В мире Наруто!

POV Ди Позавтракав рисом, я окончательно убедилась, что никогда не поеду в Японию или Китай! Как можно есть одно и тоже, чтоб вас?! У них что фантазии нет? Еще как есть! Вон сколько всякой китайкой всячины, а я еды нормальной нету! -Гиииин! - протянула я за столом и смотря на кашку. -Чего? – так, по-моему, ей тоже не очень-то и хотела поесть эту бяку. -А давай ты чего-нибудь нашего сварганишь, а? - и жалобно так смотрю. -Давай! - с энтузиазмом согласилась она. Ага, в мыслях хмыкнула я, небось, ждала, пока я попрошу. И когда на кухне стал витать божественный аромат жареных яиц с откуда-то взявшейся совсем не русской колбаской, я уже едва ли не слюнки подбирала со стола. А проблема в том, что я просто не умею готовить. Ну, вот совсем. Я могу что-нибудь сварганить, но так на перекус, а на аромат и вкус... ну уж нетушки, по этой части Гинка спец. Она любит творить, изобретать и всякую чепуху молоть. Я же люблю читать, шутить, язвить, с ума сходить - в общем, ненормальный подросток, вот. На аромат жареных яиц приперся Спиралька, который уломал сделать кусочек и для него, хотя я была в курсе, что ему ни есть, ни какать не надо! Даже помню, как он спрашивал Обито о какашках, ахаха. Фу! Чуть аппетит не перебила. Да-а, тогда Обито был веселым мальчиком, а сейчас... самоуверенный болван. Мы позавтракали и с улыбкой стали тренироваться, выйдя на улицу. Спустя часок тренировки, когда я даже не вспотела, появились незваные гости, учуявшие чуток чакры. Нас окружили и внимательно за нами следили. Сейчас скажу, как они выпрыгивали! Значит, тренируемся, смеемся мы, а они - бац! - и из кустов. Я такая: - Мальчики, все кустики пометили? А они такие: - Нет! Кто вы такие?! Гинка такая: - А как же то-от! - и она тыкнула, собственно, в огромный куст, из которого выполз еще один анбу в маске животного. -О, как много пометил! - восхитилась я, подмигнув сестричке. Концерт устраивать мы любим. -Что за чертовщину вы несете?! - возмутился тот, кто стоял чуть впереди всех, - И кто вы такие?! -Как кто? - удивилась сестра и состроила грозное выражение лица, - Мы - дамы! - и лицо такое серьезное-пресерьезное. Парни в недоумении посмотрели на меня, я важно кивнула и сообщила: -Мы очень важные персоны! Но наш охранник, чтоб его покусали, - с милой улыбочкой проклинаю я, - Взял и сбежал, едва вас почувствовал. И оставил тут! Одних! - я даже жалобное личико состроила. Сестра поддержала и улыбнулась. -Он был душечкой! И нравился нам, а сам подло сбежа-ал, - последнее протянула. Я сложила руки лодочкой и попросила, - А нам некуда пойти. Господин батюшка велел не возвращаться. -Что-о?! - мальчики, кажется, поверили. Мужики, хмыкнула я мысленно, все такие идиоты. -Вот. А мы собак боимся, кошечек тоже, а уж шино-о-оби подавно, - тянет под сопрано сестра, - А я вообще ничего не вижу! - на последних словах, я едва не заржала, как настоящий конь, потому что моська у сестры такая проказливая была! Я имитировала смех под горькие вздыхания и принялась честно врать свою историю: -Батюшка наш высокопоставленный. Он нас очень любит... -Ага, заметно, - пробурчал какой-то парень. -Да! - я сдвинула бровки на переносицу, уперла руки в бока и со всей воинственностью посмотрела на индивида, умудрившего вякнуть в мои поэмы! - Он очень любит! И сказал, чтоб мы выросли и не возвращались! Он нас благословил, правда, зачем-то еще и в дорогу отправился... аж до границы... и охранников отправил самых трусливых... А! Это, наверное, чтобы сами из ситуаций научились выпутываться! - озарилась догадкой я, пряча искринки смеха в глазах. - А то все батюшка, да батюшка... -Да, да, - Гинка нежно улыбнулась, - А я вот зрение в дороги потеряла. Вот не вижу и все! - она обняла дерево, потом прошептала, - А ты краси-и-и-ивый! Пошли замуж!.. - ага, а с той стороны дерева хихикает Спиралька. Я упала на колени, едва сдерживая душераздирающий смех, маскировав его под "душераздирающий" плач. -А я так за нее боюсь, так боюсь! - пробурчала я, - Пожа-алуйста! Господа шиноби! Возьмите нас с собой, мы молчать будем! - и в заверении промолчали... буквально пару секунд, прежде чем начали опять нести чушь про больную матушку и любимого батюшки. Когда я уже хотела рассказать про нелюбимых родственничков, я поняла, что на полянке пусто, а из-за кустиков улепетывали шиноби, сверкая пятками. Наконец, я грохнулась на травку зелененькую и распласталась на ней, чтоб начать безудержно ржать и смеяться. Сестренка подошла, положила мне на лоб ладонь и сообщила, - Температура! - прежде чем упасть рядом и тоже начать смеяться. Вот так нас застукал Обито, смотря как на нереально больных, а Спиралька аплодировал так громко, что я побоялась, что нереально-сильные-шиноби-облака-и-анбу вернуться, чтоб тоже аплодировать нашему актерскому мастерству.