубики пресса, бицепсы, всё это слегка, только слегка выделялось. Вместо привычного эталона женской красоты – округлостей, плавных линий, и так далее и тому подобное. Маму я ещё не познакомила с Соночкой, как и всех остальных. Мы пришли домой вдвоём, а потом уже вернулись все остальные – но они, остальные, не знали, что я не одна. Сона смущалась. Она очень, ОЧЕНЬ смущалась своего вида – ещё бы, только две непрозрачные полоски скрывали грудь и трусики-бикини. Я улыбнулась. В Силе я чувствовала брата, который сидел внизу, маму на кухне, маленького братика, который играл с отцом, там же, где и Иссей. Семья готовилась к обеду. Сегодня выходной. Сона смотрела на дверь со страхом. – Ты должна уметь быть собой, без этих внешних факторов, – хмыкнула я, – знаешь, король и голый – король. Читала сказки? – улыбнулась я, видя, как дёрнулась Сона. Ах, да, она же у нас фигура король в своей партии… – Да, но… это уж слишком, я сегодня отчитывала Иссея, а как он отнесётся, если я выйду в наряде девочки-волшебницы? – Просто скажи ему, что его постигнет гнев всех девочек-волшебниц, если он не исправится, – отмахнулась я, – он знает, что это за кара. Я его вообще очень люблю бить, у меня стойкое ощущение, что он деградировал до состояния животного, которое может только подчиняться своим низменным инстинктам… впрочем, все мужики такие. Ну, почти все, – поправилась я, – пошли. Ты же моя возлюбленная, надо познакомить тебя с родителями. Сона глубоко вздохнула и нервно выдохнула, пытаясь унять дрожь. Сегодня только она была холодной и неприступной бизнес-леди и… бабах. Девочка-волшебница. А ещё и извращенка, плюс надо познакомиться с родителями своей девушки-лоли, это вообще тушите свет. Для демоницы это было очень серьёзно, да и к тому же – очень не соответствовало тому, что в аду принято считать нормой поведения. Поэтому Сона Ситри боялась, нервничала, у неё кружилась голова и было впечатление, что она находится в каком-то бредовом сне, разум слегка плыл, чего уж греха таить. Но она стойко и мужественно следовала своему слову и пошла следом за мной. Я открыла дверь и взяв Соночку за руку, вывела её из своей комнаты, мы пошли вниз, спустившись по лестнице, вызвали шок у семьи. Чувства брата можно охарактеризовать так – его нет. Он выпал из реальности, открывая рот как рыба, выброшенная на берег и распахнув глаза так, что перестал быть похожим на японца. Впрочем, отец с маленьким братиком вели себя иначе – маленький Юджи подбежал к нам: – Девочки-волшебницы! – он бросился к нам и обнял обоих, меня за талию, а Сону за ногу, – ня! Сона опустила взгляд и умилилась братику. Он выглядел ужас как непосредственно. – Ня, ня, – я отстранилась и потрепала его по голове, – а теперь махо-сёдзё хотят поговорить с мамой и папой. – Хорошо, – братик отскочил от нас. Он был очень умным для своего возраста. Не уверен, что он помнит свою прошлую жизнь в девичьем теле, однако, ментально он взрослел быстрее сверстников. Соночка вернула себе самообладание, смотря на совершенно дикое лицо Иссея. Заметив похоть в его чувствах, я ударила его своим магическим жезлом по голове: – Хватит глазеть на Соночку, тупой извращенец. – Бака, – он схватился за голову, а я представила всем: – мам, пап, это Сона Ситри, моя девушка, – я обняла её за талию, – Сона, это мама, папа, маленький братик и этот, – я махнула рукой в сторону Иссея. Сона изобразила классический поклон: – Приятно познакомиться. Позаботьтесь обо мне. – Какая милая, – мама прикрыла рот ладошкой, – значит вы теперь пара, как интересно… – она улыбнулась шире, глядя, с какой любовью я прижимаюсь к Соночке. Далее последовал обед. Мама выгнала из кухни Иссея, который вообще окончательно потерял