5.Сломленный Альфа
20 мая 2016 г., 16:34
Примечания:
Предупреждение: психологически тяжёлая глава.
"И сказал Бог - бойтесь слёз обиженных Вами. Ибо они воззовут ко Мне с мольбами о помощи, и Я помогу..."
Раскалённое солнце плавило воздух. Нагретый песок припекал босые ноги, колол так, что жар разносился по всему телу. Волны жадно набегали на тонкую полосу безлюдного пляжа, будто желая заглотить как можно больше горячей суши. Время утекало незаметно. Лето наполняло тела зноем, обездвиживало их. Даже неугомонные дети Барнса с одиннадцати часов утра и до пяти вечера пребывали в ленивой полудрёме, находя себе пристанище в прохладном доме или под раскидистыми ветвями многолетних кипарисов, что дарили благодатную тень. И щенок, которого Ро и Ру назвали Локи, также старался найти себе место попрохладнее, да поменьше двигаться. Дарнелл как раз недавно рассказывал им о богах скандинавского пантеона. Увидев своего нового питомца, дети завизжали от восторга. Пламенный окрас малыша напомнил им истории о рыжем брате бога по имени Тор. Арно даже не заикался им об этом имени. Он задержался дольше, чем на неделю. Вечерами подолгу сидел у моря, держа на коленях младших близнецов или Шер, и находил успокоение в созерцании спокойной морской стихии. По ночам он не давал Дарнеллу ни минуты покоя. Омега даже прекратил работу над книгой на это время. Сильная энергия альфы буквально поглощала его. За всю его жизнь не было такого момента, чтобы он так упивался другим человеком. Это было нечто новое, странное, пугающее – до абсурда. Независимый Барнс чувствовал себя странно. С одной стороны – альфа действительно стал опорой, неисчерпаемым источником сил; Арно дарил ему уверенность, заставлял забыть обо всём, сводил мир к вакууму – постепенно отдаляя отца шести детей от семьи. Если раньше Дар никогда не отделял себя от детей и находил некоторое успокоение своей изломанной души именно в них, то теперь в его жизнь втиснулся ещё один цельный мир. Мир альфы и омеги. Мир начала и конца, закольцованного и полностью автономного. Барнс даже испытывал чувство вины: он будто корил себя за то, что принимает чужую силу и власть, но перечить Арно ему не приходило в голову. Мысли обо всём этом пролетали будто по орбите его существа, он с трудом вычленял причины собственного беспокойства, что появлялось неожиданно, на пару секунд, и также – растворялось. Он наблюдал за альфой и понимал, что ни черта он на самом деле не понимает. За двадцать восемь лет парень не сталкивался со столь непонятным явлением, как добровольное принятие чьей-то власти. Но так произошло. Иногда он вспоминал странные слова, которые слышал /или ему казалось?/ во время своих страшных видений. «Воззовет ко Мне, и услышу его; с ним Я в скорби; избавлю его и прославлю его, долготою дней насыщу его, и явлю ему спасение Моё». – голосом Арно. Писатель смотрел на альфу и с трудом узнавал того человека, с кем лично познакомился лишь полтора года назад. Но чувствовал его внутренний стальной стержень в каждом плавном жесте, в каждом внимательном взгляде, в обращении с детьми, в глубоком тембре. Сейчас Дар стоял на широких каменных ступенях виллы и наблюдал за тем, как Арно увлечённо что-то рассказывает младшим двухлетним близнецам, сидя с ними на остывающем песке. Винс и Тео слушали его с открытым ртом, ловили каждое слово. Лёгкий ветер едва трепал светлые блестящие волосы альфы, которые теперь - на фоне тронутого загаром лица, особенно ярко светились своим неестественно белым цветом. Он разговаривал с малышами, как со взрослыми, со всей серьёзностью, и они отвечали ему безоговорочным доверием. - Дар, я думаю, им уже прохладно,- обратился он к омеге, подхватывая трепыхавшихся, игриво визжащих близнецов поперёк животов и утаскивая их к дому.