One dance for two

Маринетт тихо простонала. Все тело болело, а мышцы затекли, но не только от неудобной позы, но и от лежащего тела на ней. Голубые глаза распахнулись, стараясь в темноте различить очертания светловолосого парня, использовавшего её грудь, как подушку. Дюпэн хотела накричать на наглеца, скинуть его с себя, так ещё и пнуть для верности, но не смогла. Полностью проснувшись, девушка вспомнила всё, что произошло. Её губы растянулись в печальной улыбке, а пальцы вновь пропустили несколько прядей. На улице была глубокая ночь, Мари не составило труда это понять, поскольку зеркальная стена представляла прекрасный вид на ночной Париж. Танцовщице не хотелось будить парня, не хотелось смотреть ему в глаза, сознаваясь в своих чувствах к нему. Да, слишком плаксиво и неприятно, но Маринетт больше не могла бегать от самой себя. Она влюбилась в Адриана, в его глаза цвета спелой травы, в его улыбку, чуть нагловатый, но столь притягательный характер. Агрест плотно засел в сердце и мыслях брюнетки, отчего та издала смешок, дивясь своей глупости. Уверяла себя, что ненавидит его, а теперь сама призналась в любви к этому несносному парню, что как вихрь ворвался в её жизнь, изменив в ней всё. - Эй, Адриан, - всё же нужно было немного размять мышцы, а потому девушка решилась потревожить одноклассника, аккуратно потряся его за плечо. Парень нахмурился, недовольно бурча, повернул голову, носом утыкаясь в грудь Мари, отчего та смутилась, но и стала трясти наглеца чуть интенсивнее. Агрест вновь пробурчал недовольство, но голову поднял, а после и открыл глаза. Несколько минут ушло на то, чтобы блондин окончательно очнулся. Лунный свет давал возможность видеть лица друг друга, а потому сын модельера изумленно смотрел на девушку, лежащую под ним. - М-Маринетт? - хрипло прошептал наследник знаменитого бренда, после чего поспешил подняться, опираясь двумя руками о диван. Толчок боли разлился по позвоночнику, заставив парня упасть на одноклассницу, закусывая губу, что и без того была травмирована. Адриан не мог позволить себе застонать от боли при Дюпэн, это было выше его сил. О травмах тот забыл напрочь, за что и поплатился, не сумев удержаться на руках. - Вот же дурак. Поаккуратней, у тебя же почти всё тело в синяках, а тем более спина, - взволнованно молвила Маринетт, хватая блондина за плечи, смягчая его падение. Девушка прикусила язык, понимая, как она сказала это своему бывшему "врагу". Адриан и сам не мало удивился, слыша волнение со стороны Мари. В груди разлилось тепло, а танцор улыбнулся, вновь предпринимая попытку подняться и принять сидячее положение. Дюпэн не осталась в стороне, быстро вылезая из-под одноклассника, помогая после ему. Агрест откинулся на спинку дивана, а девушка встала, разминая затекшие мышцы. - Переживаешь за меня? - улыбнулся Агрест, наблюдая за девушкой, что расхаживала по комнате. Остановившись, Маринетт потянулась, словно кошка, отчего её рубашка непозволительно задралась, оголяя животик. Взгляд изумрудных глаз тут же упал на открывшуюся часть тела, а память услужливо подкинула картины того, как блондин целовал и гладил нежную кожу. Сглотнув, Адриан отвел взгляд, а брюнетка выдохнула, слыша слова одноклассника. - Адриан, послушай, - выдохнув, Маринетт сделала шаг вперед, сжимая руку в кулак, словно набираясь сил. - Я должна извиниться перед тобой. Не смотря на моё отношение, ты продолжал помогать и быть рядом. Я же вела себя, как последняя свинья, но по другому не могла. Может, я и сужу по Хлое, но всех детей из богатых семей всегда презирала, думая, что все они с завышенной самооценкой и потребностями. Но ты оказался не таким. Твоя доброта... Столько сделав хорошего, получал лишь зло в ответ. И это... Мне правда жаль, что