Один год

- Я палец прищемил, - сказал младший Самойлов, пытаясь открыть окно в гостиничном номере. - Глеб, лучше не трогай ничего, пока ты еще что-нибудь не прищемил, - отозвался Вадик не глядя на брата. Самойлов-старший, развалившись на кровати и подложив под голову подушку, что-то просматривал в своем телефоне. - Слушай, а неплохо получилось, - проговорил он несколько минут спустя, во время которых младший сражался с жалюзи. - Что получилось? – спросил он. - Иди, сам посмотри. Глеб, выпутавшись из пластиковых пластин, вернулся в постель к Вадиму и настороженно взглянул на дисплей телефона. - Господи! – воскликнул он. – Я же пошутил насчет хоум-видео. - А я нет, - улыбнулся Вадик. – Будет чем скрасить долгие одинокие вечера, когда срок нашего договора подойдет к концу. - Хочешь сказать, что будешь сидеть и дрочить на меня, вместо того, чтобы найти мне замену? – осторожно попытался прощупать почву младший. Вадим взял в руку ладонь брата и, развернув к себе, осмотрел чуть припухшую кожу на пальце. - Глеб, тебе найти замену очень сложно, ты – уникум. - А Сашка Радченко чем не замена? На сцене у него вполне получается заменять меня. – Младший Самойлов представил, как брат целует кого-то другого и, нахмурившись, с горечью добавил: - Ты, наверное, сразу о нем подумал, когда я предложил распустить «Агату». - Ты не предложил, а решил, - спокойно уточнил Вадик и продолжил тыкать в сенсорный экран телефона. Глаза Глеба неожиданно расширились от мелькнувшей в его голове догадки. - Надеюсь, ты в свой инстаграм это не выложишь? – обеспокоенно поинтересовался он, отметив про себя, что старший проигнорировал первую часть вопроса. - Представляю количество комментов, - рассмеялся Вадим. Младший помрачнел. - Имей ввиду, я буду все отрицать, - нахохлился он. - Не сомневаюсь. Ты, как баба-яга, которая всегда против. – Поддел Вадик брата. - Вадь… Старший отложил телефон и, нажав на выключатель над кроватью, погрузил комнату во тьму. - Давай спать, у нас завтра поезд в шесть утра, а тебе еще надо будет выехать из гостиницы раньше меня. Глеб опечалился подобной перспективой, уголки его губ опустились. - Вообще-то, я рассчитывал на второй заход. - Слушай, мы уже три месяца вместе, а ты все никак не насытишься, - прошептал Вадим бесшумно целуя младшего в шею. Глеб моментально выгнул шею для ласки и ворчливо посетовал: - Я шесть лет был на строгой диете, ни один пост столько не длится, а ты говоришь три месяца. - Бедный, - Вадик великодушно накрыл брата своим телом. Самойловы занимались любовью если и не каждую ночь, то очень часто. Только почему-то чем дальше, тем хотелось еще больше. И ведь далеко уже не подростки, чтобы списать все на бушующие гормоны. Они знали друг друга вдоль и поперек, чувствовали на уровне инстинктов. Не было такой позы, которую бы они не испробовали, и тем не менее их секс, и стремительно-быстрый, который подобно аперитиву лишь разжигал еще больший аппетит, и содержательно-медленный, во время которого каждый вздох и взмах ресниц пробуждал все новое и новое желание, пока они измученные не падали плашмя на постель не в силах даже укрыться одеялом, продолжал приносить удовольствие сравнимое разве что с самым лучшим драйвовым концертом. Из прошлого. Из их общего прошлого. - Знаешь, Вадик, а за это видео те, кто про нас сочиняет всякие непотребные рассказики в интернете могли бы отдать левую руку… ну, или правую, в зависимости от того какой они пишут, - проговорил младший, отдышавшись после второго захода. - А зачем нам их руки? – спросил Вадим после минутного раздумья, устало прикрывая глаза. – Меня и твои устраивают. Глеб обнял старшего и уткнулся ему лицом в ключицу. - Скинь мне это видео на флешку, я долгими одинокими вечерами буду смотреть его на большом экране. - Можно будет как-нибудь