- Держи, я пойду, смою соль. - Пошли, спиногрызы. Пить молоко и спать,- принимая малышей, откликнулся писатель. - Сегодня рано утром я уезжаю, хоть и не хочется. Итак задержался,- сообщил Арно, когда они остались наедине. Издатель скрежетал вешалками в шкафу. Дар вздохнул. - Может, мы поедем с тобой? Месяц на море не хило так расхолаживает. Моя рукопись по-прежнему не готова, да и… - Нет,- спокойно, но внушительно, не допускающим возражений тоном ответил Арно, поворачиваясь. Писатель чуть прищурился. - Почему? - Дом арендован до конца лета,- просто объяснил альфа, приближаясь.- Тебе надоело здесь? - Н-нет,- писатель потупился. - Дар, не стоит возвращаться раньше времени. Ты ещё всё успеешь. Лето дано на отдых, ты просто забыл, как расслабляться. Рукопись… - Кстати, про рукопись. Мне звонил Бэлл. Он её требует. Арно провёл языком по зубам, будто с раздражением. Барнс ощутил это. - Подождёт. Ты можешь вообще не писать. Делай, что хочешь. - Тебя это не интересует? И… Я так понял, Бэлл не знает, что ты здесь. - Это детали, формальности, не более. Ты слишком много внимания уделяешь таким мелочам. Они несущественны. Я не отчитываюсь перед Бэллом. Дар сел на стул и с грустью взглянул на чёрный монитор ноутбука. - Тебя что-то смущает?- Арно положил ладонь ему на затылок, неотступно преследуя взглядом. - Нет. Просто делать тут столько времени решительно нечего. Ты привёз щенка, но даже он мне не в тягость. Я ничем не занят. - Дар,- прошептал мужчина, коротко, но часто целуя губы любимого.- Вы вернётесь в августе. В Карсисе душно, там нет моря. Детям нужен воздух. - А щенку - прививки,- почему-то вставил писатель, прикрывая глаза от ласки. - Обратись к управляющему, он вызовет ветеринара. Всё сделают на месте. - Арно, кстати… Мне показалось, работники дома хорошо тебя знают. Ты часто приезжал сюда? Мужчина отстранился, чтобы лучше видеть лицо истинного. - Я должен кое-что тебе сказать. Этот дом не снят. Он принадлежит моему брату. Писатель очень удивился, что выразилось в резком изгибе тонкой брови. - У тебя есть брат? А почему ты соврал? - Не хотел длинных разговоров. Но это всё равно переносится на август. - Я тебя не понимаю. - Скорее всего, ты познакомишься с моим братом. - Я опять не понимаю, к чему такая скрытность? А как его зовут? - Всё в августе,- отрезал издатель и поджал губы.- Прости, с этим правда придётся подождать. Барнс напряжённо следил за ним с таким серьёзным видом, что Арно не удержался и рассмеялся, сгребая любимого в объятья. - Дар, иди ко мне. Я нескоро тебя увижу, поэтому давай не будем тратить время на беседы? У нас осталось несколько часов. - Ты поедешь, не выспавшись,- не сопротивляясь объятьям, проговорил парень. Он позволил повалить себя на постель. - Я буду полон сил. Ты моя опора и твердыня,- уже хрипло, сквозь бессчётные поцелуи прошептал мужчина. Писатель не ответил, с головой окунаясь в жаркую ночь.*
Вернувшись в Карсис, Аранис поехал прямиком в дом Лайоша. Тот уже подготовился к следующему этапу. - Вот, посмотри,- гамма рукой указал на стол, где вразброс лежали многочисленные фотографии. На снимках был запечатлён Савьер. Альфа даже не узнал его, так разительно он отличался от того мужчины, что был в видениях. Мулат будто на тридцать килограмм похудел, осунулся. По сведениям, мужчине было сорок четыре года, но Аранис видел старика, с седыми жидкими волосами и глубокими морщинами: казалось, яркая кожа выцвела от времени, побледнела. От былых мышц не осталось и следа. Мулат высох и даже как-то просел, будто уменьшился. Варг хмурился, разглядывая фото. На некоторых - Савьер был изображён с мальчиком,- с сыном, что было ясно. Коннор был похож на отца, светлее, но похож. Сходство с Мэлом больно резануло Араниса. - Мальчику лет четырнадцать? - Пятнадцать,- отозвался гамма.