Saccharum

      Юнги бьёт тревогу и мечется в мыслях у себя, панически перебирая варианты, как от этого дерьма в голове избавиться максимально быстро, безболезненно и эффективно. Но спустя три недели и шестнадцать часов все надежды осыпаются пеплом от очередной докуренной до фильтра сигареты, потому что от одной мысли о Чимине холодом по запястьям страх крадется, а все внутренности скручивает в один колюще-режущий шар, который Юнги со слезами на глазах выблевать пытается, пока серое солнце встает. Не получается.       Осознание, что все переходит за грань "полностью хуево" слишком быстро, душит и насмехается над беспомощностью Юнги каждую свободную секунду. Он уже не может спокойно дышать, давится даже мало-мальски новым вздохом и все никак не задохнется.        Юнги Чимина видит только на общих вписонах, которые Тэхен затевает, и бессознательно пальцы сжимает до боли, когда Чимин лебезит перед Тэхеном как придурок полнейший, обнимать себя даёт и безоговорочно во все эти "ты пиздатый друг " верит, млея и краснея. Безотказный глупый идиот. У Юнги аж челюсть сводит от отвращения, когда у Чимина с Тэхеном пальцы весь вечер переплетены, и тот пьян в кашу и даже говорить нормально не может. А когда Чимин изредка своим разочарованным взглядом по Юнги проезжается, ощущение что последнему грудную клетку вскрыли ножом наживую и подыхать оставили в затхлом подвале.       Юнги секунды считает уже, когда он Чимина в адекватном состоянии видел: три тысячи восемьсот. За все три недели. А все остальное время Чимин с Тэхеном, и Юнги лучше всех знает, что ничего хорошего это не сулит, но, пытаясь что-то сделать, делает только хуже.       Хуже себе.       Хуже Чимину.       И выть хочется от безысходности, потому что Пак совсем не замечает, на какую скользкую дорожку он ступил и что Тэхен (классный, веселый, добрый и дофига смешной, по мнению самого Чимина) будет первым, кто его на этой дорожке толкнет. Подняться никто не поможет.       Каждый, вот просто каждый чертов раз, когда Юнги доходит до точки кипения и Чимина в полуобморочном состоянии из дьявольских лап Тэхена вытаскивает, хочется просто сдохнуть, потому что Чимин злой и недовольный, Юнги от себя отталкивает и смотрит ненавистно, говоря что-то вроде: "Да ты заебал лезть не в своё дело!" - а после сьебывает к Тэхену и извиняется неуверенно, позволяя целовать себя перед всеми пошло и откровенно. И Юнги уже нахуй тут никому не сдался, теперь даже Тэхену, который нашёл игрушку новую, не забросив старую. Двух зайцев одним ударом просто: наслаждаться и Чимином, и тем, как Юнги медленно гниет со своей ненавистью - да Тэхен просто в восторге от нового приобретения.

***

      Очередная вписка в честь того, что Чимин завалил экзамен с выпуска, не радует только Юнги, потому что долбоебизм это полнейший, а не повод. Рэпер выползает из кухни и от сигарет тошнит уже, не хочется даже напиваться, потому что организм просто не выдерживает, а Юнги не особо хочется, чтобы было хуево ещё и физически и все бы как обычно: Джин блюет, подыхая над унитазом, Хосок откровенно развлекается, ассистируя Намджуну с фотосессией, а Тэхен...       Юнги оглядывается вяло и взволнованно, но Тэхена в комнате нет, как нет и Чимина. В голове оголенное и наэлектризованное: "Блять! Нет! " - и Юнги трясёт Намджуна, который смеётся и не понимает, в чем дело вообще на предмет "Сука, где эта мразь?!".       - Воу-воу, полегче, - Намджун только минуты через три догоняет, что Юнги не шутит ни разу, и вырывается из его хватки, отталкивая от себя на безопасное расстояние.       - С Чимином в комнате он, - парень показывает пальцем на дверь.

***

      Чимин вообще не понял, что сейчас произошло, и единственное, до чего догнал, так это то, что ему страшно. Пиздец, как стремно, на самом деле. Он, как щенок, сидя на полу, дрожащими руками пытается бешеного Юнги оттащить от задыхающегося Тэхена. Пищит даже что-то про то, чтобы эти двое прекратили, но так тихо, что даже сам не слышит.       - Хватит! - Чимин, кажется, даже протрезвел до состояния "как стеклышко ", в Юнги вцепился намертво, оттащить пытаясь, но трезвый или пьяный - разницы особо какой нет вообще, и все равно не понимает, что происходит.

***

      - Я расскажу тебе сегодня кое-что важное о нем, хочешь? - Тэхен улыбается во все тридцать два и хлопает по кровати рядом с собой, приглашая Чимина присесть.       Конечно, разумеется Чимин хочет. Он Юнги по крупицам у Тэхена выторговывает каждый раз, узнает что-то незначительное и складывает в копилочку у себя в голове, потому и садится рядом, где-то глубоко внутри Тэхена все ещё побаиваясь.       Ким недоволен, ибо уговор дороже денег.       -Ближе.       Он Чимина за шею к себе притягивает и полушепотом спрашивает:       - Заменишь его?       Чимин вздрагивает и по спине мурашки от страха пробегаются - этот шепот... он пиздец жуткий.       - Ты же не хочешь, чтобы Юнги снова страдал? - Тэхен Чимина нежно за мочку уха кусает и ремень на джинсах лезет одной рукой расстегивать.

***

      Юнги отчётливо понимает, что все, приехали. Финиш. Он с Чимином на улице, идти некуда, а туда возвращаться - уже не вариант. Тэхен любит играть, но не любит проигрывать.       - Ты придурок. - Чимин тормозит резко посреди улицы и пялится на витрину с тортами, на секунду, ловя мысль, что очень хотел бы съесть один сейчас.       Юнги и сам прекрасно понимает. Да, придурок, да, полнейший идиот, отбитый мудак и урод последний. Ну, и что с того? Нужно было, что ли, Чимина там оставить? Позволить в этом дерьме утонуть нахуй? Дать захлебнуться так же, как дали самому Юнги? Позволить Тэхену купить за дозу и Чимина?       Нихуя.       Юнги не может и за себя-то простить Тэхена, который на деле сука последняя, а еще и Чимина точно не выдержал бы.       - Твоя вина. Нужно было сразу меня послушать, - парень пожимает плечами, строя из себя Мистера Невозмутимость, а на деле руки дрожат, потому что знает хорошо, что будет завтра, и вот сейчас он нихуя не готов, если честно, даже морально. Десять минут назад, когда кулаком Тэхену в рожу заезжал, было плевать вообще - гребаное не пойми что изнутри вырвалось, а сейчас уже трясёт от животного ужаса и слишком ясного понимания, что его ждёт.       - Я помог бы! - Чимин на крик срывается и Юнги за ворот футболки хватает, сам чуть ли не плачет, но злиться пытается.       - Чем? - Юнги тихий совсем, не сопротивляется, но и на Чимина смотреть не хочет, он же, блядь, сильный.       - Я бы... - Чимин только заикнулся тихонько, но Юнги рявкает безнадежно и злобно, заканчивая чужую фразу:       - За мой дозняк бы с ним трахался?! - Юнги смотрит затравленно и отчаянно, а Чимину на это даже нечего сказать.