Breathe Me Back to Life

Декабрь подбирается незаметно, заставляя ежиться от холодных ветров. Солнце слепит пуще прежнего, но не греет, как раньше. Чимин идет по многолюдной улице, кутаясь в теплый шарф вокруг шеи, и смущенно оглядывается вокруг. Мир, неожиданно приобретший краски, удивляет многообразием цветов. Небо окрасилось в красивый нежно-голубой цвет с разбросанными местами пушистыми облаками, солнце пускает светло-желтые лучи, которые почти не достают до Земли и не дают необходимого сейчас тепла. Тэхен добродушно помогает другу учить цвета, предельно понятно все объясняя, но Чимин все еще не очень хорошо знает названия и путается, заставляя младшего устало вздыхать. Паку стоило бы пойти на курсы для тех, кто нашел своих истинных, но туда ходят парами, а одному идти совсем не в кайф, так что приходится обходиться уроками друга. Холодными ночами Чимину приходится прятаться под одеяло, глотая жгучую обиду на Судьбу. За что ему достался такой соулмейт? Где он так согрешил? Почему система выбрала именно их? Он крепко обнимает Шугу, зарываясь носом в шелковистые и все такие же серые волосы. От куклы исходит нежное тепло и умиротворение, в то время как от его живого прототипа острыми иглами источается злость и ненависть. Чимин не требовал ничего особенного, ему просто был нужен любящий истинный рядом. Но Судьба решила подшутить над ним и подкинула этого наглого нахального типа. После той встречи ему до сих пор снятся эти ледяные глаза, словно кричащие, что ему плевать на всех и вся. Обжигающая влага собирается в уголках глаз, но Чимин быстро стирает их ладонями, не желая даже самому себе показывать слабость. Даже если они с Юнги никогда не будут вместе, он будет твердо стоять на ногах, игнорируя боль от одиночества. Так он решил. От нахлынувших воспоминаний глаза вновь увлажняются, но Чимин лишь прячется за шарфом, быстрее шагая к университету. Холодный ветер нагло забирается под куртку, пробегаясь мурашками по спине и затылку. Парень ежится сильнее, отчего наушник выпадает из одного уха и холод аккуратно забирается в открывшееся пространство. Руки вытаскивать из карманов желания нет, а наушник уже замерз и греть его не хочется. Чимин терпит и, лишь войдя в здание универа, убирает наушники в сумку. Он даже не помнит, что слушал, будучи глубоко в дебрях своих мыслей. — У тебя носик покраснел, — говорит Тэхен вместо приветствия, закидывая руку на плечи Пака и заглядывая к нему под шарф, когда они доходят до нужного кабинета, — как будто ты плакал. — Холодно просто, — отмазывается Чимин, снимая куртку и осторожно потирая нос, чтобы вернуть ему нормальный цвет. — Хосоки сказал, что Юнги-хен больше лично не приходил и просто отправлял своего менеджера, а танцоров они только вчера отобрали, — тихо говорит Тэ, садясь за парту и смотря как Чимин садится рядом. — Странный тебе соулмейт попался. Даже Хосок, после того как убежал, сам нашел меня и просил прощения за поведение. Он тоже до меня только с девушками был, но все же пригласил погулять… — Давай не будем об этом, ладно? — прерывает его Чимин, устало потирая глаза, в которых опять начали собираться слезы. Его уже самого выбешивает эта сентиментальность и крайняя чувствительность к таким разговорам. — Окей, — стушевавшись, отвечает Ким и опускает голову. Тэхен привык видеть друга таким, но обычно он помогал ему перебороть печаль, но на этот раз ничего не помогает и Тэхену самому становится хреново. До звонка и во время пары они так и сидят, не перемолвившись ни словом. Чимин вновь погружается с головой в учебу, не давая мозгу ни на секунду задуматься о чем-нибудь другом. В середине урока кто-то стучит в дверь, прерывая Сокджина и сразу же открывая дверь. — Здрасьть, — обладатель голоса умело прячется за дверью и видит его только учитель, — Пак Чимина можно? — У нас вообще урок, — ровно отвечает Ким, бросая на парня хмурый взгляд. — Да я на секундочку, — лицо учителя внезапно меняется, представляя всей группе удивленно-раскрытые глаза и рот, свернувшийся трубочкой. — П-Пак Чимин, можешь выйти, — мямлит препод, мутными глазами ища нужного