Не оставляя Козырей

- В случае с САЗ всё одновременно и просто и сложно, – начал Лелуш, решив подводить к этому всему весьма постепенно.       Не нужно было обладать интеллектом его уровня, чтобы понять простой факт — раны от бойни при САЗ у большинства руководящего состава Ордена, были ещё слишком свежи, а своим рассказом Лелуш покроет их метровым слоем соли. И вотрёт. Мало кому понравится простой факт, что всё это кровопролитие, ставшее началом Чёрного Восстания, было следствием несчастного случая из-за неосторожности их лидера.       Неосторожности, которую никто не смог бы предусмотреть.       Так уж устроена людская психология, что им куда проще поверить в злой умысел и теорию заговора, нежели в стечение обстоятельств и людскую глупость. Как метко говорила С.С. «за действия тайной ложи нередко принимают последствия явной лажи». С другой стороны, это также упрощало ситуацию, если удавалось спихнуть ответственность с себя, на кого-то более удобного.       Перекладывание ответственности. Лелуш никогда не думал, что ему придётся этим заниматься… но он не может прекратить эту ложь. Он просто не имеет права — сказать правду будет предательством, как по отношению ко всем погибшим в этой войне, так и по отношению к пострадавшим при этой бойне. Предательством, потому что тогда окажется, что всё это было зря.       Правда не имела права на существование, потому что одним своим наличием она ставила под угрозу всю революцию, устроенную опальным принцем, всю кампанию против омерзительной империи, захватившей три четверти мира. Правда подорвёт боевой дух командного состава Ордена и распространится вниз, поглощая и рядовой состав… ведь рыба гниёт с головы.       К тому же… если Лелуш сможет сделать ложь правдой, то будет ли разница? Главное, что ни говори, это результат. - Я считаю, что следует начать с начала, а точнее, с самого объявления о САЗ, – юноша решил зайти издалека.       О реакции Корнелии он не волновался, благо, он собирается рассказать Рыцарям ту же версию, что он сказал ей, только слегка сместив акценты, чтобы его «версия» звучала не как, собственно версия, а как достоверная информация. Корнелия, будучи воином и генералом, более чем понимала необходимость единства в рядах, и если уж она подписалась участвовать в революции своего брата, то она не будет подвергать сомнениям его слова… по крайней мере, прилюдно. - Конечно, как и для моей сестры, – Лелуш кивнул на Корнелию. – Объявление о создании САЗ вызвало у меня серьёзное удивление, замешательство и, говоря откровенно, испуг, – встретив недоверчивые взгляды, Лелуш усмехнулся. - К сожалению, людская порода такова, что если после виселицы, немного приспустить петлю, жизнь человеку покажется благодатью, – пояснил юноша. – А потому у меня были определённые основания считать, что немалая часть Ордена решит обменять постоянную угрозу жизни, свойственную нашему движению, на относительно спокойную жизнь в САЗ. - Людей в этом сложно обвинить, – добавил Лелуш, понимающе улыбнувшись. – Многие устали от войны, и многие могли счесть, что именно наши действия заслужили японцам право на лучшую жизнь в этой самой САЗ. - Но это ставило под угрозу все твои планы, – коротко заметил Тодо. - Именно, – кивнул опальный принц. – Я не планировал остановиться на освобождении одной только Японии — это было бы эгоистично по отношению ко всему миру. - И поэтому ты желал разрушения всей Британии, – нейтрально добавила Корнелия. - Действительно. Я не собирался останавливаться, пока вся Британия не познала бы всё то, что она приносила на завоёванные ими земли… или, по крайней мере, часть того, – усмехнулся юноша. – Нумерную систему я вводить не собирался, – пошутил он. - И тогда я начал составлять варианты, как обратить ситуацию себе на пользу, – продолжил Лелуш, замечая нетерпение на лицах японской части комсостава Ордена. – И, к моему сожалению, я их не находил. Так уж повелось, что я привык сражаться со злом, а не с добротой, с военной силой, а не протянутой рукой. Поэтому я был в тупике. - И выходом был отданный тобой приказ на бойню?! – Оги сделал быстрый, логичный, в чём-то даже верный, но абсолютно ошибочный на деле, вывод. - Не совсем… всё одновременно и сложнее и проще, – ответил юноша. – Мой изначальный план был другим, – теперь наступал момент истины.       