Микки Милкович не пустое место

— Йен Галлагер! — на распев произносит Микки Милкович, вваливаясь внутрь «Кэш и Краб», Тони и Джейми следом. Он внимательно осматривает магазин, в котором постоянно приворовывает. Останавливается взглядом на полках, что находились в конце магазина. — Ты связался не с той девушкой! Притаившийся Йен, выскакивает из-за стойки. Оба его брата следуют за ним, пока Йен пытается скрыться в кладовке, запирая за собой дверь. Микки прижимает его к двери в то время, как Джейми и Тони пинают и бьют его кулаками. — Мэнди сказала нам, что ты сотворил с ней, кусок дерьма! Иди сюда! Куда намылился! — кричит он, бросаясь следом за ним, за дверь. — Полегче, полегче, — обращается Кэш к парням со странной фамилией, приближаясь ближе. — Он ушел! В кладовке есть дверь, ведущая на улицу. — Переулок, — говорит он своим братьям, которые непонимающе смотрят на него. — Переулок! — кричит Микки, указывая им на дверь. Они оба выбегают. Он готов уйти следом, но решает напомнить Кэшу. Он припечатал его спиной к стене и угрожающе произносит: — Скажи этому придурку, что это не конец! — он выбегает из магазина, на ходу опрокидывая один из стеллажей.

-

— Они ушли, — тихо говорит Кэш, обращаясь к двери, а после отходит в сторону, как только раздается щелчок замка. В проеме появляется мальчишеское лицо Йена, что оглядывается по сторонам, прежде чем выйти, будто те могли где-то притаится. — Что это было? — Мэнди хотела заняться со мной сексом, но я оттолкнул ее. Должно быть, сказала братьям, что я что-то попробовал с ней сделать, — Йен тяжело вздыхает и чуть толкает Кэша плечом, проходя мимо, и возвращается к своей работе, продолжая выставлять товары на полки.

-

Микки Милкович не пустое место. Нет, правда, он очень даже ничего. Йен чувствует Тони и Джейми, их альфа-феромонами провонял весь магазин, но не учуял запаха Микки. Даже беты с их легким и едва уловимым (он это знает слишком хорошо, потому что Кэш был им) имеют запах. Микки же ничем не пахнет. И это сводит его с ума. Ему хочется прижаться носом к его шее и жадно вдыхать аромат Микки, пока не определит, кем тот был. И дело тут вовсе не в сексе. Он просто обязан это узнать. Возможно, это как-то связано с природой альф, он не знает.

-

Он прячется в грузовике Кэша. Микки, Тони и Джейми ждут его на другой стороне улицы, наблюдая, как Кэш запирает магазин. — Где Рыжий лобок? — кричит Микки, стоя напротив. Кэш поспешно идет к машине. - Эй! «Кэш и Краб»! Кэш залезает в машину и не заводит двигатель, боясь выдать себя. — Он только все испортит! Ладно, хорошо. Мы все равно достанем его. Хэй, «Кэш и Краб»! Завтра. Когда ты откроешь свой дрянной магазинчик. — Они уходят, — голос Кэша осторожный, точно такой же как и утром. Йен меняет местоположение, легко вылезая из кузова грузовика. — Этого бы не произошло, если бы я просто переспал с ней. — Ты не смог бы так поступить, Йен, ты другой, — Кэш смотрит на него слишком нежно и понимающе. — Да заткнись ты, — вот и конец всего разговора.

