Something blue

Книга слишком большая, Бильбо приходится положить её на каменную скамейку и, подогнув под себя ноги, устроиться рядом. Огромные резные крылья обнимают террасу, защищая его от ветра, и, плавно спускаясь по обеим сторонам, открывают широкий вид на долину внизу, а упасть с крутой высоты не даёт идущая по краю каменная стена. Клумбы без должного ухода давным-давно пожухли и запустели. Ему, самое малое, понадобится новая почва, а в книге ясно говорится, что если Бильбо хочет что-то вырастить на земле с горных склонов, ему придётся раздобыть древесную золу. И солому, чтобы земля не пересыхала. Что ж, в Дейле есть конюшни, а золу можно взять из камина в его комнате или других королевских покоев, если удастся найти служанку, которая выслушает Бильбо вместо того, чтобы, глядя в пол, помотать головой вверх-вниз и сбежать. Он снова крутит кольцо на пальце, слишком большое и до сих пор непривычное. Не помешает посадить какие-нибудь травы и овощи, думает Бильбо. Ему не хватает разнообразия пищи, а если появятся собственные запасы, может, удастся выпросить у поваров что-нибудь повкуснее. Или они сжалятся и разрешат ему приготовить что-нибудь самостоятельно, если, конечно, Бильбо придумает, как озвучить пожелание приказом, а не просьбой. Семейная кухня не слишком загружена, мальчики и Торин обедают и ужинают с важными гостями. Точно, на самых защищённых грядках он высадит овощи. А что делать с этой большущей клумбой в центре? Практичнее будет засадить её растениям повыносливее, например, фенхелем, чабрецом и мятой. А полоске земли, что тянется вдоль стены, хорошо подойдёт плющ и самшит. Придётся немного повозиться, и, быть может, у него получится посадить там парочку деревьев, когда земля отдохнёт и устоится. Саженец яблони, думает Бильбо, хорошо приживётся, если его будут защищать и согревать другие растения. Ему хочется вырастить какие-нибудь цветы, но для начала придётся посоветоваться с другой книгой, той, что прислали люди из Дейла. Сад нужно планировать заранее, он же не хочет, чтобы на клумбах росло что попало. А пока его вполне устраивает тот план, что он уже успел набросать. Бильбо захлопывает книгу и, пользуясь ей как импровизированной подставкой, раскладывает на ней бумагу с планом. Сладкий горошек под стеной, пишет Бильбо и представляет, как тонкие усики обовьют камни, а он будет есть сладкие стручки прямо с грядки. Это не Бэг-Энд, размышляет Бильбо с тяжёлым сердцем. И никогда не станет Бэг-Эндом с его зелёной дверью и матушкиными цветами, как бы он ни старался. Ему придётся научиться жить и радоваться тому, что есть, вздыхает Бильбо, поигрывая кольцом. Им всем придётся учиться. Не без труда он поднимает книгу и уносит её внутрь, оставляя на низкой скамеечке у отделанной стеклом двери. Такую дверь сочли бы неразумной роскошью и бесполезной тратой денег, будь он простым хоббитом из Шира. Но Бильбо им больше не был, и вряд ли теперь существуют вещи, которые ему не по карману. Порой Бильбо даже не нужно ничего просить, они сами собой появляются в его распоряжении. Например, эти комнаты. До нападения Смауга они жилыми не были. Дис рассказала Бильбо, что они служили приёмной, предназначенной для друзей семьи. Но в тёмном Эреборе Бильбо не хватало солнечного света, и он влюбился в них с первого взгляда. Поэтому Торин, не задавая лишних вопросов, приказал обновить и переделать их в пригодные для хоббита покои. Приёмная превратилась в гостиную и примыкающую к ней спальню. Торину наверняка пришлось хорошенько припугнуть мастеров, чтобы их закончили так быстро. Бильбо ещё вспомнил тогда, как отец построил Бэг-Энд для матушки. А теперь он сам