Теперь нужно было аккуратно завернуть «обоснованные предположения» в ход событий, чтобы они стали в глазах руководства Ордена «непререкаемой истиной», чтобы никакие действия и слова Шнайзеля не смогли сыграть на этом. Конечно, ещё оставался Гиасс, но его использование на тех, кого Лелуш привык считать соратниками, оставляло горькое послевкусие.       Были границы, которые опальный принц старался не пересекать. - Тогда объясняй, и без загадок и уклончивых ответов! – потребовал японец, на что Лелуш смерил Оги насмешливым взглядом. - Оги, тебе до сих пор так сильно хочется британской подачки, что ты готов ради неё отказаться от борьбы за судьбу всего мира? – парировал юноша, одной фразой переведя стрелки на Канамэ.       Это было крайне забавно, если бы не серьёзность всей ситуации в целом. - Что же до моего плана, то изначально он был таковым: я собирался отдать приказ Юфемии, чтобы она выстрелила в меня из игольчатого, керамического пистолета, который я ей принёс, – продолжил Лелуш, с тяжестью на душе вспоминая события того рокового дня. - Юфи ранила бы меня во время встречи, тем самым дискредитировав идею САЗ, сделав её одной большой ловушкой для японцев, Ордена и меня лично. Но так как я всё это предусмотрел, силы Чёрных Рыцарей выручили бы меня, а события при САЗ разожгли бы искру восстания, так как они бы транслировались на весь мир, – юноша сделал драматичную паузу.       Он не стал упоминать момент с переодеванием и подставлением С.С. под пулю — это были лишние, ни кому не нужные, подробности. - Но тогда почему же ты отдал Юфемии другой приказ? – поинтересовалась Ракшата.       Другие могли подумать, что ей было всё равно, на события при САЗ… но слишком уж действия британцев, напоминали действия китайцев, при подавлении восстаний в Индии. И это вызвало в душе индуски не слишком приятные ощущения. - Дело в том, что после кратких переговоров со своей сестрой я, наконец, смог придумать план действий. Я решил… не предпринимать ничего! – торжественно заявил Лелуш.       На несколько мгновений в помещении повисла гнетущая тишина. Корнелия и Каллен уже знали эту историю, другие же не скрывали своего скепсиса. - Зеро, думаю, было бы правильным пояснить ваш план глубже, – наконец, Рид высказал общее мнение. - Что же, поясню, – кивнул юноша. – Я понял, что нужда в радикальных действиях отсутствует. Да, я был бы вынужден несколько отложить свои планы, но взамен, я получал запас времени, которого у меня, до этого момента, не было, – добавил Лелуш, коварно усмехнувшись. - Просто я понял, что САЗ не решит ничего, по крайней мере, в долгосрочной перспективе, – пояснил юноша, разведя руками. – Да, это будет тактическая победа, стоящая мне не самых верных соратников и конъюнктурщиков. Взамен же я получаю возможность инфильтрироваться в британское правительство в Токио, используя Гиасс, получив там множество спящих агентов, – Лелуш скосил взгляд на Коренилю, но та не выражала никаких эмоций. - САЗ бы не решила ничего? Откуда ты знаешь? – потребовал объяснений Оги. - Ну что же, давайте вместе прикинем варианты, – Канамэ ожидаемо попался в ловушку Лелуша, чем юноша сразу же воспользовался. В конце концов, уже поэтому, от Оги была большая польза — он позволял юноше пояснить очевидные, для него, факты.       Канамэ показывал, что не всё, что очевидно Лелушу, понятно другим. - В ситуации с САЗ есть множество развилок, каждая из которых ведёт к крайне интересным ситуациям, количество которых множится с каждой ступенью. Сама САЗ — останутся ли ей довольны японцы или через некоторое время они захотят большего? – судя по тому, как отвёл взгляд тот же Тамаки, Лелуш правильно делал, ставя на последнее. - И если второе, то что с этим будет делать Британия? Уступит снова или не уступит? Замечу, я могу найти выгоду в обоих вариантах, – добавил юноша. – Если же первый вариант, то вопрос уже хотя бы в том, что с этим всем будет делать британская знать? Что с этим будет делать генерал-губернатор Корнелия?       