студента. Чимин хмурится и встает с места, переглядываясь с удивленным Тэхеном. Он идет к двери и выходит из кабинета. У стены возле аудитории невозмутимо стоит Ким Намджун, тот самый парень, который дал Чимину Шугу. — Э-э, — теряется Пак. — Здрасте? — Приветушки, как жизнь? — Намджун широко улыбается, изучающе смотря на парня перед ним. — Да нормально. Чем-то помочь? — Не, я просто клиентам своим билетики раздаю, — начинает Ким. — Что-то типа концерта, будет много людей, еда, выпивка, все, чего душа пожелает. — Спасибо, конечно, — хмурится вновь Чим, — но я, пожалуй, откажусь. — Да ладно тебе, там будет весело. Вижу, что тебе нужно развеяться, так что бери друзей и приходи, — Намджун всучает в руки растерянному парню несколько карточек и уходит, не слушая возражений, лишь помахав на прощание. Ничего не понимая, Чимин смотрит на белые карточки в ладони. Только адрес, дата и время, ничего больше. Он непонимающе разглядывает билеты со всех сторон и, тяжело вздохнув, кладет их в задний карман штанов. Он такого рода вещи особо не любит, но может отдать их Тэхену, который с радостью пойдет на эту загадочную вечеринку с Хосоком. А Чимин лучше дома посидит и фильм какой-нибудь посмотрит. Он возвращается в кабинет и садится на свое место, замечая, что все студенты смотрят на препода, который шокированно гипнотизирует свой стол. — Че с ним? — шепотом спрашивает Пак у Тэхена, ковыряющегося в телефоне. — Не знаю, завис че-то, — спокойно отвечает тот, отрываясь наконец от мобильника. — Кто это тебя звал, кстати? — Помнишь парня, который дал мне куклу? — ответом на вопрос Чимина становится вопрошающий взгляд Кима, который явно ничего не помнит. — Короче, это был он и дал мне несколько билетов на какой-то типа концерт. Надо? Пак достает карточки и протягивает их другу. Тот берет предложенное и тоже рассматривает со всех сторон. — Ты тоже идешь? — спрашивает Тэ, но Чимин мотает головой, отказываясь. — Да ладно, пойдем! Возьмем Хосока, прогуляемся, может там будет не так уж и плохо. Тебе нужно выбираться из дома не только на учебу. — Я не хочу, — Чимин стоит на своем, но Тэхен выбивает из него согласие, капая на мозги до конца пары. В этот день Чимин был веселее обычного, поддерживая друга в разговорах, радостно смеясь и шутя. Тэ был приятно удивлен и пытался понять, что так повлияло на старшего, но, ничего не спрашивая, пользовался моментом и радовался жизни вместе с ним. Вечером они вместе пришли домой к Чимину, чтобы провести очередной урок по изучению цветов. Тэхен уселся на полу в гостиной и достал карточки с цветами из сумки, Чимин сел напротив. — М-м… Зеленый? — спросил Пак, смотря на показанную карточку. — Правильно, — широко улыбнулся Тэ. Пару часов Ким упорно заставлял друга запомнить названия цветов, предлагая и спрашивая ассоциации и предметы, связанные с определенным цветом. Они то смеялись, то в миг становились серьезными. В конце Чимин уже сонно моргал и все время ошибался, практически лежа на полу. — Ладно, продолжим в другой раз, — Тэхен, тепло улыбаясь, потрепал друга по волосам и собрал разбросанные карточки. — Ты сильно устал, иди спать. Чимин что-то промычал в ответ и поднялся, обнимая уходящего друга на прощание. Когда дверь за Тэхеном закрылась, он развалился на диване и включил телевизор, просто для фонового шума. Потому, что тишина пугает. Он лежал, разглядывая потолок и не заметил как уснул. Во сне он видел Юнги. Они сидели на берегу реки Хан, разглядывая причудливые формы облаков и поедая мороженое. Юнги широко улыбался, показывая десны и маленькие зубки, а глаза излучали нежность и тепло. Чимин звонко смеялся и обнимал старшего, забираясь холодными пальцами под кофту. Чимин был счастлив. А затем он проснулся. За окном еще было темно. Телевизор показывал какую-то передачу, оставаясь на низкой громкости. Часы тикали громче, совпадая с ритмом сердца. Чимин провел ладонью по лицу, чувствуя стекающую из глаз влагу. Ну вот опять. Он сел, крепко жмурясь и сжимая кулаки. Это был всего лишь сон, не более. Так почему же он чувствовал себя так, словно у него отняли самое ценное?

