В мире Наруто!

POV Ди Начнем с короткого: в данный момент, я с сестрой уже как без году неделю проживаю в одном из убежищ Орика. Орик, он же Орочимару, находится в данный момент этажом выше, а мы собственно устроились на него «работать», точнее Гина (хотя она такую истерику закатила, что помогать Орику не собирается!). Ну да, это ведь не ее любимый персонаж, в отличие от меня…, а если честно помогать ему мне тоже не хочется, но что поделать — нужно узнать его раньше, чем Сасуке его прикончит. Так как моя сестра медик, то она достаточно важна нашему злодею, поэтому Гинульке приходиться, как она говорит, «видеть эту змеиную рожу» чаще, чем мне, вот она и бунтует. Сегодня, от балды, я решила последовать за сестрой, узнать, что же она творит для этого психопата. Выяснилось — очищает весь их «сервиз». — Н-да, работка для медика. — прокомментировала я, осматривая зачахлую комнату. Не то, чтобы там пыль или прочее, совсем нет, просто эти всякие закорючки, которые медпринадлежности, были все в крови. Абсолютно все в крови! Честно, меня, анбу под покровительством Хокаге, чуть не затошнило, а Гина ни чего, стоит себе с каменным выражением лица, но вот в глубине ее глаз… там такая тихая и злобная ненависть, что можно точно утверждать — хрен она дождется, когда Саске «созреет», сама к чертям Орика убьет. Но этого нам не надо, поэтому, разобравшись с хламом и почистив все медприборы, я спешно покинула сестру, намереваясь чуток поболтать с Ориком. Постучав в комнату Якуши, я прислонилась к противоположенной двери спиной, ожидая собственно очкарика. С ним у меня были нейтральные отношения. Мне было плевать на него, ему собственно на меня. Он жутко не ладил с Гинулькой. Да уж, со злодеями ей нельзя общаться. Дверь медленно отворилась, показав вид довольно симпатичного мужчину с седыми волосами и черными глазами, прикрывающиеся круглыми очками. Якуши Кабуто собственной потрепанной физией. — Что-то случилось? — спросил он, и у меня закралась мысль, что он спал. Потому что уж больно растрепанная у него моська. — Ничего, — пробурчала я, — Просто перетереть нужно кое-что с Ориком. — С кем? — спокойной переспросил Кабуто со своей любимой насмешливо-скептической интонацией. — Орочимару, млин, Кабуто, не тупи, — отдернула я, отодвигаясь от стенки, — Надеюсь, проводить до этой змеиной рожи у тебя силы есть? Ведь самой-то фиг дойду! — Все-таки вы ненормальные, — резюмировал седой шиноби и хмыкнул, когда я фыркнула. — Ты вообще садист с наклонностями психопата, — заверила я, пока Кабуто закрывал свою дверь. — Какого вы обо мне мнения, госпожа Сонохоко, — язвительно отозвался Кабуто. — Не, садист с наклонностями психопата — это Орик, — я задумалась, — Ты, скорее, его пародия, не имеющая своего слова, — упс, кажись, не то сказала. — Я должен был оскорбиться? — насмешливо приподнятая бровь дала понять мне, что его ни капельки не задели мои слова, после чего я его слышно выдохнула. Вот ведь… расслабилась! Все, что на уме, тут же на языке называется! Костеря себя далеко не ласковыми словами, мы добрались до какой-то комнаты уже в молчании. Честно, я себя накручивала, ибо уж слишком резко подколола, да и не свойственно это мне… извиниться, что ль? Не, потом как-нибудь. Ибо достал. — Войди уже, Кабуто, — послышался легкий, с хрипотцой голос змеиного санина. Машинально поморщилась. Голос у него, мягко говоря, не очень приятный. Дверь отворилась, и я смогла позырить на сидящего на кровати Орика, который оперся спиной на спинку кровати и теперь смотрел на меня желтоватыми с вертикальными зрачками глазами. — И что же произошло такого, что Диа-чан решила навестить меня? — н-да, не зря представитель этих змей, тот же язва. Интересно, а кто круче по язвительности: он или я? Щелкнув себе на заметку как бы опробовать, я оглядела Орика еще раз, уже более внимательно. Черные, спутанные, иссиня-черные волосы доставали до подушки, ясно наглядный вид того, что у него волосяной покров ровно до талии. Одна прядь почти прикрывает правый глаз, но открывает вид на левый, чуть прищуренный. В виде фиолетовых теней буквально от носа с разных сторон шли линии, обвивающиеся вокруг глаз Орочимару и придавая ему вид змеи. Да уж, страшное зрелище, но нас этим не напугать. Верхняя часть одежды представляла собой лишь какую-то серо-синюю майку, примерно до локтя, а низ был надежно закрыт простыней. Поверх простыни лежали две перебинтованные руки, которых он лишился, благодаря Хирузену Сарутоби, Третьего Хокаге и отца Асумы-сана. Мне было Орика не жалко, но и…, но и радоваться, смотря на скрученного болью легендарного санина, не могла. Видно, мне действительно не суждено быть в корне. Чувства так и хлещут, хотя это всего лишь злодей из аниме. Боюсь подумать, что будет, если Сасуке-куна или Нарика встречу. Не, я больше боюсь подумать, что будет с сестрой, ага. — Да вот здоровьем твоим поинтересоваться решила, — пробурчала я, проходя в комнату и внимательно смотря, как Кабуто что-то переливает и что-то добавляет, потом подходит к Орику, тыкает ему иголкой в вену, а тот продолжает смотреть на меня с чуть заметной ухмылкой и прищуренными глазами. Ощущение так себе, скажу. — Я поверил, — кивнул Орик, а потом неожиданно чуть поддался вперед, — Против того, что сестра работает на меня? — Честно? — понимая, что санин его уровня меня на лопатки положит, я старалась вести себя слишком нагло, чтобы легкий страх был незаметен глазу, — Именно это и хочу. — Кабуто. — смотря на меня, произнес санин. — Да, Орочимару-сама? — очкарик тут же привстал около кровати, ожидая слов своего господина. Фи, как противно. Не люблю подчиняться, бесит аж, а тут на тебе, еще на колени сядь, идиот! — Переведи Гину Сонохоко в Южную башню, — все еще прожигая меня каким-то странным взглядом, приказал санин. — Но там… — попытался что-либо вставить Якуши. — Выполняй, — перебил его темноволосый, от чего Кабуто покорно склонился. — Диа Сонохоко тоже переводить? — уточнил Якуши, придерживая какую-то бумажку с папкой. Словно меня тут и нет! Хотела было возмутиться, но: — Да, в Северную. — А не охренел ли ты, Орочимару? — стараясь сдержать злость, прошипела я. — Нет, — коротко заметил Орик, а потом перевел взгляд на Кабуто, — Ты меня понял, — добавил неспешно. — Ор-р-р-р-очимару, — тихо рыкнула я, выходя из себя. — Уже лет пятьдесят как, — насмешливо отозвался этот… этот… да язва натуральная он! Все-таки, он единственный, кто меня переплюнуть может! Чертов санин. Из комнаты Орика выходила нервная, злая и крайне рассеянная я. Умудрилась врезаться в Вилара, извиниться, ляпнуть что-то и убежать, «радовать» сестру о переезде.