так произошло, - говоря всё это Леди не смотрела на парня, постоянно отводя взгляд. Адриан же не отводил взгляда, смотря только на девушку, стоявшую напротив. Слушая её, он улыбался, ведь одноклассница все поняла. Только виноватой во всём этом он её не считал. Аккуратно поднявшись, Агрест подошёл к Маринетт, заключая ту в объятия. Девушка вздрогнула, но лишь обняла в ответ. Они оба такие глупцы, играли в игру, от которой сами страдали. Она не подпускала его к себе, он хотел быть рядом, но всегда оставался в стороне. - Забудь о том, что было. Главное то, что происходит сейчас, - тихо, словно шепотом, ответил сын модельера Мари на ушко, прижимая ту к себе. - Сколько бы ни получал отказов, сколько бы ты ни била и ни отталкивала меня, любить тебя не перестану ни за что, - на последних словах Адриан выдохнул, зарываясь носом в чуть спутанные, но мягкие иссиня-черные волосы. Дюпэн вздрогнула, словно её облили холодной водой. Ей не послышалось? Агрест признался в своих чувствах? Маринетт застыла, не зная, как ей быть. Находясь в объятиях человека, что перевернул её жизнь, заставил влюбиться в него, нуждаться в нем, Леди наконец осознала, что значит быть нужной и любимой. Парень, которого она не подпускала, ненавидела, оказался именно тем, кто раскрыл ей глаза. Любовь странная штука, охватывающая внезапно, заставляя влюбиться в тех, в кого просто нельзя. Девушка разрывалась на части, не зная, как правильно поступить. Адриан любит её, чувства взаимны, что мешает сказать правду? Выдохнув, танцовщица решилась на отчаянный шаг. Пусть она потеряет авторитет неприступной леди, пусть станет мягкой и ранимой, но это её выбор. Мари хотелось быть любимой, хотелось, чтобы о ней заботились и обнимали такие крепкие и теплые руки. - Я... Я влюбилась в тебя, сама того не осознавая. Адриан, прошу, не играй со мной, - сжав руки в кулак, Маринетт смогла сказать то, что таила в дальнем уголке своего сердца. Зажмурившись, Дюпэн словно чего-то ждала. Словно её слова были каким-то мостом, что не окончательно связал два сердца воедино. Кусочков не доставало, и именно их должен был предоставить юноша, что крепко обнимал девушку. Агрест молча ждал реакции на свои слова, и она удивила его настолько, что он вскинул голову, удивленно смотря на темноволосую макушку. Неужели это все правда, и им суждено быть вместе, и наконец, стать счастливыми. - Никогда, - выдохнул блондин, поднимая голову Мари за подбородок. Голубые глаза раскрылись, смотря в изумрудные. Адриан улыбался, а его глаза так и выдавали радость и счастье, как и её аквамариновые. Пройдя через столько преград, они вместе. Агрест нагнулся, накрывая губы девушки, увлекая её в нежный и желанный поцелуй. Дюпэн не заставила ждать ответа, закрывая глаза, отдаваясь во власть чувств, а особенно любви, которую ей дарил юноша. Ночь скоро отдаст своё владение утру, открывая новый день и новые заботы. Молодых людей это не заботило. Стоя по среди комнаты в объятиях друг друга, ощущая его губы на своих, понимаешь, что все проблемы отходят на второй план. Есть только он и она. Их чувства, их тепло. Сейчас они открылись друг другу, подарили свои сердца, а значит всё остальное не важно. Адриан и Маринетт стали друг другу больше, чем того хотели они сами. Пара плавно переместилась на кровать, где они продолжили свои утехи и жесты любви. Адриан поцелуями опускался вниз, заставляя Маринетт закусывать губу от желания и нежности, что дарил ей юноша. Все не закончится так быстро и просто. Теперь осознанное решение, осознанное желание сподвигло влюбленных вновь вкусить запретный плод и стать намного ближе. Часы мерно тикали, лишь стоны заглушали мерный ход часов. Стоны счастья и любви, что распустила свои лепестки в этой комнате.

