One dance for two

Черный автомобиль затормозил настолько резко, что было слышно визг шин. Естественно, привлекая внимания всех, кто был после лицея и в его холле. Передняя пассажирская дверь открылась, представляя виду симпатичную молодую девушку, что элегантно покинула салон дорогого авто. Яркие, розового оттенка волосы привлекли внимание сразу, а многие и вовсе восхищенно закричали, узнав девушку. Солнцезащитные очки с глаз перекочевали на волосы, а голубые глаза пристально окинули взглядом студентов. Несомненно, теперь больше половины узнали в прибывшей Тикки - личного стилиста ЛедиБаг. Спутник, что привез девушку, остался в машине, а сама молодая особа искала глазами нужного парня, совершенно не обращая внимания на бежавших к ней фанатов. Нужный юноша нашелся довольно быстро. Он медленно брел по асфальтированной дорожке к лицею, опустив голову, но тут же подняв её, слыша восхищенные крики и просьбы автографа. Каково было удивление танцора, когда тот встретился взглядом с Тикки. Девушка приветливо улыбнулась, поманив того пальцем к себе. Игнорировать толпу, что пыталась добиться хоть единого слова от розоволосой, девушке не составило большего труда. Сейчас её популярность мало заботила. - Адриан Агрест, прошу пройти в машину без лишних слов и пререканий. Нам нужно поговорить, - всё так же мило улыбаясь, сообщила стилист парню, что подошёл к ней, сильно удивившись, видя знакомую машину позади собравшейся толпы. Сын модельера сглотнул, его чутье подсказывало ему, что ничем хорошим это не закончится, но сам себя не понимая, Агрест открыл заднюю пассажирскую дверь и сел. Девушка последовала его примеру. Стоило дверце закрыться, как автомобиль сорвался с места, унося ничего не понимающего парня в неизвестность. Плагг, сидевший за рулем своего авто, не сказал ни слова, да он даже не взглянул на своего протеже, что сильно напрягло Агреста. Обычно брюнет любил пошутить над ним, но сегодня в его сторону была гробовая тишина. Адриан не мог понять, что же ему стоит ждать от этой пары, но если судить по гробовой тишине, повисшей в салоне автомобиля, то ничего хорошего эта поездка ему не принесет. Но что это не было бы, блондин выстоит и выдержит стойко. Сын модельера не засекал, сколько по времени они были в пути, но машина резко затормозила, отчего парень чуть не ударился головой о подголовник переднего сидения. От удара его спасла реакция и вовремя выставленная рука. Стилист ЛедиБаг без слов вышла из машины, как и её парень. Не прошло и минуты, как дверь Агреста открылась, призывая того покинуть салон. Подчинившись молчаливой просьбе, наследник знаменитого бренда вышел, как тут же сильный кулак встретился с его лицом, а именно со скулой с левой стороны. Не ожидав такого, Адриан схватился за машину, чтобы устоять на ногах, как следующий удар, что уже пришёлся тому в живот, не заставил себя ждать. Блондин закашлялся, опускаясь на колени, рукой хватаясь за живот, как третий удар пришёлся вновь по лицу, но теперь изящной женской коленкой. - Ты решил поиграть не с той девушкой, дружок, - тонкие, нежные пальцы обхватили его подбородок, заставляя поднять голову. Тикки сидела перед ним на корточках, наблюдая за тем, как маленькая струйка крови текла с его брови, как окрашивались губы в алый цвет. Да, не хило ему прилетело за два удара по лицу, отчего была разбита губа и рассечена бровь. Адриан поморщился от металлического привкуса, но стон боли сдержал в себе. Розоволосая была зла, но сдерживала свои эмоции, в то время как Плагг готов был уже сейчас раскрыть тайну личности Нуара, но решил этого не делать. Маринетт видит в нём своё спасение, пусть так и будет, только он больше не позволит причинить ей вред. - Н-не понимаю о чём в-вы, - пусть звучала, как глупая отговорка, да только Агрест не сразу понял, о ком шла речь. Он показался со стороны глупым, но сын модельера не выспался и до его мозга долго доходила информация. Было больно, но он же парень, а значит должен терпеть все удары, что ему приготовила судьба. Адриан надеялся на