получил в подарок новый дом. Хорошая традиция, что ни говори. Весь вечер он провёл, планируя сад и составляя для себя список покупок. Вот он, долгожданный повод занять себя чем-нибудь, покинуть семейные покои и пойти прогуляться. Бильбо решает спуститься в Дейл и вместо эреборских пообщаться с тамошними торговцами. Так он погреется под солнечными лучами, а может, даже попадёт под дождь — Бильбо совсем не против — или прогуляется к озеру, если погода будет хорошей. Это не Бэг-Энд, но Бильбо придётся с этим смириться. Не то чтобы у него был выбор. Утро наступает ясное и солнечное, Бильбо встаёт рано и, улыбаясь, одевается. Ему нечасто выпадает возможность покинуть гору, не с таким количеством неотложных дел, что только и ждут, как бы накинуться на него из-за угла, требуя внимания. Даже мальчикам сейчас не продохнуть от забот, начиная с навязанных им уроков о том, как подобает одеваться к ужину, и заканчивая тем, как правильно обращаться к главе Гильдии Ювелиров, а как — к главе Гильдии Рудокопов. Хотя, по правде сказать, он особых перемен в их поведении не заметил. Ему приходится присутствовать на несметном количестве мероприятий, что Бильбо совершенно не радует, и развлекать друзей, супруг и мелкую знать, пока Торин занят, а Дис всем своим видом выражает неприкрытую ненависть к одному факту их существования. Балин сказал ему как-то, что это обязанность Кили как младшего сына — помогать сглаживать подобные моменты, но с их общего согласия они решают не допускать его к налаживанию тонких дипломатических отношений. Бильбо, может, и не нравятся его новые обязанности, но исполняет он их прекрасно. Хоббит за свою жизнь повидал немало неприятных родственников, чтобы наловчиться с улыбкой предлагать им чай, а если уж он не единожды пережил ужин с Лобелией Саквиль-Бэггинс в её наихудшем настроении, то в состоянии выдержать какую-то там привередливую жёнушку высшего судьи. Честно признаться, даже если бы у него не было опыта, он изо всех сил старался бы не оплошать, хотя бы ради Торина. Их положение и так не самое простое, Бильбо не станет усугублять его, невнимательно относясь к тем мелочам, которые от него просят. Бильбо хотел бы отправиться на прогулку один, но знает, что Торин будет в ярости, если узнает, а Дис распалится и того хуже, поэтому позволяет себя сопровождать. С ним идёт молодой гном, какой-то дальний родственник Двалина, но никак не Торина. Бильбо сокрушается, что ему никогда не разобраться в гномьих родословных, и приказывает стражнику идти позади и охранять издалека. «Издалека» оказывается с расстояния трёх шагов, и парнишка-гном вдобавок считает себя очень незаметным. Бильбо остаётся только с лёгким неудовольствием смириться и отправиться на рынок. Он делает мысленную пометку заказать солому, желательно в одной из конюшен, и написать стражникам на воротах записку с указаниями, куда её доставить. — Хотите там сад разбить? — интересуется лавочница, пожилая женщина, высокая даже по меркам своего народа. — Вам нужна хорошая земля, иначе ничего не приживётся. Почва на склонах слишком бедная, кроме травы ничего не вырастет. — Тогда что вы посоветуете? — нетерпеливо спрашивает Бильбо местную жительницу, и женщина просит показать ему план террасы. Бильбо захватил с собой свой самый любимый вариант и с готовностью расстилает его, бормоча о размерах и освещении. — Я могу организовать там подачу воды, терраса рядом с моими комнатами, в них отличный водопровод. — Да, эта часть, скорее всего, почти не пострадала. Проклятый змей, — привычно кривится женщина. — Нужно что-то придумать с поливом. Нельзя полагаться только на летние дожди, на такой высоте земля