***

- Черт, я же вчера не позвонила родителям! - бегая по спальне Агреста, Мари в старательном порядке искала свои вещи, чтобы надеть и как можно скорее отправиться домой. Адриан тихо посмеивался над действиями, уже своей, девушки, попутно натягивая футболку, чуть морщась от боли. Дюпэн уже натянула топ, когда блондин обнял её, губами прижимаясь к её шее. Мари хотела возмутиться, мол, нечего вот так сразу руки распускать, пусть она и не была против, но нормы приличия стоит же соблюдать. - Не нужно. Ваши родители вместе с месье Агрестом ждут вас в его кабинете. Адриан, тебя это так же касается, - пара настолько увлеклась, что не заметила Натали, что уже несколько минут стояла на пороге комнаты. То, что она сказала, привело молодых людей в замешательство. Агрест подавился, откашливаясь, а Маринетт замерла на месте, сверля голубыми глазами помощницу дизайнера. Попросив не задерживаться, женщина удалилась, а ребята старались прийти в себя. Ладно отец Адриана, но что родные Маринетт забыли здесь. Дюпэн старалась отдышаться, пытаясь понять реальные причины нахождения в этом доме родителей, а тем более в кабинете главы дома. Агрест-младший сжал ладонь Маринетт в своей, даря ей поддержку. Танцовщица выдохнула, а после кивнула парню, что готова к встрече. Чем быстрее всё начнется, тем быстрее кончится. Молодые люди покинули спальню, направляясь в кабинет, где их ждал серьезный разговор. Будет сложно, но они это вытерпят. - А вот и наши дети. Что ж, проходите, присаживайтесь, - указав на стулья, Габриэль прикрыл глаза, сохраняя спокойствие. Он сидел во главе стола на кожаном кресле. Сбоку от модельера расположились родители Маринетт, которые не улыбались, а наоборот были серьезными. Влюбленные сглотнули, но последовали указанию и присели, держась под столом за руки. Дюпэн редко видела столь сосредоточенных родных, а потому опасаться было чего. Если они всё узнали, то тогда точно не стоит ждать милосердия. - И так, молодые люди, ничего не желаете рассказать нам? - Агрест-старший открыл глаза, посмотрев сначала на сына, а после на Мари, но не получив никакого ответа или же жеста, продолжил. - Нет? Что ж, тогда начну я. Адриан, я звонил тебе не потому, что так сильно переживал за репутацию своей компании. Нет, она несомненно важна, но и дальнейшее будущее этой девушки тоже нельзя выкидывать за борт. Не считая этого дня, у тебя осталось пять дней, чтобы уладить конфликт и опровергнуть слухи о вас с мисс Дюпэн-Чэн. Если не думаешь о своем благополучии в обществе, то хотя бы позаботься о её, - голос модельера был спокоен и строг. Габриэль всегда говорил всё прямо и без подвоха или намека на ложь. За это Адриан часто и ненавидел его, но сейчас он был прав. - Отец, я не позволю запятнать имя Маринетт или же подорвать её состояние в обществе. Мог бы и не напоминать о времени, но просто так оставлять это не намерен. Мне всё равно, что будут говорить обо мне, но отпускать Мари не намерен, - Адриан не уступал модельеру в спокойствии и твердости своего решения. Дюпэн чувствовала себя лишней, но и до неё очередь отчета перед родителями подошла. - Прошу меня простить, но как всё это получилось? Мари, малышка, почему ничего не рассказала нам? Мы бы помогли тебе, чем смогли, - Сабина не смогла остаться в стороне, не задав дочери важный и терзающий её вопрос. Сердце матери разрывалось от того, что её любимая дочь скрыла факт связи с парнем. Ладно, она почти взрослая и в праве решать, с кем и как проводить время, но чтобы утаить то, что её обсуждают и пытаются унизить с помощью снимка непристойного содержания, это уже совсем другое. - Мама... Я не могла рассказать о таком. Мне было стыдно, да и говорить о таком с родителями... Прошу, простите, но рассказать было труднее, чем быть здесь. Да и вообще, как вы оказались здесь? - Дюпэн-младшая старалась держаться стойко, но её голос дрожал, а глаза лихорадочно бегали. Она волновалась, отчего сильнее сжимала руку Адриана, что в ответ сжимал её, благо родные не видели этого жеста. Можно сказать, что Маринетт боялась, ведь неизвестно, как поведут себя взрослые в данной ситуации. - После лицея ты не пришла домой, не позвонила, даже сообщение не