Ликантропия - не порок, Эльф - не язва

Небо, заволоченное серыми, тяжелыми тучами не предвещало ничего хорошего. Скоро польется проливной дождь, от которого негде будет укрыться. Шерсть опять скатается в грязные, вонючие колтуны, которые сойдут только к следующей линьке. Скрываться в лесу в обличье волка, плодя в своей шкуре вшей – перспектива не самая радужная для До Кёнсу, но является необходимостью. После того, как Аристарх Бессмертный уничтожил все предыдущее правительство в купе со Столицей, все, кто хоть как-то имели отношение к магии, были объявлены в розыск и пойманных немедленно сжигали. Достаточно было просто слуха, сплетни, что бы спалили невиновного человека. То же произошло и с семьей Кёнсу. Некогда самый могущественный клан ликантропов на западном побережье был полностью вырезан. Не смотря даже на то, что там были и дети и старики. Они являлись стражей Иллиона, но никого это больше не колышало. Спастись удалось только Кенсу, так как в это время он был в лесу по каким- то своим делам. Вернувшись, он увидел на месте своего поместья тлеющие угли. С тех самых пор он ушел жить в западный лес. В горе Иясонаил он нашел небольшую пещеру, в которой обустроил себе скромное жилище: небольшое кострище и пара шкур диких животных. Он предпочитал находиться в обличье животного. Так легче. Не нужно было ни еду готовить, ни остерегаться других хищников. Бродить по лесу – все, что осталось несчастному пареньку, оставшемуся совершенно одним в большом мире. Примкнуть к другой стае было не возможно. Простые волки ликантропов не принимают. А кланы оборотней друг с другом не поддерживают дружественных отношений и при встрече стараются потрепать соперника как можно сильнее. Иллионская стая была самой сильной на Западе. И с ее исчезновением многие кланы обрадовались, в надежде получить их землю, но натолкнулись на инквизиторов и ретировались. Дождь лил как из ведра, нагоняя на Кёнсу еще более плохое настроение. Шерсть, некогда блестящая и густая, была мокрой насквозь. Она потускнела и сбилась в грязные колтуны. От некогда великого младшего наследника ликантропийского клана высшего вида не осталось и следа. Он бы завыл сейчас на луну, хоть ее и не видно, но тогда он выдаст свое местоположение и тогда начнется дикая охота. Боль, безвыходность и одиночество свинцовым грузом легли на плечи подростка. К сожалению, оборотни живут дольше людей, поэтому страдания Кенсу могут затянуться на многие десятилетия, а может и на столетия, если его не найдет другая стая или инквизиторы. Одним словом – хождение по мукам в самом прямом смысле.