- Мы собрали информацию о Савьере Бастире. И есть одна загвоздка. - Ну? - Детей было двое. Но мы видим только одного. Альфа скрипнул зубами, тут же предположив самое дурное. - Десять лет назад второй отец этих детей умер. Сам, от болезни. Служба опеки сразу передала сирот Савьеру. Это были двойняшки. Мы собирали сведения, факта смерти или исчезновения второго – не было. Мальчики похожи друг на друга, несмотря на то, что разнояйцевые. Есть предположение, что мы видим разных детей, просто не отличаем. Издатель тяжело вздохнул, откидываясь в кресле. - На фотографиях,- заговорил издатель.- Он выглядит любящим отцом. Помогает шнурки завязывать, целует его. Меня передёргивает. За его домом ведётся наблюдение? - Круглосуточное. Никаких криков, ничего подозрительного. Ни-че-го. Савьер держит свой продуктовый магазин. Каждый день он забирает сына из школы, оставляет помощника и идёт за ребёнком. Одним ребёнком. Потом парень помогает ему. Они проводят много времени вместе. - Ещё бы,- хмыкнул альфа. - Что думаешь делать? - Я не думаю, что идти к нему домой – хорошая идея. Он живёт на оживлённой улице в Старом городе. Не хочу пугать людей. Надо выманить его. - С помощью сына?- Варг сидел на краю стола и смотрел на брата.- Он не спускает с него глаз. Это будет непросто. - Чего он так в него вцепился…- размышлял Аранис, не допуская никаких мыслей о возможности правильного отцовства.- Пятнадцать… Пятнадцать лет. Второго сына не видно… - Второго мальчика зовут Эштон. И ещё год назад о нём были какие-то сведения. - Может, он держит его в доме? Может… Тц,- фыркнул Аранис и зажмурился, подумав о самом плохом. Отогнав все не имеющие отношения к делу мысли, мужчина взял гамму за руку.- В общем так. Я возьму несколько твоих людей. Нужно будет узнать у него о втором мальчике. Если я начну бить эту тварь – могу не остановиться. Поэтому…*
Миро схватил Коннора на заднем дворе продуктового магазина, когда тот выбрасывал мусор,- закинул в машину и отвёз на заброшенный склад. Аранис ждал их там с одним бетой и двумя альфами. Мальчишка был перепуган. - Миро, ты что, зверь?- поинтересовался мужчина.- Вытащи кляп, развяжи руки. - Простите, хозяин.- Альфа тут же исправил свою ошибку. Парень с ужасом смотрел на высокого статного похитителя с блестящими, зализанными назад волосами, что наблюдал за ним холодным, но внимательным взором. - Пожалуйста, отпустите… Нет, только не это,- озираясь, в панике глядя на окруживших его альф в строгих костюмах. Аранис положил руку ему на плечо и притянул к себе. Он дважды постучал пальцем по его подбородку, заставляя поднять голову. - Тебе никто ничего не сделает. Ты в безопасности. А сейчас - тихо. Не кричи,- это бесполезно и раздражает. Мне не хочется применять силу. Ты просто побудешь здесь пару часов. - Чего вы хотите? Денег? У отца нет денег!- трясся малолетний омега. Его янтарные глаза, знакомые черты лица, – явное сходство с Мэлом - било Араниса в самое сердце. Коннор вовсе не был копией старшего сына Дарнелла, но Варг замечал все детали, выдающие их родство. - Нет, не денег. Помолчи, Коннор. Уведите его в подсобное помещение. Дайте поиграть в телефон,- дал он команду бете Эдварду и одному из альф. Мальчик непонимающе оглядывался, но позволил увести себя в тёмную комнату. - Савьер скоро должен быть здесь, - произнёс Миро.- Я позвонил ему и дал послушать мальчика. Всё, как вы просили. Варг кивнул. Аранис молча ждал, застыв в одной позе: широко расставив ноги и сцепив руки за спиной. Он смотрел на высокие засовы склада немигающим взглядом. Мужчина был спокоен и холоден. Знал, что нельзя ни в коем случае бросаться на мулата сразу. Альфы притаились снаружи, готовые к появлению жертвы в любой момент. Нетерпение, предвкушение, какая-то опасливость закрались в душу издателя. Он был будто на иголках, и в тоже время,- абсолютно бесстрастен. Похищенный мальчик никаких звуков не издавал, видимо, дрожал, но играл в мобильник. Наконец, снаружи послышались