написала. Когда мы пытались позвонить тебе, то твой телефон оказался выключен. Поздно вечером нам позвонил месье Агрест, сказав, что ты здесь. Он назначил встречу, говоря о важном разговоре. Когда мы пришли, то увидели ту фотографию. Мари, скажи честно, ты действительно спала с этим юношей? - Сабина пыталась надеяться на лучшее, услышать отрицательный ответ от своей любимой дочери. Том молчал, наблюдая и слушая, словно он не являлся игровой фигурой в разговоре. - Да, это действительно так. Я и Адриан переступили запретную черту, - дала положительный ответ Маринетт, окончательно разбивая надежды Сабины на то, что всё окажется ложью. Нет, обвинять дочь та не собиралась, да только мысли о том, что делать дальше, не давали покоя жене пекаря. Супруга Тома рвано выдохнула, а мужчина обнял её, поглаживая по плечу своей большой и крепкой рукой. Габриэль собирался что-то сказать, но его собственный сын нагло перебил его. - Можете не переживать об этом. Я женюсь на вашей дочери, когда ей исполнится восемнадцать, - твердо заявил Адриан, вызывая шок у всех присутствующих в помещении. Маринетт чуть со стула не упала, удивленно смотря на парня, который, в отличии от неё, был полностью спокоен. Сабина ахнула, а Том сдержанно кашлянул. Что же касается Габриэля, то тот с некой злостью смотрел на сына. Что позволяет себе этот малец, принимая столь важные решения в одиночку. - То есть, ты собираешься взять в жены мисс Дюпэн-Чэн? А согласия ты не собираешься спрашивать? - дизайнер был сдержанным, но столь суровый нрав сына удивил его, а решение женитьбы и вовсе на момент выбило из колеи. Нет, девушка она с виду была приличной, а если верить наведенным справкам Натали, то в Маринетт имелись задатки дизайнера, который способен даже затмить его самого, если молодая особа будет и дальше развивать свой талант. По шокированному личику девушки модельер понял, что сама невеста не была в курсе всех задумок Адриана. - Думаю, она не будет против. А на счет остального, - Агрест-младший обратил своё внимание на родителей Маринетт, улыбнувшись им. - Я хотел бы официально заявить, что люблю вашу дочь, и прошу её руки и вашего благословения, - парень был спокойным снаружи, но внутри он был напряжен настолько, что струны гитары и рядом не стояли. Маринетт переплела их пальцы, сильнее сжимая мужскую ладонь в своей. Она переживала не меньше, но поклялась себе, как только они останутся одни, блондин точно получит затрещину за такое самовольство. - Ваши намеренья чисты и заслуживают восхищения. Я был бы рад, если бы такой юноша стал спутником моей дочери, но решать далеко не нам. Если Маринетт согласится, то и мы будем согласны на ваш брак, - Том добродушно улыбнулся, переводя взгляд с Адриана на брюнетку, что, к слову, была сильно взволнованна и ещё не отошла от шокового состояния. - Ты хороший парень. Мы действительно были бы рады вхождения такого замечательного юноши в нашу семью, - поддержала супруга Сабина, ласково улыбаясь блондину, словно сыну, отчего у Адриана кольнуло в сердце. Он вспомнил улыбку матери, как светились её глаза, какой доброй она была. Сабина отчасти была похожа на неё, отчего по телу разливалось тепло. Габриэль же один был не в восторге от решения сына, но Маринетт и правда была хорошей кандидатурой в жены известного наследника. - Думаю, вести светские беседы дальше бессмысленно. С тобой, Адриан, я после поговорю лично, как и родители Маринетт с ней. А сейчас можете быть свободны, но не забывай. Пять дней для того, чтобы заглушить шумиху, возникшую вокруг вас, - модельер не хотел больше разглагольствовать, мотивы сына были понятны. Оставалось лишь наблюдать со стороны, во что всё это выльется, и как скажется на репутации компании. Агрест-старший выдохнул, когда молодые люди быстро покинули кабинет. С четой Дюпэн-Чэн ему предстоял ещё один серьезный и довольно важный разговор, как с родителями его будущей дочки и преемницы. Но это останется меж ними. - Агрест, я убью тебя! Как тебе такое в голову могло прийти? Сложно было предупредить? Да какой предупредить?! Я готова придушить тебя прямо сейчас, - не успели влюбленные переступить порог спальни Адриана, как Маринетт кинулась с