Один год

По дороге домой Самойловы заехали в аптеку, чтобы купить разогревающие мази. - Это же надо, водкой растираться, - ворчал Глеб. – Двадцать первый век на дворе, Вадик. Ты знаешь до чего в медицине дошел прогресс? - До космических чудес? – улыбнулся Вадим, слушая бурчание младшего. Глеб пропустил подколку старшего мимо ушей и отстегнул ремень безопасности. - Жди меня в машине, я сам куплю все, что нужно, - сказал он брату. - Жду, пупсик, - Вадим прикурил сигарету и выдохнул дым в чуть приоткрытое окно. Глеб скосил глаза на старшего: - Я еще пластырь куплю, чтобы рот тебе заклеить, - он хлопнул дверцей машины и через секунду скрылся в дверях аптеки. Вернулся младший Самойлов пять минут спустя, держа в руках небольшой пакетик. - Купил? – спросил Вадик, поворачивая ключ зажигания, когда брат устроился в соседнем кресле. - Разумеется, - кивнул Глеб. - Три разных. Старший исподлобья взглянул на брата: - Зачем столько? - На всякий случай, - пожал плечами младший. Вадим хмыкнул, но больше ничего спрашивать не стал. Переступив порог квартиры, Глеб сразу же распорядился: - Давай раздевайся. Я помогу тебе принять душ, а потом разотру тебя. - Думаю, что я и сам смогу принять душ, - ответил Вадик, вешая куртку на вешалку. - А если я Радченко позову, его помощь ты примешь? – набычился младший. Самойлов-старший скривился: - Достал, Глеб. Честное слово. – Он сделал глубокий вдох, и принялся развязывать ботинки. - И он меня! Веришь? – Буркнул Глеб и сам помог брату разуться. Вадим кивнул младшему в знак благодарности и прошел в комнату. - Я знал, что ты ревнивый, но не до такой же степени, - на ходу бросил он Глебу. - Не давай повод, я и ревновать не буду, - парировал Глеб из коридора. Не переставая препираться, Самойловы в итоге приняли душ вместе и, выбравшись из ванной, перекочевали в спальню. - Ложись на живот, - с небывалым энтузиазмом проговорил младший. – Я сейчас. Вадик, устав спорить с братом, скинул с себя халат и сделал так, как он сказал. Глеб разложил на кровати купленные мази, задумчиво взглянул на старшего, а затем снова уставился на них. - Так… - протянул он, беря в руки «Финалгон». - Начнем пожалуй, с самого маленького тюбика. - Из коробочки выпала кругленькая пластмассовая штучка, повертев которую Глеб отложил в сторону вместе с инструкцией. - По какому принципу ты выбираешь? – подал голос Вадим. - По размеру, - ухмыльнулся Глеб. - Извращенец, - старший уткнулся лицом в подушку. - Лежи спокойно, - Самойлов-младший выдавил на руки мазь и принялся с усердием втирать ее в нижнюю часть спины Вадима. Вадим, полностью расслабившись, тихо постанывал. - У тебя нет пояса из собачьей шерсти? – спросил Глеб старшего, заканчивая массаж. - Глеб, а я что, похож на человека, у которого это есть? - Я на всякий случай спросил, - оправдался младший. - Надо же укрыть тебя чем-то теплым. - Я собирался им обзавестись лет через двадцать, - ответил Вадим. – Но у меня в шкафу есть плед из верблюжьей шерсти. - Отлично! Глеб нашел верблюжий плед, заботливо укрыл им Вадика и поцеловал его в висок. - Отдыхай. - Спасибо, - старший закрыл глаза, чувствуя, как по пояснице разливается тепло. Приглушив в спальне свет, младший Самойлов отправился в туалет. Через несколько секунд оттуда раздался дикий нечеловеческий вопль, к которому почти сразу же присоединились доносящиеся из спальни ругательства. В пояснице Вадима стало невыносимо горячо, будто кто-то медленно поливал её кипятком. - Глеб, сука! – в сердцах воскликнул Вадик. - Чем ты меня намазал?! У меня спина горит, будто я в аду! Но Глебу было не до страданий брата. Стремительно вылетев из туалета не застегивая штанов, он сунул самую драгоценную часть своего тела, пылающую в данный момент огнем, под кран с холодной водой и только тогда смог выдохнуть. - Господи… Постояв так некоторое время, он наконец-то догадался вымыть руки, а затем осторожно намылил свою плоть и также осторожно смыл мыло. - Господи тебе не поможет, если