До чего доводит Лекса Форд

Перед глазами уже в буквальном смысле все плывет, а ноющая боль в ногах дает о себе знать. Такое, собственно, бывает с людьми, если они с шести утра и посейчас проводят день в вечной суете и беготне по павильону. Бесконечные разговоры с менеджером; тонна косметики от визажистов, и пару сотен писем от поклонников, которые я должна как минимум проглядеть, а после отобрать лучшие. Все это берет свое. Я люблю свою работу, не подумайте. Я люблю своих поклонников и считаю это шоу увлекательным. Но ведь я человек и могу уставать. И именно к концу рабочего дня я полностью уставшая и в какой-то степени раздраженная. Это уже не говоря о том, что утро не задалось с самого начала, начиная с того, что левым боком, моя рабочая, белая (самая любимая) блузка оказалась в одном коме с цветным бельем, вследствие чего, собственно, не сложно догадаться, что в итоге произошло, и мне пришлось напялить на себя узкое платье с того века, а если говорить конкретнее, с пыльных шкафов гримерки. Да, безусловно, дни начинались хуже. Но на этом ничего еще не заканчивается, и, уж поверьте, я чувствую, что не закончится. Я накидываю на себя легкое пальто, по пути разговаривая со своим менеджером, направляюсь к выходу. Даже здесь, идя по холлу, я уже слышу возбужденные возгласы своих поклонников и понимаю, что именно сейчас я должна взять себя в руки и показать им, что я счастлива и вообще у меня все хорошо, а ноющей боли в спине и ногах и вовсе нет, а перед глазами все не пляшет. Ох, пожалуй я справлюсь. Мне не привыкать. Дверь открывается, и как говорится: «шоу начинается». Я пытаюсь выглядеть как можно более активней и счастливей, но едва ли это у меня получается, и усталость предательски дает о себе знать. Я натягиваю на себя улыбку, поспешно даю пару автографов. Даже силюсь на несколько совместных фотографий, а после окидываю взглядом немалую толпу поклонников, в надежде, что никого не упустила и не обидела, и могу с крылатой легкостью в душе направиться домой. Я говорила, что утро у меня не задалось? Наверное, я все же забыла вам сказать, что если уж утро не задалось, то пожалуй весь день пойдет по той же тропе. Ну так вот… Стоило мне только бросить взгляд в толпу, как я вижу Ее… Стоп, стоп, стоп! Вы не подумайте, Господь. Сейчас на моем лице появляется еле заметная улыбка. И стоп, опять не потому, из-за чего вы подумали. Если вы подумали, что я говорю о Ней, как о той самой, то… то вы частично правы. Она та самая. Та самая невменяемая… Ладно, может определение «невменяемая» это уже громко сказано, однако эта девушка, дай господь мне памяти, чтобы вспомнить ее имя, Кларк, в последние недели уж больно часто маячит перед моими глазами. Не говоря уже о том, что она ведет себя со мной так по-собственнически. Так беспардонно. Черт, и это просто не может не пугать. Я человек публичный и понимаю внимание к своей персоне, но даже у этого есть свои рамки, о которых юная Кларк скорее всего не знает или предпочитает делать вид, что не знает, напролом нарушая личное пространство. Но об этом позже. Не очень-то хочется думать о ней сейчас, когда больше всего хочется отдохнуть и забыться. Я одаряю ее едва заметным взглядом, замечая, что та продолжает стоять сдержанно в сторонке от толпы, наверняка терпеливо ожидая меня. Больше не задерживаясь и секунды, я направляюсь к машине, стремительно покидая территорию канала. Ведь весь день не может быть таким. Ведь, да? Мой взгляд падает на приборную панель машины, а точнее на время, и я уже понимаю, что время тикает к позднему вечеру. Прекрасно, что еще сказать. На улице уже медленно, но верно начинает смеркаться. Я устало потираю глаза, мысленно настраивая себя, что еще пятнадцать минут и я буду у своего родимого особняка. Еще чуть-чуть… Еще чуть-чуть, твержу себе