кулаками на парня, желая собственноручно свернуть шею наглецу. Блондин же засмеялся, уворачиваясь от бойких ручонок своей невесты, иногда морщась от боли в спине. - Давай без рук, - перехватив обе руки девушки, Адриан сжал их за запястья, заводя Мари за спину. - Не хочу, чтобы моя будущая жена так вела себя. Если ты не хочешь выходить за меня, то это расстраивает. А если по правде, то выбор полностью за тобой. Я хотел защитить тебя перед отцом и твоими родными, поэтому сказал такое, но это не значит, что я не хочу этого союза. Я люблю тебя и желаю, чтобы ты всегда была рядом, - подавшись вперед, танцор накрыл губы возлюбленной в поцелуе. Маринетт что-то промычала, но сдалась, отвечая на столь приятную ей ласку. Он понял, как можно усмирить нрав Дюпэн и перевести всё в свою сторону. В душе брюнетка ликовала. Пусть совсем недавно они разобрались в своих чувствах, но никакие помехи или же беды не смогли бы стать им преградой. Их ничто и никто не сможет разлучить. Плевать, что Агрест решил всё за неё, в данный момент Маринетт была самой счастливой девушкой, радость которой не могло омрачить ничто. Спустя несколько месяцев после того разговора, жизнь Маринетт потихоньку налаживалась. Инцидент с фотографией был улажен, а сама девушка уже была помолвлена с Агрестом-младшим. Адриан публично заявил, что предоставленные фото провокация и старания недоброжелателей очернить не только его, но и девушку, которую он любит. Маринетт Дюпэн-Чэн предстала перед всеми, как невеста знаменитой модели и наследника бренда, носящего мировое имя. Девушки завидовали, парни желали её, но сама танцовщица закрывала на всё глаза, ведь рядом с ней был любимый человек. Пусть их знакомство началось не совсем радужно, и все события не были положительными, но сейчас они вместе, а на её безымянном пальце сверкает кольцо, что блондин надел на её пальчик под вспышки камер, стоя на одном колене, как и полагается принцу. Журналы пестрили новостью о том, что самый завидный холостяк Парижа теперь занят, а его сердце принадлежит лишь одной девушке. Сама Маринетт стала не менее знаменитой. Её фото не редко появлялись на обложках журнала, а заголовок гласил - "Какое же свадебное платье наденет невеста сына знаменитого модельера". Дюпэн старалась относиться более спокойно ко всему этому, благо ей помогали её друзья, которым она была благодарна. Тикки с Плаггом принесли извинения Адриану, за поспешные выводы и принесение вреда здоровью. Парень лишь отмахнулся, сказав, что за такую подругу не грех вступиться и набить подлецу морду, пусть в данном случае тем самым "плохим парнем" выступал он. Проведя прекрасный вечер, ребята разошлись и больше не пересекались в своих реальных жизнях. Но Кот и Леди никуда не исчезли. Оба ходили счастливыми и радостными, с задором танцуя и выигрывая батл за батлом. Никто не мог понять, почему оба напарника просто светятся изнутри, но и они не спешили говорить об этом. Тайна личностей так и оставалась закрытой занавесом, по согласию обеих сторон. Хотя сказать, что никто из них не желал увидеть личность под маской, было бы ложью. Каждый из них строил теории и догадки, но никто не зарекался о попытке раскрыться. Они прекрасные напарники, отличные друзья, так пусть всё так и будет. Хлоя, узнав о том, что её план с треском провалился, отказалась посещать лицей, и перешла на домашнее обучение. Видеть, как парня её мечты просто увели из под носа, Буржуа не желала, а потому решила навсегда забыть о том, что Агрест и вовсе существовал, хотя это и было сложно. Сабрина, с исчезновением блондинки из её жизни, стала более общительной и дружелюбной к остальным. Джулека и Роуз приняли её в свою небольшую компанию, отчего их дружба только окрепла. Все были рады за Сабрину, что, наконец-то, плохое влияние дочки мэра прекратилось на столь милую и очаровательную девушку. Алья все же получила ответы на все свои вопросы. В один из вечеров, Сезер посетила Дюпэн, после чего они заперлись в комнате последней, обсудив все новости и тайны, что хранили друг от друга на протяжении нескольких недель непонимания и разрухи в их дружбе. Секрет ЛедиБаг остался цел, Мари рассказала лишь о своей реальной жизни, в