милость, но его слова лишь ещё больше подлили масла в огонь. - Не понимаешь значит. Решил прикинуться дурачком, ну что ж. Думаю, пора объяснить, что за девушку ты посмел обидеть, - Тикки поднялась, нанося удар ногой, облаченной в белоснежный кед, прямо в солнечное сплетение, выбивая из парня весь воздух. Агрест захрипел, падая на землю, не смея ничего сделать девушке. Да даже если бы он и попытался нанести удар, у него бы всё равно ничего не вышло. Во-первых, удар в сплетение слишком болезненный, от которого на время теряешь возможность нормально вдохнуть, а во-вторых, блондину помешал бы Плагг, не позволив Адриану и на шаг приблизиться к стилисту ЛедиБаг. Брюнет нанёс лишь пару ударов, всё остальное он оставил своей девушке, ведь той нужна была разрядка злости, пусть уж она выместит её на том, кто заслужил такое обращение. Тикки стояла и наблюдала за мучениями юноши, не чувствуя к нему сожаления. Агрест приподнялся на четвереньки, а после некоторого замедления выпрямился полностью, морщась от боли, что тупой волной проходила по тем местам, куда были нанесены удары. Адриан уже приготовился вновь получить очередной удар, да только оба стилиста не торопились этого делать. Словно ожидали чего-то, да только чего. Было не понятно. - Ну так что, ещё не осознал, с кем ты посмел играть в кошки-мышки? Использовал, а потом опозорил перед всеми, - девушка говорила спокойно, но по её глазам было видно, как та хотела избить стоявшего перед ней до полу смерти, чтобы парень осознал, с кем посмел вести игру по своим правилам, да только закончилось всё по-другому. Не так, как планировал сам Адриан, да вот только Агрест был так же ошарашен, как и его одноклассница. Вот тут до блондина дошёл смысл сказанных слов. Маринетт. Только она в последнее время была той, кого он посмел обидеть, сам того не желая. Как фотографии их близости оказались не только в лицее, но и в интернете, сын модельера не понимал, но он этого уж точно не делал. Только, как теперь доказать это стилистам, что были негативно настроены. Плагг молчал, не произнеся ни слова, а потому танцор решил не обращаться к нему. Не зная почему, но Агрест понимал, что его стилист не раскрыл тайну личности Нуара, а потому и ему следует держать язык за зубами. - Да, это ведь Маринетт? Но я не играл с ней, я даже не знаю, как фото проникли в сеть, - парень не лгал, да только ему веры не было, ведь в следующий момент колено Тикки встретилось с его пахом, а кулак попал по носу. Но на этом девушка не остановилась, стоило Агресту согнуться, локоть стилиста пришёлся точно в позвоночник, заставляя пострадавшего вновь упасть на колени. Блондин закашлял, а стилист ЛедиБаг ногой ударила вновь его по лицу, да с такой силой и ненавистью, что сын модельера упал на землю, глухо кашляя. - Предупрежу лишь один раз. Приблизишься к Мари, можешь считать себя трупом. Это было предупреждение, а в следующий раз твой хладный труп найдут на окраине Парижа. И поверь, малыш, я не шучу, - голос, пронизанный ядом, слышался для Агреста вдали, но он четко распознал все слова, что говорила розоволосая. Агрест не успел опомниться, как рядом с ним приземлилась его сумка, а автомобиль с визгом покинул место преступления. Тикки было глубоко наплевать, пойдёт ли он в полицию писать заявление, главное защитить подругу от него. Даже если она и получит срок за избиение человека, девушке было всё равно. Её мнение не разделял Плагг, но розоволосая только отмахнулась, говоря, что всё будет в порядке. Жить в страхе ареста та не собиралась, а потому если суждено быть арестованной, то пусть так. Свою задачу стилист ЛедиБаг выполнила сполна, да только её душа была не до конца удовлетворена, но что поделать, если для запугивания забивать до полусмерти было им не на руку. Пусть так, но если Агрест не отстанет от Маринетт, тогда девушка сыграет по крупному. Рука может сорваться, перерезая горло блондину, выпуская из его артерии фонтан крови. Адриан прокашлялся, делая попытку подняться, но зашипел, вновь падая на землю. Половина лица была