Упомянутая генерал-губернатор поморщилась от этих слов. - Смирятся ли они с этим и позволят САЗ продолжить существование… – юноша показал одну ладонь, словно взвевшивая вариант. – Или же они начнут принимать меры против существования такого образования, понемногу притесняя японцев в правах, превращая САЗ в фикцию? – по интонации не составляло труда догадаться, во что верил Лелуш. - Если же Юфи удалось бы уговорить Корнелию, а моя сестра повлияла бы на излишне зарывающуюся знать… – судя по не скрываемой ироничности в голосе юноши, сам он в этот вариант не слишком-то и верил. – То возникает крайне забавная ситуация, когда в одной из колоний возникла спец-зона, где жителей не называют в честь какой-то цифры, и где они обладают сравнимыми правами с британцами. - И что же в этом забавного? – поинтересовался Асахина, глядя на Лелуша поверх очков. - Забавное то, что жители других колоний вполне могут прийти к одной простой мысли, – опальный принц щёлкнул пальцами. – Мысли: «а чем мы хуже японцев?», – Лелуш усмехнулся. – Они потребуют создание таких же зон у себя… тем более что у них-то куда как лучше обстановка, а потому, они имеют полное право… и вот тут возникает вопрос, а что с этим стала бы делать Британия?       Молчание вновь повисло в конференц-зале. - Если бы Британия показала своё истинное лицо и жестко подавила бы желание улучшить условия жизни в колониях, это позволило бы мне поднять восстание на мировой уровень — то есть повторить всё то, что мы имеем сейчас, и даже лучше, – продолжил юноша, после чего быстро пробежался взглядом по каждому из слушателей.       Тодо, как и положено истинному самураю, не позволял эмоциям проступить на лице. Асахина, Чиба и Оги явно слушали слова Лелуша как откровения, тогда как Рид старательно запоминал каждое слово. Наверное, снова будет строчить своё произведение. Ракшата смотрела с ленивым интересом… ожидаемо. - Если же, как бы мала эта вероятность ни была, Британия вновь пошла бы на уступки… это начало бы центробежный процесс развала империи, – торжественно заявил Лелуш. – Евросоюз и Китайская Федерация моментально использовали бы этот момент слабости, посчитав что их враг теряет хватку. Это позволило бы мне, при помощи некоторого лавирования на международной арене, как минимум стать посредником между ЕС и Китаем, а как максимум, возглавить борьбу… опять же, объединив под собой весь остальной мир. - Это не отвечает на вопрос, почему ты отдал такой приказ Юфемии, – заметила Чиба, прожигая юношу взглядом. - Это даёт понять, почему мне не было нужды отдавать такой приказ, – парировал Лелуш. – Ну и последним пунктом, который стоило бы рассмотреть… это реакция самого императора, – добавил опальный принц, кровожадно усмехнувшись. – Скажите мне… будучи абсолютным монархом, чьё слово непререкаемо, и правя империй, захватившей силой три четверти мира, какова вероятность, что он согласился бы пойти на уступки, и довольствоваться чем-то меньшим, чем абсолютная победа? – сделав драматичную паузу, юноша добавил: - Я не удивился бы, если через пару месяцев на САЗ не была бы спущена британская армия с метрополии, во главе с рыцарями Круглого Стола с задачей по «демонтажу специальной административной зоны», – Лелуш специально использовал слова, под которыми британцы крайне любили маскировать геноцид местного населения.       Демонтаж они производили артиллерией, танками, ховеркрафтами и, разумеется, найтмэрами. Вместе с демонтажем населения, разумеется. Они же всего лишь нумера, а потому не имеют право даже на жизнь — им просто позволяют влачить существование… пока это было удобно метрополии. - Теперь же, когда я надеюсь, вам стало ясно, что мне не было реальной нужды в отдаче такого приказа, можно перейти к произошедшему в тот роковой день, – продолжил юноша. - Юфемия, следует заметить, ещё с инцидента при Каминедзиме знала о тайне моей личности… впрочем нет, она догадывалась ещё и раньше — при нашей встрече в отеле у Кавагучи. Я тогда был неосторожен, и она начала догадываться, – Лелуш опять зашёл издалека. - А после Каминедзимы, ношение маски и вовсе было лишним, потому, отключив камеры, я снял