-

— Эй, ты. Да, ты. Ты видел Йена? — Йен наклоняется вниз, боясь, что Микки мог его заметить. К его счастью, он даже не посмотрел в сторону окна. Стив смотрит на дом, а после качает головой. — Его нет дома. — Ты в курсе, когда он вернется? Стив замялся. — Нет, чувак, понятия не имею. Микки задумчиво прижимает большой палец к губам, поворачиваясь лицом к дому. Йен замирает. — Да, да, прекрасно, придурок. — Взгляд Микки направлен прямо на окно. Он и Лип встречаются взглядом. Микки улыбается и подзывает. — Эй, Лип! Как твоя губа? Да, я заметил тебя там, наверху. Скажи своему долбанному братцу, что мы ждем его. Лип садится на кровать, внимательно рассматривая Йена. — Мне жаль, что они подпортили твое лицо. — Все в порядке, — он достает сигарету, а после протягивая ему. — Я ничего не делал с Мэнди. Лип все также разглядывает его. Он думает, что мог бы проявить немного сочувствия. Наверное, но все же нет. — Я знаю это, Йен, но её братья думают иначе. - Он хмыкает и хватает банку пива, что оставил на подоконнике. — Я имею в виду, она хотела меня изнасиловать, а я оттолкнул, и теперь она злится. — Ты, наверное, единственный, кто не предпринял ни одной попытки запрыгнуть на нее, — тихо говорит Лип, отпив немного пива и предлагая ему. — Она начала кричать и плакать, — чуть покачивая головой, рассказывает Йен, потягивая пиво. — Ты бы ей рассказал об истинном положении, а? — Лип показывает непристойный жест. — Может она бы отозвала своих братьев? Йен недоверчиво смотрит на него секунду, прежде чем зло фыркнуть: — А может это тебе стоит присунуть в Кэшу, а? Лип выглядит слегка удивлённым, его лицо немного кривится. — Он что, спрашивал обо мне? — Ох, да. — Йен хмыкает. — Хочет собрать всех братьев Галлагеров. — Круто, — Лип кивает. Йен смеется, играя с этикеткой пива. Они ничего не говорят некоторое время, Лип смущенно смотрит на Йена, пьющего пиво. — В конце концов, тебе придется разбираться с этим, ты понимаешь? - прерывает тишину Лип. Йен резко выдыхает. — Да. Я знаю.

-

Йен прячется за мусорные баки, что стоят напротив дома Милковичей, когда некто осторожно дотрагивается до его руки. Он смотрит через отверстия между баками, крутя в руках биту, стараясь быть максимально незаметным. И это заставляет Йена резко вскочить, с ужасом смотря на визитера. — Черт! Боже! — с облегчением выдыхает он. — Какой план? — Лип садится рядом на корточки. — Ударить Микки битой по голове, когда тот выйдет из дома. — А как же другие братья? — спрашивает Лип, скептически смотря на него. Йен медлит с ответом. — Они наверняка изобьют меня до смерти. Он качает головой и берет один из кирпичей, что лежат рядом. — Я буду драться с ними, если те вздумают тебе навредить. Йен присвистывает. — Это моя проблема, а не твоя. Лип усмехается. — Это будет весело. За мной есть должок. — Йен удивленно поднимает брови вверх. Лип должен чувствовать себя уверенным в присутствии Йена. Они молча наблюдают за входной дверью, но не долго. Мэнди выходит первой и разъяренный Йен с битой в руках выбегает из укрытия. — Дерьмо! — кричит он, побежав следом за ней. Лип наблюдает за происходящим через эту же небольшую щель, что и Йен, но внезапно они исчезают из его поля зрения. — Блядь, — он немного копошится, прежде чем уйти.

-

Мэнди оказалась прекрасной девушкой. Она все поняла и даже предложила стать его липовой девушкой («липучкой», мысленно поправляет он). Йену кажется эта идея хорошей. Она же бета, так что никаких проблем с запахом, никакого притяжения, как если бы та родилась омегой. А вот если бы она была альфой, это не выглядело так правдоподобно. Поэтому он благодарен, ведь, кажется, это только ему на руку.

-

Он прислоняется к витрине какого-то старого дурацкого ресторана, крутя сигарету в руках. Он пристально наблюдает за «Кэш и Краб». Единственная женщина, которая что-то листает на своем телефоне, вряд ли сойдет за свидетеля. Он переходит улицу, не удосужившись даже посмотреть по сторонам, чтобы не попасть под автомобиль. Он делает последнюю затяжку, прежде чем бросить окурок в сторону. Войдя внутрь крошечного магазинчика, он оглядывается, пытаясь найти Кэша, что выглядит всегда слишком настороженным. И что ты теперь сделаешь, Тюрбанник? Странная хреновая индийская музыка доносится из колонки, что висит на стене, прямо над холодильником с напитками. Ему нет дела до синего Gatorade, что обычно предпочитают пить спортсмены, или двух банок чипсов Pringles, или коробок с пирожными Ding Dongs. Он понимающе улыбается и разворачивается, направляясь к двери. Микки уже практически спустился вниз по улице, пока внезапно не вспоминает, что забыл унизить. Гребанный идиот. Он возвращается обратно. Галлагер работал на передовой, о чем-то разговаривая с Тюрбаном во время ебли. Он проходит мимо них, возвращаясь к морозильникам. Микки прерывает их только для того, чтобы уйти. — Забыл опустить! — он покачивает головой, явно наслаждаясь происходящим, а после толкает контейнер. Он почти прошел мимо Кэша, пока не замечает коробку. Он задумчиво смотрит на эту небольшую коробку от жвачки, прежде чем швырнуть её. Он хватает первую же ерунду, что попадается под руку. Микки, осмотрев прилавок, замечает коробку Kit-Kats. Он берет сразу два батончика, а после оглядывается. Он ничего не забыл? Нет. Ой, подождите. — Ох, осторожно, чувак. У тебя, кажется, есть свой Принглс со вкусом барбекю. — Микки усмехается, а после с довольным видом направляется к двери. — Эй, Микки! Почему ты воруешь в своем же районе, где живешь? Прояви гражданскую солидарность, а? Он оборачивается. Галлагер? Бля, да это же парень его сестры, тот самый Галлагер? У этого чертового педика есть яйца. Он удивленно поднимает брови и смотрит перед собой, на коробку. Чего он от него хочет? Блядь. Забудь об унижении. Он хватает её и швыряет в него, целясь в голову. — Ебаный в рот, — одномоментно произносят он и Тюрбан, когда упаковка соуса, что была внутри коробки, прилетает в дверь, пачкая её.