испачкана кровью, но парня это мало заботило. Сейчас главное было подняться и узнать, где он находился. А уже после решать, как добираться до дома. В таком состоянии появляться в лицее ему нельзя, а потому остается лишь один выход - это направиться домой и попытаться обработать раны и синяки, что обязательно выступят через некоторое время не только на его лице, но и на многих других частях тела. Превозмогая боль, Адриан поднялся, вновь кашляя. Всё же полученный удар в солнечное сплетение дает свои последствия. Дыхание восстановить сложно, но можно. Агрест печально ухмыльнулся, зашипев от боли. Губа была разбита, а значит нормально улыбаться и даже усмехаться он сможет не скоро. Одежда вся в пыли, капли крови запачкали рубашку, оставляя на ней разводы алой консистенции. Блондин выдохнул, нагибаясь за сумкой, кое-как поднимая её с земли. Грудь и спина болели, как и лицо, по которому прошлись не раз, но сын модельера терпел, не смея поднять руку на девушку. Ничего не сделал, а уже даже избили, защищая Маринетт. Агрест мысленно дал себе подзатыльник, осознавая, в какую девушку посмел влюбиться, отдавая той своё сердце. Хотел помочь, а сам влип, что даже увезли на окраину Парижа, в небольшое заброшенное здание, что хотели достроить и сделать гостиницей когда-то. Избили, угрожали, а блондин мог лишь терпеть, лишь сам осознавая свою непричастность к распространению информации, портящей авторитет Дюпэн. Мари, словно алое пятно на жизни Адриана, от которого тот просто не мог избавиться. Каждая его помощь оборачивается для него болью и ненавистью. Каждый добрый шаг - удар в спину или же в лицо. Сколько бы добра не делал в сторону одноклассницы, в ответ всегда получал лишь плохое. Но он любит её, а значит готов вытерпеть всё, чем одарит его судьба, чтобы быть с девушкой. Даже пусть как друг, но рядом. Телефон в кармане завибрировал, не подавая звука. Агрест отключил его, но вибро оставил. Достав аппарат из брюк, блондин выдохнул, видя трещину, что шла почти по середине экрана, но увиденное имя на дисплее заставило Адриана вздрогнуть. Нет, только этого сейчас ему не хватало. И так проблем, хоть отбавляй, а тут еще и это. Видимо, сегодня явно был не его день, раз проблемы одна за другой сыпались на него, словно листопад поздней осенью. Выдохнув, чуть морщась, парень принял звонок, поднося телефон к уху. - Адриан, как это понимать? - не успел Агрест-младший и слова сказать, как грозный голос отца раздался в трубке. Ничего хорошего такое не предвещало, отчего блондин сглотнул, сжимая свободной рукой ремень от сумки. Габриэль не будет звонить просто так, а значит что-то случилось. И это "что-то" не сильно обрадовало модельера. - О чём ты, отец? - сын модельера хотел оставаться более уверенным, не выдавая своего волнения и страха перед ним. Да только всё было без толку, блондин понимал, по какому поводу был звонок от мужчины. В трубке послышался вдох, а после него модельер заговорил. - Не прикидывайся дураком, ты ведь понимаешь, что со мной такое не пройдет. Ты должен осознавать, что подрыв твоей репутации плохо скажется и на моей. Мне не нужны обложки журналов и заголовки газет о том, как мой сын развлекается в особняке с первой встречной, ублажая свои физические потребности, - Габриэль говорил настойчиво и кратно, но очень точно для того, чтобы понять, шутки отброшены в сторону. - Она не первая встречная! Не смей так говорить о Маринетт, - разозлился Адриан, но ему просто не дали закончить, нагло прерывая его гневную тираду в сторону отца, который был очень недоволен тем, что натворил его отпрыск. - Я оставил тебя на время одного не для того, чтобы ты вот так развлекался, привлекая к себе внимание столь пошлым и странным методом. Даю тебе неделю на улаживания этого конфликта. Если же ты не сделаешь этого, то можешь навсегда распрощаться с Парижем. Разговор окончен, - танцор и слова не успел произнести, как в трубке послышались гудки. Агрест с силой сжал телефон в руке, скрипя зубами от злости. Все против него, даже родной отец, но другого