Пришла весна - целуй Тэхёна!

— Как спалось, солнышко моё распрекрасное? — встретил меня сияющей улыбкой Хосок, как только я подошёл к нашей парте. — Ты снился, поэтому, сам понимаешь, паршиво, — кинул на парту рюкзак и приземлился на стул, потягиваясь. — Календарь с утра видел? — А там есть на что смотреть кроме цифр? — я зевнул. — Понимаю тебя, но сегодня эти цифры особенно интересны. — Конкретизируй. — Первое марта, — он достал телефон из кармана, тыча им мне в нос. — И что? Тебя так вдохновил новый месяц? Хочешь новую жизнь начать? Тоже станешь наконец под адекватного косить? — Ну тебя! Такую бесовщину несёшь! — И то верно. — Я это всё к тому, что уже весна. Ты ведь не забыл о желании? — он ущипнул меня за бок. — Правда ведь не забыл? — Конечно же я помню! — скривившись от боли, ущипнул этого гадёныша в ответ. — Только вот, разве мы не договаривались о фактической весне, когда потеплеет и зацветут вишни, а не о календаре? — Нет, не договаривались. — Ну, а я всё понял именно так. Следовательно, нынче моя душенька морально еще не готова к таким подвигам.

***

— Проснись и пой, Гуки! — Хосок потрепал меня по волосам, и я вынужденно поднял голову, так удобно примостившуюся до этого на парте, а точнее на учебнике по алгебре. — Где был на первом уроке? Учитель Ким прям весь исстрадался от твоего отсутствия. Только представь, как ему некомфортно-то было: никто не шумит, не ржёт на весь класс, не задаёт неуместных вопросов, не строит из себя чёртова гения. — Да я просто дьявол, раз обрёк человека на такие муки! Больше ни одного урока не пропущу! — ударил кулаком себя в грудь. — Пусть будет всем счастье! — Угу, — утвердительно кивнул я на его слова и снова уткнулся лбом в учебник. — Ты в курсе, что сегодня твой звёздный час? — сев рядом, Хосок снова потрепал меня по волосам. — Понятия не имею, о чем ты, — отозвался я вяло, повернув голову на бок и смотря на друга снизу-вверх. — На заднем дворе школы вишня зацвела. — Ты наконец стал замечать прекрасное? Как мило. Не хочешь художником заделаться? — Надо подумать, — заявил он самым серьёзны тоном, на который был только способен. — Вперёд. — Столько энтузиазма в твоем голосе, — хмыкнул. — Угу. Я вообще-то сплю, а ты мешаешь. — Вообще-то весна, а ты всё еще Тэхёна не целуешь. — Но… — Нет, сладенький, уже не отвертишься, — поцокал тот языком. — Отодвигать весну больше некуда. — Можно подумать, я собирался, — фыркнул я недовольно. — Можно подумать, нет. — Конечно же нет! Я своё слово всегда держу. — Что-то мне не припоминается твоё «всегда». — С памятью видимо туго с годами стало, — парировал я. — Конечно, еще пару раз на второй год останешься, там и старческий склероз незаметно подкрадётся. — А ты, смотрю, шутником заделался. — Шутник? — я лишь изогнул бровь, так и не отрывая головы от учебника. — Но я никогда не шучу. Я всегда говорю абсолютно серьёзно. — Ну прости, друг, за мои необоснованные обвинения. — Так уж и быть, царь прощает тебя, о верный холоп! Возрадуйся! — Давай, царь, — выделил последнее слово и хлопнул ладонью меня по спине, — мы от темы отходить не будем. — А у нас разве была какая-то важная тема? Так, беседы беседуем. — В окошко глянь. — Неудобно, я ведь сплю. — Ты издеваешься? — Только если совсем чуть-чуть. — Какой молодец! — Знаю, я золотце. — Там, вообще-то, Тэхён тебя заждался. — Вот уж да! Весь истосковался прям по мне. Сидит небось, бедняжка, целыми днями на вишню смотрит и думает: «Когда же она зацветёт? Когда же мой ненаглядный Гуки целовать меня придёт?». Так, что ли? — Примерно, — поправил съезжающие на кончик носа очки. — Так и знал, что обладаю даром предвиденья, — хмыкнул я. — Да я чёртов маг! — Ты чёртов трус, да не маг! — Не согласен с твоим утверждением. Оно абсолютно необоснованно. — Тогда пошли искать Тэхёна! — Хосок ухватил меня за локоть. — Не сейчас же, вот-вот урок начнётся, — отмахнулся я. — Завтра. — Завтра? Пф! Так уж и быть, по доброте своей душевной, даю тебе отсрочку до большой перемены.