берега и начал глазеть на Мою Сону, а его место заняла наша гостья. Мама и папа набросились на неё с расспросами, но она стойко ответила на все. Родители были счастливы, я тоже, Сона в такой атмосфере не могла быть несчастна. И папа отвёз нас в Токио, на фестиваль девочек-волшебниц. Мы вылезли из машины. Я, как парень, подал руку Соночке, после чего батя укатил. Он взял «отгул» по причине фестиваля, но обязался только отвезти и забрать нас, но пока мы тут – он сам будет тусить. Чёрт его знает, чем займётся… Тут было людно. На улице перед зданием было много девочек-волшебниц, но надо признать, что в большинстве своём они выглядели наигранно, как косплейщицы. А вот мы с соночкой – как настоящие девочки-волшебницы. Привлекли внимание, Сона подняла нос и взявшись за руки, мы гордо прошли вперёд, зайдя внутрь… * * * * * * * * Фестиваль был огромным. Тут было очень много всего – продажа аниме и манги, костюмов, барахолка, аукцион с ретро-лотами, дискотека, бар, встреча авторов аниме и манги с фанатками, конкурсы волшебных девочек, много чего ещё. И Соночка перестала чувствовать себя неуютно – она была прекрасна, особенно на фоне не слишком удачного косплея. Мы ходили, взявшись за руки. – Пошли туда! – она заметила магазинчик волшебных посохов… Оттуда мы вышли с посохами. Пустотелые алюминиевые посохи метровой длинны, отделанные снаружи блестящей краской и бархатом, с навершиями в виде сердечек. Сона мило улыбалась и поглаживала своё волшебное орудие, после чего уже пошли по моей наводке… Что ж, пришло время для использования Силы – для развлечения! * * * * – Кьяяя! Каваааай! – послышались девичьи визги. Многоголосые визги. Две девочки шли, обнявшись и посылая другим воздушные поцелуи. Толпа быстро их заметила и они им понравились – от них словно бы веяло волшебством и счастьем. Девочки умилялись и не стеснялись в выражении своего умиления. – Дайте автограф! – потребовала первая и понеслось. С девочками фотографировались, у них брали автографы… прогулявшись по всему фестивалю они быстро стали звёздами первой величины. Девочки могли умилиться до невменяемого состояния от одного только воздушного поцелуя. Сона почувствовала себя уверенно, тем временем Юки отскочила в сторону подиума и воздела посох над головой. – Да прибудет с вами магия девочек-волшебниц! – воскликнула девочка, – ня! – Кавааааай! – отозвалась толпа из полутора сотен косплеерш от пяти до тридцати лет, – кааа-вааа-ййй! Юки послала всем воздушный поцелуй и мило порозовела, а толпа неистовствовала. Спуститься ей было сложно. Юки спустилась и под шокированными взглядами публики бросилась на грудь к Соне и поцеловала её в губы. Толпа взорвалась умилением и смущением, словно бы не существует ничего прекраснее, чем целующиеся девочки-волшебницы. Сона удивлённо распахнула глаза, но Юки тут же углубила поцелуй, обняв свою зазнобу за талию. Минуту они целовались, после чего Юки оторвалась и заметила, что некоторые девочки не сдержались и тоже начали целоваться, причём, вряд ли они вообще заботились о том, с кем целуются. Такое было для стеснительной Японии просто разрывом шаблона и шатанием устоев и воспитания. Зашедшие к ним другие девочки просто впадали в шок, что здесь творится. Магия любви. Юки увела Соночку прочь, оставив зону целующихся девочек-волшебниц. Скоро должен был начаться концерт. На сцену, на которую ранее запрыгнула Юки, вышла девочка – Стоять! – послышался её голос, – кто ты, прекрасная незнакомка? Всё стихло. На сцене была Леви-тян, известная на всю Японию девочка-волшебница. Поп-идол, кумир сотен тысяч девочек и мальчиков. Юки затормозила и обернулась, Сона задрожала. – Я Юки-Тян, а это Соночка! – гордо сказала Юки. Сона