от такого человека не стоило ожидать. Адриан чувствовал себя жалким и брошенным. Плагг, даже он не защитил его, не поверил, принимая полностью сторону своей девушки. Но его можно было понять. Вот только, что теперь делать Адриану, чтобы остаться в Париже рядом с той, которую он любил всем сердцем. Пусть Мари была равнодушна к нему, даже ненавидела, он не оставит её. Нужно было придумать, как оправдаться перед папарации на счет откровенных фото. Слишком многое навалилось на бедного паренька, но Агрест сам виноват в этом. Не делал бы поспешных выводов, ничего бы этого не было. Выдохнув, сын модельера с силой закинул телефон в сумку, скривившись от боли в спине. Такси вызывать не хотелось, а потому танцор решил идти до дома пешком. Почему именно так? Адриан не знал, но садиться в машину ему не хотелось. Медленно, стараясь меньше делать резких движений, Агрест побрел в сторону особняка, стараясь избегать многолюдных улиц и фотоаппаратов, что могли застать его врасплох. Пусть лучше снимки избитого парня будут красоваться на обложках, чем те, что сейчас гуляли по простору интернета, а имя извращенца Адриана Агреста было на устах многих. Лишь имя девушки оставалось в секрете, но надоедливые репортеры, чтобы сорвать куш и сделать грандиозную статью, докопаются до сути, узная Маринетт. Тогда девушке не будет покоя, а этого Адриан не хотел. Только, что ему делать, сын модельера тоже не знал. Бредя по безлюдному переулку, парень в который раз убеждался, насколько он беспомощен.

***

Маринетт со всех ног неслась в сторону лицея, коря себя за длительный сон. Девушка чуть не опоздала на первый урок, вбегая в класс. Танцовщица игнорировала пальцы и смешки в её сторону, делая вид, что они просто не достойны её внимания. Опустившись на место рядом с Альей, Дюпэн соображала, как все преподнести подруге, как ей все рассказать. Вечер с Нуаром дал понять и расставить все точки над "i". Оставалось только рассказать обо всем шатенке, чтобы та поняла. Но не успела Мари и слова сказать, как её нагло перебили. - Я не буду спрашивать тебя, как и что было. Захочешь, расскажешь сама, но, Мари, пойми одно, ты можешь мне доверять, - взяв подругу за руки, Сезер улыбнулась. Да, она была в какой-то степени обижена на Дюпэн, но их дружба сильнее обиды, а потому Алья готова была ждать, когда брюнетка сможет найти в себе силы и поделиться с ней переживаниями и тем, что происходит между ней и Агрестом. - Не буду лукавить, увиденное фото ввело меня в ступор, но я не смогла примчаться к тебе и надавать пощечин. Если такое произошло, то значит на то были причины. Ты девушка не глупая, я знаю это как никто другой. Захочешь поделиться, я всегда к твоим услугам, - шатенка была настолько доброй и чистой, что Дюпэн чуть не заплакала. Вместо этого Маринетт обняла подругу, шепотом прося у неё прощения за свои тайны. Она не хотела их хранить, но рассказать просто не хватало храбрости и сил. - Фу, какие телячьи нежности. А ты, Маринетт, смотрю, не только под Агреста можешь лечь, но и с девушками не прочь поразвлекаться, - насмешливый голос раздался с первой парты правого ряда, а ехидные голубые глаза смотрели на обнимающихся подруг. Хлоя гордо, взглядом королевы, смотрела на девушку, которую хотела унизить ниже некуда. Мало того, та не отвечала на звонки и не явилась на фотосессию, так ещё и на приеме ей не дали вдоволь насладиться унижением ассистентки, которой та больше не работает. Буржуа решила уволить Дюпэн, но перед этим ещё сильнее поиздеваться. - Закрой свой рот, блондинка. Иначе твоя смазливая мордашка познакомится с партой, - огрызнулась Алья, отпуская Мари из объятий. - Если ты любишь увлекаться таким с Сабриной, то лучше бы молчала, а то как будет смотреться заголовок - "Дочь мэра лесбиянка". А? Думаю тебе в самый раз такое будет, - усмехнулась Сезер, видя, какой яростью наливаются глаза Буржуа. - Д-да... Да ты знаешь! Ах... - психанув, Хлоя выбежала из класса, а следом за ней и её верная собачонка Сабрина, что ни на шаг не отходила от, так