Обещания Тёмной стороны

      Начало Набуанского кризиса, примерно за полгода до начала событий первого эпизода.       Дни и ночи стремительно сменялись на Татуине. Сегодняшний вечер мало чем отличался от предыдущих в небольшом городке Мос-Айсли. Прилетали и улетали звездолеты, по улицам проносились спидеры и неспешно шагали нагруженные тюками рососпинники, на рынке суетились торговцы и джавы, в кантинах отдыхали путешественники, рабочие и прочая разномастная публика. Когда начиналась песчаная буря, поселение выглядело так, будто все вымерли – никому не хотелось попадать под горячую в буквальном смысле руку беспощадной стихии. К концу дня нестерпимая жара постепенно уступала комфортной прохладе, а два солнца постепенно спускались к горизонту – одно золотисто-оранжевое еще высилось над бескрайними песками, а другое кроваво-красного оттенка вот-вот спрячется за дальними холмами. Вечерние заведения уже открылись и ждали активных в тёмное время суток посетителей, а остальные лавочки и магазины закрывались до следующего утра.       - Рамина, ты все там закончила? – крикнул мужчина средних лет куда-то вглубь помещения.       - Да, отец, – устало ответила девушка и вытерла пот со лба. Небрежно бросив грязную тряпку в близстоящее ведро, она отряхнула руки и одежду, вышла на улицу и побрела вверх по лестнице, ведущей в небольшую квартиру, примыкавшую к ремонтной мастерской.       Сегодня, как и в предыдущие дни, старшая дочь семьи Ксанду провела за работой. Хота́ру, ее отцу – мастеру по ремонту оборудования и его продаже, привезли новые детали, чтобы потом изготовить из них запчасти для космических кораблей, и для Рамины нашлась куча дел: разгрести заваленные хламом полки, перебрать списанные инструменты и расчистить пространство на полу, чтобы там могла продолжиться дальнейшая работа. Иногда она помогала отцу собирать несложные механизмы и постепенно училась обращаться с техникой и разбираться в ее особенностях. Шестнадцатилетней девушке приходилось быть на рабочем месте с утра до вечера, чистить и точить инструменты, вытирать от масла и стружки поверхности и, конечно же, следить за чистотой, ведь Хотар был занят более важными делами и в одиночку не мог успеть все сразу. Но на этом ее обязанности как помощницы не заканчивались.       Едва переступив порог тесной прихожей, Рамина оперлась о стену и прикрыла глаза, затем принюхалась и уловила запах свежеприготовленного ужина. Подстегиваемая желанием поскорее насытиться она поспешила к умывальнику, чтобы тщательно отмыть с мылом руки от пыли и мелких частиц производственного мусора. Вода, стекавшая в слив, окрасилась в грязный цвет. Девушка старалась сделать все по-быстрому, чтобы не сильно тратить ценный ресурс, но желание хотя бы частично отмыться от въевшейся в кожу грязи пересиливало, и она позволила себе еще раз ополоснуть лицо и шею, чуть-чуть смочить волосы.       - Рамина, опять тратишь много воды? – заворчала неожиданно возникшая за ее спиной Эва, мать девушки. – Хотар позавчера только оплатил счета, а ты уже поливаешься!       - Ну, лицо и руки хоть можно помыть? Не в пыли же за стол садиться, – недовольно отозвалась дочь, последний раз ополаскивая щеки.       - Закругляйся, – не меняя тона, приказала женщина. – Твой ужин на столе, потом помоешь посуду и подметешь пол.       - Куда же я денусь… – тяжело выдохнула та, на ходу заправляя выбившиеся из пучка пряди тёмно-каштановых волос за уши. Однако ее недовольство не осталось незамеченным.       - И не ворчи! Нам всем сейчас тяжело! Пока не выплатим кредит за новые станки, придется экономить на всем! А еще Алека и Кири надо кормить и одевать! – продолжила тираду Эва.       Рамина не стала тратить силы на споры с матерью, так как прилично устала за день и молча приступила к трапезе. Домашняя еда не отличалась разнообразием из-за временной невозможности купить более качественные продукты, но выбирать не приходилось. Сейчас девушка хотела утолить голод и жажду, доделать оставшиеся домашние дела и, наконец, лечь спать. Желательно все сделать побыстрее, чтобы не пересекаться в кухне с не менее уставшим отцом, который сегодня и так придирался к ней. С мытьем посуды и финальными штрихами по наведению порядка Рамина справилась быстро и с чувством выполненного долга направилась к постели. Когда она вошла в комнату, то увидела, что ставни были плотно закрыты, чтобы ночной ветер не занес песок внутрь, а младшие брат и сестра уже видели десятый сон, и их не разбудило тихое копошение старшей. Рамина последовала их примеру, положив поверх одеяла свою накидку, так как ночи на Татуине были холодными и мерзнуть во сне не хотелось.       