сохнет быстро. Если хотите, я могу взглянуть поближе, где-то у меня ещё оставался хороший компост, вам он как раз подойдёт. Бильбо не уверен, как отреагирует Торин на то, что он впустил незнакомую человеческую женщину в свои покои, но Бильбо и вправду не знает, что делать с поливом, а если с ним останется пара стражников, гном не сможет упрекнуть его в безрассудстве. К тому же, ему приятно будет пообщаться о розах с кем-нибудь, не связанным политическими протоколами. — Прекрасная мысль, — отвечает Бильбо и обговаривает с лавочницей дату и плату за услуги, пока стражник за спиной отчаянно скучает. — Приятно иметь с вами дело, — Бильбо протягивает ей руку, но женщина склоняется в лёгком поклоне, и время вдруг замирает. — Как и мне с вами, Ваше Высочество, — говорит женщина, и Бильбо неловко передёргивает плечами, а пальцы сами тянутся к кольцу. Неужели он хотя бы на мгновение смог позабыть, что теперь всё иначе. В смущении Бильбо покидает лавку, гадая, зачем он только спустился сюда. Бильбо вечно забывает, что он тут единственный хоббит, его ни с кем не перепутать. Люди Дейла вновь стали союзниками Эребора, но накопившемуся недоверию не исчезнуть за несколько месяцев, а может, и лет. Люди стараются ублажить Торина, а Торин — людей настолько, насколько гном вообще способен ублажить кого бы то ни было, поэтому отношения между народами напряжённые. Иногда Бильбо думает, лучше бы Торин поступил так, как ему предлагали Балин и другие советники, и женился на какой-нибудь горожанке. Само собой, все знали, что Торин и разумные решения — понятия плохо совместимые, поэтому именно Бильбо носит его кольцо. Хоббит — выбор совершенно никудышный, но Торин сам попросил его. А Бильбо никогда не знал, как ему отказать. Потакая своим прихотям, он покупает ещё несколько мелочей: корзинку спелой красной клубники из теплицы и сливки к ней. Всё это он запросто мог получить в Эреборе по первому же требованию. Бильбо соскучился по хлопотам на кухне, по возможности пробовать блюда и добавлять приправы по своему вкусу, но особенно он скучает по сладостям. Размышляя по дороге, он решает порадовать себя ещё немного и испечь пирог, пускай и маленький. Грёзы о карамельных фиалках и розочках навевают тоску по лету и цветущему саду. Пройдёт ещё год, прежде чем у него зацветут его собственные цветы, ну а пока придётся довольствоваться салатами из настурций и анютиных глазок. Солнце катится к полудню, и Бильбо пора возвращаться. Ему нельзя рисковать и отлучаться надолго, но, кроме непрактичных мелочей, он успел купить отличный набор садовых инструментов, поэтому светится от удовольствия, как начищенный котелок, заходя под тёмную сень Врат. Покупки несёт стражник, Бильбо не раз говорили, что этого требуют приличия. Что ж, рано или поздно к ним придётся привыкнуть, так почему бы не начать сейчас? Бильбо раскладывает несколько ягод на платке и ест их в перерывах между прополками клумб. Он вскапывает землю и замечает, что клумбы гораздо глубже, чем он думал сперва, и уходят фута на два или три вниз. Этого хватит, чтобы растения, которые он собирается посадить, хорошо укоренились и выдержали порывы ветра, и пережили зиму. Да, думает Бильбо, весь потный и грязный, откинувшись на каменную скамейку, сделанную для кого-то раза в два больше него, всё получится. В огромной тёмной горе у него будет хотя бы эта терраса с её зеленью, солнцем, небом и землёй. Он не слышит ни как Торин заходит в комнату, ни как тот шагает на террасу. Бильбо замечает его, когда гном, изогнув вопросительно бровь и сцепив за спиной руки, появляется у него над душой. — Чем занимаешься? — Вожусь с садом, — отвечает Бильбо