какие-то негромкие звуки, короткая возня и вот, деревянная дверь скрипнула, приоткрылась, пропуская дневные лучи, что тут же высветили в затхлом воздухе склада белые пылинки. Аранис прищурился, вглядываясь в силуэт альфы. Савьера поставили на колени перед ним. Он не сопротивлялся. Низко склонившись, мулат слегка трясся. Альфы направили на седую голову пистолеты на всякий случай. Аранис крепко сжал руки. Знакомая, болезненная ярость от одного вида этого человека – проникла в тело, заставила мышцы напрячься. Кулаки, словно пружины, готовые в любой момент обрушить удары по собственной воле. Варг собрал всю силу воли, что у него имелась, чтобы не сорваться с места. - Здравствуй,- тихо, с рычанием.- Савьер Бастире. - Где мой сын?!- хрипло, с визгливыми нотами в осипшем голосе, почти прокричал мужчина, резко вскинув голову, но, не пытаясь подняться с места. Его руки были связаны. - Здесь,- без эмоций. Варг начал ходить вокруг этого морального урода, разглядывая его с долей удивления, не скрывая любопытства. - Отдайте! Отдайте мне сына! Я заплачу вам любые деньги, я найду сумму! Только отпустите! Альфа кивнул Миро: тот пнул его ногой в живот и врезал по челюсти. Мулат задохнулся и снова низко опустил голову. - Почему мы должны его отпустить? Твой сын – омега, не так ли?- Аранис медленно произносил слова, продолжая ходить вокруг жертвы. - Не трогайте его, молю! - Но нам не нужны деньги. Тебе нужен омега, и нам... Нужен омега. Мулат снова поднял голову: его нижняя челюсть тряслась, но не от удара. По лицу текли крупные слёзы. Аранис заглядывал в потухшие глаза. - Почему ты так трясёшься? Это же просто омега,- ворочал на языке каждое слово с извращённой медлительностью.- Омеги не люди. Они же… Не достойны ничего, кроме использования по прямому назначению,- он склонился, понизив голос и вжался в его лоб своим, вцепившись горячими пальцами в загривок альфы. Аранис сверлил глазами этого плачущего, сорокачетырёхлетнего старика, и его губы дрожали от ярости,- от желания убить, размазать мозги по стенке.- Ты помнишь, Савьер, мальчика, которого ебал и бил двенадцать лет назад? Ремнями и кулаками?- шёпотом, колко, едко – чтобы в самую душу. Каждое слово – озвученная ненависть.- Которого уничтожил изнутри, Савьер? Вместе со своим свиноподобным другом. И ведь за ним никто не пришёл – не спас от тебя, сука. Как силён ты был…- мулат молчал. Его глаза расширились,- в них застыл немой ужас.- Избивал и насиловал мальчишку, такого, как твой сын,- как твой драгоценный Коннор. Помнишь ли ты? Конечно, нет. Сколько их было?- хрипло порыкивал сквозь шёпот.- Сколько омег ты затрахал до смерти на пару со своим дружком, а?- сжимая сухую шею до хруста позвоночника, с силой вдавливаясь своим лбом в череп мужчины. - Я помню его. Очень хорошо помню,- голос дрожал.- А недавно я узнал его в писателе Да.. Аранис молниеносно выдернул из своих штанов ремень, сложил его вдвое и прошёлся им по лицу насильника. - Завали, мразь! Не смей произносить его имени!- взревел Варг, ударив его трижды по щекам, попадая по глазам. Он сумел остановиться, отвёл ремень в сторону. У него самого лицо горело, альфа поигрывал желваками. - Возмездие… Возмездие…- почему-то бормотал Бастире. Пистолеты давно были отведены. - О нет, это ещё не возмездие. Гниль,- морщился Аранис, тяжело дыша, чувствуя, как ярость накрывает его. Но мулат не двигался, не перечил - ни словом, ни взглядом, не выказывал - ни малейшего сопротивления. - Да, я согласен… Не делайте ничего с моим мальчиком, молю… И снова Аранис проходился по нему ремнём, старался попадать бляхой – раздирал лицо до мяса, кромсал кожу на куски. - Перестаньте!- визг омеги. Варг резко обернулся.- Прошу вас! Перестаньте бить моего отца! Крик звучал надрывно, с хрипом, с пульсацией. Мальчик вырывался из рук беты, что удерживал его. - Где твой второй сын?