"Вайлетфилд Ралфс"

На смену кромешной тьме июльской прохладной ночи пришло свежее светозарное утро, обнажающее лучи восходящего солнца. На палубе никого не было, кроме Роберты Куинси, которая, облокотившись об ограждение, мечтательно всматривалась куда-то за горизонт: до главной пристани Нью-Йорка оставалось совсем немного, и вдалеке уже начинала виднеться статуя Свободы, которая казалась совсем крошечной, но с каждой минутой становилась всё больше и больше. Когда Берта жила в маленьком провинциальном городке, все эти разговоры о других странах и материках казались ей фантастикой, ничем иным, как плодом воображения и фантазии тех, кто о них говорил. Она даже не могла осознать, что за пределами Англии существует совсем другой мир. Внутри неё словно порхали бабочки: девушка никак не могла поверить в то, что это происходит именно с ней. Но тем не менее у неё была ещё одна веская причина для неописуемого счастья, и именно она была на первом месте… — Берта, ты вся дрожишь, — мягким голосом промолвил Фредерик; он подошёл сзади и нежно обнял девушку, коснувшись подбородком её плеча. — Мне принести плед? — В этом нет надобности, — ответила Роберта. — Фредерик, я дрожу совсем не по этому поводу… Меня переполняют эмоции! Я восхищена, и в то же время меня пугает вся эта неизвестность… — Теперь этот материк станет нашим домом. Тебе не стоит переживать, мы ведь вместе. И вместе мы обязательно справимся. Она прижалась головой к его голове, радостно улыбнувшись. Фред нежно поглаживал её руку, всматриваясь вдаль: ему уже не терпелось ступить на землю, ведь это морское путешествие утомило его так же сильно, как и Роберту. Но с другой стороны оба они были невероятно счастливы: почти каждую минуту они проводили вместе, наслаждаясь незабываемыми моментами, которые предоставила им судьба. Корабль издал громкий гудок: наконец-то судно прибыло в порт. Берта с Фредериком сошли вниз по трапу вместе с остальными пассажирами, в спешке покидающими «Лузитанию». — Фредерик, мне страшно, — Берта ухватила его за руку. — Здесь так много людей… Всё кажется таким огромным! Действительно, даже Лондон был жалким подобием этого невероятного величественного города, который был самым важным финансовым и промышленным центром в мире, а так же пристанищем для многих эмигрантов, приехавших сюда в поисках лучшей жизни. Здания здесь были воистину исполинскими, а автомобилей было так много, что гул от их моторов звенел в ушах: здесь ощущалась немыслимая мощь технического прогресса, который двигался вперёд десятимильными шагами. Даже Фредерик Винслоу, сын одного из крупнейших аукционеров Англии, на минуту застыл в изумлении: ему ещё никогда не доводилось видеть ничего подобного… — Держи меня под руку и не отпускай, — велел Фредерик; они прошли всего пару десятков метров, как вдруг он почувствовал лёгкий толчок. — Фред… — Берта смотрела на него весьма взволнованно: в её взгляде выразительно читалась тревога. — Что случилось? — Тот мужчина… Кажется, я только что увидела его в толпе… — Какой мужчина? — вопросительно вскинув бровь, поинтересовался Винслоу. — Тот хам, от которого мы убегали в первый день нашего путешествия. Мне кажется, или он продолжает следить за нами? — О господи, — Фредерик демонстративно закатил глаза. — Я до сих пор жалею, что не врезал ему в тот вечер. Нам стоит забыть об этом. Я думаю, что тебе просто показалось: здесь полно похожих мужчин, и этому не следует удивляться. — Надеюсь, ты прав, — ответила Куинси. Покинув порт, они зашагали вдоль Лафайет стрит, направившись к большой стоянке с припаркованными на ней такси. — Мистер, не подскажите ли вы, где здесь ближайшее отделение банка? — обратившись к таксисту, вежливо поинтересовался Винслоу, на что таксист лишь насмешливо ухмыльнулся. — Мы в Нью-Йорке, парень.  Здесь полно банков, просто не счесть. Собственно, я работаю таксистом, а не гидом: вас куда-то отвезти? — Я не знаю этого города, — уже менее учтиво сказал Винслоу. — Отвезите, пожалуй, туда, где много банков и где можно без лишней суматохи снять квартиру. — Присаживайтесь, господа. Думаю, ближайший район Манхэттена вас устроит. Затрещал мотор: автомобиль тронулся вдоль Лафайет стрит, свернув налево. Чем дальше они углублялись в самый центр города, тем всё больше на глазах росли ввысь огромные здания: это были самые что ни на есть настоящие каменные джунгли, поражающие своей величественностью и могущественностью. Улица, по которой они ехали, была необъятно широкой: на ней могли вместиться шесть рядов автомобилей; стены домов пестрели огромными афишами, вывесками и объявлениями: атмосфера была настолько живой, что здесь хотелось просто остаться, ни о чём не задумываясь. — Всё, мы приехали, — съезжая на обочину, произнёс таксист. — Это Лонгтаун, одна из самых больших улиц этого района. Здесь вы найдёте всё, что пожелаете. С вас один доллар. Рассчитавшись с таксистом, Фред с Бертой выбрались из автомобиля. Фредерик прекрасно ориентировался в чужих местах, в отличие от Роберты, которая лишь потерянно хлопала ресницами. — Здесь же можно потеряться в два счета… — протянула она, но тут же была схвачена за руку. — Пойдём! Спустя пару минут они оказались у порога гостиничного дома «Виллингтон», вывеска которого сразу бросилась в глаза Фреду, едва