В походе с Чармингами

Эмма и Реджина завертели головами и сразу же увидели Белоснежку, Чарминга с Нилом и Генри. Но на этот раз они были слишком счастливы, чтобы расстаться хоть на мгновение, и не отскочили друг от друга. — Что скажешь, дорогая? — Реджина улыбнулась. — Продолжаем молчать? Эмма покачала головой. — Мне бы хотелось кричать об этом. — О чем? — улыбка Реджины стала еще шире. — Что я собираюсь стать женой женщины, которая дополняет меня, которая делает меня самой счастливой на свете. Я собираюсь стать женой своей истинной любви, своего счастливого конца. Твоей женой, Реджина Миллс. Реджина страстно поцеловала Свон. — Я так люблю тебя, — она ласково коснулась ее щеки. — До луны и обратно. Белоснежка улыбалась, энтузиазм из нее так и пер. — Значит, вы больше не отнекиваетесь?! Генри захихикал. — Мамы. Избавьте бабушку от страданий. Она притворялась несколько месяцев. — Месяцев? — удивилась Реджина. — Мы в походе чуть меньше недели. — А вы на протяжении нескольких месяцев прятались с грациозностью достойной Чернобога, — заметил Чарминг. Эмма нахмурилась. — Тогда почему вы ничего не сказали? — Ждали, пока сами расскажете, — ответила Белоснежка. — Мы подумали, что вы признаетесь, когда будете готовы… до сегодняшнего дня. Вы обе улизнули, и нам стало любопытно. Генри прыснул от смеха. — Вы так отчаянно рванули за ними. — Скорее, испуганно, — уточнила принцесса. — Я слышала шум из вашей палатки. Эмма подтолкнула Реджину локтем. — Я думала, ты наложила заглушающее заклинание. Реджина помрачнела. — Я наложила. — Что ж, получилось не слишком хорошо, — пробормотала Белоснежка. — Как я рад, что сплю в наушниках, — проворчал Генри. Реджина широко улыбнулась и, обняв Свон за талию, привлекла к себе и поцеловала. — Большинство заклинаний можно разрушить поцелуем истинной любви, — она подмигнула, и Эмма, рассмеявшись, прижалась к ее губам своими. — Вы, правда, ничего не имеете против? Белоснежка кивнула. — У нас было много времени, чтобы подумать об этом, Эмма. Реджина не раз доказала, что изменилась, и совершенно ясно, что вы делаете друг друга счастливыми. Когда мы помещали тебя в шкаф, то хотели, чтобы у тебя был лучший шанс. Так вышло, что ты росла без дома и семьи, и мы никогда не перестанем сожалеть об этом. Но сейчас мы видим, что ты стала замечательной частью этой семьи и нашла свой дом с Реджиной. Ты счастлива, Эмма. Разве мы можем быть против? Эмма улыбнулась и высвободилась из объятий Реджины, чтобы обнять родителей. — Спасибо, ребята, — сквозь слезы прошептала она. Эмма безумно боялась, что они откажутся от нее. Большинство семей, в которых довелось побывать Свон, не приняли бы ее такой, какая она есть, или плохо бы отнеслись к избраннице. Поэтому Эмма боялась потерять только что обретенную семью. Они крепко прижали дочь к себе, а после Чарминг посмотрел на Реджину. — Чего ты там сидишь? Реджина в замешательстве нахмурилась. Она просто позволила Эмме разделить этот момент с родителями. — Я думала, вам всем надо обняться. — Да, — подтвердил он. — Семейные обнимашки, а ты часть нашей семьи, как и ты, Генри. Давайте к нам. Едва Реджина и Генри приблизились, как тут же оказались в крепких семейных объятиях. — Ооо! — воскликнула Белоснежка. — Я почти забыла. Поздравляю с помолвкой! Эмма поперхнулась и, высвободившись, достала бутылку шампанского, которое принесла Руби. — У меня не хватит стаканов, так что придется сделать по глотку прямо из горла. Реджина приподняла бровь, а затем щелкнула пальцами. У всех появились бокалы, за исключением Генри, который сжимал банку газировки. Мальчишка пожал плечами, но спорить не стал. Эмма разлила шампанское. — За Эмму и Реджину! — провозгласил Чарминг, и в тишине разнесся перезвон хрустальных бокалов. — Чур, я — шафер! — воскликнул Генри. В конце концов, избавившись от пристального внимания остальных и пожелав всем «доброй ночи», Эмма и Реджина остались вдвоем в своей палатке. Реджина, перекатившись на бок, поцеловала Свон. Та ответила улыбкой. Счастливое выражение не сходило с лица Реджины, и ей это нравилось. Она вернула поцелуй, теснее прижимаясь к любимой. — Я так счастлива, — тихо призналась Реджина. — И я. — Тебя это пугает? — Что? — Быть счастливой? Эмма пожала плечами. — Иногда, но потом я вспоминаю, что это вы с Генри делаете меня счастливой. Знаешь, в прошлом я много лажала, но с тех пор, как ты со мной, я знаю, что вместе мы со всем справимся. Страшно, да, но в то же самое время чертовски захватывающе, ведь это наше