Девушка, перед тем как заснуть, анализировала прошедший день. Из-за колоссальной загруженности последние несколько недель у нее не было и минутки, чтобы просто посидеть или найти тихий уголок для сна, так как отец пристально следил, чтобы дочка-помощница не бездельничала. Он не одобрял то, что строптивая юная особа в свободное время шаталась по центральным улицам, болтала с завсегдатаями кантин, часто угощавших ее едой и даже выпивкой, и разглядывала товары в лавках. Но замечания и запреты не останавливали будущую искательницу приключений – за последние четыре месяца она подружилась с одним наутоланом, зарабатывавшим на жизнь контрабандой. Он не раз прилетал на Татуин по делам, а также находил время, чтобы пообщаться с жившими здесь знакомыми.       Когда у него выдавался свободный часик, чтобы посидеть в кантине за кружкой чего-нибудь попрохладнее и покрепче, то Рамина, издалека распознававшая его яркую куртку и длинные зеленые отростки на голове, подходила к нему и усаживалась за столик. Ктари – так звали приятеля, рассказывал ей о поездках на другие планеты и что там можно увидеть, правда, неохотно делился информацией о перевозимых товарах, так как не хотел быть услышанным лишними ушами. Расчетливый наутолан всегда старался опережать своих конкурентов, беря крупные заказы, из-за чего часто шел на риск. Правда, в последнее время дела у него шли неважно – то нужно отдать долг хаттам, которые заняли ему денег, чтобы починить корабль, то разбираться с поставщиком груза, подсунувшего просроченный товар, который нужно доставить важному клиенту, пообещавшему неплохую плату.       Часто Ктари приходил в кантину с друзьями, членами его команды. Это были люди – темноволосые и зеленоглазые брат и сестра, тоже родом с Татуина, но из соседнего городка Мос-Эспа. Они в свое время пытались найти заработок на планетах Среднего кольца, но что-то не получалось. Улим – так звали брата, отлично разбирался в технике и за ним всюду следовал бело-зеленый дроид-астромеханик серии R2. Сестра Улима – Бэйла, тоже пыталась найти работу на Татуине, но безуспешно. Тогда Ктари предложил им работать с ним, поскольку ему в команду требовались надежные помощники, а талант Улима как механика был очень кстати, да еще и при нем был дроид. Помимо наутолана управлять кораблем и заниматься охраной грузов помогали еще двое его говорливых и шумных приятелей – разноцветный тогрут Ларто и краснокожий зелтрон Фэй. Улим сразу согласился на предложение работать с этой пёстрой компанией, немного застенчивая, но умная и рассудительная Бэйла поначалу колебалась, но не долго и присоединилась к брату.       С ними Рамина беседовала в те редкие минуты свободного времени, когда отцу не требовалась ее помощь, а домашние дела были выполнены. Она буквально расцветала, когда друзья рассказывали очередную историю и описывали все детали своих поездок. Их рассказы все больше подстегивали ее отправиться путешествовать и желательно с ними, ведь команда Ктари была веселой, дружной и сплоченной. Рамине, никогда не бывавшей на других планетах, да что уж там, в соседних городах родного Татуина, хотелось посмотреть новые миры и найти работу, причем такую, чтобы помочь семье поскорее расплатиться с долгами и если не разбогатеть, то жить размеренно и не опасаться, что придется на всем экономить. Когда друзья Рамины надолго улетали, девушка тосковала по ним и с нетерпением ждала новой встречи. Со сверстниками ей было общаться неинтересно, с соседскими детьми тем более. А вот наблюдать как дерутся подвыпившие даги или как пытаются торговаться клиенты с продавцами-тойдарианцами и как прилетают корабли, было занятным зрелищем. Рамина с детства была наблюдательной и обладала хорошей зрительной памятью, поэтому всякий раз, когда она видела новые лица в потоке людей и экзотов, присматривалась к ним.       Однажды, когда на песчаную планету по каким-то делам прилетели джедаи, Рамина, уютно рассевшись под тентом, тень которого падала на камень, где она устроилась, так и уставилась на них. Выделить их в толпе было нетрудно – уж очень необычно выглядели их длинные коричневые балахоны в пол, светлые рубахи, покрывшиеся пылью от долгого хождения пешком кожаные сапоги и блестящие рукояти светового меча на поясе, а у падаванов длинная косичка за правым ухом. Будучи очень занятым и живущим на далекой планете человеком, Рамина не интересовалась политической ситуацией в Галактике, но была наслышана, что обычно джедаев посылали решить серьезную проблему или добыть ценные сведения. И почему они прилетели именно на Татуин, который не входил в состав Галактической Республики? Подслушать разговоры ей не удалось, так как хранители мира ушли куда-то вглубь каменного строения и закрыли за собой дверь. Чем в итоге все закончилось, девушка так и не узнала…       Из-за огромных кредитов семья Ксанду еле сводила концы с концами и последние пять лет жила почти впроголодь, хотя и до этого жила небогато, а когда родились двойняшки Алек и Кири, то расходы возросли многократно. Надежда была на то, что