Недоделанные Ромео и Джульетта

      Нет, ну вот сидишь ты такая на уроки физики и грызешь, как кажется, вкусные деревянный карандаш, пытаясь хоть что-то понять.       Я слишком тупая. Давно это уже поняла, и вы поймите. Хотя у учителей много надежд по поводу моей успеваемости, ведь не много учеников является отличниками, причем круглыми. Не, я не хвастаюсь, просто иногда раздражает, что они считают тебя чуть ли не мозгом на ножках, запрограммированным только учится, да во всякие кружки вступать. Что по поводу меня, то простите, но я не собираюсь быть участником секты «Умелые ручки» и становиться свидетелем, как разделывают голубя для подделки с перьями. Шутка. Я просто не люблю подобное. Прям очень. А вот наш Репоголовый, по совместительству моя любовь, является старостой класса, отличником и главным в клубе анонимных алкоголиков. Опять шутка. Я если честно, не знаю что это, но вроде они занимаются серьёзным делом. Изучают множество химических элементов, защищают проекты, да и вообще, умные парни. А я? А я балду пинаю, играя в бейсбол с пацанами. Так зачем я вам эту дичь втираю, подумали вы? Сейчас всё поймете. После уроков ничего не предвещало беды, как вдруг в класс забежал наш «любимый» классный руководитель с таким видом, будто у него отвалились яйца. Слишком грубо, да? Вообще, мы Симмонса любим, он ведь с нами уже давно, каждого любит, как родное дитя, но иногда бывает слишком эмоционален, что, по сути, немного раздражает. — Я очень рад, что все вы пришли! — запыхаясь, сказал он. Боже, старик, спокойней будь. Все взгляды направились в сторону классного руководителя, пытаясь понять на какой, извините, хер всех собрали после долгого учебного дня. Я была не исключением, но вместо хмурого взгляда, лишь приподняла бровь. — У меня для вас важная новость! — воскликнул Симмонс, сделав жест, чтобы все присели. Правда голос у него был нервным и слегка зловещим. Страшно, однако. Наш старик почти не изменился за эти семь лет. Единственное, что выдавало его возраст, так это легкая седина на висках и милая плешка на затылке, которая стала больше со временем. — Я думаю, все помнят спектакль, который мы ставили, по-моему, в четвертом классе. Все сразу обратили свои взгляды на нас с Арнольдом. Я почему-то нахмурилась. Со вторым мы обменялись взглядами: мол, я вообще ничего не понимаю. Хотя уши Шотмана покраснели. — Это просто уму непостижимо! — продолжил учитель, и народ сразу же вернул все своё внимание мужчине. Ну и, слава богу! — Мне сообщили об этом только вчера! Вы представляете, всего за неделю! Я уверен, что Лейчлитор постарался! Я фыркнула. — Вы же не хотите сказать, что мы опять будем ставить какую-нибудь лабуду? — поинтересовался Стинки, сложив руки на груди. — Это я и хочу сообщить. — подтвердил учитель, и многие заворчали. — Я понимаю, что вам не очень хочется иметь дело с подобным, но мы не должны упасть в грязь лицом! -Точнее вы…- добавила я, поймав грозный взгляд Симмонса. Дальше решила не продолжать, от греха подальше. Сейчас тихонечко посижу, послушаю, а потом незаметно свалю отсюда на хрен. — Я лично не против. А что мы будем ставить? — спросила Ронда, чуть-чуть приподнявшись и оперившись руками о парту. — Так как времени мало, то повторим уже пройденный сценарий нашей печальной повести. — довольно ответил Симмонс, зная, что нам не отвертеться. Чёртов садист. — Ромео и Джульетта? — послышался голос Лайлы. Меня чуть не вырвало. — Именно. — А вам не кажется, что это уже будет неактуально? — спросил Арнольд, получив непонимающий взгляд учителя, он замялся. — Я имею в виду, что мы уже ставили подобную пьесу и это никого не удивит. — Мне не важно, удивит или нет, Арнольд, главное, чтобы вы хорошо сыграли, как в прошлый раз. — Я лично не откажусь быть Джельттой. — гордо заявила Ллойд, а я прыснула. Ну да, из нее выйдет потрясающая Джельетта с ножом в пузе. — Возлюбленную Ромео должна играть, милая, скромная девушка с чистыми помыслами и добрым сердцем. — поучительно высказался Юджин, на мой взгляд, уж слишком раскатавший губу. После его слов все посмотрели на Лайлу. Я опять фыркнула, задолбали! Почему эта девчонка считается такой благочестивой? Черт, злости не хватает. Каждый урок хочется засунуть ей в глотку линейку и прокрутить пару раз, чтобы она задохнулась. Безгрешная идиотка. — Ты так не считаешь Хельга? — ехидно поинтересовался Джеральд, заметив моё выражения лица. Ну и козел, конечно! Этот придурок знает о моих чувствах к Репоголовому. А знаете от кого? От Фиби, мать твою, Хейердал. Правда, он никогда не