я. И как было рассчитано ранее, уже через пятнадцать минут я глушу мотор напротив дверей своего дома. Еще достаточно светло, но холодные лучи заходящего солнца уперто бьют мне прямо в зеркало заднего вида, слепя и без того уставшие глаза. Стоит ли повторять, что день все еще неудачный? Думаю не стоит. Но, раз уж все пошло по наклонной, то почему бы всему это кому остановиться на середине? Против физики не попрешь, и если уж пошло, так пошло. Выходя из машины, меня даже сейчас не покидает мысль о том, что за мной наблюдают. Считаете это нормальным? Я бы тоже наверное считала это частично нормальным, учитывая, что это издержки моей профессии, но не каждый же день! С каждым днем, неделей, я чувствую некое давление извне. Будто я под прицелом, или за мной наблюдают. Это странное чувство, и оно исчезает только тогда, когда я на съёмках или дома. Вы все еще считаете, что это нормально? Тогда как насчет того, что я скажу вам о том, что все это началось у меня только пару месяцев назад? И теперь давайте поиграем в игру «угадай что дальше» и сложим весь пазл в единую картинку. Ну так вот, все будто началось с тех самых дней, как я встретила Ее. Везде, где бы я не появилась, она всюду следует за мной. Не в прямом смысле конечно. Любые встречи или автограф-сессии, или же простые разговоры с поклонниками не проходят без ее участия. Наверное, это все показалось бы мне милым, но всему ведь есть своя мера. И эта девушка явно не знает своей. И вот это чувство в тысячный раз давит мне на нервную систему, будто огромный куб сжимается вокруг моей головы, не давая кислорода и вообще мыслить здраво. Вся эта публичная жизнь вообще по сути сводит меня с ума. Бесконечные вопросы от поклонников, репортеров, да и вообще. Это все в кубе просто не может не сделать из меня параноика… И вот даже сейчас, стоя на пороге своего дома и ища ключи, я клянусь, что чувствую, будто за мной наблюдают. Меня это чувство просто убивает. Настолько подкашивает мою и без того уже не идеальную нервную систему, что хочется сидеть весь вечер на ромашковом чае. В последнее время у меня вошло в привычку зашторивать все окна, крышку ноутбука опускать вниз (даже не спрашивайте почему), а домашний телефон и вовсе отключать. Да, а теперь можете смело вслух произнести это слово, которое до сих пор вертится у вас на языке. Не можете? Вам меня жалко? Бросьте, просто скажите, что я параноик. Но согласитесь, причины есть. Есть, и это меня убивает. Разносится звон, и я понимаю, что моя рука успешно достигла дна сумочки. Достаю ключи, поспешно оглядываясь по сторонам. Мой взгляд падает сначала на мимо проходящего соседа и его пса Руфуса, а после падает на белый фольксваген-жук, который я вижу в этом районе впервые. Впервые. Я задерживаю взгляд на ней, понимая, что она стоит всего в нескольких метрах от моего дома. И черт бы побрал мое куриное зрение, потому что я не вижу, кто сидит за рулем. Ох, но более чем уверена, что этот кто-то смотрит прямо на меня. А я на него. Снова и снова, и снова, давно уже забыв про то, что я вставила ключ в замочную скважину. Секунда, вторая, третья, и из соседнего дома выходит темноволосая девушка, Сьюзен, насколько не изменяет мне память, и садится в эту самую машину. Еще минута, и машина трогается с места, а я, как параноик со стажем, облегчённо выдыхаю, понимая, что это всего лишь расшалившиеся нервы и бурная фантазия. Собственно говоря, так проходит у меня буквально вся неделя, а лучше не становится. Напротив, только хуже. Если раньше я могла встретить ее хотя бы на встречах, то теперь и не только там. Я натыкаюсь на нее чаще, чем когда-либо. И порой она просто стоит в сторонке и наблюдает за тем, как я общаюсь с другими поклонниками, а порой она и сама подходит и просит дать ей автограф. Снова и снова. Я более чем