- собираясь с мыслями, не обращая внимания на крики мальчишки, проговорил альфа, едва разжимая зубы.- Где он? Сделал себе детей, чтоб тоже пустить их по кругу в назначенный срок? Прячешь его, или он концы уже отдал?! Мулат вертел головой, разбрызгивая вокруг кровь, продолжая рыдать. - Он не виноват! Он не трогал нас!- снова крик.- Никогда мой отец не трогал нас! Эштона забрали! - Кто?- рявкнул Аранис, поднимая голову Бастире, снова трепя его, выбивая зубы.- Ты продал его? Отвечай, сука! - Выслушайте!- мальчик выкрутился из рук беты, рванул, втиснулся, прополз на коленях, закрыл отца своим телом, раскинув руки. Посмотрел на альфу остекленевшими глазами.- Эштона выкрали! Варг не давал мулату и рта открыть, несмотря на то, что сыпал вопросами, но омегу он не мог заткнуть или ударить,- не посмел бы, рука не поднялась бы. Тонкий, ломающийся голос умудрился прорваться сквозь ненависть, сквозь агонию. Альфа опустился на колени, поднимая на Коннора уже не мутные,- адекватные глаза. - Что ты хочешь сказать?- на выдохе. - Эштона выкрали, продали,- торопливо заговорил подросток с истерикой в голосе.- Его убили,- с трудом уже шептал слова, заливаясь слезами.- Мой папа поседел тогда. Это было год назад. Черты лица Араниса постепенно разглаживались,- сходила чёрная тень безумия. Он вслушивался в слова маленького омеги. Он верил ему. - Пожалуйста, не убивайте моего отца, я умоляю вас! Услышьте меня! Тонкие пальцы впились в шею Араниса. Коннор был весь мокрый от пота и слёз, в состоянии аффекта,- он уже не соображал, что делает. - Он ничего с нами не делал! Ничего!! - Я виноват, сын,- влажно, со всхлипами проговорил мулат.- И понесу наказание за свой поступок. Я мучил и избивал омегу. Такого, как ты. Бета и три альфы застыли в оцепенении, наблюдая за разворачивающейся драмой. Аранису стало трудно глотать. - Папа… - мальчик оторопел. - Коннор, этим людям нужен я. У меня лишь одна просьба к вам – не трогайте моего сына, он ни в чём не виноват. Только я. Я один… - Уведите мальчика. Коннор, я просто поговорю с твоим отцом,- подал голос Варг, поднимаясь и разминая шею. Едва подросток снова скрылся за дверью, Аранис позволил мулату встать на ноги. - Рассказывай,- почему-то альфе захотелось понять.- Я не собирался оставлять тебя в живых. Берта я прикончил сразу, а с тобой что-то не так. Будто что-то мешает,- вслух размышлял Варг, не спуская глаз с этого жалкого недочеловека. Мулату развязали руки. Он дрожащими пальцами проводил по глубоким кровавым рытвинам, что остались на лице от острых выступов бляхи ремня. - Берта убили?- Аранису показалось, что в севшем голосе альфы прозвучала радость.- Берта? Вы убили Берта?- он снова трясся, его толстые губы задрожали, слёзы потекли с новой силой, разбавляя кровь на смуглых морщинистых щеках. И он повторял это как ненормальный. Подался всем телом вперёд,- к Аранису. Тот сдержался, чтоб не садануть ему голенью по коленям,- просто отступил.- Берт…- глубокие морщины прорезали лоб и переносицу.- Берт убил моего мальчика. Моего ангела… Растоптал мой цветок и убил… Аранис только сейчас понял, что мужчина помутился рассудком. Во рту резко загорчило. Жалость болью вонзилась в сердце. Он не может простить, но убить… Некого убивать. Этот человек убит изнутри. Пламя ненависти унималось под кожей, холодные пальцы чего-то невыносимо-тоскливого смыкались на горле, давили на лёгкие. Глаза обожгло. Аранис остро ощутил боль этого человека. Страшную боль. - Убил Эштона?- попытался он подавить свои чувства. Краем глаза заметил, что у самого – рука с ремнём дрожит. - Да. Я узнал о своих мальчиках только, когда омега, родивший их – скончался. Это было через два или три года после того, как я и Берт…- он захлёбывался словами.- Мне отдали их, пятилетних. Я полюбил их… Моих мальчиков… Вы можете мне не верить… Коннор – всё, что у меня есть…- в его горле клокотали рыдания.