Сын леса

Не отрывая от меня взгляда, отец сел на траву, положив перед собой нож. Я слегка подёргалась, проверяя на прочность верёвки, после чего затихла, ожидая его дальнейших действий. А что остаётся делать? Сбежать не удастся, а на помощь мне никто не спешит. - Пап, что происходит? – тихо спросила я, когда молчание затянулось. - Я стал папой? – фыркнул мужчина, склонив на бок голову. – Не издевательским папочкой, не пренебрежительным папашкой, а просто папой? Я внутренне сжалась, не зная, чего ожидать, а отец поднял нож и поднёс острое лезвие к глазам, рассматривая его со всех сторон. - Сегодня ты будешь принесена в жертву этому лесу, - буднично сообщил он, не обратив внимания на моё побледневшее лицо. – Это должна была сделать ЫнЧже, ведь только жертвы, принесённые рукой матери, имеют цену, но она заупрямилась и отказалась выполнить приказ. Что ж, тогда я сам это сделаю! - Но за что? – не выдержала я, вновь принявшись дёргаться, как рыбка, попавшая в сеть. - За то, что хочешь забрать моего Кая, - глухо ответил мужчина. - Так это ты устроил тот музей в подвале? – фыркнула я. – И вообще, ты хочешь сказать, что Кай – Сын леса?! Отец насторожился, но тут же расслабился и тихо рассмеялся. От его смеха по спине побежали мурашки и стало тяжело дышать, я бы с удовольствием заткнула уши, если бы не была связана по рукам и ногам. - Хоть ты, вроде как, моя дочь, я никогда не рассказывал тебе на ночь сказок, - папа задумчиво осмотрел погружающийся в темноту лес, и спокойно улыбнулся. – Сегодня я исправлюсь, и расскажу тебе правдивую историю, которая покажется тебе выдумкой. Готова выслушать? Я молча кивнула, крепко сжав пересохшие губы. - После болезненного расставания с твоей мамой, я переехал из Сеула в городок, где сейчас живёт Крис, и познакомился с ЫнЧже. Вскоре мы поженились, твоя мачеха забеременела и нам пришлось перебраться в эту деревеньку, поближе к природе, - из-за темноты силуэт отца постепенно терялся, и я слышала лишь его голос – твёрдый и уверенный. – Вскоре родился наш первенец, но вот беда, он оказался мёртвым. Нашему горю не было предела, мы успокаивали друг друга как могли, и Бог услышал наши молитвы – ЫнЧже вновь ждала ребёнка. Но и он умер! И следующий тоже умер! Они гибли либо в её утробе, либо на следующий день после рождения. И так было шесть раз! Шесть раз я терял своих детей! Голос отца сорвался и, судя по звукам, он тихо заплакал, уткнув лицо в ладони. Спустя минуту, его голос вновь зазвучал – на этот раз уже более слабо, чем прежде: - Именно тогда я узнал легенду о Сыне леса. Это стало для нас с ЫнЧже последней надеждой. Взяв шестого младенца, жизнь которого стремительно утекала сквозь пальцы, я принёс его в лес на этот жертвенный камень за моей спиной. Я положил его на холодную поверхность, он смотрел на меня своими маленькими блестящими глазками и тихо умер, даже не вскрикнув ни разу… Так была принесена жертва лесу, а это значило, что через три года в нашей семье должен был родиться сын! – с жаром заявил отец, а я, заслушавшись, невольно вздрогнула, услышав вдали треск ветки. - Седьмая беременность протекала на удивление спокойно, я по привычке фотографировал жену, стараясь хотя бы таким способом сохранить в памяти своих детей, а потом родился мальчик – худенький и слабый, как все его предшественники, зато живой. Мало того, он не умер и на следующий день, и через неделю был жив. Мы назвали его Крисом. - Так значит, что Крис – Сын леса? – не выдержала я. - Нет, он родился спустя год, - усмехнулся отец, скрипнув зубами. – ЫнЧже изменила мне с кем-то, хотя и отрицает это до сих пор! Я уверен, что Крис не мой сын! Я знаю лишь одно – что у нас с ЫнЧже не может быть детей, и Крис тому доказательство! Он даже не похож на меня! Видя, что папа не на шутку завёлся, я вновь испуганно задрожала, опасаясь, что он схватится за нож и прирежет меня на месте, как барашка, но он снова успокоился и, немного поёрзав, затих. - Разгневанный изменой жены, я уехал в Сеул, где и встретился вновь с твоей матерью. Мы были