уверена, что она их не родственникам и не друзьям собирает, а, скорее всего, они у нее сдобной кучкой лежат на рабочем столе или где там может лежать ненужная макулатура. Я понимаю, что это всего лишь предлог пообщаться, но боже, не такими способами. На что она надеется, я не знаю, но явно девчонка медленно переходит границу дозволенного. И помяните мои слова, критической точки она достигнет скоро… Вернемся немного назад. Ранее я сказала, что все становится только хуже. И не зря сказала, потому что моя паранойя развивается с успехом дальше, и я теперь не только зашториваю окна, закрываю крышку ноутбука, тысячный раз оглядываюсь по сторонам и несколько раз проверяю, закрыла ли я дверь и окна. Теперь в бонус ко всему этому, я вздрагиваю буквально от каждого СМС. И не без причины. Буквально на днях мне пришло сообщение на мой, черт возьми, личный номер от неизвестного абонента: «Приятного вечера». Вы все еще считаете, что я зря дергаюсь? А я вот всерьез думаю, что не зря. А теперь хочу рассказать о том, как я на днях решила немного прогуляться по центральному парку. Так скажем, побыть наедине со своими мыслями и по возможности очистить их от ненужного. В последние дни перед прогулкой наступило затишье. Я даже успокоилась. Никаких СМС; никаких ощущений, что за тобой наблюдают, и уж точно никакой Кларк, вечно караулящей меня везде и всюду. Но не тут-то было, пронеслось у меня сразу в голове, когда я решила присесть на лавочку и просто понаблюдать за прохожими. Я буквально вздрогнула, а сердце чуть не выпало через горло, когда я услышала хриплый голос неподалеку. Думаю, с этого момента нетрудно догадаться, кому принадлежит этот голос и из-за кого я в буквальном смысле чуть не выронила телефон. Девчонка просто стоит возле меня и смотрит своими огромными голубыми глазами, радуясь во все щеки, будто впервые меня видит, и это вообще не она меня сталкерит последние несколько месяцев. Я натягиваю по возможности милую улыбку и отвожу взгляд, надеясь, что девчонка поймет намек, что мне не до нее, и вообще я не собираюсь идти на дальнейший контакт, и она просто уйдет. Но не тут-то было. Постояв еще минуту рядом, девчонка просто-напросто, без приглашения, беспардонно садится рядом со мной, продолжая смотреть на меня. Вы вообще понимаете, о чем я говорила вам последние несколько минут назад? Вы до сих пор считаете это нормальным? Тогда вы тоже ненормальный. Она просто продолжает сидеть и что-то без умолку говорить о том, как она восхищается мной и моим шоу и снова как восхищается мной. А меня просто в жар, то в холод бросает. Я нервно поглядываю на дисплей своего телефона или стараюсь смотреть куда угодно, только не на нее. Улыбка давно исчезла с моего лица. Я уже закусываю губу, нервно теребя кольцо на пальце. Последней каплей послужило то, что она поначалу придвинулась ближе, якобы невзначай, а после положила руку ко мне на коленку, и вот тут-то меня прошибло. Я буквально вскочила с лавочки, удивляясь самой себе, что веду себя, как пятнадцатилетняя девственница, которая пасует перед первым поцелуем. Я что-то пробубнила ей невнятное (уверенная в том, что она ничего не разобрала) и просто поспешила ретироваться прочь, вновь ощущая, будто за мной наблюдают. Теперь уж точно одной дома я отказываюсь быть на отсек, и потому я попросила Кью пожить какое-то время со мной. Ах, да. Между делом, забыла вам рассказать главное и, наверное, лучшее, что сейчас есть и происходит в моей жизни, это о моей девушке, Куин. Я ей все же рассказала о той ситуации, что сложилась у меня в последние месяцы. В первое время она говорила, мол мне просто мерещится. Или я вижу то, что хочу видеть. И она просто уклончиво переходила на другую тему. Но когда я ей рассказала о том, что произошло в парке, Кью на вид вскипела. И этим же вечером часть