благодаря покупке новых станков главе семьи Ксанду удастся производить более качественные запчасти и продавать их дороже, что, несомненно, поможет улучшить финансовое положение. Однако до этого было еще далеко. Рамина с завистью посматривала на тех, кто мог позволить себе не тратить время на готовку и питаться в кантине или купить побольше свежих овощей, фруктов, мяса и хлеба. Дома еды почти не было – домочадцы съедали все до последней крошки, отец забирал заботливо упакованный его женой обед с собой на работу и делил его с Раминой. Потом Эва с длинным списком отправлялась на рынок за продуктами. Раньше она доверяла это старшей дочери, но после того как та на оставшуюся сдачу купила себе сытную лепешку да еще и съела по дороге пару фруктов, то надавала ей оплеух и обвинила в расточительности. Дочка тогда очень разозлилась и расстроилась, что больше не будет возможности забрать себе хотя бы парочку вупиупи, чтобы потратить на свои нужды. А деньги Рамина откладывала, надежно пряча в тайнике рядом со своей кроватью.       Будучи помладше она даже подворовывала из лавок, когда торговец отвлекался, но как-то раз чуть не попала под стражу, когда ее застукали за попыткой запихнуть за шиворот пару пирожков. Отцу Рамины пришлось извиниться перед продавцом и возместить стоимость товара, а дочь он сурово наказал, от души побив ремнем. После инцидента Хотар нашел для нее кучу тяжелой работы как дома, так и в мастерской, чтобы та загладила свою вину, и не давал ей даже перерыва на обед. Девочка побаивалась открыто возражать отцу, хотя про себя усмехалась, что он не мог придумать для нее другого наказания, кроме как помогать разбираться с замудреными железками, хотя ей тогда было всего одиннадцать. Наказание она перенесла без единого вскрика, но продолжившаяся и далее беготня по мастерской вызывала в ней желание выть от отчаяния – так ей все это надоело.       И вот Рамина ждала возвращения Ктари, так как все больше укреплялась в желании попроситься к нему в команду. Она твердо решила поговорить с ним, как только они встретятся. Не важно, что он ей может поручить, но лучше драить полы в каютах его корабля, чем день за днем плавиться под татуинскими солнцами и возвращаться домой, вытряхивая из одежды и волос тонны песка, а потом слушать бесконечные претензии родителей или капризы младших брата и сестры, которые весь день бездельничали, в то время как Рамину начали приучать к домашнему труду, едва ей исполнилось семь лет. А Алеку и Кири не так давно стукнуло десять, но обучать их премудростям работы в мастерской и в доме почему-то не спешили. «Видимо, брат и сестра любимые дети, ведь их почти не наказывают за шалости, в то время как я получала по полной программе. И балуют их больше. Самые вкусные угощения достаются в основном им», – с ноткой ревности размышляла их старшая сестра. Вообще Рамина всегда проявляла должное уважение к родителям, тепло относилась к Алеку и Кири, сама потихоньку приучала их помогать ей и искренне желала, чтобы долг за новое оборудование был поскорее выплачен, а финансовое состояние стабилизировалось. Но рутинная работа, не отличающиеся друг от друга дни, ссоры с отцом и матерью вызывали дикое желание послать все к хаттам и уйти из дома в поисках новой жизни.       А ей действительно этого хотелось. После рассказов Ктари и его соратников Рамина представляла как будет путешествовать по Галактике, знакомиться с представителями других планет, а может быть даже посетит столицу Республики! Правда, Ктари еще не доводилось бывать на Корусанте, но он надеялся, что когда-нибудь доберется и туда. Девушка предчувствовала, что у нее будет другая жизнь – более интересная, но что именно поменяется, она пока не знала. Сейчас ясно было одно – у нее нет никаких средств, чтобы покинуть Татуин. Той мизерной суммы, которую удалось накопить, не хватит даже на то, чтобы оплатить самый дешевый рейс до другой планеты Внешнего кольца. К тому же она несовершеннолетняя и может привлечь внимание работников социальных служб, особенно если попадет в более цивилизованный мир. Еще бы, ее внешний вид сразу бросится в глаза – невысокая, худенькая, с обветренным загорелым лицом и большими карими глазами, бедно одетая и с небольшой сумкой через плечо. Да и кто будет ждать ее на другой планете? Никто. Придется как-то выживать, чтобы прокормиться, одеться, иметь крышу над головой и обеспечить себе безопасность. Рамина отрицательно мотала головой – она хочет жить, а не выживать. Про собственный корабль остается только мечтать, но с ним предстоит возиться – техническое обслуживание, дозаправка, плановая диагностика всех систем. Вот Ктари и то подержанный звездолет приобрел, но, по его словам, работал он исправно и часто ремонтировать не приходилось, к тому же, у него на борту целая команда, которая в случае чего поможет и прикроет ему спину.       - Эй, привет! Чего опять киснешь? – спросил как-то Ктари, неожиданно нагрянувший в мастерскую семьи Ксанду. Он, не увидев хозяина, заговорил с приятельницей, копавшейся в коробках с мелкими железками.       - Привет! Работаю, как и всегда… – буркнула та, но ее недовольство при виде друга быстро сменилось радостью. – Отец обедает дома, но скоро спустится. Пока я тут за главную.       - Тогда подожду, – ответил наутолан и стал разглядывать детали для движков и прочие запчасти, лежавшие на прилавке.       - Что-то ищешь? Я могу подсказать, – Рамина встала с места и подошла вплотную к Ктари, чтобы сообщить о своем намерении попроситься к нему в команду, но вдруг замешкалась, будто предчувствовала, что кто-то может услышать разговор и свести ее планы к нулю.       - Новый компрессор нужен и излучатели пора обновить, – деловито проговорил Ктари, оглядывая круглыми тёмными глазами стеллажи с готовой продукцией.       - О, тогда это у отца спрашивай, он тебе все покажет, – улыбнулась девушка. – Я только уборщица… Помощница то есть. Ну, собираю иногда что-то мелкое.       - Как вот это? – приятель указал длинным пальцем на нечто с тремя железными ножками, стоявшее на столе. Когда он увидел Рамину, то заметил, что подруга помимо сортировки мелких деталей собирала какую-то миниатюрную установку.       - А, это так для себя, – она взяла в руки компактный мини-треножник с диодной лампой и включила. – Такое вот подобие светильника. Диод в коробке с отходами нашла. Отец решил выкинуть их, но я считаю, что можно починить и вот…       - Неплохо, Улим точно бы оценил. Вдруг скоро своего дроида-помощника соберешь и будет легче работать, – похвалил наутолан и еще пару раз нажал на кнопку включения, а потом положил странный прибор на место.       - Хорошая идея, найти бы только время, а его у меня катастрофически не хватает, родители всегда находят для меня работу, а сейчас свалилась пара крупных заказов, для которых надо собрать мелкие детали, с чем я успешно справляюсь. Если сделаю все быстро, а отец одобрит, то у меня появится свободное время, – усмехнулась Рамина, но вспомнив, о чем хотела спросить у друга, посерьезнела: – Слушай, Ктари, я хотела кое о чем спросить… Точнее, попросить…       - Я слушаю, – тот устремил на нее взгляд.       - Ктари, мы с тобой не первый месяц общаемся, у тебя такая хорошая команда. После ваших увлекательных рассказов я все больше укрепляюсь в своем желании покинуть Татуин, чтобы устроить свою жизнь. Я чувствую, могу достичь большего, но здесь это невозможно. Пока ты с друзьями был в разъездах, я думала о том как улететь самостоятельно, но конкретного плана пока не придумала. Да и все упирается в деньги, которых у меня нет. Возьми меня с собой… – озвучила Рамина. – Тебе еще нужны помощники на корабле? Я могу вам пригодиться.       Ктари не успел ответить, так как в помещение вошел Хотар и жестом указал дочери на место. Глаза Рамины сузились от злости из-за того, что диалог с Ктари, которого девушка так ждала, так и не смог развиться. Вдруг Ктари больше не приедет на Татуин? Вдруг не захочет принять ее к себе? Она даже не успела прочитать по его лицу, что тот подумал о ее словах, потому что очень не вовремя подошел отец. Девушка, пытаясь прогнать плохие мысли, снова взялась за сортировку металла и когда находила комплектующие для сборки своих приборов, то клала их в отдельную коробку, лежавшую у нее под ногами. Она так увлеклась делом, что перестала прислушиваться к диалогу Хотара и Ктари, обсуждавшие нужные другу компрессоры и излучатели.       - Советую вам держаться подальше от моей дочери, вы плохо на нее влияете… – вдруг донеслось до нее. Рамина, сидевшая к ним спиной, подняла голову и обратилась в слух. Что это? Отец угрожает ее приятелю? Она вздохнула – наверняка потом придется выслушать очередные нотации по поводу общения со всякими проходимцами. Хотя Хотар прекрасно знал о ее дружбе с Ктари, но что ему не нравится? Он не раз видел, как они гуляли по улице и разговаривали неподалеку от ее дома. Может, Хотар услышал ее последние слова перед тем как войти в мастерскую? Или дошли слухи, что его старшая дочь изъявила о своем желании уйти из дома и тем самым лишить свою семью рабочих рук? Как-то раз болтая с одной старушкой – продавщицей холодной воды, которая иногда угощала свою постоянную клиентку стаканом живительной влаги, Рамина в сердцах воскликнула, что «послала бы к хаттам Татуин и свалила подальше из Внешнего кольца на какую-нибудь зеленую и цветущую планету». Видимо, длинный язык подвел ее, и кто-то из знакомых с ее семьей донес. Мос-Айсли – небольшое поселение, все друг друга знают, поэтому со словами стоит быть осторожнее, но Рамине так надоело прятаться и скрывать то, что на самом деле хочется сказать. Пусть осуждают и ругают, но она покинет Татуин, даже если придется пойти на риск.