с тобой будущее. Реджина нежно улыбнулась и накрыла ладонь Эммы своей. — Вместе мы сильнее, — она посмотрела на кольцо. — Я так сильно люблю тебя, Эмма. Помню, как сопротивлялась этой идее с походом. Эмма фыркнула. — Было дело. Немного. Реджина рассмеялась. — Что ж, если честно, мой опыт походов ограничивался лежанием в грязи с куском ткани над головой, изображающей навес. На этот раз он обогатился. Кроме того, со мной была ты. В общем, я пытаюсь сказать, что очень рада, что ты убедила меня отправиться в поход. Это была хорошая идея. — Хочешь сказать, что у меня бывают хорошие идеи? Реджина нежно поцеловала ее. — У тебя много хороших идей. Поездка и сюрприз… обе эти идеи великолепные. Они мне понравились, а еще… мне нравишься ты. Эмма коснулась губами спины своей девушки. — Может быть, в следующий раз мы отправимся в поход одни? Реджина фыркнула. — Мы не выйдем из палатки… не то, чтобы я была против… Эмма прекрасно понимала, на что намекает ее девушка. Она, улыбнувшись, слегка прикусила и оттянула нижнюю губу Реджины. — Говоря о помолвке, — Свон положила ладони ей на живот. — Отметим? На следующий день они проснулись поздно. Реджина тихо посмеивалась, пока будила невесту, покрывая поцелуями щеки, а в конце мягко поцеловала в губы. Эмма довольно промычала в ответ и положила ладони ей на ягодицы. — Люблю праздновать. — Я тоже, — прошептала Реджина прямо ей в губы. Эмма вздохнула. — Нам обязательно возвращаться домой? — Мы должны иногда воссоединяться с миром. Кроме того, нам надо готовиться к свадьбе, дорогая. — Кстати об этом, — сказала Эмма. — У мамы есть несколько идей. — Никаких животных и церемоний в лесу, — мгновенно отреагировала Реджина. — Я прямо сейчас использую свое право вето. Эмма засмеялась. — Надеюсь, у нее есть другие идеи. Я больше переживаю из-за того, что видела ее свадебное платье. — Не хочешь вырядиться в перья? — Я больше склоняюсь к смокингу. — Хочешь надеть смокинг? Эмма кивнула. — Мне в нем будет удобнее. — Я только за… и потом, ты чертовски хороша в костюмах. Эмма улыбнулась. — Знаю. — Лучше не позволяй мне увидеть его. Это к несчастью, — заметила Реджина, в ответ на что Эмма не сдержала усмешку. — Мы можем справиться с любым несчастьем. Разве не это фишка истинной любви? — А несчастье — это проклятие? Эмма пожала плечами. — Без понятия. Еще слишком рано для философских вопросов. — У вас там все прилично?! — с улицы послышался голос Белоснежки. Реджина рассмеялась. — Нам придется терпеть это до конца наших дней? Эмма кивнула. — Вероятно. Заходи, мам! — Реджина взмахом руки одела их обеих, и Эмма слегка подтолкнула ее локтем. — А вот теперь ты мне продемонстрировала настоящее средство для экономии времени по утрам. Реджина закатила глаза. — К несчастью, дорогая, тебе придется одеваться самостоятельно. Это непредвиденные обстоятельства. Мы же не собираемся травмировать твою мать на всю жизнь… хотя, это было бы забавно. — Веди себя хорошо, или я начну планировать кемпинговый медовый месяц. Реджина застонала, когда появилась Снежка с двумя злаковыми батончиками и пачками сока. — Праздничный завтрак в постель… это все, что мы смогли найти. Эмма прыснула от смеха. — Это намного полезнее моей обычной еды. — И это правда. По крайней мере, батончики не пропитаны сиропом… — А мне казалось, ты любишь вкусняшки, пропитанные сиропом… — дразняще заметила Эмма. Белоснежка побледнела, и Реджина усмехнулась. — Не все, — она подмигнула. Снежка прочистила горло, и обе женщины одновременно посмотрели на нее. — Прости, мам, — покраснела Эмма. Они торопливо закончили с завтраком, и Эмма поднялась. — Думаю, нам пора собираться. — О, осталась только ваша палатка, — сказала Снежка. — Уже одиннадцать. — Что? — переспросила Реджина. — Мы решили дать вам выспаться. — Что ж, нам надо было отдохнуть, — Реджина пожала плечами. — Не хочу ничего знать, — пробормотала Белоснежка и выскочила на улицу. Эмма и Реджина последовали за ней, чтобы разобрать палатку, а затем собрать оставшееся снаряжение. Через час все вещи были погружены в машины. Генри забрался в «Мерседес», пока Снежка и Чарминг обнимали его мам. — Мы увидим вас на ужине в эти выходные? — спросила принцесса. — А мы еще не насмотрелись друг на друга, дорогая? — язвительно парировала Реджина, хотя все давно поняли, что она любит семейные ужины не меньше остальных. — Еще раз поздравляю вас, — Чарминг сжал ее в объятиях. Они расселись по машинам, когда Белоснежка вдруг выкрикнула: — Мы обязаны это как-нибудь повторить!