Ангел с зелеными глазами. Книга первая.

      Детство Петуньи было вполне хорошим. Она жила дружно со своими родителями, мистером и миссис Эванс, и младшей сестрой Лили в Коукворте. Казалось, что может быть прекрасней? Вот именно, казалось, до определенного момента. До тех пор, пока не выяснилось, что малышка Лили — волшебница. Мистер и миссис Эванс были в шоке, но решили не упускать такой возможности, и поэтому, когда бурая сова принесла письмо из Хогвартса, родители Лили с энтузиазмом помогали доченьке с подготовками к отправлению в школу чародейства и волшебства. Что же касается старшей дочери Эвансов, то она была довольна тем, что является «нормальным» человеком, которому чуждо все необычное и странное. Хотя маленький червячок зависти уже притаился в душе Петунии.       Петунья, видя как Лили каждый раз радуется, и буквально гордо заявляет ей, что попадет в сказку, отправившись на учебу в Хогвартс, начала завидовать сестре. Думая, а чем она хуже малышки Лили? Если она обладает магией и может стать волшебницей, то Петунья тоже сможет! Только как Эванс попасть в Хогвартс, если ей не прислали письмо? Если ей не отправили письмо, то Петунья отправит его. А почему бы и нет? Эванс так и решила сделать.       Петунья написала письмо и направилась прямо к заведению под названием «Дырявый котел» — это крошечный невзрачный бар, видимый только волшебникам. Эванс решила подождать кого-нибудь волшебника около входа в бар. Прошло несколько часов, и Эванс смогла дождаться одного из них. Как она узнала, что тот не магл, а именно маг? Все просто! Только маги могут ходить в необычной одежде, считающейся у них повседневной, то есть в мантии. Подловив невысокого мага, Петунья попросила отправить письмо директору Хогвартса Альбусу Дамблдору. Волшебник оказался добрым, поэтому согласился оказать услугу. Отдав ему бумажку, Петунья со спокойствием могла возвращаться домой.       Вскоре еще одна сова принесла письмо Эвансам, на этот раз Петунье. Она так этому обрадовалась, думая, что тоже сможет учиться магии, но ее ждал совсем другой ответ. Директор Хогвартса написал, что те, кто не родились волшебниками не могут владеть магией, поэтому ее просьбу на зачисление Дамблдор был вынужден отклонить. Расстроилась ли тогда Петунья Эванс? Нет, она не расстроилась, она разозлилась.       То обстоятельство, что Лили доступно нечто, что никогда не будет доступно Петунии, сделало отношения между сестрами весьма натянутыми. С тех пор Петунья Эванс старалась делать вид, что волшебства в мире вообще не существует, хотя прекрасно знала, что это не так.       Петунья, озлобленная тем фактом, что ее родители, казалось, больше придают значения ее сестре-ведьме, чем ей, покинула навсегда Коукворт, чтобы поступить на курсы печати в Лондоне. Это привело ее на работу в офис, где она встретила чрезвычайно реалистичного (дословно: немагического), упрямого материалиста Вернона Дурсля. Этот крупный, не имеющий шеи младший администратор показался Петунии образцом мужественности. Он не только вернул ей романтический интерес, но и был нормальным на ее вкус. У него была идеально правильная машина и стремление делать абсолютно обычные вещи, а к тому времени, как он пригласил ее на серию скучных свиданий, на протяжении которых он говорил о себе и его предсказуемых идеях о мире, Петунья мечтала о том, когда он наденет кольцо ей на палец.       Когда, своевременно, Вернон Дурсль сделал предложение, очень правильно, на одном колене в гостиной матери, Петунья сразу ответила согласием. Так, в 1977 году (в выпускной год ее сестры Лили), Петуния вышла замуж за Вернона Дурсля. Выйдя замуж, Петунья все больше и больше любила Вернона. Она любила аккуратный квадратный дом номер четыре на Тисовой улице, любила нравы своего мужа, его мировоззрение. Она сейчас была в безопасности от предметов, которые вели себя странно. Вдалеке от чайника, который внезапно издавал мелодию, когда она проходила мимо, или от долгих бесед о вещах, которые она не понимала, таких как «квиддич» или «трансфигурация». А когда Вернону и Петунии прислали приглашение на свадьбу Лили и Джеймса, Дурсли решили отказать и не приходить на праздник.