которой было не мало сокрытых проблем и интриг. Шатенка была рада за подругу, ведь та обрела счастье и любимого человека. Блогерша утверждала о том, что предполагала такой исход событий, ведь от ненависти до любви один шаг, пусть в мировом понимании смысл фразы был совершенно другим, но это же Алья. За свой умный вид и хитрые слова, Сезер получила подушкой точно по лбу, из-за чего после начался бой подушками, где девушки оторвались по полной. Устало упав на кровать, подруги засмеялись и клятвенно пообещали, что больше никаких тайн и секретов друг от друга. Прекрасный парижский вечер окутал город своей загадкой и шармом. Две подруги сидели в небольшом кафе, весело болтая обо всем. Кольцо на безымянном пальце поблескивало, а сама его хозяйка счастливо улыбалась, иногда издавая смешки из-за подруги, что яростно жестикулировала и рассказывала о том, как они с Нино были в зоопарке. Маринетт подняла бокал с молочным коктейлем, делая глоток, как карман, в котором лежал телефон, завибрировал. Да, Адриан подарил ей новый телефон, чтобы мог иметь возможность связаться со своей невестой, да и не только он. - Алья, извини, - покачав один пальчик в жесте "молчать", Мари достала мобильный, нажав на кнопку принятия вызова. - Да, Маринетт слушает, - с улыбкой начала девушка, предусмотрительно посмотрев на имя звонившего. Её вторая близкая подруга соскучилась по ней и хотела услышать её голос, но как бы не так. Улыбка спала с лица танцовщицы, а свободная рука сжалась в кулак. Хорошее настроение улетучилось в один момент. В глазах отразилась тревога, а сама девушка излучала волнение. - Плагг... Нет... Скажи, что это шутка... Прошу тебя... - прерываясь, умоляла Дюпэн, но в ответ ей было лишь подтверждение страшной новости. - Где... Да... Сейчас буду, - скинув вызов, Мари быстро засобиралась, а на её глаза навернулись слезы. Покопавшись в карманах, Дюпэн положила деньги на стол. - Мари, что случилось? - хорошее настроение Альи так же исчезло. Сезер переживала за подругу, тем более такая резкая смена настроения не могла не напрячь. Слёзы на глазах Дюпэн наводили на свои мысли, отчего блогерша даже привстала с места, но брюнетка остановила её, положив руку на плечо, заставляя вернуться в прежнее положение. - Прошу, скажи Адриану позвонить мне, но не сейчас. Прости, я потом всё объясню, - сдерживая слёзы, молвила Маринетт, после чего сорвалась с места, бегом покидая заведение. Адрес, продиктованный Плаггом был рядом, тем более расположение больницы знали все жители Парижа, да и ведь она была не одна. Дюпэн бежала вперед, желая поскорее попасть в лечебницу, чуть не сбивая прохожих с ног. Забежав в приемное отделение, взволнованную девушку уже ждал стилист Нуара. Вид его оставлял желать лучшего. Потрепанный, с красными глазами, словно он плакал, но Мари не сомневалась, что так и было. Обняв парня, Дюпэн закусила губу, держа слёзы в себе, что готовы были вырваться наружу. - Где она? - брюнет лишь указал на палату, не смея даже вымолвить слова. Пусть часы приема посетителей закончились, но Дюпэн не могла ждать до завтра. Любая минута была на счету, казавшаяся последней. С боем пробившись в палату, Маринетт ринулась к койке, на которой лежала её подруга. Несколько проводов, от груди, головы и пальца тянулись к аппарату, показывающему ритм сердца. Несколько ссадин на лице, голова перебинтована, а сама Тикки была в обычной больничной рубашке, что закрывала почти всё тело. Где же она заканчивалась, одеяло закрывало всё остальное. Увидев Мари, розоволосая улыбнулась, чуть морщась от неприятной боли. Врачи лишь пожимали плечами, ведь этой девушке не жить. Травма была не совместима с жизнью. Сейчас она жива, но любой момент может оказаться для неё последним. Медики сделали всё, чтобы спасти юную девушку, но большего сделать они были не в силах. Лишь бы ей хватило сил попрощаться с близкими и спокойно уйти. Бедная девушка, не успевшая прожить полноценную и яркую жизнь. - Я... Я такая неуклюжая...