называемой, подруги. Были слышны лишь угрозы о том, что Сезер пожалеет о сказанном. Другие учащиеся смеялись над тем, как Алья ловко осадила первую выскочку, забывая на время о происшествии с участием Маринетт. Сама же Дюпэн слабо улыбнулась, наблюдая за бойкостью подруги. - А да, кстати, у меня такая новость, - шатенка хлопнула в ладоши, забывая напрочь о Хлое и её собачонке. Маринетт изогнула правую бровь в вопросе, мол, что за новость такая. Сезер потерла ладошки, хитро ухмыляясь. - Сегодня утром Адриана забрала с собой Тикки, стилист ЛедиБаг, представляешь? - блогерша так и сияла от радости, только не понятно от какой. Словно произошедшее перед лицеем было ни чем иным, как представлением, которого все ждали с нетерпением. Ну увезли, что в этом такого. Да только не для всех было так. - Что? - опешила Дюпэн, ошарашенно смотря на Алью. Танцовщица ожидала чего угодно, но только не того, что её подруга увезла Агреста неизвестно куда. А главное для чего? В голову сразу прокрались мысли не слишком доброго содержания, а даже наоборот. Дюпэн подорвалась с места, хватая сумку. Извинившись перед Сезер, обещая потом ей все рассказать, Дюпэн выбежала из класса, чуть не сбив учительницу, что закричала ей в след, но брюнетка проигнорировала выкрик преподавателя. Быстро бегая пальцами по дисплею, Маринетт набирала выученный наизусть телефон Тикки, желая поскорее связаться с ней и узнать, что та задумала и зачем ей понадобился Адриан. Зная Тик, Дюпэн не могла предположить, что стилист предложит Агресту выпить с ней чая и просто поговорить. О нет, такого уж точно не будет. Брюнетка боялась самого страшного и печального исхода, что сына модельера просто убьют, но Плагг же не позволит ей этого сделать. Танцовщица резко остановилась, прижимаясь спиной к стене, опуская руку с телефоном вниз. Противный голос, что раздался за углом заставил Мари остановиться и прислушаться. - Чертова Дюпэн. Ну ничего, если фотографий с Агрестом ей было мало, то мы опустим её ещё ниже. Сабрина, сможешь снова проникнуть в особняк Габриэля и достать видео с камер? Уж после такого эта тварь точно не посмеет и шагу ступить в лицей, - мерзкий и слишком самодовольный голос взбудоражил Мари, а её голубые глаза расширились, складывая кусочки пазла в единую картину. Адриан был невиновен в том, что их фотографии видели почти все. Вот почему на его лице читался такой же шок, как и на её. Она зря обвиняла его, зря ударила. Он такая же жертва, как и она. Вот же идиотка. Маринетт уже не слышала ответа одноклассницы, быстро пробежала мимо прохода, в котором были эти двое, стараясь как можно быстрее покинуть учебное заведение. По пути нажав кнопку вызова, Дюпэн слушала протяжные гудки, желая поскорее услышать знакомый, и даже любимый голос подруги, но та не спешила подходить к аппарату. Мари быстрым шагом шла по улице, вновь и вновь набирая знакомый номер, но ответа так и не получила. Дюпэн злилась, стараясь понять, что собиралась делать Тикки. Не могла же она узнать о фото, что висело в холле лицея. Как тут её словно током пробило. Это же Буржуа. Открыв браузер, девушка быстро нашла сайт новостей лицея, как тут же остолбенела. Там было фото и приписка к ней. "Так развлекается Адриан Агрест после занятий" - гласила подпись под фото. Дюпэн закусила губу до крови, мысленно желая Буржуа самой страшной смерти, какую только можно было придумать. Фотография по-любому уже распространилась в интернете, а значит исправить такое становится сложнее. Как же сейчас Маринетт по-настоящему ненавидела дочку мера, желая ей смерти. Пусть так думать нельзя, но танцовщица не могла себя остановить в этом. Плевать, что такое могло вернуться бумерангом, но не думать об этом она не могла. Дюпэн сильно удивилась, когда увидела перед глазами знакомые ворота. Девушка стояла перед особняком Агрестов, вновь набирая номер подруги. Почему она пришла сюда? Инстинктивно, идя вперед, ноги сами несли её в сторону дома ненавистного врага, кем он был когда-то. Выдохнув, Мари облокотилась спиной о железные балки ворот, прикрывая