Утопия

Золотая осень… В окне я поминутно лицезрел позолоченную листву.Алые пятна украшали улицы, уничтожая такие будние серые цвета. Моя «болезнь» никуда не пропала, «она жива и будет жить всегда» — говорил я ребятам, усмехаясь и улыбаясь.Но внутри меня хранилось нечто пугающее.Это пугающее шло с детства, с боязни темноты… А теперь оно преследует меня в мои «за сорок» лет. Сегодня мы даём концерт в Питере, в самом сером уголке нашей «Родины». Но сильно часто гулять по улицам города я не смог, так как страшно хотел спать.Да и каков смысл смотреть улицы города, когда вот-вот твои глаза изменят маршрут и отключатся. Собственно, так и случилось.Стоило мне уйти от ребят на метров десять, так я уже не видел нихрена. — Таня! Помоги убогому! , -крикнул я, — А то я скоро каждому столбу улыбаться буду. Цок-цок-цок.Звуки каблуков приблизились, а я уже раздвинул руки, дабы схватиться хоть за что-то живое. -Таня, иди погуляй.Я сам с ним схожу. -Костя? , -воскликнул я, немного офигевшим голосом. -Ну… Глебушка, я могу тебя доверить Косте? , -я чувствовал, как дрожал её голос.Потому что после часа с ним я затряхивался, как после запоя. -…Не знаю. -Да ладно, Глеб.пошли.Пообщаемся, по-мужски.О предстоящем концерте. -Ладно…-буркнул я и резко развернулся.А когда мои дерзкие психующие шаги достигли столба, который я обнял всей своей Глебовской силой, пришлось остановиться. -Глеб, солнце! , -подбежала ко мне Таня, — Всё хорошо? Тебе нельзя без сопровождения. -А то вернёшься без головы, без головы, увы… -напел Аркадин, тихо посмеиваясь. -Всё может быть, -хехнул я. В одно мгновенье мою руку охватил Бекрев.От него несло очень приятным и бархатным мужским одеколоном.А руки, которые я не чувствовал месяцами, оказались несказанно нежными. Хотя, уж кто-кто, а я знаю, сколько кремов лежит у него в ящике около раковины. Кстати, да. Наши поклонники и поклонницы так и не были осведомлены о моем заболевании.Но на концертах лажи я старался не давать.Со сцены не падал, кого не надо по попе не хлопал, а мои бедные глаза прикрывали тёмные круглые очки, к которым все и так привыкли. Куда-зачем и почему меня вёл Костя, мне было плевать.Было очень странно, что по улицам не ходили люди, только два человека крестом, включая меня с очкастым. -Костя, куда мы идём? -В кафе давай посидим, время ещё есть.На саундчек успеем… -А чего внезапно так? Ты не отличаешься тактичностью… -А ты не отличаешься вежливостью, так что просто позволь мне хоть частично вину загладить.И поговорить вне Валер, Дим и остальной живности. Сопротивляться я не стал.Осознание того, что каждый угол будет помечен моим носом, если вдруг я убегу от него, приходило быстро.Пока мы шли, я старался молчать.На улице стояла гробовая тишина, словно я очутился в каком-то городе призраков.Даже ветра не было, а голоса доносились где-то в километровой стадии. Наконец, мы посетили какое-то кафе, где очень мило пахло чем-то очень сладким.Это напомнило мне венские вафли, которые готовила мне Таня однажды утром.Костя помог мне сесть и снять пальто.Очки я ему снять не позволил. -Глеб, что тебе заказать? , -любезно спросил меня Бекрев.Эти любезности меня жутко бесили, я просто ненавидел, когда он себя так ведёт.Хорошо, что я не вижу его наглую рожу.Уверен, что его лыба достигает небес. -Ну тогда пойду, на свой вкус закажу. -Я есть не хочу, возьми попить что-нибудь. Тишина.