маску, – продолжил юноша, одновременно и сам, заново, переживая этот трагический день. – Я проговорил ей свой план, зная, что после использования гиасса, она всё равно забудет наш диалог… но так и не нашёл в себе сил воплотить план в жизнь. Юфи попыталась ободрить меня, и именно тогда мне в голову пришло всё то, что я вам рассказал. - Ну а затем она задала мне вопрос — почему я считал, что могу заставить её выстрелить в себя. Я же попытался обходными путями рассказать ей о том, что из себя представляет моя сила… – Лелуш сделал паузу, собираясь с силами. – И именно тогда я сказал ту неосторожную фразу. - То есть ты… – почти что прошептал Оги. - Приказал убить всех японцев, – добавил Асахина.       Стоило ли и говорить, что японская часть руководящего состава Ордена неуловимо напряглась. Они, в целом, и так догадывались, но одно дело были догадки, а другое это практические чистосердечное признание. - Зеро, я думаю тебе стоит дать нам объяснение, по поводу своих действий, – Тодо выразил общую точку зрения, оставив фразу «и лучше бы оно нам понравилось» висеть в воздухе. - Хорошо, – кивнул юноша. То, что они сохранили присутствие духа, уже было неплохой новостью. – Я предупреждал вас, что не всё так просто. - Итак… я замечу, что я лишь сказал эту фразу, – пояснил Лелуш. – То есть, я не активировал в тот момент свой гиасс… но в данной ситуации мне следует поподробней рассказать про особенности своей силы, – добавил юноша. - Как вы могли заметить в случае с Тамаки, для использования гиасса мне пришлось снять линзу… но, эта линза появилась у меня лишь в Вавилонской башне. Подтвердить это может Каллен, которая видела меня последней, до моего похищения при Каминедзиме, во время Чёрного Восстания, – продолжил Лелуш, тяжело вздохнув. Самая тяжелая часть его плана была ещё впереди. - При этом я вёл двойную жизнь, учась в академии Эшфордов, играя роль простого студента. Как можно догадаться, с отсутствием линзы я мог в любом общении случайно отдавать нежелательные приказы, – опальный принц усмехнулся. – А если накладывать гиасс на каждого ученика и учителя с целью недопустить такого сценария… это выходит натянуто. Что произойдёт, если я кого-нибудь забуду? Или если появится новый ученик? Как я тогда умудрился не использовать гиасс на Куруруги до инцидента при Каминедзиме? - То есть… – начал Тодо, и его, с готовностью, подхватил Лелуш. - То есть моя сила работала по-другому, – произнёс юноша. – Я мог по своей воле включать и отключать гиасс… и именно на моих словах, именно при беседе с Юфи, я потерял эту возможность, и мой гиасс стал работать постоянно. - Ты знал, что такое произойдёт? – поинтересовался Тодо, на что опальный принц ответил кивком. - Я знал, что такое может произойти. Мне приходилось сталкиваться с носителем силы, позволяющей ему читать мысли. Я ещё приказывал Ордену отыскать его, потому как он представлял мне прямую угрозу, – пояснил Лелуш. - Точно, – вспомнил Оги. – Ты давал задание на поиски некого китайца по имени… - Мао, – кивнул юноша. – Его сила вышла из-под контроля, и он постоянно слышал мысли окружающих его людей. Так что я знал про возможность потери контроля над силой, но узнать, когда это произойдёт, я не мог, – Лелуш не стал сообщать информацию, что чем чаще он использовал свою силу, тем выше была вероятность выхода гиасса из-под контроля. - То есть выходит, это был просто… несчастный случай? – спросила Чиба, явно не слишком довольная этой новостью. – А как же тогда твой план и твои дальнейшие действия? - Использованный мной план был моим изначальным планом, просто в увеличенном масштабе. Из-за уже пролитой крови, по моей вине, я не мог позволить упустить эту возможность, как бы неприятно мне ни было, – ответил Лелуш, ощущая тяжесть на душе.       