встретилась взглядом с Леви и обе остолбенели от удивления. У Леви-тян из рук выпал микрофон и она только поражённо уставилась на свою сестру, которая всегда так плохо понимала смысл бытия девочкой-волшебницей… Сона переборола шок и мило улыбнулась: – Привет, Леви-тян! – она улыбнулась. Толпа, разогретая, закричала: «каваааай», Леви-тян бросилась к сестре: – Соночка! – Юки отступила на шаг, заметив поразительную схожесть Соны и Леви. Сона обняла Леви, а Леви расплакалась: – я знала! Я всегда знала, что моя сестричка это настаящая махо-сёдзё! – Леви рыдала от счастья, – а ты… ты… –она посмотрела на Юки. Но Юки, поняв что к чему, обняла Соночку за талию и коварно улыбнулась, приблизив своё лицо к лицу Леви: – А я её девушка. Меня зовут Юки. Мы с Соночкой так любим друг друга… – Юки мило улыбнулась и уткнулась головой в грудь Соны, выше она не доставала. Леви поражённо отступила и глаза её начали увеличиваться, как ранее у Иссея. – Д… девушка, – у Леви-тян дёрнулся глаз, – л… лю… любите? – она порозовела, – м… моя… с… Соночка? – Моя! – нагло заявила Юки, – моя Соночка, только моя! Не отдам, – Юки стиснула Сону в объятьях. Леви-тян отступила на шаг назад и поражённо прикрыла рот рукой, когда Сона мило улыбнулась и обняла в ответ Юки. Впрочем, толпа, бывшая свидетелем этой семейной сцены, неистовствовала. Юки улыбнулась и подскочила к Леви-тян: – А ты тоже милаха! – Юки чмокнула Леви-тян в щёку, – такая милашка! Но Соночку я всё-таки люблю больше. Соночка? – Юки отвернулась к ней, – ты не говорила, что у тебя есть махо-сёдзё-сестра! **** Никто, кто в этот день решил прийти на фестиваль, не пожалел. Фестиваль преподнёс феерические страсти в виде сестры всем известной Леви-тян, которая не менее милая, чем Леви-тян, да ещё и имеет махо-девушку. Эта новость стала топ-темой анимешной тусовки Японии, а уж в среде девочек-волшебниц – и вовсе эпохальным событием. Целовавшиеся тогда в зале девочки-волшебницы тоже стали темой для обсуждения. Такой информационный ураган и скандал, многие засняли на телефоны то, что происходило и на следующий день, в понедельник… Но обо всём по порядку. * * * В школу я пришла в приподнятом настроении. Прямо таки пританцовывала, отчего слишком короткая юбочка открывала вид на кружевные трусики-танго и подтянутую мускулистую попку. Да, ввиду тренировок эта часть тела у меня одна из самых привлекательных. Девочки краснели, а встреченные по дороге в школу Матсуда и Мотохама начали обливаться слюнями. Щёлкнув их по носам я побежала дальше. Девочки, а школа была более женской, чем мужской, шептались по углам: «гляди, она», «это же Юки-тян», «она самая» «да ты что, неужели это она?». Я в прекрасном расположении духа зашла в класс и подмигнула уставившейся на меня толпе: – Ну что, девочки? – Это правда, что ты встречаешься с президентом студсовета? – ко мне тут же подскочила девочка «извращённые очки», та самая, смелая. – Завидуй молча, – я щёлкнула её по носу и села за свою парту… Первый урок пролетел очень быстро. Второй, третий… после четвёртого меня в коридоре ждала девушка. – Юки-сан? – она поправила очки, – вас вызывают в студсовет. – Фи, как грубо, – я хмыкнула, – веди, Сусанин. Она поджала губы, но всё-таки пошла впереди. В кабинете студсовета… на меня уставились все. Пристально и любопытно. Все, кроме Соны, которая была в своём старом амплуа бизнес-леди. Ан, нет, улыбнулась: – Юки-тян, проходи, присаживайся… – Привет, Сона, – я села на диван, – как после вчерашнего? – Об этом я хотела поговорить, – Сона вздохнула, – моя репутация… – Судя по тому, что я слышала – теперь ты школьный идол номер один. Тебя любят и тобой восхищаются все, а не только я одна. Сона уставилась на меня: – Да, – Сона сбилась с мысли, – то есть нет, это тут не при чём. Я бы хотела спросить, что ты знаешь о Библии? Ты веришь в… – Насколько я знаю, он сдох во время последней войны, – я улыбнулась мило-мило. – Что? О ком ты? В кабинете повисла немая пауза. Ситри-сан, её подчинённая, девушка в очках, сидела молча и не отсвечивала. Я забралась на диван и смотрела на них по очереди. – О том, кого называли богом. Ситри поджала губы. Её подчинённые, Тсубаки и Рея, только вздохнули: – И как много тебе о нас известно? – Спросила девочка с каштановыми волосами. Рея. – О вас? Честно говоря, не так уж и много. Меня это мало интересует. – Тебе известно, что мы демоны? – Ну да, надо быть слепой, чтобы не заметить. – И… тебя это не пугает? – с сомнением спросила Сона, затаив дыхание. – Что именно? Демоны? – я похлопала глазками, знаю, это любят, – нет, пугалка ещё не выросла. А если серьёзно – мне как-то наплевать. – Я… – Сона растерялась, – я бы хотела тебе предложить… ну… – она порозовела и посмотрела в стол. – Сона-семпай хотела бы тебе предложить стать одной из нас, – сказала вместо президента Тсубаки, поправив очки, – как ты на это смотришь? – Никак, – хмыкнула я, – не вижу в этом смысла. – Что? – Рея приподнялась, – Юки-сан, стать демоном – значит стать намного сильнее… – Да ну? – я удивлённо распахнула глаза, – а нафига оно мне. – И жить намного дольше, – добавила Тсубаки. – Да я походу и так бессмертна, – пожала я плечами, – дальше. – И… – Рея растерялась. – И возможно ты сможешь стать равной высшим демонам… – Да ну? – я выразительно выгнула бровь а-ля-Снейп, – Соночка, ты меня разочаровываешь… – я поднялась и подойдя, села ей на коленки, обняв, – мне и так хорошо. – И мне будет спокойнее, – Сона погладила меня по волосам. Я прижалась к её груди: – Мммм, как приятно…. Она продолжала гладить мои волосы, а я обняла её: – А моего глупого брата тогда давай сплавим Риас. – Что? – Сона перестала гладить. Я подняла голову: – Ну он вроде владеет священным механизмом. Красным императором драконов, Драйгом. Усиливающий механизм. Конечно, дурню достался, но мне надо сейчас не стать демоном, а сделать им своего братика. И главное – чтобы он не узнал, что я это всё провернула, иначе обидится… – Кхм… В кабинете повисла немая пауза. Я погладила грудь Соны, после чего потянувшись, поцеловала её в щёчку и сказала: – Братик лютый извращенец и просто говоря, дебил. Дегенерат. Вот я и подумала – раз Риас-чан ищет себе слуг, а братик – девочек с большими сиськами, Риас и Акено ему подойдут. Только нужно не сделать его мальчиком на побегушках, а устроить ему гаремчик или хотя бы план-минимум – чтобы он потерял девственность и в кои то веки перестал вести себя как тупое похотливое животное. Как ты на это смотришь? – Эм… – Сона посмотрела на моё невинное и почти детское личико, – ты. Хочешь. Сделать. Брату. Гарем? – удивление так и прёт. – Ну да. Если между нами – ему достаточно пообещать дать потрогать сиси и он готов душу дьяволу продать. Я же говорю, дегенерат. Мозги куриные, – я положила руки на свою грудь, сделав обиженное лицо, – любит вымя, как у коров, вроде Гремори. Все похотливые животные одинаковые. На коленках у Соны было так приятно. – Кстати, Соночка, твоё тело, по-моему, совершенно, – я положила руку на её грудь и слегка помассировала, заставив Сону залиться румянцем. Однако, обнимать меня она не перестала. – Ксо… какие сложности, – она вздохнула, – то есть ты отказываешься? –Не знаю. Дай сюда эти ваши фигуры, я хочу на них посмотреть… Через тридцать секунд я уже изучала, сидя на коленах Соночки, творение сумрачного адского гения. Итак, фигура зла. Очень интересный артефакт – состоит она из магии, то есть