***

— Может я все-таки не пойду? — Возражения не принимаются, ниче не знаю, ты идешь. До начала концерта пара часов. Тэхен стоит у шкафа Чимина и подбирает ему одежду, игнорируя его попытки отмазаться от посещения вечеринки. Довольно вскрикнув, Ким достает из полок черные джинсы с продырявленными коленями, белую футболку с принтом британского флага и рубашку в черно-красную клетку. — Одевайся, — с улыбкой говорит Тэ и стоит, уперев руки в бока. — Выйди хотя бы, — Чимин толкает младшего к двери, не слушая его «Да че я там не видел». Закрыв за ним дверь, он, недолго думая, посылает все к чертям и переодевается. Он меняет сережки в ушах на небольшие крестики и надевает пару колец на пальцы и массивные браслеты на запястья. Смотря на себя в зеркале, он чуть приподнимает уголки губ в улыбке и дополняет образ слегка подведенными глазами. Когда Чимин выходит из своей комнаты к Тэхену, у того буквально отвисает челюсть и слышно лишь «Вау» на выдохе. Пак тихо посмеивается и берет его под руку, выходя с ним из квартиры и не забыв накинуть куртку. — Знаешь, не будь у меня Хосока, я бы тебя… Ух, — Ким ржет, получив тычок от старшего и вновь несет всякую чушь, веселя Чимина. Затем они едут в квартиру Хосока. Тэхен с Чоном одеваются около получаса, приводя себя в не менее божеский вид, чем у Чимина. Трое парней выходят на улицу, чуть сжимаясь от холодного ветра, и идут к пункту назначения. Несмотря на холод, они решили пройтись пешком и прибыли к нужному адресу как раз вовремя. Пред ними предстало довольно большое здание клуба, возвышающееся бетонным гигантом над парнями. — Я бывал здесь как-то пару лет назад, — говорит Хосок, выдыхая белые клубы пара. — Что ж, надеюсь, сегодня будет так же весело, как и тогда. Они входят внутрь, где их встречает высокий бугай в черном смокинге, за которым прячется еще одна дверь. Он молча протягивает руку ладонью вверх и Тэхен кладет на нее три карточки. Парень направляет на карточки фонарь и пропускает их внутрь, предусмотрительно открывая дверь. Они оставляют куртки в гардеробной и проходят дальше. Внутри их встречает толпа парней и девушек, танцующих под оглушительные биты из огромных колонок на сцене. В помещении душно и тошнотно пахнет алкоголем. Около сцены у бара сидят несколько человек, выпивая цветные коктейли. — Может выпьем? — говорит Хосок, пытаясь перекричать музыку и указывая на бар. — Я хочу домой, — кричит Чимин, где-то у уха Тэхена, но тот просто улыбается и тянет его в гущу потных тел. Тэхен извивается под биты, отдаваясь музыке с головой и подначивая Чимина делать то же. И он поддается. Пак уверенно двигает телом, погружаясь в звуки, сливаясь с ними воедино. Он что-то кричит вместе с толпой, прыгая под биты, которые волной расходятся по телу, заставляя танцевать. В какой-то момент к ним присоединяется Хосок и протягивает две рюмки Тэхену и Чимину. Оба, не раздумывая, проглатывают обжигающий горло напиток. Жидкость лавой протекает в желудок, вскружив голову почти моментально. Чимин расслабляется, в конец теряясь в музыке. Тело двигается по своей воле, глаза безвольно закрываются. Тэхен где-то там обжимается с Хосоком, а Чимин теряется в толпе других разгоряченных тел. Музыка плавно сходит на нет и знакомый голос что-то говорит. Толпа ревет, вновь оглушая, но Чимин ничего не понимает. На ранее темную