глаза. Вот за что ей все это. Вроде, никому зла не делала, вела всегда себя прилично, а к ней такое отношение. Хлоя всегда любила издеваться над ней, оно и не удивительно, блондинка выбрала объект для насмешек. Вновь набирая номер, Мари печально улыбалась, не получая ответа. Тикки игнорировала её звонки, не желая давать ответы на вопросы. Хотя, звонила она с номера, что для неё приобрел Нуар, ведь свой та разбила в том самом переулке, где решила полностью изменить свою жизнь, обещая себе больше не плакать. Так оно и было, да только боль от этого не становилась меньше. Дюпэн старалась держать себя в руках, но то, что подруга просто не брала телефон, выводило из себя, но сделать Мари ничего не могла. Брюнетка переживала за Агреста, как бы та не хотела этого признавать, но она боялась за него. Ведь Адриан не был виноват в этом, танцовщица узнала это и поняла, как жестока была с ним, хотя парень и вовсе не причастен ко всему этому. - Маринетт? - слегка охрипший голос вывел девушку из состояния задумчивости. Обернувшись, Дюпэн застыла, встречаясь взглядом с изумрудными глазами, что так же с удивлением смотрели на неё. Вид одноклассника просто поразил танцовщицу, отчего та приложила ладонь к губам, не имея сил поверить в увиденное. Пол лица в крови, весь грязный и побитый. Девушка с ужасом осознала, что её догадки на счет мотивов Тикки были верны. Ей было ужасно стыдно, что парень пострадал не за что. Да, раньше бы она состроила важную особу и просто проигнорировала, но теперь она не могла. Любовь делает слабее даже самых непробиваемых. - Адриан... Я... - Мари попыталась найти себе оправдание, но не могла. Слова комом застряли в горле, не желая вырываться наружу. Агрест прикрыл глаза на мгновение, а потом прошёл мимо одноклассницы, словно она просто статуя. Он был удивлен, увидев её возле своего дома, но только ничего это не меняет. Видимо, пришла посмеяться над ним, а может насладиться видом, что открылся ей. Явно радуется, что парень был избит её друзьями. Сколько он помогал ей и делал добро, а она обвиняла его во всех смертных грехах, которых он не совершал. - Не надо. Просто уходи домой. Ты увидела, что хотела, - доставая ключи, сказал Агрест, совсем не смотря на брюнетку. Ему было больно осознавать, что возлюбленной стала та, которая старалась всячески навредить ему, выместить на нем гнев и злобу, просто сделать никем. А он, дурак, желал подружиться с ней, делал добро, а вот как все обернулось. Влюбился, как мальчишка, и теперь страдает от этого. - Нет... Всё не так... Послушай меня, прошу, - сердце Мари сжалось, когда Адриан обернулся к ней, смотря безжизненным взглядом изумрудных глаз. Теперь Дюпэн сполна понимала, как вела себя с ним, ведь сейчас они поменялись местами. Он стал ею - холодным и эгоистичным, а она им - доброй и просящей выслушать её. - А как тогда? Твои друзья хорошо потешились надо мной, можешь радоваться, - едва усмехнулся Агрест, чуть морщясь. Губа ссаднила, вызывая дискомфорт. Сыну модельера хотелось поскорее оказаться в своей комнате и больше не видеть Маринетт. Она приносила ему невыносимую боль, её присутствие рядом, её глаза, её губы. Как бы парень не старался, но забыть её он не сможет. Дюпэн глубоко поселилась в его мыслях, отчего Адриану было противно от самого себя, как он позволил такому случиться. Он просто глупец, который ощущал себя мазохистом. - Ты не прав. Я не говорила Тикки ничего о тех фото, я не просила об этом, - Мари опустила голову, руками сжимая край джемпера, не смея посмотреть однокласснику в глаза. - Я... Я должна извиниться перед тобой, ведь это не ты вывесил то фото, не ты отправил его в интернет. Моим поступкам нет оправданий, но я правда ничего не говорила о фото, Тик сама узнала об этом. Я даже не знала, что она собирается сделать, - слёзы постепенно собирались в уголках глаз. Мари было стыдно и паршиво от осознания того, что пострадал невинный. Отбросив сомнения, Дюпэн шагнула вперед, поднимая голову, отрывая взгляд от асфальта, переводя его на лицо модели. Агрест