Представляешь, не справиться с управлением, глупость же? - Тикки старалась улыбаться, быть позитивной, пусть и знала, что ей отведено не так много времени. Было больно, было стыдно, ведь она покидает родных и любимых людей. Из-за неё плачут. Плагг рыдал, молил, чтобы она жила, но обратно ничего не вернуть. Стилист никогда не видела, чтобы брюнет проливал слёзы, а тут... Да, подвела она всех. - Не напрягайся, прошу, - Маринетт упала на колени рядом с кроватью, беря розоволосую за свободную руку. - Тебе нельзя много говорить. Как же так, Тик. Ты же превосходный водитель. Как так... Но ты поправишься, мы с тобой ещё зажжем на танцполе, мы ведь команда, - Дюпэн не сдержалась, давая волю слезам. Она не знала, что её подругу уже не спасти, но искренне верила, что всё будет хорошо. Тикки болезненно улыбнулась, сдерживая слёзы. Лучик солнца, её милая Маринетт. А ведь она хотела погулять на её свадьбе, хотела обнять её и пожелать кучу детишек и радостных моментов с мужем. Да видимо не судьба. - Ты ведь знаешь, как я дорожу тобой. Мы команда, подруги и всегда останемся ими, чтобы не случилось, - улыбка не сходила с истерзанных и искалеченных губ, отчего сердце Мари сжималось. - Прости, я была такой глупой. Причинила боль невинному, хотела защитить тебя. Но, хотя бы сейчас, я сделаю то, что нужно, - Тикки жестом попросила приблизиться к ней. Дюпэн встала, нагибаясь к подруге, которая прошептала на ушко Леди всего несколько слов, отчего голубые глаза распахнулись. Прохладные губы коснулись щеки, возвращая Маринетт в реальность. Ладонь, сжимаемая рукой брюнетки, ослабла, а голубые глаза закрылись. Протяжный писк наполнил палату, полностью возвращая танцовщицу в реальность. - Тикки... НЕТ! - крик, наполненный болью, пронзил не только палату, но и коридор больницы. Маринетт сжимала руку подруги, молила её открыть глаза и сказать, что всё это шутка, но розоволосая словно не слышала её. Тело обмякло, а сердце перестало биться. Дюпэн разрыдалась, захлебываясь собственными слезами. Врачи ворвались в палату, хватая девушку, оттаскивая её от умершей, но та сопротивлялась, кричала и просила вернуть её. Плагг обнял Маринетт, крепко прижимая к себе, пока врачи делали всё необходимое, чтобы после составить документы о смерти Тикки. Дюпэн содрогалась от рыданий, сжимала в руках джемпер парня. Сам же юноша уткнулся носом в волосы подруги, сдерживая собственные слёзы, но это было сильнее его. Стилист заплакал, не так громко, как Дюпэн, но его тело содрогалось от безмолвных рыданий. Он потерял ту, что любил всем сердцем и хотел жениться на ней, создать семью и всегда быть рядом, да только судьба решила иначе. Видимо за всего грехи, у него забрали Тикки, лишая смысла жизни. Она потеряла подругу, которая была дороже ей всех, кого она знала. Та, что подарила ей вторую жизнь, подарила свободу, всегда была рядом, когда было плохо. А сейчас той, кто соединила их вместе больше нет. Телефон надрывно звонил в кармане джинс, но Маринетт упорно не замечала его, продолжая рыдать в руках любимого парня той, кого больше нет. Они разделяли боль на двоих, оба оплакивая потерю близкой подруги. Стоя в проходе в палату, они забыли о том, где и кто они. Главным была лишь потеря, что оставила свой след в сердце. Вырвав кусок, выкинув его, судьба насмехалась над несчастными. Ту, которую они любили, забрали высшие, не желая давать ей шанса на жизнь. Плагг был сильнее, поэтому чуть ослабил объятия, подтолкнул Маринетт, заставляя пойти вперед. Девушка подчинилась, идя вперед, из-за пелены слёз совсем не видя, куда ступает, но она доверяла брюнету, который не даст ей упасть. Стилист вывел Дюпэн на улицу. Достав её телефон из кармана, парень вновь обнял подругу, давая той вновь разрыдаться в его объятиях, утыкаясь носом в его грудь. Джемпер с футболкой давно промокли, но брюнета это не волновало. Сейчас это мелочи, по сравнению с тем, какую потерю они понесли. - Больница Вожирар-Габриель Палле. Ты нужен своей невесте, - как только на звонок ответили, Плагг не медля сказал координаты, после чего скинул звонок. Маринетт вздрогнула, но стилист лишь крепче обнял её, пытаясь заглушить боль, что душила его. Они стояли около больницы, вместе переживая боль утраты, но не сказав ни слова друг другу. Агрест приехал быстро, тут же обняв их. Он не понимал, что происходит, но когда Плагг тихо шепнул причину того, почему оба в