-

Кэш покупает пистолет для того, чтобы попытаться призвать к ответу Милковичей. Поздно ночью, когда магазин давно закрыт, он, Кэш и Линда, встречаются снаружи, чтобы научиться стрелять. Оказывается, что из них отстойные стрелки. Йен берет у них пистолет, наглядно демонстрируя как нужно правильно стрелять. — Центр довоенной армейской подготовки, — с гордостью сообщает он.

-

Микки стащил пистолет. Микки украл гребанный пистолет. Йен стоит снаружи дома Милковичей, разглядывая потрепанную вывеску «Добро пожаловать пап», что возвышается над входом. Мэнди открывает дверь. — Эх, ты уже передумал насчет кино? - скалится она. Он игнорирует её, просовывая голову в проем, проверяя дом. Внутри все насквозь провоняло альфами, а чего он ожидал? — Где Микки? Она странно посматривает на него, а после нехотя отвечает: — Забирает отца из тюрьмы, а что? Он снова пропускает мимо ушей её фразу, отодвигает и пробирается внутрь дома, направляется прямо к комнате Микки. — Что, черт возьми, происходит, Йен? — кричит она вслед, двигаясь следом за ним. Он серьезно напортачил. Он врывается в чужую комнату. Замечает табличку на двери «Держись подальше». Микки. — Микки убьет тебя, — предупреждает Мэнди, что стоит за его спиной, но он не слушает. Он переворачивает подушки, что лежат на кровати и роется в ящиках, пытаясь отыскать пистолет. — Что ты ищешь? Йен! — кричит она на него и он, наконец, обращает на нее внимание. — Он ударил Кэша? — она приближается к нему, берет за руку, пытаясь оттащить прочь. — Просто уходи. Я расставлю все по местам, — Мэнди толкает его к двери. Он качает головой. — Скажи ему, что это конец. И ему больше не нужно лезть к Кэшу. И передай ему, что я хочу вернуть пистолет обратно. Этим вечером.

