Один год

В аэропорту Владивостока Глеб случайно обнаружил, что потерял инструкцию, которую написал ему Вадим с подробным описанием маршрута до Бергена с указанием всех пересадок. Не позволяя себе впасть в панику, Самойлов младший тут же начал вызванивать брата, в очередной раз забыв про разницу часовых поясов. Вадик трубку не брал, так как в этот самый момент выступал с частным концертом для норвежских новых русских. «Спокойствие, только спокойствие», - повторял себе Глеб и судорожно шарил по карманам в поисках билетов на другие рейсы. Нашел он их двадцать минут спустя во внутреннем кармане сумки, висевшей у него на плече. Глеб, уже было смирившийся с тем, что он замерзнет насмерть в новогоднюю ночь в славном городе Владивостоке, облегченно выдохнул и даже улыбнулся своему отражению в витрине алкогольного магазина «Дьюти Фри». Прикинув в уме, что путь ему предстоит длинный, Самойлов решил порадовать себя бутылочкой элитного алкоголя и зарулил в магазин. «До Москвы-то он долетит, а там глядишь и Вадик объявится», - скользнула мысль по уголку его сознания. Девятичасовой перелет до российской столицы Глеб благополучно проспал. Когда в аэропорту Шереметьево он взял в руки телефон, то увидел девятнадцать непринятых вызовов от брата. Следующие десять минут Самойловы одновременно звонили друг другу и естественно, дозвониться не могли. Один беспрестанно ругался, в сотый раз слушая короткие гудки, второй – прибегал к антистрессовой технике дыхания. - Твою мать! – выпалили оба, когда наконец-то звезды на небосклоне расположились так, как надо. - Глеб! - Вадик! - Ты где? – спросил Вадим, надеясь, что младший не улетел по ошибке к черту на куличики. Глеб, собравшийся уже ответить в рифму, в последний момент решил этого не делать во избежание определенных последствий. - В Москве. Вадик облегченно вздохнул. Треть пути младший преодолел. - Ничего не случилось? - Если не считать того, что я потерял твою инструкцию, то ничего, - умирающим голосом сообщил Глеб. - Я это предвидел, - спокойно отозвался старший и бодро добавил: - И на всякий случай я положил тебе ещё одну под обложку паспорта сзади. Самойлов-младший, зажав трубку между плечом и ухом, достал паспорт и действительно обнаружил там второй экземпляр инструкции. - Вадик, я тебе говорил, что я тебя люблю? - Буду рад услышать это еще раз, - насмешливо произнес Вадим. - Я лучше покажу тебе это через… - Глеб принялся считать. - Через… Вадик вздохнул: - Через десять часов. - Ну… наверное, да, - согласился младший. - Посчитать это все равно нереально. *** До Норвегии Глеб долетел благополучно, если не брать во внимание тот факт, что он, перепутав одну цифру в номере рейса чуть не отправился в Пуэрто-Плата. А вот в аэропорту Осло ему пришлось несладко. Язык жестов и ломанный английский вперемешку с русским не помогали. Вызвонив брата, он настырно сунул трубку сотруднице аэропорта. Молодая девушка выслушав говорившего на безупречном английском старшего Самойлова, странно покосилась на мужчину, стоявшего рядом с ней в нетерпении постукивавшего ногой, закованной в огромной ботинок и сделала так, как просил Вадим – взяла Глеба за руку и проводила к нужному терминалу. - Тюзен такк, - поблагодарил он девушку, выучив по-норвежски одно-единственное слово. Часовой перелет из Осло в Берген Глеб можно сказать, не заметил. Он неотрывно смотрел в окно иллюминатора и мечтал. В Бергене его встречал брат, державший на вытянутых вверх руках табличку, на которой красным маркером было выведено: «ГЛЕБ». Младший с ленивой улыбкой подошел к Вадику и вручил ему свой багаж: - Вадик, я так устал, ты не представляешь. - Глеб, а я так соскучился по твоему нытью, - улыбнулся в ответ старший, забирая у него сумку. - Я пролетел семь с лишним тысяч километров, - проговорил Глеб на ухо брату легонько касаясь губами его кожи. – Я заслужил поощрительный приз. Вадим вскинул бровь: - Во-первых, обойдешься, а во-вторых, у тебя не хватит сил, ты же устал. - Да-а, - задумчиво протянул младший. - Я на ногах уже двадцать два часа. Мне кажется, что этот день никогда не кончится. - Всё когда-нибудь кончится, - философски заметил Вадик. – И этот день тоже. Кстати, до нового года осталось меньше двух часов. Мимо направлявшихся в сторону выхода Самойловых пронеслась мяукающая компания азиатских туристов. - Ты приготовил для меня что-то особенное? – поинтересовался Глеб. - А то, что ты сейчас со мной в Норвегии – это не особенное? – усмехнулся