таком разбитом состоянии, блондин лишь мог прижать их к себе и высказать соболезнования, но и он промолчал, считая, что слова в данный момент излишни. Их трое, они смогут оправиться и пережить потерю, да только не каждый из них смог с этим смириться. На похоронах Маринетт не проронила ни слова, стоя рядом с Плаггом, который обнимал девушку за плечи, чувствуя поддержку. Оба стойко держались, когда гроб опускали в землю. До последней шепотки земли, друзья терпели, но стоило им остаться одним, как слёз сдержать они не смогли. Дюпэн разрыдалась, Плагг дал волю лишь нескольким слезинкам, Адриан же просто был рядом. Он не так хорошо знал Тикки, но не поддержать друга и возлюбленную не мог. Парень и не представлял, что чувствовал стилист, потеряв смысл своей жизни. Он просто был рядом, пока Мари и Плагг плакали последний раз на могиле той, кто свела их вместе. Пережить потерю близкого человека сложно, но не каждый сможет это. Маринетт не смогла. Находясь в Париже, она вспоминала все моменты, все места, где бывала с подругой, как веселилась. Последние слова розоволосой не выходили у девушки из головы, но так больше было нельзя. Плагг собирался улетать в Лондон как раз после выпускных экзаменов, поэтому Дюпэн решила отправиться с ним. Там отличный институт, а так же курсы для молодых модельеров. Да и брюнетка отвлечется от всего, постарается успокоиться и забыть ту боль, что гложет изнутри. С Плаггом Леди договорилась, но до последнего держала в тайне от Адриана. Их последняя ночь вместе закончилась не так, как того хотел парень. Он пытался убедить девушку не уезжать, но Дюпэн отказывалась его слушать, говоря, что наутро едет в аэропорт, где её будет ждать стилист Кота Нуара. Агрест был убит этой новостью, но обещание девушки вернуться после учебы грело душу, правда что-то тут не так. - Ты точно хочешь этого? - разбито прошептал блондин, сжимая в руках ладони возлюбленной. Маринетт было больнее в несколько раз делать такое решение, чтобы покинуть Париж, но по-другому она не могла. Всё здесь напоминало о Тикки. Так больше продолжаться не могло. - Я хочу закончить институт. Я вернусь, - фальшивая улыбка играла на устах танцовщицы, но Адриан так ничего не заметил. Блондин притянул невесту к себе, увлекая её в поцелуй. Плагг отвернулся, зная, что Дюпэн нагло лгала сыну модельера, но что поделаешь. Это её выбор, другого не дано. Поцелуй был с привкусом отчаяния и боли от разлуки. Отстранившись, Мари провела рукой по щеке Агреста, после чего развернулась и поспешила поскорее пересечь ту самую черту, где все закончится. Идя к трапу, Дюпэн остановилась, после чего обернулась, встречаясь взглядом с такими любимыми изумрудными глазами. Сделав шаг вперед, чтобы парень все видел, Маринетт достала телефон, найдя лишь один контакт, на который и нажала. Ответа не пришлось долго ждать, Адриан быстро достал телефон, принимая звонок, сильно удивляясь тому, что в тот самый момент его невеста стояла с телефоном, смотря на него, а ведь звонил тот, что служил связью между ним и Леди. - Прости, что солгала тебе. Наши пути расходятся, - Мари сглотнула, стараясь не плакать, что было сложно. - Без Тикки не будет ЛедиБаг. Я люблю тебя. Прощай, Котёнок, - сказав последнее, Дюпэн сбросила вызов, после чего откинула телефон в сторону. Развернувшись, танцовщица направилась в самолёт, тихо глотая слёзы, а Агрест стоял, словно громом поражённый, смотря, как уходит его смысл жизни. Маринетт - его Леди. Любимая и преданный друг. Она солгала, она не вернется. Адриан опомнился слишком поздно, когда самолёт набирал высоту. Мобильный выпал из руки, разлетаясь на множество осколков, как и его сердце. Только обретя, он потерял её, не успев сделать своей. Одинокая слеза скатилась по щеке, означающая конец счастью, которое Адриан только обрел. ЛедиБаг исчезла из ночной жизни, как и Кот Нуар. Больше о них не слышал никто, но слагать легенды о причинах их пропажи не переставали, придумывая всё новые. Да только настоящая правда была покрыта мраком, хранимая двумя сердцами, бившимися в унисон на расстоянии в тысячи километров.

" Я всегда буду с тобой, Мари. Береги Нуара, ведь это тот, кого ты любишь всем сердцем."