*    *    *

      На Ктари Рамина возлагала большие надежды, так как была уверена, что именно с его помощью можно уехать из Мос-Айсли. Но после их последнего и так и не начавшегося разговора в мастерской отца они не виделись около трех месяцев. «Наверное, сейчас он с компанией опять носится по Галактике, удирая от транспортной полиции или охотников за головами, а может, наоборот, сорвал солидный куш и решил взять отпуск», – размышляла Рамина. Девушка вздыхала, понимая, что у него жизнь куда насыщеннее, пусть и полна опасностей. Ей хотелось испытать это ощущение адреналина в крови, когда приходится договариваться с несговорчивыми личностями, чтобы отвязались или, в крайнем случае, спасаться от погони и перестрелки, потом в спешке нестись на корабль, задраивать шлюзы, взлетать в небо, переходить на световую скорость и…       - Опять спишь за работой?! – раздался у нее над головой гневный окрик отца. Замечтавшаяся Рамина вздрогнула от неожиданности и случайно смахнула самодельную мини-лампу на трех ножках, которую не так давно собрала.       - Я… задумалась, – пробормотала она и зевнула. Рамина не выспалась и изо всех сил подавляла желание заснуть прямо на рабочем месте. Весь ее вид так и кричал о том, что она мертвецки устала и хотела хорошенько поспать.       - Давай-ка быстрее подвинчивай заклепки, мне этот прибор уже сегодня продать надо, – торопил ее Хотар. – Деньги срочно нужны!       - Поняла я, поняла, – так же вяло проговорила она, взяла отвертку, а свободной рукой потерла глаза. Затем сказала: – Смотри, что я сделала с диодами, которые ты выкинул! Собрала лампу!       Рамина схватила свою незамысловатую поделку и протянула отцу, который стал придирчиво ее разглядывать, включать и выключать. Мужчина то одобрительно качал головой, то хмурился, и девушку это вводило в заблуждение. В последнее время угодить ему было очень трудно, и Ксанду готовилась ко всему сразу.       - Я подумала, может мне стоит собрать несколько таких, улучшенных, разумеется, – предложила она, – И продать. Конечно, как долговечные светильники они не сгодятся, но как временные запросто. Заодно и дополнительных денег заработаем.       - Ерунда какая-то! – с презрением ответил Хотар. – Я произвожу запчасти для кораблей, а не бесполезные светящиеся безделушки. И ты займись делом! И прекрати копаться в мусоре!       С этими словами он швырнул треножник в коробку с отходами, из-за чего металлические ножки отвалились от корпуса, к которому крепился диод, и скрылся в складском помещении. Рамина шумно выдохнула и сжала кулаки, пытаясь сдержать клокотавшую внутри ярость. Это уже слишком! В кои-то веки она хотела внести свой вклад в развитие мастерской, применяя свои пусть и дилетантские навыки конструирования, как ее труды безжалостно выбросили в мусорный контейнер! Тёмные как татуинская ночь глаза девушки нехорошо заблестели, в них даже появились яркие искорки, напоминавшие расплавленное золото. Рамина резко обернулась на странный звук, раздавшийся справа от нее. Она заметила, что одна из труб, прилегавших к стене, неестественно согнулась и сплющилась так, будто побывала в мусорном прессе. Сколько Ксанду помнила, труба всегда выглядела как положено и не была так жутко деформирована. Но помимо трубы скукожилась еще и стоявшая на столе металлическая кружка, из которой отец обычно пил чай. Если насчет покореженной трубы он ничего не скажет, пока не заметит, то с кружкой нужно было что-то делать. Рамина быстро схватила изуродованный кусок металла и ловко запихнула его в ящик с металлическими отходами, которые потом отправятся на переплавку, а трубу загородила небольшим многоярусным шкафчиком, в котором лежали разного размера заклепки.       Вечером вся семья собралась на ужин. Младшие дети доедали кашу, а Рамина, севшая за стол последней, стала быстро уплетать свою еду. Она скорчила кислую мину, когда посмотрела в тарелку. Девушке-подростку с ее нагрузками по работе было мало того количества пищи, и ей казалось, что она скоро совсем отощает. Ксанду одернула серую рубашку из грубой ткани, которая висела на ней, скрывая фигуру. Надо бы хотя бы одну новую купить, но опять нет лишних денег. Рамина донашивала старые мамины вещи, а младшие дети, соответственно, донашивали те штаны и рубашки, из которых их старшая сестра давно выросла. Что там говорить – от ботинок скоро подошва отвалится, теплую старую куртку давно на половые тряпки порвали.       - Нигде не могу свою кружку найти. Ты не видела, Эва? – обратился Хотар к жене.       - Может, ты в мастерской ее оставил? Или в сумке лежит? – осведомилась женщина. Муж пожал плечами.       