Нелюбимый

С трудом найдя в себе силы, Тсуна приподнялся на руках и попытался встать. Увы, попытка не увенчалась успехом. По виску противным вязким ручейком текла уже густеющая, застывающая кровь. Изображение двоилось перед глазами. Шатен встал на колени и, имитируя маленького ребёнка, дополз до кровати. Найдя наконец хоть какую-то точку опоры, парень, опираясь на изголовье кровати, начал подниматься. Мир, словно издеваясь, никак не хотел собраться в одну картинку. Когда Тсуна наконец-то смог более-менее стоять, он окинул взглядом свою комнату. Разобранная, немного смятая кровать, одеяло, лежащее на полу, и лужица крови, от которой маленькой цепочкой тянулись следы из капель крови. Подросток не стал ни плакать, ни устраивать концертов, ни крушить вокруг себя всё и вся, он лишь устало вздохнул. Постояв немного и собравшись с силами, он осторожно, чтобы не упасть, стараясь опираться на стены, пошёл в ванну. Дойдя до заветной комнаты, он мельком взглянул на себя в зеркало. В нём он увидел затравленного, до жути уставшего от жизни молодого человека. Да и разве могло быть по-другому? Мать ненавидит, одноклассники издеваются, даже животные и те не подпускают близко… Подросток мотнул головой. Нет, у него сейчас другая цель. Нет времени заниматься ерундой. Едва не потеряв сознание в ледяном душе, Тсуна запахнулся в полотенце, достал аптечку, которая стояла за зеркалом и начал обрабатывать свои синяки. Перекись противно щипала рану на виске, йод забавными сеточками разрисовал всё тело. - Что ж, сойдёт. - Удовлетворённо сказал Тсунаёши. Намочив тряпку, слегка шатающейся походкой парень вернулся в свою комнату и начал вытирать кровь. Закончив с этой работой, шатен бросил окровавленную тряпку в мусорное ведро под столом и, наконец, абсолютно обессиленный свалился в кровать и забылся сном без сновидений. А пока парнишка отдыхал, в дом абсолютно незаметно и бесшумно прошёл человек, которого в последнее время Нана Савада хотела задушить лично. Реборна насторожило поведение Тсуны после ужина, и он решил свои дела, как можно скорее. Но стоило бывалому киллеру зайти в комнату своего подопечного, он сразу понял, что-то не так. Реборна не просто так называли лучшим. Он убил многих. И лучше кого ни было знал, как пахнет кровь. Не найдя никаких следов, киллер решил было, что ему показалось, однако его взгляд упал на мусорное ведро, которое была слегка выдвинуто, а уж на память киллер не жаловался. Стоило Реборну выдвинуть ведро, как в глаза бросились наспех скомканные тряпки, а при ближайшем рассмотрении догадки киллера подтвердились, вся половая тряпка была испачкана в крови. Подойдя к кровати Тсуны, киллеру в глаза сразу бросился пластырь, наклеенный на висок. Итальянец нахмурился. Осторожно приподняв одеяло, он увидел синяки, которые красочными цветками расположились по всему телу. « Странно. Какого чёрта здесь происходит? Почему Тсуна весь покалечен, а Нана спокойно себе отсыпается в своей комнате? И почему Тсуна пытался меня задержать? Он что-то знал? Ладно, завтра спрошу его.» Он осторожно накрыл беднягу одеялом. На утро всё тело у Тсуны было сплошной гематомой. Каждое движение давалось с неимоверной болью. - Чёрт. - Тихо прошипел шатен. - Похоже, у кого-то была бурная ночка. Ничего мне рассказать не хочешь, Никчёмный Тсуна? – Нависая над парнем и отрезая все пути к отступлению, спросил Реборн. - Я очень неудачно упал, - опуская взгляд в пол, ответил подросток. - Ага, конечно, настолько неудачно, что отбил себе почти все внутренние органы? – С издёвкой спросил репетитор. - Да. - Значит, не скажешь? - Я же сказал, что я.. Аркобалено схватил парня за запястье и с силой дернул парнишку на себя, затем надавил на живот, который больше всего болел у Тсуны после "весёлой ночки". Мальчику едва хватило сил, чтобы не заорать благим матом. - Ты что делаешь? – Заорал Тсунаёши. - И после этого ты собираешься и дальше утверждать, что просто слетел с лестницы? - Какая Вам разница, - немного придя в себя, отвечает кареглазый шатен. - Что ж, не хочешь по-хорошему, будет по-плохому,- сказал Реборн. И снова, как в замедленной съёмке, превратил хамелеона, сидящего на своём плече, в пистолет. Дуло безжалостно смотрело парню в лоб и через пару секунд выстрелило. Тсуна не пытался ни убежать, ни увернуться. « Если это мой конец, то пусть он наконец настанет ». -Подумал паренёк. Пуля коснулась лба подростка. Но ощущения были абсолютно иные, нежели при предыдущем выстреле репетитора. Тсунаёши почувствовал тепло, которое грело его изнутри и разливалось по всему телу, заполняя каждую травмированную клеточку. Тсуна понял, что он не входил в этот странный гипер режим, это было нечто иное… - Это пламя солнца, моё пламя. Если вкратце, то оно способно исцелять, - видя недоумевающий взгляд своего ученика, пояснил Реборн. - А теперь может.. - Тсуна-кун, доброе утро, дорогой мой, пора завтракать! Почему ты ещё в постели!? О, Реборн-сан! Доброе утро! Присоединитесь к нам? Тсунаёши затравленно взглянул на мать и перевёл взгляд на часы, которые явно намекали на то, что стоит поторопиться. Реборн заметил взгляд своего ученика и ответил за двоих: - Прошу прошения, но сейчас мы идём в школу, не так ли, Никчёмный Тсуна? Тсуна не веря своим ушам тут же согласно закивал, лишь бы не встречаться со взглядом матери, который прожигал парня насквозь. На удивление, после выстрела Реборна, Тсуна легко смог передвигаться, остались лишь лёгкие неприятные ощущения, когда он делал чересчур резкие движения. Сняв пластырь, он увидел как ранка хорошо зарубцевалась, и, быстро переодевшись, выбежал к Реборну, который уже стоял около двери. И перед самым выходом киллер, изящно наклонившись, шепнул ему : - Ты же понимаешь, что наш разговор не окончен? Тсунаёши обречённо кивнул головой. Однако стоило им выйти за порог дома, как тут же послышалось бодрое восклицание: - Ахах, ну ты и соня, Тсунаёши-кун, я уже начал было думать, что ты уже ушёл. Доброе утро.- Как всегда с неизменной улыбкой сказал Такеши. - Ямамото?