вместе посмотреть, я принесу попкорн, а с тебя пиво. - Извращенец. *** За время этого мини-тура Самойловы лишь один раз были близки к разоблачению, когда позабыв запереть дверь в гостиничный номер они, подгоняемые мучительным нетерпением, самозабвенно предавались любви в душе. Саша Радченко честно постучал, и честно подождал несколько минут, и даже позвонил Вадиму на мобильный. Но так как тот долго не отвечал, начал беспокоиться и совершенно случайно нажав на дверную ручку, удивился, что она поддалась. Услышав доносящийся из ванной шум воды, он облегченно выдохнул, но на всякий случай решил перестраховаться и громко спросил: - Вадим Рудольфович, у вас все в порядке? Вадим Рудольфович, в это время блаженно плавясь от сладкого минета, поначалу даже не понял кто, что и о чем его спрашивает. А когда понял, то едва нашел в себе силы хрипловато отозваться: - Даа… - он попытался остановить Глеба, но тот стрельнув в брата выразительно-испепеляющим взглядом, тут же вернулся к своему занятию и, вобрав его плоть еще глубже в рот, поднял на предельную высоту удовольствия. - Я хотел наушники попросить во временное пользование, а то мои похоже накрылись, - вновь донесся до Самойловых Сашин голос. Вадик открыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент Глеб плотнее сдавил губами его пульсирующий член, и ему пришлось до боли прикусить губу, чтобы не застонать слишком громко. - Вадим? - Дааа… - запоздало отреагировал старший Самойлов. Глеб наращивал темп, словно марафонец на последних метрах дистанции, не позволяя брату отвлекаться. - Давай… То есть, бери… Младший причмокнул, и Вадик, обхватив его голову двумя руками, кончил. И только после этого, открыв глаза, он заметил, что дверь в ванную слегка приоткрыта. На самую-самую малость. Он с трудом выровнял дыхание. Глеб, ухмыляясь, смотрел на старшего. - Они на столике перед зеркалом, - уже более спокойно добавил Вадим, взяв под контроль тембр голоса и очень надеясь на то, что не вызвал у Радченко никаких подозрений. - Ага, вижу. Спасибо. - Не за что. Дверь в номер захлопнулась, Вадик выключил кран с водой и воцарилась тишина. Он думал о том, мог ли Сашка что-нибудь заметить. Например, чужие кроссовки рядом с его ботинками, или голубые джинсы и футболку, брошенные вместе с его одеждой на кровати. - Дверь надо закрывать, Вадик, а не набрасываться на меня так, будто ты неделю не ел, - нравоучительно проговорил Глеб, умывая лицо. - Умник, – проворчал старший, стаскивая с перекладины полотенце. - Да ладно тебе, - Глеб, довольно улыбаясь, взглянул на брата через зеркало. - Ну, подумает он, что ты шлюху снял, что с того? Вадим тряхнул волосами. - Вспомни, какого размера у тебя обувь. Что это за шлюха-великанша? - А что лучше, чтобы он думал, что ты трахаешь великаншу или собственного брата? – поинтересовался младший, забирая из рук брата полотенце. - Лучше, чтобы он вообще не думал о том, кого я трахаю, - Вадик потянулся за вторым полотенцем. Глеб равнодушно пожал плечами: - Пусть поревнует. Пусть поймет, каково мне. - Господи, Глеб, не начинай, иначе я тебя придушу. Сашке до тебя и дела нет. - Конечно, ему есть дело до тебя, - язвительно усмехнулся младший. - Я бы на твоем месте не стал меня душить. Слишком палево. Есть свидетель того, что ты был в номере не один. - Глебушка, ты нарываешься, - предупредил его Вадим. - Да? – Глеб многозначительно поиграл бровями. – Тогда я на верном пути. Слушай, там внизу есть секс-шоп, можно сбегать купить наручники и плеточку. - Я воспользуюсь ремнем из твоих штанов, там такая пряжка, что мало не покажется, - сказал Вадик и, выйдя из ванной, повернул ключ в дверном замке и для пущей убедительности подергал ручку двери. - Это плети свистят, это чьи-то кости хрустят… - напевая, младший вслед за братом покинул ванную комнату.