и садится прямее. — Будешь клубнику? — Нет, — Торин усаживается рядом, глухо клацает его парадный доспех. — Слышал, ты ходил сегодня в город. Что ты там делал? — Купил семена, договорился с садовницей, чтобы она пришла и наладила полив для растений. Купил вот это, — хоббит кивает на инструменты. Торин хмуро встаёт и берёт их, чтобы рассмотреть поближе, как сделал бы на его месте любой гном. Что бы он в них ни разглядел, ему это явно не нравится, и Бильбо ждёт, каким же будет вердикт. — Если бы ты только попросил, — неторопливо говорит Торин, отчего его раздражение только сильнее бросается в глаза, — я бы сам сделал их для тебя. Бильбо вздыхает. — Ты король, Торин. — А ты — мой супруг, — отвечает гном тоном, на который у Бильбо выработалась привычка разводить руки и терпеливо ждать, когда его захлестнёт волной уязвлённой гордости. — Каким бы инструментом ты ни пользовался, он должен быть скован мной и никем другим. — Ты что, специально репетируешь такие глупости? — спрашивает Бильбо, болтая ногами. Даже сделанная под гномий рост, скамейка слишком высока для него, но хоббит начинает к ней привыкать. — Ты же король, Торин. — Я кузнец, — запальчиво отвечает он. Бильбо задел его гордыню, и теперь гном не успокоится, пока не сделает всё по-своему. — Ну, тогда выкуй мне новый набор, раз уж тебе так неймётся, — уступает Бильбо. — А вообще, Торин, что тебя привело ко мне в этот вечер? Гном заметно напрягается. — Разве мне нужен повод, чтобы посетить своего супруга в его покоях? — Я ведь тебя не упрекаю, — говорит хоббит, жалея, что под рукой нет трубки. — Мне просто интересно. Торин снова садится рядом, всё такой же недовольный, но заметно спокойнее. Его что-то гложет, но дело не в хоббите, поэтому Бильбо, стараясь быть хорошим, заботливым мужем, спрашивает, что случилось. Торин вздыхает и наклоняется вперёд, тяжело упираясь локтями в колени. — Даин возвращается. — Он ведь только что уехал, — Бильбо встаёт и подходит к столику, на котором лежит жестяная коробочка с табаком и трубка. Он набивает её, раскуривает и возвращается к Торину. Его король мрачно буравит глазами горизонт. Хоббит садится, попыхивает трубкой, а потом предлагает её Торину. Бильбо подозревает, что возвращать её гном не собирается, но сейчас она Торину нужнее. Приглядевшись получше, Бильбо замечает, что гном не на шутку встревожен. — Так зачем Даин снова приезжает? — Хочет договориться и разместить в Эреборе ещё несколько своих отрядов, — Торин выдыхает колечко дыма и, к вящему удивлению Бильбо, передаёт ему трубку. — Подозреваю, на самом деле это его военачальники хотят вернуться в Эребор. — Как и все остальные? — пыхтит Бильбо. Многие гномы спешили вернуться в подгорное королевство, они целыми семействами вливались через ворота, искали друг друга и свои былые дома, оставленные много-много лет назад. С тех пор, как Эребор был отвоёван, Бильбо стал свидетелем не одного радостного воссоединения. — Разве можно их в этом винить? — Нет, — отвечает Торин, забирая трубку. — Но мне не нравится, что в Эреборе остаются военачальники, преданные Даину. Не всех из них я знаю. Не всем я доверяю. Бильбо кивает. — Я бы сказал, что ты страдаешь дикой паранойей, но мне, увы, посчастливилось встречаться с его советниками. Они очень недовольны что Фили, что Кили. — Ну, за Кили я их не виню, — пожимает плечами Торин. — Иногда я сам диву даюсь... — Перестань, Кили хороший гном, — хоббит смотрит на заходящее солнце и откидывается спиной к стене. — Он просто молод. Со временем он найдёт себя. Торин кидает в его сторону выразительный взгляд. — Я же сказал: со временем, — морщится Бильбо, нечаянно потянув