Ему до сих пор не слишком нравилось то, что он сделал из своей сестры. «Юфемия Кровавая»… - Что же до того, было ли это несчастным случаем… – юноша выдержал паузу, делая вид что задумывается. – Это довольно сложный вопрос. Но если посмотреть через призму принципа «кому это выгодно»… - То выходит, что это было выгодно тебе, не так ли? – холодно поинтересовался Асахина. – События при САЗ помогли тебе разжечь огонь восстания. - Как я уже сказал, я свою выгоду получал в любом из сценариев, – парировал Лелуш, смерив «меча» не менее холодным взглядом. – Но я, скорее, рекомендую вспомнить, чем это всё завершилось. - Победой Британии, – ответила Чиба. - И нашим поражением, – добавил Тодо. - Именно, – кивнул юноша. – Поражением, пленением или смертью значительной части Ордена. Помимо этого, моя сестра была похищена, чтобы отвлечь меня от хода сражения, в связи с чем я попал в ловушку и был пленён, – опальный принц усмехнулся. – Ну и где здесь моя выгода? Победа Британии и поражение Ордена это было последнее, что мне нужно. - И именно здесь мы переходим к самому интересному, – Лелуш обвёл взглядом каждого из присутствующих. – После моего пленения я был доставлен к трону императора, где узнал крайне занятный факт… у моего отца тоже был гиасс. Сила, позволяющая ему манипулировать человеческой памятью. Этой силой он и воспользовался, чтобы сделать меня своей пешкой. - И, как впоследствии оказалось, человек, похитивший мою сестру — V.V. и раскрывший Куруруги мою силу… является также тем, кто дал гиасс моему отцу, – подвёл итог юноша. – И в этот момент мозаика сложилась в крайне интересную картину, – Лелуш едва удержался, чтобы не встать с места, для придания моменту большей значимости. Это могли счесть за фальш. - Этот V.V. также являлся братом императора, тем самым приходясь мне с Лелушем дядюшкой, судя по его словам, – неожиданно вмешалась Корнелия. - А откуда ты это знаешь? – удивлённо уточнил Асахина. - Я была в штаб-квартире директората Гиасса, – пожала плечами принцесса. – Или Лелуш не рассказывал, как ему удалось захватить меня в плен? - Я не рассказывал, – кивнул юноша, даже радуясь своевременному вмешательству Корнелии. Это всё упрощало ещё сильнее, право слово. – Дело в том, что я обнаружил некоторое время назад, про существование наинтереснейшей организации с забавным названием «директорат гиасса». - Название мне уже не нравится, – заметил Тамаки, всё ещё несколько потрясённый мощью силы Зеро. Хотя, в глубине души он считал это даже чем-то крутым, чем-то что бывает только в британских комиксах или старой манге. - И весьма разумно, – кивнул Лелуш. – Эта организация занималась, как можно было понять из названия, изучением силы, подобной моей. Именно оттуда был прислан Роло — тот, кто должен был быть моим фальшивым братом, вместо моей похищенной Британией сестры, и кто должен был меня убить, если мои воспоминания проявятся, – юноша усмехнулся. Осознание того, что эта мерзкая фальшивка была мертва, грело его тёмную душу. - Погоди… ты же его включил в состав Ордена недавно, разве нет? – уточнил Асахина, вспомнив юного мальчишку с фиолетовыми глазами. - Нет ничего приятней, чем обратить оружие врага против него самого, – усмехнулся опальный принц. – Гиасс Ролло позволял останавливать биологические часы человека, отчего создавался эффект телепортации, когда Роло появлялся из ниоткуда. Но против материальных объектов его гиасс был бесполезен. - Логично… – протянула Ракшата. – Судя по тому, что ты говорил, гиасс влияет только на разум человека, тем или иным образом. - Хорошее наблюдение, – кивнул Лелуш. - Погоди, а что с этим парнем случилось? – уточнил Тамаки. – Что-то я не видел его в последнее время. - Он был ликвидирован, – хладнокровно ответил юноша. – Как оказалось, он был психически нестабильным убийцей, и его ментальное состояние понемногу деградировало… или оно всегда таким было. Он убил невинную девочку только потому, что она испытывала ко мне какие-то чувства, что уже было хорошим показателем его состояния, – пояснил Лелуш.       В целом, комсостав эта новость не задела. Общее настроение скорее было из разряда «туда ему и дорога». - В таком вот месте и выращивались подобные Роло. Убийцы, шпионы, диверсанты — агенты всех видов. Я позаботился о том, чтобы Британия лишилась данного ресурса, атаковав внезапно и уничтожив всех носителей гиасса без жалости и сожаления, – подвёл итог юноша. - Что же до самого V.V. то он был убит в ходе операции, – так как в Ордене никто не знал ничего конкретного про бессмертие С.