он успел выбраться из такси. Это было высокое многоэтажное здание в стиле модерн с высокими окнами и красивой лепниной вокруг парадных дверей. Снять жильё для Фредерика не составило особого труда. Это была небольшая, но весьма уютная квартирка на четвёртом этаже с высокими потолками и узкими французскими окнами; в гостиной комнате они, расположенные три вряд, словно соединялись в одно целое широкое окно, которое выходило на улицу. Здесь была очень хорошая слышимость, и гул автомобилей в некоторой степени составлял дискомфорт. Но всё же, здесь всё было пропитано духом большого города, и это приносило своеобразное удовольствие, ощущение значимости того, что ты являешься его крошечной частью… — Как тут мило, — осматриваясь, проговорила Берта. — И светло… Фредерик, смотри! Здесь даже есть ванная комната! — Милая моя, — усмехнувшись, промолвил Винслоу, обняв Роберту и чмокнув в макушку. — Теперь ты будешь жить, как полагается. Я даже представить не могу, как ты раньше жила в той грязи! Такое ощущение, что самый прекрасный цветок с корнями вырвали и выбросили гнить на свалку. — И ты заметил этот цветок, — улыбнулась девушка и тут же поцеловала Фреда в щёку. — Ты спас его, не дав ему завянуть. — Берта, я должен бежать, — Фредерик взглянул на циферблат часов. — Мне нужно отыскать банк, чтобы обналичить чек. Обещаю, я ненадолго. Девушка лишь согласно кивнула головой; Винслоу тут же бросился к выходу и помчался вниз. К счастью, на Лонгтауне было очень много отделений банков, и Фред сразу же зашёл в первое попавшееся с довольно внушительным названием «Гарландфорд». — Здравствуйте, мне нужно обналичить чек, — Фредерик быстро протянул чек секретарю. Та, внимательно изучив написанное, вдруг поморщилась: её слегка хмурый взгляд устремился на молодого человека, отчего тот почувствовал внутри неприятный холодок. — Это английский банк, — сиплым голосом протянула она. — Это займёт много времени, мистер… Винслоу. Мы должны послать запрос, а ответ получим не менее, чем через неделю. — Здесь должен работать банк «Британи Комьюнити», — на секунду задумался Фред. — А он, как я знаю, сотрудничает с банком «Barclays». Не могли бы вы связаться с ними? — Я попробую. Только учтите: это дело не минутное, вам придётся подождать. Возможно, мы сможем обналичить ваш чек через них. — Спасибо вам, — облегчённо вздохнул Винслоу, направившись в комнату ожидания. Присев на твердый небольшой диван, он откинул голову назад: Фредерик слишком устал, и его всё время клонило в сон… Тем временем Роберта осматривала новые апартаменты: девушка была в восторге от красивых светло-бежевых штор с золотистыми кисточками, от мягкого и ворсистого ковра цвета оливок, от этих необычных окон, из которых открывался превосходный вид на улицу. Приняв ванну, она облачилась в длинное батистовое платье небесного цвета: она всегда стеснялась надеть его на улицу, считая этот наряд слишком откровенным из-за глубокого декольте. Дело близилось к позднему вечеру: она то и дело посматривала на настенные часы. — Ну наконец-то, — облегчённо выдохнула Куинси, услышав звук открывающихся дверей. — Берта… Его взгляд был усталым, подавленным и потухшим: он словно смотрел сквозь неё, опустив руки. Он вяло прошёл мимо, остановившись у окна, потупил взгляд в пол, тяжело вздохнув. — Фредерик? — Берта нахмурила лоб: в мыслях она пыталась предположить, что произошло, но это у неё никак не выходило. Они только начали новую жизнь! Неужели опять стряслось что-то непоправимое? — Отец… Чёрт, если бы я знал! Если бы я раньше переоформил документы, этого бы не произошло! — Да что произошло, ты можешь мне объяснить? — встревожено воскликнула Куинси. — Он закрыл мой счёт в банке. Точней… Это был его счёт, и он вписал моё имя, чтобы я имел доступ к его счету как его родственник, а теперь… Вот же проклятье! У нас совсем нет денег, Берта! Моих сбережений хватит едва ли на месяц. Нам нужно искать работу. — Господи, Фредерик, ты меня напугал! — Роберта подошла к нему, нежно взяв за руку. — Рано или поздно нам пришлось бы это сделать. Завтра же мы купим газету и примемся за поиски. — Непременно, мисс Куинси, — Фред недовольно закатил глаза. — У нас нет иного выбора. — Я могу устроиться горничной. Думаю, такую работу не так трудно найти… — Ты с ума сошла?! — возмущённо воскликнул Фред, исподлобья взглянув на девушку, которая лишь пожала плечами от недоумения. — Никакой грязной работы! Мы только недавно об этом говорили… Ты не чернь, Роберта! Ты леди. И мы найдём тебе пристойную работу. — Кто бы говорил, — усмехнувшись, съязвила Роберта. — Джентльмен, сбежавший на другой континент, пренебрегая своей красавицей невестой, желанием отца и крупным наследством. Вот же, чёрт возьми! — Роберта Куинси, вы же знаете, что вам придётся расплатиться за свои слова, — хитро усмехаясь, промолвил Фред, неожиданно схватив девушку на руки. — У вас очень красивое платье, мисс, но сейчас оно вам вряд ли понадобится. Берта, обвив руками шею молодого человека, лишь хохотала в ответ. Спустя мгновение они скрылись за дверью небольшой спальни, едва закрыв её за собой: в этот момент они не хотели думать ни о чём, оставив все размышления на завтрашний день, который грозился наступить совсем скоро, ведь до утра оставалось не так уж и много времени.