перетруженную мышцу в спине. Он немного размяк тут, в Эреборе. Бильбо чувствует, как начинают наливаться мозоли между указательным и большим пальцами, совсем скоро кожа огрубеет. — И Фили — хороший выбор. Он доказал, что неплохо разбирается в дипломатии, хотя сейчас к политике у него душа не лежит. Торин лишь качает головой. — За Фили я не волнуюсь. Меня больше беспокоит, чего хочет Даин. Бильбо пытается потянуться, размять спину, но решает, что горячая ванна с задачей справится лучше, и представляет, как залезет в воду, сперва нужно только разобраться с Торином. — У него есть какие-нибудь притязания на трон? — Он мой троюродный брат. Родич дальний, но всё же из рода Дурина, и показал себя хорошим лидером. Есть те, кто считают, что моим наследником должен стать Даин, а Фили — его наследником, но... — гном замолкает и потеряно оглядывается на Бильбо. — Может, я просто старый упрямец? — Конечно, ты ещё тот упрямец, — добродушно поддакивает Бильбо. — Именно поэтому мы женаты. Он хотел сказать это в шутку, но Торина его слова почему-то задевают. Спокойное, тихое настроение испорчено; не будь гном королём, Бильбо подумал бы, что тот поднялся со скамьи, обиженно фыркнув. Какой же он царственный, какой величавый, думает Бильбо, и это так естественно. Торин дышит гордостью, ему никогда не удастся измениться, подавить её в себе, как бы тот ни старался. — Неужели? — властно требует ответа гном. — Мы женаты только поэтому? Бильбо вздыхает и устало потирает пальцами переносицу. — Нет. Мы женаты потому, что ты хотел консорта, которому мог бы доверять, а не первого встречного, которого тебе пытались подсунуть. Это жестоко, но это правда. Минула едва ли пара спокойных дней с окончания битвы, а люди и гномы повсюду стали высказывать мысль о том, что Торину неплохо было бы укрепить новые союзы, взяв себе супругу из одного или другого народа. Прошло ещё немного времени, и начались непримиримые споры о кандидатках, но до того, как они успели перерасти в новый конфликт, Балин отыскал Бильбо и передал ему, что Торин зовёт его к себе. Торин сделал ему предложение, едва дыша от боли в ужасных ранах. — Я всё ещё могу умереть, — тяжело проговорил он. — Ты и обернуться не успеешь, как станешь вдовцом. Но так или иначе, с распрями будет покончено. И крохотная, наивная частичка Бильбо мечтала тогда, чтобы Торин просил его руки, потому что действительно хотел быть с ним. Но было очень, очень глупо на это надеяться, поэтому Бильбо поспешно затолкал эту дурацкую мечту куда подальше, схватил ладонь своего друга и согласился. Для всех же остальных неустанно повторяли историю о том, как в походе король влюбился в маленького хоббита и решил, что проведёт свои дни только с ним. Что их связали нерушимые узы. Что из всех существ на земле именно Бильбо был для Торина Единственным, и поначалу хоббит не понимал, почему все вокруг произносили это слово с таким благоговением. Сейчас-то он, само собой, всё знает. Как и прекрасно знает, что это откровенная ложь самого гнусного рода. — Ты доверяешь Даину так, как доверяешь Фили? — спрашивает Бильбо, прежде чем гном доведёт себя до белого каления. — Даин — честный и благородный правитель, — в замешательстве отвечает Торин, и Бильбо поднимает брови. — Я не об этом спрашивал. Торин устало садится на скамью рядом с Бильбо. — Нет. Не доверяю. — Тогда Фили — твой наследник, так есть и так будет, благослови нас Махал, — непререкаемым тоном заявляет Бильбо. — Сделай нам всем одолжение, поживи ещё хотя бы лет пятьдесят. Чем дольше, тем лучше. Торин смеётся глубоким, низким голосом и тепло разливается в сердце Бильбо. — Думаешь, ему, чтобы повзрослеть, понадобится