псевдоматериальна. Посему и «впитывается» в тело, становясь частью души. Эдакий апгрейд. Она открывает для человеческой души шлюз магического характера. Очень интересно, очень-очень… Структура такова, что фигура, по сути, является универсальным устройством для превращения человека в демона\ангела\мага. Форсюзером с её помощью, конечно же, не стать – магия это только энергия, а сила – душа вселенной. Энергия магии может впитываться в тело, сила есть во всём живом. Ну, почти во всём, существа без силы встречались в галактике. Но это редкость. Магия по сути вливается через шлюз, дырочку, которую пробивает фигура, и заполняет тело смертного, становясь его частью. Магия меняет его тело под себя. Очень-очень любопытная штука, между прочим. – Как интересно… – я взяла в руки пешку и села на диван в медитацию. Соночка посмотрела на мои трусики, почти прозрачные, и залилась краской, остальные девочки тоже. Ну, блин, шайтан побери эти короткие юбки! Хотя пусть смотрят, мне стесняться нечего, внизу, между нами говоря, я миленькая девочка, а не похотливая баба. – Что интересно? Я погружалась в медитацию, но тем не менее, не теряла связь с реальностью: – Из всех фигур самая интересная – это пешка. – Прости? – Сона не поняла, к чему я клоню, – откуда ты это знаешь? Вельзевул, создатель частиц зла, говорил так же, но… пешка же самая слабая фигура? – Бака, – я улыбнулась, – фигура это модификатор. Шлюз, который позволяет смертному телу черпать энергию магии. Но сырая магия – это ещё не всё. Внутри каждой из этих фигур закрыта программа, управляющий алгоритм, который управляет втекающей магией. Программа при перерождении, вроде так вы это называете, модифицирует тело по заданному алгоритму и управляет магией для переделки тела смертного по этому алгоритму. Внутри пешки содержатся все алгоритмы кроме короля. При перерождении в пешку действуют все модификаторы, то есть смертный перерождается и как ладья, и как конь, и как слон, и как ферзь. Вот только модификаторы взаимоподавляются. Ладья и слон подавляются ферзём и конём, остаётся только один модификатор – частица коня. Пешка – это как белый свет, который является всеми цветами радуги, объединёнными воедино. Кхм… интересно… – я углубилась Силой в этот конструкт, – его создал гений, блин. Шлюзовые механизмы великолепны! Одна пешка выкачивает больше энергии, чем все фигуры вместе взятые, кроме других пешек, конечно же. Кхм. Многоликая фигура, способная становиться любой другой. Джокер. Механизмы перерождения тоже неплохо продуманы, неплохо, но… я своё тело модифицировала на порядок лучше, чем алгоритм внутри этих фигур. Они затрагивают только энергетическую сущность… Я открыла глаза и посмотрела на… офигевание. Ну да, маленькая лоли сидит и заявляет, что сходу разобралась, как действуют частицы зла… щёлк. Фотоаппарат, который я держала силой, щёлкнул несколько раз эти шокированные лица и я мило улыбнулась: – Соночка, мне эта фигура нужна… ну, примерно как костыли спринтеру. Я на порядок более совершенна, чем любое существо, перерождённое такими фигурами. Хотя, отдаю должное, тот, кто это придумал – гений. Сона уронила челюсть, так и не подобрала. – Н…но… А, блин, чего же я хочу? Стоять в сторонке и смотреть? Тогда я не смогу стебать братика и его сисько-монстров. Быть рядом с Соночкой тоже не смогу. Но тогда придётся… Кхм. Это сложный вопрос. Моя душа просто не примет этот модификатор, он слишком примитивен. Однако, у меня нет доступа к магии. Только к силе. И поэтому мне нужны внешние шлюзы для получения магической энергии. – Соночка, можно я возьму у тебя пешечку? – Б…бери, – пробормотала Сона, – хотя стой, я же не могу просто так её отдать. Так ты станешь моей