мешкал, в его глазах читалось непонимание и удивление, вперемешку с болью и настороженностью. Смотря в его глаза, Мари понимала, насколько была глупа, насколько была самоуверенна в отношении этого парня. Адриан видел в аквамариновых глазах надежду и сожаление, просьбу простить и грусть. Она не лгала, блондин чувствовал это, словно видел её насквозь. Когда тонкие пальцы коснулись рассеченной брови, Агрест вздрогнул, но не отшатнулся, смотря Маринетт в глаза. Словно ища подвох, которого не было. Дюпэн медленно провела по ранке, на которой засохла кровь, медленно опускалась вниз по щеке, останавливаясь на губах. А именно на той, которая была разбита. Сердце сжималось от осознания, что во всем этом виновата именно она. Не зная того, что подруга собиралась делать с Адрианом, танцовщица ощущала всю боль и разочарование. Всему виной она. Её глупость, её любовь. - Нужно обработать, иначе будет заражение, - сглотнув неприятный ком, тихо, словно шепотом, молвила Дюпэн, отводя руку от лица модели. Адриан медлил, не зная, как правильно поступить. С одной стороны хотелось наговорить Маринетт грубостей, прогоняя прочь, но с другой он хотел пустить её вновь в свой дом. Танцор разрывался, но в последний момент сдался, кивком показывая девушке следовать за ним. Дюпэн оставалось подчиниться, идя за юношей, что украл её сердце. Вина за причененные раны однокласснику пожирала изнутри, отчего брюнетка хотела хоть как-то помочь ему, смягчив свои терзания. Уже знакомая комната встретила девушку тишиной и мраком. Шторы были задернуты, а люстра не горела. Агрест без слов ушел в ванную, перед этим откинув сумку в сторону. Дюпэн не успела попросить медикаменты, как дверь с сильным хлопком закрылась. Выдохнув, Леди прошла к окну, одергивая одну штору, впуская в спальню свет. Вспоминать о прошлом не хотелось, важно было то, что случилось сейчас. Присев на диван, Маринетт ожидала парня, что вышел спустя десять минут. В его руках было пару пузырьков, вата и бинты, а так же тазик с водой в котором находилась белоснежная тряпочка. Поставив всё на столик, что стоял рядом с диванчиком, Агрест присел рядом с одноклассницей, перед этим избавившись от рубашки. Маринетт без слов выжала тряпку, пальчиками беря Адриана за подбородок, аккуратно обтирая его лицо. Кровь высохла и не хотела смываться, однако Дюпэн приложила чуть усилий, избавляя лицо модели от алых потеков. Обмывая лицо парня, танцовщица старалась не встречаться с ним глазами, надеясь, что он простит её за то, чего она не совершала. Руки дрожали, но девушка старалась успокоиться, медленно поглаживая тканью по лицу, спускаясь ниже, к шее. Ручейки крови доходили чуть не до груди, отчего Мари сглотнула, но алые пятна вытерла. После взяв перекись, обработала раны, прижимая ватку к ранам. Парень стойко терпел, когда Дюпэн пальчиками плавно распределяла мазь по открытым ранкам, стараясь меньше причинить ему боли. Агрест не понимал, почему позволил однокласснице заняться ранами, но он подпустил её, отдаваясь полностью в её руки. Сам не понимая, Адриан верил ей. А может просто надеялся, что она не причастна ко всему этому, что не знала о том, что замыслила Тикки, либо Маринетт была прекрасной актрисой, способной провести любого вокруг пальца. Не верил, не хотел, но боялся ошибиться. Подумав, что хуже уже точно не будет, Адриан прикрыл глаза, чувствуя прикосновения нежной кожи рук к своему лицу. Изумрудные глаза распахнулись в тот момент, стоило губам Мари коснуться ранки на устах сына модельера. - Прошу, прости меня, - прошептала Мари, отстранившись от парня. Адриан удивленно выдохнул, но не предпринял попытки прижать к себе Дюпэн и поцеловать её. Нет, сейчас нельзя её так пугать и использовать её, такую раскаявшуюся и безобидную, в своих корыстных целях. Блондин и слова сказать не мог, словно проглотил все звуки, смотря на такую близкую и одновременно далёкую Маринетт. - Я узнала, кто это был. Мне стыдно, что не разобравшись, обвинила тебя и даже ударила. А теперь это... Я правда не знала, что собирается