Рамина быстро поняла в чем дело и тут же опустила взгляд в тарелку, словно увидела там что-то интересное. Ей не очень хотелось, чтобы отец каким-то образом понял, что старшая дочь мало того, что сломала, так еще и выкинула ее. Стала бы она намеренно портить его любимую кружку, зная, что за это ее сурово накажут, ведь лишних денег не было, а внеплановые расходы на бытовые предметы вызывали раздражение. И, как правило, все шишки перепадали именно Рамине, будто она виновница бедности семьи. Родители часто ругали старшую дочь по поводу и без, но почти всегда она была такой уставшей, что у нее не было настроения огрызаться и спорить. Даже если у нее спросят напрямую, то вряд ли бы она смогла объяснить деформацию – руками так не сделаешь, а пресс давно сломался. И это они еще про трубу не знали! Но то, как емкость так сплющилась, а труба деформировалась, взволновало девушку. «Нет, это не могла сделать я, – думала Ксанду. – Я же не джедай какой-нибудь, который умеет использовать трюки. Я вообще до них не дотрагивалась!»       Однако этот случай не из первых, заставивший Рамину насторожиться. Как-то раз ее очень рассердило, что маленькая Кири устроила бардак на ее кровати и раскидала коробку с катушками ниток. Старшая сестра тогда только гневно окликнула девочку по имени, но не намеревалась отталкивать ее или бить по рукам, но у Кири непонятно почему пошла кровь из носа, да так, что еле остановили. Малышка со слезами потом объясняла, что Рамина не прикоснулась к ней и пальцем и всячески пыталась выгородить сестру. Помимо этого с полок с грохотом попадали все предметы, что очень ее напугало. Эве это очень не понравилось и она весь вечер орала на старшую дочь, а отец без лишних разговоров кулаком разбил ей нос в кровь.       Униженная и заплаканная Рамина не захотела оставаться дома и, одевшись потеплее, ушла гулять по ночным улицам Мос-Айсли. Она была так переполнена гневом, что была готова присоединиться к первой попавшейся команде наемников и отправиться хоть на Мандалор, лишь бы не оставаться на Татуине. Ксанду закуталась в самодельную накидку-трансформер, позволявшую укрыть спину, голову и лицо, и зашагала к закусочной на перекрестке. Там частенько проводили вечера ее знакомые, с которыми девушка общалась или на взаимовыгодных условиях совершала сделки. Так, однажды Рамина по просьбе одного родианца должна была выкрасть кошелек одного дага, в свое время задолжавшего ему деньги. Она успешно справилась, за что получила небольшое, но достойное вознаграждение, которое хорошенько прятала, чтобы потратить попозже. Деньги ей были нужны – на новую обувь. Рамина уже присмотрела кожаные сапожки до колена с ремешками и красивыми застежками. Стоили они недешево, но в той лавке продавалась качественная продукция.       Сейчас юная бунтарка решила позволить себе что-нибудь покрепче. Конечно, она была еще слишком юна, чтобы пить спиртное наравне со взрослыми, но сейчас ей было все равно. Очень хотелось расслабиться и отвлечься, а заодно подумать как уговорить Ктари забрать ее с собой. Поскольку у нее не было личного устройства связи – опять же из-за нехватки денег, а комлинки были только у родителей, то оставалось рассчитывать на следующую встречу с ним в кантине. Рамина надеялась, что Ктари, несмотря на занятость, помнит о ее просьбе и обязательно обсудит с ней волнующий ее вопрос. С этими мыслями переступив порог полутёмного помещения, заполненного клубами дыма от кальянов и курительных трубок, Ксанду направилась к стойке и озвучила заказ.       - Несовершеннолетних не обслуживаем, – ответил посетительнице бармен-бит.       - Чего?! – недовольно переспросила та. – С чего вы взяли, что я несовершеннолетняя?       - Выглядишь не на свой возраст, – бит намекнул на ее худощавость, из-за которой Рамине можно было дать не больше четырнадцати лет.       И правда – глаза на ее осунувшемся от плохого питания лице казались большими черными кругами, скулы сильно выделялись. Свою роль сыграла и одежда – Ксанду носила рубашки свободного кроя, опоясывая их широким ремнем, и брюки, а сверху набрасывала объемную накидку. Из-за этого было трудно понять какая у нее на самом деле фигура. Тёмно-каштановые длинные волосы она почти всегда собирала в пучок или сплетала в косички, которые скручивала в спираль и закалывала на затылке. Так, по ее мнению, получалось дольше сохранить их чистоту.       - А вы, я смотрю, так хорошо разбираетесь в этом! – саркастически молвила Рамина и оперлась об стойку, чтобы приблизиться к оппоненту.       - Я хорошо понимаю, кому можно налить, а кому нельзя, – упрямствовал бит. – Ты в это категорию не входишь.       - Да ладно? Я тут свечусь уже не в первый раз, пора бы уже запомнить, – парировала девушка, в планы которой совершенно не входило вправлять мозги особо непонятливым.       - Я тебя помню, но за выпивку платили твои друзья постарше, – сказал работник бара.       - И? Что поменяется, если свой заказ оплачу я? Жалко, что ли? – не унималась Ксанду, в упор уставилась на бита и слегка повела пальцами в воздухе. – Ты, друг, не испытывай мое терпение, а налей чего-нибудь да покрепче. А я заплачу. Так что ты нальешь мне, и мы будем в расчете.       - Я налью тебе, и мы будем в расчете, – как под гипнозом повторил ее слова бармен и отошел от стойки, чтобы выполнить заказ. Довольная девушка вальяжно расселась на стуле и стала ждать. Ее порадовало то, что удалось так легко уломать этого упрямого и дотошного работника.       - Тебе сколько лет? Не мелковата еще для выпивки? – поддел Рамину какой-то человекоподобный незнакомец в полумаске, от которого разило перегаром.       - Тебе какое дело?! Исчезни! – крикнула она, но неприятный субъект явно намеревался продолжить разговор и подошел совсем близко.       - А что это мы такие злые? – издевательски тянул надоедливый пьяница и в шутку ткнул ее пальцем в щеку. Опять Рамина почувствовала странное ощущение, будто внутри нее разгорается огонь, способный убить все живое вокруг.       - Ты сейчас же заткнешься и уберешься от меня подальше, – развернувшись всем корпусом к неизвестному и глядя ему в глаза, проговорила она и слегка стукнула ладонью по поверхности барной стойки.       - Я сейчас же заткнусь и уберусь от тебя подальше, – безропотно повторил нарушитель личного пространства посетительницы и через мгновение его как ветром сдуло.       Рамина с полминуты озадаченно хлопала глазами. Это что такое? Она рассчитывала, что придется грубой силой отпихивать от себя назойливого незнакомца, а на него подействовала всего лишь одна фраза. И с барменом произошло то же самое – он повторил ее слова и послушно выполнил просьбу, хотя обычно когда она приходила одна, то бит не продавал ей алкоголь и грозился рассказать все ее родителям, а их в Мос-Айсли хорошо знали. Ксанду покачала головой и пришла к выводу, что надо попробовать повторить такое – вдруг пригодится?       - Ваш заказ. С вас десять трагатов, – сказал бит и водрузил на стойку бокал с напитком.       - И закуску дайте для полного комплекта, – попросила Рамина и положила еще купюры на стойку.       Пойло, конечно, в этом кабаке дешевое и не самое качественное, но выбирать не приходилось. В Мос-Айсли есть заведения солиднее и дороже, но у Рамины не хватит денег, чтобы попробовать там что-то другое. Да и контроль при входе там был гораздо строже, так что таким как она туда дорога закрыта… Терпкий напиток обжигал ей горло и потихоньку кружил голову, но она решила пока посидеть у стойки, а потом пойти проветриться. К сожалению, Ксанду не увидела никого из знакомых, с кем могла бы поболтать, поэтому просто наблюдала за окружающими. Спать, как ни странно, ей сейчас не хотелось. И это даже не из-за очередного семейного скандала, а потому что в мыслях девушки творилось что-то странное.       Не так давно ей снились сны, где картинки беспорядочно сменяли друг друга, словно быстро проигрываемая пленка старого фильма. Разглядеть детали не получалось, но сознание рисовало высотки до небес с блестящими на солнце стеклами, багровый закат, бархатисто-зеленые леса и живописные реки, дворцы с колоннами и статуями, широкие площади, где гуляли люди. Потом промелькнули силуэты – красиво одетые аристократы, джедаи со световыми мечами, легионы солдат в белоснежной броне. Несколько раз в жутковатом полумраке отчетливо появлялась странная фигура в черном балахоне, но лицо наполовину скрывал капюшон. Некто, прятавшийся под мантией, указывал рукой на стоящего на одном колене человека, словно благословлял его, но понять к кому тот обращается – к мужчине или женщине, тоже не получалось, так как голова склонившегося была покрыта. Этот неизвестный несколько раз являлся Рамине во снах, и девушка каждый раз видела одну и ту же картину – кто-то в капюшоне, преклонивший колено, и кто-то, стоявший перед ним или ней и скрывавший свое лицо, торжественно что-то объявлял. Потом промелькнул образ другого существа в такой же одежде, но разглядеть его как следует она не смогла. Единственное, что хорошо запомнила Рамина – глаза, желтые и полные ненависти.       Она недоумевала – почему эти видения так настойчиво появлялись в последнее время? Может, они сулили перемену в ее жизни? Себя Рамина во снах не видела, но точно знала, что участвовала в событиях. Она как бы наблюдала за всем со стороны. Голоса в снах раздавались то четко, то как будто с помехами. Никто из увиденных ею лиц не обращался конкретно к ней, а различить можно было только отрывки фраз. Среди них она слышала слова «ненависть», «Сила», «власть». Девушка потерла переносицу и отпила из бокала. «Просто снится какая-то ерунда. Ничего особенного», – успокаивала она себя.