ее вещей уже оказались в моем доме. Неделя шла хорошо. Снова будто затишье перед бурей. И меня стали даже посещать мысли, куда же пропала эта девчонка. Мысли о ней стали так часто пробираться мне в голову, что началось нечто такое, выходящее за все рамки нормального. Она всюду мне мерещится. В каждой белокурой макушке я могу видеть ее. А каждый оклик поклонника вызывает у меня табун мурашек и в итоге выпавшее сердце в осадок. Все стало настолько ужасно, что ее лицо я вижу даже в своей Кью. За обедом; на работе; на улице и, боже, даже во время секса. Секса. Вы понимаете? Эта ненормальная в буквальном смысле сделала из меня такую же ненормальную, у которой все время мерещится одно и тоже. Шизофреничку какую-то. Да после такого я даже с трудом могу смотреть в серые глаза Кью и не чувствовать стыд. Стыд за то, что все мои мысли занимает не она, а настойчивая фанатка. Собственно, Кью по большей части тоже немного бесится. Это видно, хотя виду она не особо подает. Но я более чем уверена, что она скоро заставит меня нанять личную охрану. Ей не нравится то, что происходит. И она в буквальном смысле едва сдержала себя, когда на днях произошло вот что… Мы с Кью решили выбраться в наше любимое кафе, где по большей части на нас никто не будет обращать внимание, и мы просто сможем побыть наедине. Но… О, поиграем в игру «догадайся сам». Уверена, вы стали победителем. Верно, белокурая бестия дала о себе знать. И как только она оказалась рядом с нашим столиком, я почувствовала, как мои пальцы стало неприятно покалывать, а руки холодеть. Сердце стало отбивать чечетку. Сначала девчонка весело подбегает к нам. Смотрит на нас, а потом ее лицо озаряет растерянная улыбка. Она бросает взгляд то на Кью, то на меня, а потом задает вопрос, который раньше бы меня выбил из строя, но сейчас я вполне ему не удивлена. Ощущение, что эта девчонка уже ничем меня не удивит. Спрашивает «кто это?», не сводя взгляд с меня. Я же на какое-то мгновение застыла, смотря на девчонку, но Кью взяла все в свои руки. В прямом смысле слова. Она накрыла мою руку своей и с вызовом и даже хищной улыбкой посмотрела на окаменевшую девчонку, уверенно отвечая: «Я ее девушка. Вам чем-нибудь помочь?», и смятение белокурой я почувствовала всем телом, не говоря уже о том, как быстро мимика ее лица способна в мгновение сменять эмоции с одной на другую. Девчонка явно пришла в себя, а ее лицо уже вновь озаряла явно натянутая растерянная улыбка. Она просто ретировалась прочь. Молча. Ну, а Кью весело пожала плечами: «Видишь? Теперь она точно отстанет», твои слова, да Богу в уши, дорогая. Ну и прошла неделя, и уже я правда подумала, что Бог не глух и все же принял нашу просьбу и отшил девчонку от меня, как я тут же пожалела, что вообще заговорила об этом. Ничего, нихрена, не прошло… Помните, я говорила, что скоро наступит критическая точка. А еще я говорила, что эта девчонка уже не способна меня удивить. Я еще никогда так не ошибалась. Ну так вот, получите распишитесь. В прямом, мать его, смысле. В общем, сижу я за рабочим столом, никого не трогаю. Просматриваю ленту, как в дверь звонок. Естественно, я уже на нервах. Давление в секунду подскочило до потолка, а сердце бьет через ребра. Кто это может быть? Кью дома. Родители в Торонто. Люси (подруга) в командировке. И по сути, я никого не ждала, конечно же я буду взвинчена. Я на ватных ногах плетусь к двери. Сглатываю и открываю дверь. С облегчением выдыхаю. Стоит молоденький паренек. Как стало известно несколько секундами позже – курьер. Протягивает мне корзину пышных полевых цветов и еще бог знает с чем внутри. Я расписываюсь, забираю посылку. Довольная улыбка на моем лице мигом испарилась сразу же после того, как я прочитала надпись на карточке «Я не сдамся», а на обратной стороне фотография. Кларк и моя…