сделать Тикки, даже не говорила о фото. Мне жаль, что так вышло, ведь ты не заслужил такого обращения, - сглотнув, Маринетт боялась смотреть на юношу, опустив голову. Ей было стыдно и неловко, но изменить или исправить Дюпэн была не в силах. Она не волшебница, а лишь простая девушка, что запуталась сама в себе и своих чувствах. Боязнь, что Агрест не простит её, съедала изнутри, но танцовщице оставалось только ждать. - Я простил тебя, Мари, - бархатный голос, раздавшийся совсем близко, заставил вздрогнуть девушку и резко поднять голову. Она не ослышалась? Её и правда простили? Но спросить Дюпэн не смогла, её поцеловали. Не страстно и грубо, а медленно и нежно. Адриан старался целовать аккуратно, насколько могла позволить его разбитая губа. Танцовщица замерла, боясь пошевелиться, но поддаваясь желанию, сдалась на милость модели. Мазь упала на пол, а изящные руки расположились на плечах блондина. Голубые глаза закрылись, а девушка полностью отдалась ощущениям. Поцелуй был трепетным и нежным, дарящим любовь и ласку. В этот момент оба нуждались друг в друге, тянулись, чтобы быть как можно ближе. Дюпэн подалась назад, не разрывая поцелуй, заставляя Агреста наклониться следом. Стоило девушке принять горизонтальное положение, как Адриан навис сверху, но быстро прервал поцелуй, болезненно зашипев. - Что случилось? - Маринетт взволнованно смотрела на одноклассника, в голове перебирая, что она сделала не так. Танцор выдохнул, аккуратно ложась на девушку, чуть ниже, чтобы его голова оказалась на её груди. Дюпэн беспокоилась, но ждала, пока юноша ответит ей на вопрос, который она задала. - Ничего страшного, просто болит спина. Если можно, я полежу так? - с надеждой спросил Адриан, получая положительный ответ на свою просьбу. Мари устроилась поудобнее, запуская руку в светлые пряди, медленно перебирая их пальчиками. Больше они не сказали и слова, каждый погруженный в свои мысли. Она думала о нём, а он о ней. Как все сложилось, что даже хотелось смеяться, осознавая, насколько они глупые дураки. Оба пережили боль, оба были на краю любви и ярости, оба поняли, насколько нуждаются в друг друге. Агрест задремал, чувствуя нежные прикосновения, ощущая, как вздымается грудь Дюпэн. Не прошло и более десяти минут, как сын модельера отправился в царство Морфея, забывая обо всем, что тревожило парня. Маринетт же не могла уснуть, изучая взглядом потолок, медленно перебирая пшеничного цвета волосы. Как все обернулось. Если бы ей сказали ещё несколько недель назад, что она вот так будет лежать с Агрестом, копаясь в его волосах и слушая ритм его дыхания, Маринетт бы посмеялась над этим дураком, сказав, что он полный идиот и такого не будет. Но судьба решила по-другому. Сейчас она с ним, а он доверчиво прижался к её груди, уснув от переизбытка чувств и боли, что наполняло юное тело. Дюпэн не заметила, как её глаза закрылись, а она сама провалилась в темноту, засыпая следом за одноклассником. В помещении возникла тишина, прерываемая лишь тихим сопением парня и дыханием девушки. Ближе к вечеру, дверь в комнату Агреста-младшего отворилась, а на пороге виднелась статная фигура мужчины, что с удивлением наблюдал открывшуюся ему картину. Молодая девушка лежала на диване, посапывая, в то время как сверху на ней лежал молодой парень, обнимая одной рукой брюнетку за талию. - Так вот значит как ты решил поступить, Адриан, - сдержанно ухмыльнулся мужчина, закрывая дверь, оставляя пару одних. Габриэль покачал головой, отмечая глупость и порыв защитить девушку, которую он назвал первой попавшейся. Значит ошибся, но не сейчас ему судить об этом. Будет новый день, будет разговор по душам. А сейчас пусть отдыхают, ведь обоим предстоит предстать перед знаменитым модельером. Звонок сыну не предвещал, что мужчина не вернётся раньше, а потому у Агреста-младшего осталось лишь шесть дней, чтобы исправить то, что он натворил. Габриэль никогда не бросает слов на ветер. Кем бы не была та девушка его сыну, репутацию запятнать он не позволит. Шесть дней и ни минутой больше.