-

Микки не принес пистолет. Поэтому Йен берет ситуацию в свои руки. Он отправляется к Милковичам следующим утром. Место отвратительное. Пустые пивные банки и красные одноразовые пластиковые стаканчики разбросаны на газоне, перед входом, наряду с мусором и каким-то хламом. Если он собирается войти внутрь, ему непременно что-нибудь понадобится для самообороны. Он осматривается. И ему бросается в глаза монтировка. Терри спит на диване, а дверь, ведущая в комнату Микки заперта. Он держит железную монтировку также, как биту, оглядывается по сторонам, и лишний раз, убеждаясь, что никто не выскочит из-за угла. Он медленно открывает дверь спальни Микки, проверяя, спит ли он и оказывается прав. Прекрасно. Он прикладывает металлическую монтировку к спине Микки. — Какого хуя? — сквозь сон бурчит Микки, едва разлипая глаза и поворачивает голову в его сторону. — Я хочу вернуть назад пистолет, Микки! — требует он. — Галлагер?! — Микки начинает двигаться, так что ему становится не по себе. Он еще раз придавил его спину железякой. — Пистолет, — еще жёстче, повторяет он. Микки поднимает руку вверх в знак капитуляции, а второй отталкивает от себя Йена. — Хорошо. Постойте. Здесь явно что-то не так. И до Йена это доходит не раньше, чем Микки швыряет его к стенке. Он дергается, пытаясь стукнуть его монтировкой по руке, но Микки ударяет раньше. Вновь резкое движение, очередная потасовка, ему даже кажется, что он случайно ударяет Микки по груди. Йен отталкивает его, а затем бросается вниз, пытаясь нанести удар туда, куда придется. Микки снова кидается на него и хватается за монтировку, толкая обратно на кровать. Йен сопротивляется, пытаясь уйти. Микки заставляет его перевернуться на спину, а после крепко давит на плечи, пригвождая к месту. Он вырывает монтировку, едва не зарядив ей по его лицу. И после Йен почувствовал это. Омега. Его зрачки расширяются, когда он смотрит на Микки. Сам же Мик смотрит на него сверху вниз. Они тяжело дышат, слишком громко, но Йен не обращает никакого внимания. Все что он слышит — это стук собственного сердца. Он никогда не встречал других омег, кроме его сестры Дебби. Взгляд Микки метнулся в сторону комода, и если бы Йен проследил за его взглядом, то обратил внимание на баночку с таблетками. Микки отбрасывает в сторону монтировку и Йен невольно наблюдает за часами на его руке, что так громко тикают сейчас. Йен понимает, что сейчас произойдет. Он срывает с Микки футболку, дергая её так отчаянно, что кажется, ткань вот-вот пойдет по швам. Ему хочется избавить его от одежды. Он тянется к майке, что на груди Микки и стягивает её. Его кожа белоснежная. Действительно белая. И чистая. Настолько соблазнительная и чистая, что выглядит сейчас такой непристойной. Ему хочется пометить его. Дерьмо, нет. Он вырывается из потока собственных мыслей, когда Микки хватает его за футболку, помогая стянуть её. Микки снимает с него штаны и Йен думает, что ему лучше подчиниться. И то, что они голые. Йен внимательно всматривается в Микки, ведь до этого момента он никогда не думал, что чей-то запах мог так повлиять на него. Что вот-вот потеряешь сознание. Микки, должно быть, испытывает такую же тягу, ведь он никогда не принюхивался к нему, как сейчас. — Ты собираешься оседлать меня, Рыжий лобок? — С-смазка, — прерывает он Микки, удивленно разглядывая его, будто видит впервые. — Ты, блин, идиот что ли? — Йен смотрит вниз, на задницу Микки, что уже блестела от природной смазки. А она оказывается такая прекрасная, гладкая с белоснежной кожей, так, что знаешь, мудак, сейчас не время огрызаться, потому что с обладателем такой задницы нужно вести себя иначе. Ему сложно устоять. Он, блядь, не может. Он несмело облизывает кожу. Слишком быстро, потому что он не представляет, как это игнорировать. Ебать, на вкус также хороша, как и этот аромат. Он удобнее устраивает его, держа за ягодицы, и когда Йен рассматривает её, — задницу Микки, — ему кажется что та, будто нарочно манит и заигрывает с ним. И он ей подмигивает. Вот дерьмо. — Галлагер, какого черта ты… — Микки не успевает закончить, потому что Йен просовывает палец внутрь. Там все мокро и горячо, и сильнее концентрация этого запаха. — Че-ерт, — шипит Микки, когда Йен начинает двигать пальцем. Анальное отверстие начинает блестеть. Йен шумно присвистывает и просовывает туда язык. Ох, да. О, да… черт. На вкус он оказывается еще, блядь, совершеннее. Йен снова наклоняет голову вниз, слизывая смазку. И он бы мог делать это вечность, но Микки резко прерывает его, хватая за волосы и одергивая. — Какого хрена ты делаешь? — У тебя хороший вкус. Такой, блядь… — он не договаривает, потому что рука Микки хватает его за волосы, останавливая. — Либо ты, блядь, помогаешь, либо убираешься, — но голос Микки говорит об обратном и Йен чувствует это. — Извини, — бормочет он, выпрямляясь. Он смотрит вниз на покрасневший и эрегированный член, прежде чем склониться над Микки, пытаясь втолкнуть его в Микки. Он делает первую, вторую, третью попытку, прежде чем головка проникает внутрь Микки. Он делает глубокий вдох, а после толкается вперед. Обычно с Кэшем он растягивал удовольствие, стараясь как можно сильнее распалить любовника, но не сейчас. Не в этот момент. Он такой тугой и влажный. Природная смазка, и внутри так горячо и тесно. Он настолько сильно сжимает его член и это великолепно. — Твою мать, — учащенно дышит Йен. — Можно потише? — огрызается Микки в ответ. А после комната наполняется характерными звуками. И Йену сносит крышу. Он теряется в Микки, в ощущениях его члена в нем и собственных эмоциях. — Блядь, — задыхаясь, шепчет он, кончая в Микки. Микки тотчас следует его примеру.