С. и про другие особенности носителей кода, юноша решил умолчать о смене владельцев кода. Всегда полезно было иметь козырь в рукаве. - Подводя же итог Восстания, я замечу следующее, – продолжил Лелуш. – Выгоднее всего провал моего восстания, был Британии и, разумеется, моему отцу — императору Британской Империи. Он обладает достаточной безжалостностью, чтобы использовать своих детей как разменные монеты, я являюсь прямым доказательством этого, – юноша наслаждался видом, как на лицах комсостава Ордена проступает понимание. – И он единственный из трёх людей на планете, способных проработать такой план.       Вторым был Шнайзель, тогда как третьим… сам Лелуш. - Но как император Чарльз мог повлиять на твою силу? На твой гиасс? – спросил Оги.       Ещё одна причина, почему Лелуш держал его в Ордене, были редкие проблески довольно ясного ума. В отличие от того же Тамаки, Оги хотя бы пытался думать головой, а не только использовал её для поглощения еды и вливания туда сакэ. - Не император — V.V., – ответил опальный принц. – Те, кто способны давать гиасс, могут на него повлиять, хоть точный механизм мне неизвестен. Но у меня есть предположение, – выдержав паузу, юноша продолжил. - Каминедзима. Все дороги сходятся на ней, – произнёс Лелуш. – Когда я был там, я встретил Сузаку с Каллен, когда сам я находился с Юфемией. Я сделал вид, что она является моим заложником… но произошло что-то странное, – в целом, опальный принц считал, что это всё было недалеко от правды. Его скорее смущало то, что всё получается слишком уж удобно…       Или это говорила его паранойя. - Я почувствовал, как самовольно активировался мой гиасс, и земля под нами провалилась, опустив нас в какую-то пещеру, – продолжил Лелуш. – В этой пещере и находился Гавейн вместе со Шнайзелем, и именно благодаря действиям Каллен, я сумел захватить этот найтмэр, который и использовал для эвакуации. - Учитывая, что подобную конструкцию я обнаружил в Китае, когда уничтожал директорат… всё попадает в строки плана, – подвёл итог Лелуш. - Отец, опасаясь возможности восстания и зная, что у Зеро есть гиасс — в случае с Иеремией я использовал его чуть ли не на камеры, специально оставил ловушку в виде Шнайзеля, оказавшегося на Каминедзиме, зная, что я не могу не попытаться ликвидировать его. По воле случая, однако, я оказался на этом острове самостоятельно, при помощи Куруруги, но я всё равно попал в капкан, позволивший V.V. считать мою силу и определить мою личность, – именно эта часть Лелушу казалась наиболее натянутой. Точнее, рациональное зерно тут было, но выходило натянуто… юноша чего-то не знал, он это явно чувствовал.       Впрочем, для более… простых членов Ордена, это объяснение вполне подойдёт. - Далее было делом техники. Зная про моё тёплое отношение к Юфемии, всё что было нужно отцу — это ждать возможности… и когда Юфи объявила о создании САЗ, и когда я прилетел на встречу, лучше возможности и найти было сложно, – продолжил Лелуш, горько усмехнувшись. – Они лишили меня контроля над гиассом в момент беседы, потому как моя любая случайная фраза могла привести к весьма трагичным последствиям. Даже если я приказал бы что-то ещё. - Ну а затем всё, что оставалось им сделать — это заставить меня выложить карты на стол, втянуться в бой, а потом похитить мою сестру и отвлечь от сражения. После этого меня и Орден разгромят по отдельности, – юноша сделал патетичный жест. – Разделяй и властвуй, классическая тактика. - Лелуш… тебе не кажется это натянутым? – Тодо. Он был умнее остальных и был способен видеть дальше, по крайней мере в том, что касалось военной стратегии. - Я строил планы и на более зыбком основании, – парировал юноша. – К тому же… я не говорю, что это был лишь один план. Я говорю, что именно этот план сработал, – добавил Лелуш, усмехнувшись. – И сработал прекрасно. Восстание уничтожено и обезглавлено, миру было показано, что Британия сильна, блудный сын стал пешкой с фальшивой памятью, а на случай возвращения памяти, к нему был приставлен убийца и в руках Британии, в качестве крайней меры, оставался заложник. - Это ли не успех? – Лелуш мысленно усмехнулся своему риторическому вопросу.