сцену падает свет и примерно через минуту выходит Намджун, яро зачитывая свою партию о том, какой он крутой и, что в отличие от многих, выкладывается по полной. Чимин подвисает, глядя на него и бездумно покачиваясь в такт. Люди вокруг беснуются, прыгая и выкрикивая слова из песни. Чимин дышит тяжело и смотрит на сцену, видя как краски пляшут перед глазами. Он не сразу замечает, что выходит Агуст, присоединяясь к Джуну. Толпа шумит еще громче, прыгает выше. Но Чимин все равно видит его за десятками поднятых вверх рук. Он внимательно следит за движениями Юнги, замечая как тот красиво загибает пальцы рук, уверенно подходя к краю сцены и зачитывая свои слова. В ушах шумит. Чимин ловит лишь пару слов, сказанных Агустом, и замечает его глаза. На сцене они лучатся энергией и огнем, вызывая яркую улыбку. Голова кругом от каждого его действия и Пак не может понять из-за связи это или из-за энергии, которую Юнги излучает во время выступлений. Когда песня заканчивается, Чимин невольно вздыхает, чувствуя как сердце бешено бьется в груди. Он смотрит, как Юнги и Намджун покидают сцену и готов поклясться, что Ким ему подмигнул, а может и не ему. Помещение вновь взрывается от типичной клубной музыки, но желание танцевать сходит на нет. Недолго думая, Чимин направляется к бару и заказывает что-нибудь покрепче. Он жадно глотает поставленный перед ним напиток, только осознавая, что ужасно хотел пить. Перед глазами все расплывается, и он осторожно потирает их пальцами. Усталость наваливается внезапно, тяжело оседая на плечах, клонит в сон, но Чимин лишь отмахивается и идет в уборную. Холодная вода чуть проясняет сознание, но дышать легче не становится. Он смотрит на свое отражение и чувствует, как мелкая дрожь проходит по спине. Через зеркало он видит, как отворяется дверь, ударяясь об стену и впуская в светлое помещение громкую музыку. Чимин видит Юнги. Его глаза вновь стали ледяными, замечает Пак. Вода все так же льется из крана, создавая белый шум на фоне гремящих басов. Юнги стремительно направляется к Чимину и поворачивает его лицом к себе, ставя руки по обе стороны от него на кран. Лицо перекашивается от злости, губы плотно сжаты. А Чимин равнодушно смотрит, не двигаясь. Мин придвигается ближе, оставляя между ними ужасающе маленькое расстояние. Он открывает рот, словно намереваясь сказать что-то язвительное в своем стиле, но лишь низко рычит и сжимает волосы на затылке Чимина. — Ненавижу, — выдыхает Мин, прежде чем прижаться губами к губам Пака. Чимин бездумно отвечает на поцелуй, замечая, как краски ярче пляшут перед глазами. Его окружают присущий Юнги запах крепких сигарет, который фантомным прикосновением оседает на губах, когда тот отстраняется и отходит назад. Глаза все такие же обозленные и холодные. Он мотает головой и выбегает, оставляя Чимина одного. В голове стоит звон, на заднем фоне клубная музыка и вода из открытого крана. Тепло в груди от выпитого алкоголя мгновенно остывает от льда в глазах Мина. Воздух кажется вязким и тяжелым. Чимин закрывает глаза и проваливается в темноту, едва чувствуя прикосновение к холодному кафелю. Чимин все еще чувствует запах сигарет, слышит шипящее обжигающее слово. Чувствует прикосновение дрожащих холодных губ. В этой кромешной тьме произошедшее стоит на повторе и Пак лишь жмурится, надеясь очнуться поскорее.