фигурой? – Соночка, ты иногда такая бака, – я надула щёчки, – чем ты слушала. Мне не нужны эти примитивные алгоритмы, я могу модифицировать себя на порядок лучше и без них. И индивидуально, а не по заданной программе. У меня есть встречное предложение. В кабинете повисла тишина. Сона задумалась, а я наконец-то встала. Как-то неприятно, когда девочки смотрят на мои трусики, особенно если они, трусики, почти прозрачные и даже чуть-чуть дают рассмотреть мою маленькую. Соночка загрузилась, а я обратилась к её фигурам: – Моё предложение звучит следующим образом. Я сделаю вас сильнее и даже немного потренирую. И Соночка получит намного более сильную команду. А я хочу уйти к Риас-тян. – Что? Риас? – Да. Видишь ли, Рея-тян, приглашать к вам это тупое похотливое животное, которым является мой старший братик, я не хочу, – я мило улыбнулась и пригладила юбку руками, – его я хочу засунуть к Риас-тян, так как там много кандидатур ему в жёны, а мне хотелось бы развлечься. Это вообще единственное, чего я хочу. Плевать на силу, власть, богатства или карьеру демона. Я хочу жить для себя. Понимаю, наши цели и ценности различаются. Вам нужна сила, чтобы защитить себя и свои идеалы – так и быть, я поработаю с вами. Если вы согласитесь на тренировки под моим руководством. Это будет непросто и нелегко. И самое главное - в студсовете девочка-волшебница уже есть, а у Гремори-чан нет. Пока нет. Соночка, можно у тебя взять одну пешечку? – А? Да, я думаю, могу подарить тебе свою фигуру. А… Я улыбнулась и начала модификации той пешки, которую изучала. Итак, во-первых – усиливаем и увеличиваем шлюз. Во-вторых – модификации убираем, меняем алгоритм. Связь король-пешка убираем, меняем механизм воздействия. Теперь магия будет контролироваться лучше, но никаких физических изменений пешка не должна принести. Ах, да, ещё не забываем, что я джедай, а не ситх. Меняем энергию на серую, прикручиваем в пешку ментальный канал управления и тумблер управления шлюзом Свет\Тьма. Вот, теперь всё. – Что ты делаешь? – вскочила Сона. Пешка в моих руках засветилась, потом начала менять форму, потом вернулась в норму. – Изменяю этот механизм под себя. Убираю то, что мне от неё не нужно и добавляю то, что нужно… и усилила её энергию до уровня пяти ферзей, примерно. – Я приложила пешку к декольте. Пошло внедрение. Мысленно даю команду. Пошли модернизации, сырая магическая энергия наполнила меня. Так, стоп, удерживаем ментал от воздействия чистого света, он губителен и может вызвать неприятные последствия. А вот крылышки я оставила. Правда, теперь я ангелочек! Самый настоящий. Ситри, как и весь её студсовет, уставились на мои белоснежные крылья. Кхм. Да, цвет и структура зависят от используемой энергии. Я сейчас вполне себе ангел, по классификации этого мира. Сона вышла из-за стола: – Но… как? – она погладила моё левое крыло, – удивительно… – Обыкновенно, – я самодовольно хмыкнула, – правда, я так и не умирала, так что осталась человеком. Который может использовать модификатор структуры и становиться как демоном, так и ангелом, – я спрятала эти крылья, перещёлкнула тумблер и когда энергия света была вытеснена энергией тьмы, раскрыла чёрные демонические крылья. Они состояли из псевдоматерии, – на них что, реально можно летать? – Угум, – Сона поглаживала крылья. – Тогда погнали, полетаем, Соночка! Только корове ничего не говорите, хорошо? – Ко… – Гремори, – уточнила я. – Соночка кивнула. Ня, вот я и вступила во фракцию «библейские персонажи». Дальше дело за малым – устроить Иссею траходром и… кхм. А что если соблазнить Конеко-тян? Она такая миленькая киска, так и хочется погладить… – судя по всему, увидев предвкушающую улыбку на моём лице, остальные сглотнули…