близки лишь раз, а затем, когда я уже вернулся домой, она позвонила мне и сказала, что беременна. Тогда я запутался окончательно, - вздохнул папаша. - Так ты всё-таки знал обо мне с самого начала?! – возмутилась я, тряхнув головой. - Знал! – рыкнул мужчина. – Я посылал тебе деньги, общался с твоей матерью, но никогда не приезжал и не звонил! Мне было страшно смотреть в твои глаза – я боялся увидеть, что ты тоже непохожа на меня! И сейчас я понимаю, что мой страх не был напрасным – в тебе ведь нет ничего от меня. Ты, как и Крис, родилась от другого мужчины. Треск повторился, но папа, увлечённый рассказом, даже ухом не повёл, а вот я, наоборот, наполнилась надеждой на скорое спасение. - Я ничего не рассказал о тебе ЫнЧже, мы жили как и прежде, воспитывая Криса. Точнее, я участвовал в этом лишь материально, ограничивая общение с сыном дружескими приветствиями и пожеланием спокойной ночи, - ухмыльнулся мужчина. – А спустя три года в нашей семье появился действительно истинный сын – Кай. Лес принёс нам его холодной зимней ночью, безмолвно попросив согреть в своих объятиях. И в эту минуту я подумала не над тем, что мой отец свихнулся – нет, гораздо важнее было осознание другого! Кай – не его сын. А это значит, что он не мой брат! - И мы приняли его в свою семью, - даже сквозь темноту я почувствовала, как мужчина улыбается. – Берегли его, лелеяли, и он отвечал взаимностью – наши дела пошли в гору, мы построили новый большой дом, открыли небольшую ферму и совсем забыли о главном – приносить жертвы. Поэтому когда Кай заболел, я отправил ЫнЧже в лес, не смотря на все её сопротивления. Мне даже пришлось расстаться с фермой, потому что для ритуала я сцедил кровь почти со всех животных. К счастью, Кай поправился, но с того дня, каждую неделю, ЫнЧже приходит сюда и приносит жертву, окропляя кровью священный камень. Мужчина с кряхтением поднялся и, отряхнув ладони, вплотную подошёл ко мне. Я разглядела его суженные злые глаза и невольно сжалась, ещё крепче прижимаясь спиной к дереву. - А потом появилась ты! – прошипел он, проведя ледяным лезвием по моему предплечью. – Я встречал тебя с надеждой, что ты будешь похожа на меня, но я встретил угрюмую девчонку, которая мало того, что не имела со мной ничего общего, так ещё и относилась с пренебрежением ко мне, моей жене, дому… А потом я увидел, что между тобой и Каем что-то происходит. И ЫнЧже говорила, что вы стали подозрительно близки. Тогда я понял – ты приехала для того, чтобы забрать у меня сына. Он уедет с тобой в Сеул, вы, быть может, поженитесь и у тебя родится ребёнок. Ты понимаешь, что всё это убьёт и его, и меня?! Кай должен остаться со мной! Поэтому я принесу тебя в жертву прямо здесь и сейчас! - Просто отпусти меня, - невольно расплакавшись, взмолилась я. - Я не могу, - расстроено ответил отец. – Если я отпущу тебя, Кай помчится следом. Не бойся, Хана, я сделаю это быстро и безболезненно. - Но я правда твоя дочь! Неужели ты сможешь убить меня? – сквозь слёзы крикнула я, отчаянно борясь с подступающей истерикой. - Ты и Крис не мои дети. У меня один сын – Кай! – твёрдо заявил мужчина, занося над головой нож. - Стой! – раздался хриплый крик, и в свете вышедшей из облаков луны, я разглядела мачеху, вынырнувшую из-за деревьев. – Хватит, прошу тебя! - Как ты здесь оказалась? – удивился отец, по-прежнему держа нож над головой. – Хотя, это даже к лучшему. Возьми нож и расправься с Ханой. Женщина, откинув с лица растрепавшиеся от бега волосы, подобрала подол длинной юбки, и прошагала к мужу, молча принимая нож в свою руку. Широко распахнутыми глазами, я следила за разворачивающимся действом, пытаясь внушить себе, что всё это происходит не со мной – просто ужасный фильм, не более того. - Хана, сейчас я тебя развяжу, - раздался за спиной знакомый голос и я невольно вздохнула. - Чанёль, где ты был? – шепнула я еле слышно, до боли в мышцах вывернув голову. – Просила же следить за мной! - Я вытаскивал из погреба твою мачеху, - так же тихо ответил парень, ковыряясь с верёвками по ту сторону