зарекался на прямую, на эту тему, но его намеки, которые этот чудак пускал, были для меня слишком прозрачными, а для нашего святоши вообще чем-то не понятным, как и для других. Я благодарила бога за его наивность. Короче говоря, Джер наслаждался моим бешенством, ничуть не скрывая этого. Тоже идиот. — Да нет, что ты! — невинно пробормотала я. — Наша морковка ведь такая же святая и непорочная, как тапочки девы Марии. Ей явно подходит роль пустоголовой девчонки с опилками вместо мозгов. Джеральд подавил смешок. Лайла посмотрела на меня с отвращением, как и всегда, в общем-то. Пора сваливать отсюда, короче. — Вы как хотите, а я пойду. Всем удачи. — И только я хотела встать, помахать ручкой и крикнуть «адьёс», как услышала грозное «стоять» перед лицом. Резко сев, я поняла «баста черепашке», когда классный встал передо мной. Иногда Симмонс был страшным тираном, который даже меня пугал, но благо, это случалось не часто. — Прошу дослушать, Хельга. В голосе было раздражение. Вздохнув, я состроила недовольную моську, скрестив руки на груди. — Дерзайте. Симммонс удовлетворенно улыбнулся и продолжил: — Так как времени мало, то роли мы оставим такие же какие и были, потому что вы их наверняка помните, нужно только освежить память, поэтому мисс Патаки, вы не увильнёте от роли. — Что?! — вскрикнула я. Не заставите! Нет! — Я протестую, ваша честь! — Протест отклонен. — порядочно ответила Фибс, положив руку мне на плечо и немного надавив, чтобы я села обратно. Вот предательница! — Я что, должна играть Джульетту? — мои брови, да вы не ослышались, их две, в молитве опустились. Симмонс кивнул, и дал мне вдоволь заныть от разочарования. Я положила голову на парту и замычала, вызвав смешки со стороны. Заеб… Супер! — Чем ты недовольна, Патаки? С таки-и-им парнем будешь целоваться. — протянула Ронда. — Кстати, а пьеса будет включать поцелуи? — Да, и достаточно большое количество. — ответил Симмонс, а после заговорщически добавил: — Вы же уже большие. — Твою ж мать…- лишь шепнула я, подняв глаза на Репоголового. Тот был красным, как рак, хотя и мое лицо горело синим пламенем. Не то чтобы я была против лобызаний с Арнольдом, но мы уже взрослые и я представляла наш поцелуй совсем не таким. — А можно отказаться? — моля поинтересовалась я. По лицу Шотмана было понятно, что я затронула его чувства. Уж прости, креветка. — НЕТ! — рявкнул учитель, а моя тушка вжалась в стул, пытаясь слиться с ним. Ну, зачем так орать, а? — Завтра после уроков репетиция. Придут ВСЕ! — сказал классный, а после спокойно добавил: — Приятного вечера. И вышел из класса. — Потрясающе! — только и вымолвила я, размазав лицо ладонью. Джохансен хмыкнул, а я грозно на него посмотрела. — Просто заткнись. — Мой голос звучал как-то совсем не угрожающе. А так хотелось! — Молчу, молчу. — съехидничал тот, а после посмотрел на Арнольда. — Пойдем, Ромео. — Господи, Джер, замолчи, прошу. Взгляд парня встретился с моим, а в его глазах читался… Страх? Я постаралась выдавить ухмылку. — Расслабься, Репоголовый, я тебя не съем. Фиби тихо захихикала. ***  — Ольга, иди есть! — крикнула Боб, а я закатила глаза. Сколько повторять, что меня зовут Хельга? За чертовых шестнадцать лет он никак не запомнит! — Я Хельга. — уже на автомате ответила, спускаясь с лестницы. — Какая разница? Я хочу жрать! Мириам, пошевеливайся. — Да, Боб. Та что-то жарила, медленно передвигаясь по кухне. Моя мама, как овощ, ничего нового, короче говоря. Стоит говорить про эту глупую затею Симмонса? — У нас пьесу ставят. — ковыряясь в салате, я пыталась внушить себе, что это можно есть. — Джульетту играю.- как бы между прочим добавила. — Ох, помнится, Ольга тоже играла Джульетту. Она была такой красавицей. Ну, зачем я вообще начала эту тему? Сейчас начнется «Ольга такая хорошая, Ольга такая великолепная, Ольга такая прекрасная, не то, что ты даун ходячий» — Спасибо. — проглотив пару кусочков, промямлила я, вставая со стула. — У нее было такое красивое платье… — продолжала мама. Ой, всё, идите-ка на хер. Быстро пройдя в свою комнату, я прыгнула на кровать. Чувствую, что окунаюсь в дерьмо с головой из-за этого спектакля. Что будет на этих репетициях? Отказаться не получится, а жаль, хотя я буду целоваться с Арнольдом… Подловив себя на этой мысли, я покраснела. Да, думаю, будет весело. Пожелав Фиби спокойной ночи, я улеглась в кровать, хотя заснуть не могла еще очень долго. В голове все крутилось, как Арнольд нежно обнимает меня за талию и накрывает мои губы своими, немного шершавыми, но мягкими. О, горе мне! Ну или как там?