старший, приближаясь к арендованной машине. Самойлов-младший пожал плечами: - Это не считается. - Ну ты и наглец, - беззлобно произнес Вадим. - Я имел ввиду подарок, - пояснил Глеб, и выразительно взглянул на брата. – Ты ведь приготовил мне подарок? - Разумеется, - с улыбкой кивнул Вадик, убирая упавшие на лицо волосы. – Тебя ждет недельный секс-марафон. Младший Самойлов хмыкнул и забрался в автомобиль. Старший положил дорожную сумку брата в багажник и сел за руль. - А может от норвежского гнома подарки будут? – не унимался Глеб, копаясь в своей памяти и пытаясь припомнить, что он вычитал про норвежские новогодние традиции в путеводителе. - От козы будут, если ты в свои говнодавы положишь сухие колосья овса,*- не сдержавшись, рассмеялся Вадим. - Пожалуй, я воздержусь, - поразмыслив, решил младший. - А то есть конфеты из ботинок, даже из своих собственных, мне как-то не очень хочется. Вадик включил магнитолу, из которой в тот же момент зазвучала боевая песня норвежских викингов, и вырулил на шоссе. Глеб с любопытством разглядывал мелькавшие за окном улочки. Минут через двадцать машина Самойловых остановилась у симпатичного домика, расположенного в пяти метрах от фьорда. - Вау! – воскликнул младший, осмотревшись. Прямо напротив коттеджа возвышалась величественная скала, покрытая снегом. Ее пик упирался белой шапкой в темное небо, на котором громоздились звезды. - Вадь, а твои все… они в соседних домиках живут? – спросил он старшего, чувствуя на себе его взгляд. - Не совсем. Все разбрелись по разным отелям. – Ответил Вадим, и добавил: - Тем более ко всем жены и подруги приехали. - И к Сашке? – полюбопытствовал Глеб. - И к Сашке. - А какая у него подруга? - Симпатичная. - Попроси его сфоткаться с ней и выслать фотку. - Тебе зачем? – Вадик удивленно взглянул на брата. - Хочу удостовериться. Самойлов-старший негромко откашлялся: - Глеб, это будет выглядеть странно. Но Глеб сдаваться не собирался: - Тогда попроси всех сфоткаться с подругами и выслать фотки, скажи, что это для коллажа. - Ага, - Вадим многозначительно посмотрел на брата. - А потом они попросят в ответ мою фотку с подругой. - Я… - младший немного нервно облизал губы. - Я могу переодеться в женщину и накраситься. - Не сомневаюсь, - Вадик достал из кармана ключи от дома. - В этом у тебя большой опыт. Глеб фыркнул. - Ладно, Вадик, мы это потом обсудим. Скоро новый год, а мне еще нужно успеть сходить в душ и переодеться. Старший прищурился: - Ты привез с собой маскарадный костюм? - А у нас планируется бал-маскарад? – с интересом взглянул на него Глеб. - У нас планируется секс, - напомнил ему Вадим. - Поэтому лучше тебе после душа вообще ничего не надевать, я все равно все сниму с тебя. - Боже, Вадь, я и не представлял, что ты так голоден! – с притворным беспокойством воскликнул младший, и обнял брата. - Мой, Пер Ноэль. - Идем в дом, Снегурочка… дурочка, - Вадик чмокнул брата в губы и подтолкнул его к крыльцу. Глеб не сдержал смешок: - Слушай, Вадик, а вот это вот – эге-ге-гей… в той песне ты или я придумал? - Ты, Глеб, - старший открыл дверь. - Напомнить тебе, как это было? Ответить младший не успел, так как его взору предстала украшенная к празднику комната посередине которой стояла небольшая наряженная елка, источавшая волшебный аромат хвои. - Вадь… - с придыханием выговорил Глеб. - Это не я, - тут же оправдался Вадим. - Хозяева дома постарались. Младший подошел к огромному, высотой от пола до потолка раздвижному окну и уставился на открывшуюся панораму. - Фантастически, - произнес он, любуясь видом. - Кстати, - Вадик обнял младшего со спины. - Местные говорят, что давно у них не было такой холодной зимы и такого ясного безоблачного неба. - Правильно, мы же приехали, - иронично усмехнулся Глеб. - Обещаю тебе, что ты не замерзнешь, - ладонь старшего скользнула между ног брата. - Тем более, что здесь есть настоящий камин. - А я думал, что это бутафория, - младший, стараясь контролировать степень своего возбуждения, оглянулся на каменную постройку. - Ты же не в Турции, - рука Вадима, проникнув в джинсы брата, сводила на нет его контроль. - Действительно, - шепотом выдохнул Глеб, и ладонь старшего разжалась. - Пойдем, я покажу тебе где ванная, а сам пока разожгу огонь, - произнес он и, окинув жарким взглядом возбужденного брата, направился в соседнее помещение. Глеб, недовольный тем, что его возбудили и бросили, но довольный, что заметил под ёлкой празднично упакованный сверток, пошел вслед за Вадиком.