Наконец, он покинул ареал моего обитания, аминь.Но этот гад всё ещё заставляет меня испытывать к нему определённые чувства.От Вадика, конечно, нет ни ответа, ни привета.А ко мне всё ещё хлынут вопросы, как я реагирую на его «Агату Кристи». Пришёл. -Глеб, у меня есть несколько вопросов к тебе, -его интонация приобрела серьёзность, наконец-то. -Ну.И какие? К нам подошла официантка и принесла чай.Я тут же к нему приложился и продолжил слушать дружка. -Как бы… Глеб.Во-первых, я хочу, чтоб ты простил меня, -он взял меня за руку, я же был ошарашен, -Я сделал много ошибок, я много истерил и не понимал тебя.Я же знаю, что Вадик для тебя очень до… Я хотел схватить его за нос, но похоже просто сбил очки с его лица. -Глеб, ты чего?! -Я…Ты это.Не говори мне об этом.Сам знаешь, как я отношусь к этому человеку.Даже, не смотря на то, что он внёс необъятный… Вклад в моё выздоровление. -Ладно, ты дослушай меня.Просто… Глеб, мне сложно без тебя.И когда ты и.и Таня… Он теребил мою ладонь в разных ракурсах, я чувствовал его вспотевшую плоть и нервную дрожь, в свою очередь он стал говорить шёпотом. -Самойлов, я пил, как сука последняя.Ни одного твоего подарка не выбросил, как баба мыслил. Если я скажу маме, что я пе… Что люблю тебя, то я буду подвешен за все прелести жизни и пускать «Озеро любви». -Чего ты от меня хочешь? , -раскинул я руки. -Я просто хочу тебе сказать, что я ненавижу Таню. Я запрокинул голову и стукнул по столу руками. -Костя, твои амбиции и наше общее прошлое не должно мешать моей жизни нынешней.Мне сейчас тоже не сладко.Столько всего в голове, но чтобы хоть годик прожить после моей операции, я не должен пить.Таня-мое спасение.она мне помогает, она… -Твоя сиделка, Глеб.Она просто твоя сиделка.А ты, старый дурак, купился на её деланную внешность! -Костя, иди ты нахуй! Она для меня очень близкий человек.Она дарит мне тепло, я отвечаю ей тем же! Я хочу верить, что правда её люблю! Ты хоть знаешь, что такое любовь? -Нет, Глеб.Но и ты не знаешь. Я встал из-за стола и стал на ощупь добираться до выхода, но меня быстро подхватила моя причина гнева. -Глеб, прошу.Не выноси сор из избы.Я не могу молчать тебе в глаза, ты это знаешь. -Просто доведи меня до ребят.И мы будем готовиться к концерту, мать его… Он стал вести меня, как я понял, чтоб расплатиться.Из-за спины послышались пару девичьих голосов. -Простите, Вы Костя Бекрев? , -сказала одна девочка. -А вы Глеб Самойлов? , -послышалась вторая. -Да, это мы, -бодро ответил Костя в своей типичной манере, я же только кивнул в сторону голосов. -А…А можно с вами сфотографироваться? У них был столь нежный и дрожащий голос, что отказать ну просто невозможно. -Давайте, становитесь рядом с Глебом, я Вас чикну, -Костя в этом деле был весьма оперативен, я же чаще всего убегаю от толпы фанаток с фотоаппаратами. Щелчок, фото сделано.Какой я стою, с кем обнимаюсь, уже не имело значение. -А теперь давайте с Вами, Костя! -А … -он заикнулся.Он понимал, что сфотографировать я никого не смогу. -Глеб плохо делает фото, поделюсь с Вами, -засмеялся Костя. -Ага, руки трясутся, всё сма-ажется, -сказал я. Попросив мимо проходящую официантку, они дружно сфоткались с Бекревым.Покинуть это место и попасть к ребятам- было главной целью на ближайшие часы. Саундчек прошёл спокойно, ни одного слова от Кости я не услышал.Даже подколов от ребят я не замечал.