так много времени? — Я надеюсь, что ему понадобится так мало. Торин снова смеётся, напряжение наконец уходит, и гном поудобнее устраивается рядом с Бильбо. Тяжела ты, ноша королевского венца, или как там поётся в легендах, в такие моменты Бильбо воочию видит, как правдива эта поговорка. Он не сомневается, что по ночам гном крутится и вертится в постели, размышляя, какие дела предстоит ему выполнить завтра, и что за прошедший день он сделать не сумел. Торин — хороший король, насколько хоббит может судить о таких вещах, или, по крайней мере, очень старается им быть. — Вот почему я на тебе женился, — говорит Торин, когда начинает холодать. — Тебе удаётся вернуть мне душевное спокойствие, когда ни у кого больше это не получается. Это комплимент из уст гнома, от которого и доброго слова редко дождёшься, тем ценнее он звучит для Бильбо. — Рад, что от меня есть хоть какая-то польза. — От тебя всегда есть польза, — гном поднимается на ноги, сбрасывает с плеч длинный, подбитый мехом плащ и укрывает им хоббита. От ткани пахнет Торином, и если Бильбо специально вдыхает этот запах, самую малость, то это его личное дело, спасибо большое. — Глупое ты создание. Такая погода не по тебе. — Скоро потеплеет, и у меня появится настоящий сад, в котором можно будет отдыхать и курить трубку, — беззаботно отвечает Бильбо. Торин прав, он слишком мал для этой погоды, для этой горы и этого брака. Однако он неплохо устроился, терпеливо ожидая времён потеплее. В награду Бильбо получил дружбу Торина и, может быть, ещё обзаведётся морковкой и розовыми кустами. — Как ты относишься к томатам? — Люблю их нарезанными дольками и перчёными, — пожимает плечами Торин. — Ты планируешь посадить томаты? — Разумеется. Какой же это сад-огород без томатов, — Бильбо цокает языком невежественному гному. — Всё равно что король без короны, — дразнит он, и Торин, должно быть, сегодня в хорошем настроении, потому что улыбается в ответ. — О да, я посажу томаты, сладкий горошек и какие-нибудь цветы. Будет очень красиво. — Тебе нужна помощь? Бильбо недовольно морщится. — Уверен, я справлюсь, — по крайней мере, хоббит очень на это надеется. — Консорт Короля-под-Горой занимается садоводством. Ты можешь хоть день прожить, не вызвав скандал? — поддразнивает его в ответ Торин. — Уверю тебя, до встречи с тобой я был чрезвычайно добропорядочным хоббитом. Торин улыбается в бороду, теперь такую длинную, что можно снова заплетать в ней косички. Он наконец-то позволил себе выйти из траура, и Бильбо очень этому рад. Спустя столько лет гном понемногу начинает исцеляться. — Тогда приношу свои извинения, мой дорогой взломщик, — Торин медленно обводит взглядом террасу, на ней ещё ни травинки, но это ненадолго. — Тебе нравится здесь? Твои покои? Твой сад? Бильбо вздыхает и потуже закутывается в плащ гнома, прогоняя холод. — Да, нравится. Спасибо тебе за них. — Плащ Торина тяжёлый, уютный и убаюкивает хоббита своим теплом, так что Бильбо трудно уследить за ходом его мыслей. — Было очень любезно с твоей стороны. — Они были подарены тебе не из любезности, — говорит Торин и вырывает Бильбо из полудрёмы. О, да. Он почти забыл, сидя рядом с ним вот так. Почти... Хоббит поднимается на ноги и возвращает Торину плащ. — Извини, это был долгий день, и моя спина требует горячей ванны, — слова звучат внезапно и грубо, но Торин ничего не говорит по этому поводу. С нечитаемым выражением он забирает плащ, кивает и желает Бильбо спокойной ночи. Даже в ванной, полной горячей воды, Бильбо всё ещё чувствует запах Торина там, где плащ касался его одежды. Да, он в самом деле глупое создание, сокрушается Бильбо. Очень, очень глупое.