***

      Когда Петунья узнала, что она беременна, то очень обрадовалась этому, как и отец будущего ребенка, а точнее будущих детей. 23 июня в 1980 году у них родились двойняшки, сын, которого они решили назвать Дадли, и дочь. Вот имя дочери Петунья решила подобрать тщательно. Спустя множество вариантов муж и жена решили остановиться на двух. Девочку назвали Анджелой, так как матери очень понравилось это имя, и Элоиза, в честь бабушки Вернона Дурсля. Кстати, месяцем позже у Лили и ее мужа, Джеймса Поттера, тоже родился ребенок — мальчик. Вырастить двух прекрасных малышей со всей любовью и заботой Петунии и Вернону, казалось, нормальным и достаточным, но все пошло совсем не так.       31 октября 1981 года Лорд Волан-де-Морт попытался убить племянника Петунии, Гарри Поттера. Его мать пожертвовала собой ради спасения сына, дав тем самым мальчику мощную защиту древней магии. Поэтому старый противник Волан-де-Морта, Альбус Дамблдор, желая закрепить эту защиту, отдал малыша единственным кровным родственникам с материнской стороны — семье Дурслей. Он оставил спящего Гарри на пороге дома номер четыре по Тисовой улице вместе с письмом, адресованным Петунии Дурсль, где рассказывает о смерти родителей Гарри, причине, по которой мальчику будет безопасней всего находиться в доме сестры матери и выражает надежду, что Дурсли примут племянника как родного сына.       Увы, эти надежды так надеждами и остались. Пытаясь искоренить «опасные наклонности» Гарри и не пустить его по «скользкой дорожке» волшебства, приведшей к гибели его родителей, Дурсли запрещали мальчику практически все, что только могло принести ему радость. Вот только в жизни Гарри все же был один лучик счастья и любви — его кузина, Анджела Дурсль.       Кстати о девочке. Петунья очень была рада, что в будущем сможет вырасти себе помощницу и прекрасную леди, которая будет во всем поддерживать свою матушку. Но, увы и ах, чем больше проходило времени, чем взрослее становилась ее дочь, тем больше Петунья сомневалось, что все будет так, как она себе представляла. Нельзя было не заметить, что Анджела все сильнее становилась похожей на свою покойную тетушку Лили Поттер. Ее внешность почти совпадала с образом матери Гарри, такие же рыжие волосы, только чуть ярче, такие же глаза изумруды (как и у Гарри), в которых плескался необычный интерес ко всему на свете, и до сих пор непонятная Петуньи искорка. Элли, как любил ее сокращенно-ласково звать Гарри, была сама по себе очень милой и скромной девочкой, как внешне, так и характером, ну прям ангел воплоти. Конечно, тот факт, что Анджела почти точная копия Лили Петунью не устраивал, но смириться и жить дружно можно было. Так что Вернон и Петунья жили мирно и любя со своими детьми, разве что только иногда миссис Дурсль ругала Анджелу за то, что она хотела подружиться со своим кузеном. А так все было хорошо, до одного дня, который перевернул жизнь всем жильцам дома номер четыре.       Это произошло на пятый день рождения Дадли и Анджелы. В тот день Вернон и Петунья решили устроить самую настоящую вечеринку. Украсили дом воздушными шарами, Петунья испекла огромный сладкий торт, пригласили Марджори Дурсль и пару друзей Дадли. Все веселились, радовались и смеялись на праздновании, единственный кто остался в тени, и кто не был приглашен на праздник, а должен был тихо сидеть в чулане, был Гарри. Анджела, конечно же, заметила отсутствие кузена и решила найти его, чтобы он тоже смог посмеяться и повеселиться с ней. Спустившись в «комнату» Поттера, она его там не обнаружила. Решив посмотреть, где же живет Гарри, Анджела начала ходить по помещению, хотя ходить это громко сказано, так как комната была очень маленьким и тесным. Неожиданно что-то зашуршало под кроватью кузена. На тот момент Элли была храброй девочкой (или любопытной), поэтому думала, что ничего не будет, если она проверит, что там находится. Как оказалось под кроватью был паук, вот только малышка Анджела никак не ожидала, что паук окажется таким большим. Вскрикнув от испуга, девочка отскочила от кровати как можно дальше, но уперлась в закрытую дверь. Она пыталась открыть ее, усиленно дергая за ручку, но все было безуспешно. А паук все ближе подбирался к сильно напуганной Дурсль, и как назло в чулане погас свет. Анджела еще сильнее испугалась, и именно в тот момент в девочке проснулась магия. Она смогла оттолкнуть паука, прижав его к противоположной стенке, и открыть дверь.       Петунья, заметив пропажу дочери, позвала Вернона и с ним пошла искать Элоизу. Нашли они ее из-за необычной невидимой волны, прошедшей по всей территории дома. Как можно быстрее прибежав к месту источника энергии, Дурсли впали в шок, так как увидели выкатившуюся из чулана Анджелу. Самое главное было то, что, когда девочка повернулась к ним лицом, у нее глаза горели золотым, с переливом алого, цветом, в которых отображался огонь. В тот момент Петунья и Вернон испугались, они сразу поняли, что их дочь — колдунья. Глаза малышки Анджелы стали привычного для всех цвета, а сама она упала на пол без сил. Вскоре к ним наведались волшебники из «Министерства магии» и навели в доме Дурслей порядок. То есть: стерли память всем гостям о «землетрясении», поговорили с мистером и миссис Дурсль, а также проверили состояние их дочери. Оказалось, что паук, напугавший Анджелу, был не просто пауком-переростком, а детенышем Акромантула; его забрали с собой. С того момента из-за магии Петунья с Верноном ссорились со своею дочерью. Сама же малышка стала бояться замкнутых помещений, пауков и своей силы.       Из-за почти ежедневного получаемого стресса, Анджела вынуждена была запереть свою храбрость в самый дальний уголок себя. Она стала замкнутой, не такой веселой как раньше и даже трусливой. Девочка не могла себе найти друзей, так как боялась почти всего подряд. Но все же у нее был очень хороший друг, ее кузен Гарри. Так дети держались, поддерживали и помогали друг другу все пять лет.       На одиннадцатилетие Анджелы все изменилось, как и для нее самой, так и для Гарри. Но про это вы узнаете, прочитав следующую главу.       *Некоторые отрывки в этой главе частично (или полностью) взяты из Вики по «Гарри Поттеру».