- Я разорвал отношения с Бертом, он тогда затесался в «охотники», а мне… Куда мне с маленькими омегами в «охотники»?- мулат не справлялся со слезами.- Мы с ним повздорили. Мои малыши…- он снова зарыдал. Аранис дал ему лёгкую пощёчину, пытаясь привести в чувство. - У тебя ещё есть один сын. И он живой. Тот часто закивал головой, утирая кулаком глаза, размазывая кровь по морде. - У нас были размолвки, не помню уже о чём, да и неважно это… Мальчики созрели в тринадцать лет. Мы южных кровей… Течки раньше…- шептал, щурясь. Варг прислонился спиной к деревянным балкам. Его люди по-прежнему смотрели на Бастире,- у каждого на лице отпечатались противоречивые эмоции. Бета даже мелко подрагивал. Немудрено. От взгляда на этого молодого старика невольно пробегал мороз по коже. - Берт узнал, выследил, навёл Скарабеев… Моего мальчонку в бордель забрали… Эштона… Я пытался, я хотел… Но я не знал, куда мне… Туда не подступишься… И полиция бессильна...- он закрывал лицо руками, под носом пузырились сопли от плача. Варг прикрывал глаза, опускал голову, снова смотрел на остатки человека. Ему глаза резало. Бывший насильник с трудом собирал себя по кусочкам, чтобы всё это произнести. - А потом… Потом забрал его себе. А потом показал мне то, что остааа…- он захлебнулся, упал на пол, взревел раненым зверем. Двое альф растерянно переводили взгляд с него на хозяина, бета ждал указаний. - Хватит, не рассказывай,- подал голос Варг, пытаясь проглотить ком в горле. Он был в борделе, он в курсе, что там происходит. Он видел Коннора, а теперь ещё узнал, что сводный - по отцу-альфе брат Мэла уничтожен. Растоптан, сожран. Круг замкнулся. Аранису понадобилось какое-то время, чтобы привести в порядок себя самого. И снова в голове проносилось: «Какого хрена Берта нельзя убить второй раз? Третий, десятый… Мать твою, что за тварей земля носит? Мстит им - их же способом. Что делать с ним? Отобрать у мальчика помимо брата – отца? Как я посмею? Простить… Никогда. Но это убожество любит, любит своего сына, как ни крути. Мне его боль и не снилась. Жалеть его не могу. Блять, простить – мне не под силу. Но Коннор…». Он бросил взгляд на дверь, за которой находился мальчик с одним из альф. Шагнул туда, переступив через распростёртого на полу мулата, который бился головой, не в силах унять свой плач: он поскуливал, заливался слезами. Аранис вывел Коннора из подсобки. Раскаяние насильника сбило его с толку, задело что-то человеческое, или наоборот, - звериное в его душе. Ведь человечность имеет две стороны медали. Именно человечность – причина всех бед. Звери так себя не ведут. Им неведома любовь, но и жестокость – тоже. Агрессия животных всегда обусловлена инстинктом. Но нет такого инстинкта, чтобы издеваться над жертвами,- не существует в природе. - Миро,- глухо проговорил Варг.- Отвези этих людей домой. Альфа принял решение. - А вы,- обернулся он к остальным.- Возвращайтесь к Лайошу. Я хочу побыть один. В Ремо доберусь сам. Люди кивнули. Миро помог Савьеру подняться, отвёл его и сына к машине. Глухие тяжёлые створчатые двери захлопнулись. Аранис остался один. Он чувствовал только опустошение, чистый вакуум. Опустившись на пол, покрытый пылью, грязью, какими-то опилками и перьями, он сжал голову руками. До него донеслось навязчивое чириканье птиц, шелест крыльев – синицы летали между балками под сводчатой крышей. Варг зажмурился. По щеке покатилась единственная горячая слеза, выжигая влажный солёный след на коже. Вибрация телефона в кармане выдернула его из пустоты. Ему звонил брат. «Миро сказал, ты не убил его».- без прелюдий произнёс Лайош. - Он уже убит. Дар отомщен. Аранис дал отбой, жмурясь до боли в веках. «Что же с нашим человеческим племенем не так? А жизнь всё равно извращённее любого из нас по части мести. Не пожелаю этого и врагу».