дерева. - Эй, что там происходит? – насторожился папаша, но стоило ему отвернуться, как ЫнЧже выкинула нож в темноту. – Ты что сделала?! - Прекрати этот цирк! Он длится уже семнадцать лет, лично я уже устала играть в эти кровавые игры! – истерично крикнула мачеха, даже Чанёль присел, затаившись. - Цирк?! – не выдержал отец, всплеснув руками. – Ты не хуже меня знаешь легенду о Сыне леса! Ты хочешь, чтобы Хана увезла Кая? Хочешь, чтобы наш сын умер, а мы вновь стали нищими?! - Я всего лишь хочу, чтобы Кай был счастлив! – произнесла ЫнЧже, гордо расправив плечи. – Ты можешь сходить с ума сколько угодно, но я скажу тебе одно – и Крис, и Хана твои дети. И хоть я не люблю эту девчонку, которая родилась от другой женщины, но я не позволю тебе её убить. И если Кай влюблён в неё, то я не буду препятствовать их чувствам. - Но они брат и сестра! – зарычал мужчина, схватившись за голову. Услышав треск веток и мелькающие в темноте лучи фонарей, мы невольно насторожились, испуганно прислушиваясь. Постепенно различив голоса, папаша побледнел и загнанно осмотрелся, словно искал место, куда можно спрятаться. Но прежде, чем он успел это сделать, нам в лицо ударили яркие лучи, заставляя болезненно прищуриться. - Что здесь происходит? – услышала я голос Криса и слегка приоткрыла ресницы. Стоявший рядом с ним Кай сорвался с места и подбежал ко мне, удивлённо рассматривая верёвки. - Отойди от неё! – зарычал папаша, грубо оттолкнув сына. Схватив за шкирку Чанёля, успевшего перерезать лишь пару верёвок, он отобрал у него маленький перочинный ножик и вновь подскочил ко мне. Кай успел оттолкнуть его в последний момент, но острое лезвие всё же коснулось моего плеча, оставляя ровную кровавую полосу. - Что ты делаешь, папа?! – заорал Кай, вырывая нож. - Ты не будешь с ней, никогда! – орал мужчина, впав в безумие. А я даже не чувствовала боли, тихо плача от осознания мысли, что только что меня чуть не убил собственный отец. Я не помню, как Крис бросился на помощь, помогая Каю справиться с разбушевавшимся мужчиной. Не помню Чанёля, чуть ли не зубами рвущего мои верёвки и ежесекундно извиняющегося непонятно за что. Лишь голос ЫнЧже смог вывести меня из тумана, в котором бродил мой разум. - Кай не твой сын! – громко и твёрдо заявила она, заставляя всех затихнуть. – И не мой сын тоже. И даже не Сын леса! Кай – обычный ребёнок мужчины и женщины, брошенный ими на произвол судьбы. Я нашла его семнадцать лет назад поздним вечером в пригородной электричке – закутанный в грязные пелёнки, он лежал на заднем сидении, еле живой, и тихонько пищал, как бездомный котёнок. Тогда я забрала его и принесла домой. Я знала, как ты веришь в легенду о Сыне леса, тем более, тогда прошло почти три года. Я сказала, что этого ребёнка нам подарил лес, и ты свято в это поверил. Ты поверил не только в это, но и в себя – именно благодаря тебе, мы вылезли из нищеты. Ты построил дом, открыл ферму, поверил в собственные силы! И я готова была до последнего участвовать в этом цирке, лишь бы не потерять с таким трудом созданную семью. Но сегодня ты перешёл черту. Хана – твой ребёнок, как и Крис. Но они так и не почувствовали твоей любви. Последняя верёвка, сковывавшая меня, была развязана, и я бессильно рухнула на колени, жадно глотая воздух. Кай подошёл ко мне и, пряча глаза, полные слёз, содрал с себя рубашку, перевязывая моё плечо. Съёжившийся отец рыдал где-то в стороне, ЫнЧже прислонилась спиной к дереву и украдкой вытирала слёзы. Чанёль, как и всегда, ковырялся со своим неразлучным велосипедом и я, кажется, поняла, почему его не было так долго. Подошедший Крис грустно улыбнулся и потрепал меня по волосам: - У Кая точно звериное чутьё! Не зря он потащил меня сюда на ночь глядя. - Как вы меня нашли? – всхлипнула я, хватаясь за тёплую ладонь Кая. - Я нашёл её на тропке, ведущей к лесу, - шепнул он, вытащив из кармана деревянную Ори, потерянную мной. - Спасибо вам, - шепнула я, с нежностью глядя на окруживших меня парней. Да, этим летом я обрела очень многих – брата, друга и свою любовь.