Вообще, висела странная гробовая тишина. Начало концерта для меня было очень тяжёлой вещью, почти всегда во время начала я всё вижу, и я спокоен.В этот же день я нихрена не вижу, как выходить на сцену- не знаю. -Давай я тебе помогу, -сказал Валера. -Знаешь, спасибо.Но к чёрту мне эти слухи.Я не хочу, чтоб они знали о моих проблемах. Послышался звук микрофона, кто-то вышел на сцену.Публика замолкла. -Стоп.Кто там? Что там? -Глеб, прошу, только не ругайся, -голос Димы был колеблющимся. -Привет, друзья! Привет, Питер! Крики зала ошеломляли всех, кто был в округе.Я чувствовал, как мои барабанные перепонки скоро лопнут, а харя треснет от злости. Я вскочил и понёсся на звук.Конечно, без ДТП не обошлось, я обнялся с ближайшей стеной.С меня упали очки, а я понёсся к звукам. Я выпал на сцену, хватаясь за всё, что близко лежит и стоит. -Вадик, какого хрена ты тут забыл?! -Братик, иди ко мне! , -он обнял меня, а я пытался отбиваться. -Пошёл ты! Что ты тут забыл, -я пытался нащупать его лицо, чтоб поскорее врезать любимому брату. -Я помочь тебе пришёл, меня Дима позвал. Мой кулак уже летел в сторону Вадика, но полетела вся моя туша.А следом в толпу полетели мы, главные Братья страны.К сожалению, поймать нас не смогли, а может и не необходимо было. Наша драка продолжилась в лежачем виде, я успел усесться на Вадика в двусмысленной позе.Пока я смотрел в его глаза, во мне просыпался зверь.Я его ненавидел… Я не готов делить сцену с ним снова.Никогда, ни за что. -Глеб! Не заставляй меня… Удар.Впервые в нашей жизни я ударил его с такой злостью и гневом.Он плевался кровью и кашлял, а за мной уже шли ребята с охраной.Но я бил, мои удары ускорялись, моим главным желанием было сломать его голову голыми руками.Когда меня схватили, я даже не сопротивлялся.Земли под собой я не чувствовал, а в голове частично пели тёмные ангелы… -Глеб, ты идиот?! , -кричал в ухо Костя, -зачем ты это сделал?! -Глеб, ты что.Видишь? , -спросил меня Вадик. В толпе послышался гул.Все глаза округлились, взгляды стремились разглядеть меня.А я правда видел, даже не заметив… Как мое зрение вернулось. -Вадь… Ты тварь! , -плюнул я в его сторону. Театральное «Ах!» прозвучало по ту сторону зала, а я показал ему любимый средний палец.Вся моя рука была окровавлена.Костяшки болели от ударов, а его лицо бросилось мне в глаза только сейчас.Из его носа текли ручьи крови, один глаз оставался полуоткрытым. -Глеб… Ты поступаешь очень глупо.Ты так и не повзрослел, и моя помощь тобой воспринимается, как… -Я даже знать не хочу тебя! Никогда не встану с тобой рядом на сцене… Лучше застрелиться! , -я резко развернулся и покинул зал.Уже никто меня не держал, а мои маты были слышны вне клуба. -Полудурок старый! Чтоб тебя триста енотов вытрахало, у*бок! -Глеб? , -заполз ко мне Костя, тихо шурша по полу. -Чё?.. Он тихо подошёл к моей спине, а его рука пала на моё плечо.Он сжал мою кожу, веяло чувством непонимания.Он не знал, что говорить и спрашивать. -А если он подаст на тебя в суд? , -дрогнул голос Бекрева. -Похуй, Кость.Я не отдам ему сцену… Мою сцену.И жизнь.Ты не знаешь его так, как знаю я.Для меня сцена-это жизнь, Бекрев! И ему я не отдам её! -А ты уверен, что причина в этом? Ваши взаимоотношения намного большая любовь, чем братская. -Замолчи, Бекрев… Закрой рот. Кровь на моих руках начала обсыхать, а в голове обосновалась боль.В отражении ближайшего зеркала я заметил свои заплывшие кровью глаза…