ты не признаешься, что сделал со мной, – раздалось прямо над его ухом. Вздрогнув, младший обернулся. В проеме двери стоял обнаженный и свирепый, аки ротвейлер, Вадик, в глазах которого плескалась ярость вперемешку с болью. - Я… я ничего, - чуть заметно качнул головой Глеб, и закрыл кран. – Вадь, у меня член чуть не отвалился. – Проговорил он, ощущая, как плоть снова начинает покалывать. - Глеб, смой с моей спины эту херню, иначе я сгорю заживо, - зашипел старший, не слушая жалобы брата. - Да… да… - забормотал Глеб, пытаясь наклониться, чтобы подуть на свой член. - Что ты делаешь, мать твою?! – Вадим забрался в ванную и включил воду. - Я… я не помыл руки после мази, пошел в туалет… и теперь… теперь… - на глазах у младшего выступили слезы. – Сядь на корточки, Вадик. - Это еще зачем? – спросил Вадим, выдавливая на ладонь гель для душа. - Ну, сядь, - всхлипнул Глеб. Старший опустился на корточки, и Глеб тут же подставил член к его лицу. - Подуй. - Глеб, ты совсем дурак? – не на шутку разозлился Вадим. - У меня сейчас ожог третьей степени будет! - Ну, подуй, пожалуйста, Вадь, - умоляюще прошептал младший. Вадик принялся дуть, одновременно пытаясь подставить спину под прохладную воду. Мазь начала стекать вниз, вызывая жар на ягодицах, задней поверхности бедер и еще ниже. Он перестал дуть и взвыл: - Я как будто в аду горю! - Скажи, что мне сделать? – Глеб уныло посмотрел на брата. - А я знаю?! – рявкнул старший и, кое-как вытеревшись и не одеваясь побрел на балкон. От холодного воздуха стало легче. Глеб в одной футболке встал рядом с Вадимом, и виновато взглянул на него. - Вадик… - Лучше молчи, - пресёк его старший Самойлов. Глеб нервно сглотнул, но не замолчал: - Ты же можешь застудить спину. Вадим пронзил младшего таким взглядом, что тот все же прикусил язык и отвернулся. Холода Вадик не ощущал. А вот не в меру охладившийся Глеб, начал стучать зубами, забыв про боль в причинном месте, которая, к слову, его больше не беспокоила, и стал маленькими шажками придвигаться к балконной двери. - Глеб, вот скажи, за что ты меня так ненавидишь? – устало спросил его старший. - Я тебя плохо трахаю или мало трахаю? - Я не специально, Вадь, - отозвался замерзший Глеб. - Принеси мне инструкцию от этой хрени. - Уже бегу, - младший пулей метнулся в теплую спальню. Вадим медленно шел за ним, чувствуя, как от тепла снова начинает гореть кожа. Взяв из рук Глеба инструкцию, он попросил его включить вентилятор. Младший послушно выполнил просьбу брата. Усевшись под вентилятором, Вадик принялся изучать руководство к применению убивающей его мази. - Во-первых, эту хренотень надо наносить не руками, а специальным аппликатором, - прочитал старший и взглянул на младшего. – Хорошо, что ты еще до своих двоих не дотронулся. – Усмехнулся он. Глеб тут же вспомнил странный пластмассовый кругляшок, который он отложил за ненадобностью и пришел в ужас от того, что было бы, если он дотронулся до яиц. - Во-вторых, - продолжал Вадим, глотая боль. – Ты использовал четверть тюбика, а этой мази надо всего-то размером с горошину. Глеб потупился. - А в-третьих, - Вадик вскочил на ноги, ибо терпеть это адское жжение он больше не мог. – Тащи в ванную подсолнечное масло. Младший, стараясь не поддаться панике и действуя согласно инструкции, намазал спину старшего маслом. Не помогло. Вадим сквозь зубы материл его на чем свет стоит. Поддавшись панике, Глеб набрал «03» и подробно описал ситуацию. Две минуты спустя, смыв масло теплой мыльной водой и нанеся на горящую кожу брата крем, Глеб отвел его в спальню. Через пятнадцать минут жечь перестало. На часах было четыре утра. Вадик в изнеможении прикрыл глаза. - Ты в порядке? – спросил его младший. - Нормально, - одними губами промолвил он. Глеб облегченно выдохнул и лег рядом с братом. - Вадь… - позвал он старшего. - Мм...? - Знаешь, а я ведь не ужинал. Вадим не открывая глаз, нащупал на тумбочке чудо-мазь и протянул ее младшему: - Приятного аппетита, Глеб.