*    *    *

      Бар работал до рассвета, а посетители не спешили расходиться. Духота, терпкие запахи и алкоголь усыпляли, но Рамина не могла позволить себе задремать прямо за стойкой, иначе обворуют или что хуже увезут куда-то, пока она не пришла в себя. Ксанду почти не владела боевыми навыками и предпочитала избегать открытых столкновений. Она не раз становилась свидетельницей жутких драк и перестрелок, несколько раз видела, как выносили изуродованные тела с ножевыми ранениями или простреленными головами, что было частым явлением на улицах татуинских городов, особенно в тёмное время суток. Опустошив бокал и доев сытную закуску, Рамина покинула заведение и пошла к окраине города. Ночные улицы Татуина не были такими оживленными как днем, но встретить редкие группки людей и экзотов можно было, особенно в центре городка. Они не смущали блуждавшую девушку, закутанную в плотную накидку, скрывавшую лицо.       Рамина сама не знала, зачем решила побродить по ночному городу. В мастерскую она завтра не пойдет, так как до рассвета оставалось без малого четыре часа – пусть отец хоть голос сорвет, ругая ее, но работать старшая дочь не будет. Ничего, справится без нее хотя бы день. Ей так надоело чувствовать себя еще одними рабочими руками, трудиться на износ и не получать за это хотя бы благодарности. Иногда Ксанду казалось, что она действительно рабыня, а не свободный человек. Она видела столько способов облегчить работу отцу, но тот считал идеи дочки глупостями и пресекал все ее попытки хоть как-то внести новизну в их труд. Вот почему, например, идея иметь дроида-помощника глупая? На складе вполне можно найти то, из чего его можно собрать и не тратиться дополнительно.       Рамина вышла за пределы города, забралась на небольшой каменный пригорок и огляделась. Метрах в ста от ее местоположения высились куполообразные постройки Мос-Айсли, подсвечиваемые фонарями, на башнях красными точками мигали сигнальные огоньки. Вдалеке слабо мерцали огни соседних поселений. Дальше – бескрайняя пустыня, где ветер носил песок и стачивал скалы, и кочевали песчаные люди. Небо, полное звезд, было прекрасным и манящим. Ксанду устремила взор вверх. А где-то там далеко находятся далекие планеты и их жители. Другая жизнь. «Ну ничего, – утешала себя Рамина. – Скоро я увижу все это. Надеюсь, Ктари согласится забрать меня».       Девушка поёжилась – все-таки ночи были холодными. Иногда ее удивлял такой контраст температур – днем чуть ли не плавишься как догорающая свечка, а ночью приходится надевать шерстяные вещи, чтобы не продрогнуть. Но сейчас Рамину согревал и выпитый алкоголь, поэтому она чувствовала себя раскованно и наслаждалась тишиной ночи. Постепенно черный бархат неба начал светлеть, а значит, скоро два солнца осветят золотые пески. Настанет утро и улицы наполнятся суетой и шумом. Но наступающий день девушка посвятит себе. Ксанду уже решила, что когда придет домой, то тут же ляжет спать и проспит, пока тело не начнет ломить от горизонтального положения. В последние дни ей очень не хватало простого отдыха, чтобы потом заниматься делами с новой силой.       Рамина опять вспомнила, как отшила приставучего пьяницу в баре и решила, что попробует «попросить» похожим способом родителей, чтобы оставили ее в покое хотя бы на денек. Эти странные случаи, будь то деформированная труба в мастерской и кружка или самопроизвольное падение предметов с полок, происходившие с ней в последнее время настораживали не меньше, чем сны, явно похожие на вещие. Мысли девушки были двоякими. С одной стороны Рамине казалось, что это плод больной фантазии, а с другой, что с ней происходило нечто, о чем она пока не поняла и, возможно, нужен кто-то, кто мог бы объяснить эти странности и помочь избавиться от них, если нужно. «Но если я, как про таких обычно говорят, обладаю Силой, то почему меня еще не нашли джедаи и не забрали обучать? – думала Ксанду. – Хотя джедайским искусствам меня не обучат, я уже вышла из того возраста, когда берут в падаваны. А может быть, у меня нет никакой Силы, и все эти странные случаи просто совпадения».       Рамину, несколько часов просидевшую сначала в баре, а потом на улице, постепенно клонило в сон, да и усиливавшийся ветер заставил ее встать с насиженного места и двигаться к дому. Вся семья сейчас крепко спала, а значит они не услышат как дочь вернулась. Стараясь не шуметь, Ксанду стащила с себя запылившуюся накидку и верхнюю одежду и заползла под одеяло. Постепенно погружаясь в сон, девушка прикидывала в уме, что ей нужно сделать, чтобы перемены к лучшему в ее жизни наступили быстрее.