I 'love' you

      И вот она - заветная свобода. Пройдя туман такой пугающей, угольно-чёрной густой бездны, я увидел свет. Мне было сложно прощаться с тобой. Но со временем у меня оставалось всё меньше сил терпеть. Я не мог дышать. Не могу представить смерти хуже удушения. И, ты не поверишь, как это чувство, чувство освобождения, возносит меня. С самых низов в небеса. То облегчение, что я почувствовал, видя, как твои длинные, черные, ветвистые руки медленно, но верно, отлипают от моей шеи, было лучшим чувством.              Со временем ты совсем пропал из виду. Я даже успел позабыть о том, что ты вообще когда-то существовал, представляешь? Вместе с тобой из поля моего зрения и обитания так же пропали самые ужасные чувства, которые только может испытывать человек - отвращение, гнев, ехидность. Я задышал полной грудью и этот воздух, о, этот воздух, наполнивший мои легкие тогда и продолжающий заполнять их по сей день, он такой чистый.       Сразу после твоего исчезновения я превознёсся над собой, но это было нездорово. «Вот оно, наконец-то! Он получит то, что заслужил за то, что делал со мной! Его жизнь будет жалкой!» Я злорадствовал. Годы ненависти и бессилия дали о себе знать. Но стоило мне пожить какое-то время в полном спокойствии, я понял, что эти чувства, которые я испытывал к тебе после своего спасения - последние остатки желчи во мне. И мне нужно было от них избавляться. И я сделал это.       Увидев тебя, спустя столько времени, твое лицо не имело никаких черт. Когда-то постоянно хитрая улыбка на круглом лице просто пропала, как и все остальные его признаки. Это был пустой холст. Но он не был новым. Это было когда-то наполненное толстым слоем густой чёрной краски полотно, но теперь кто-то или что-то будто взял скребок и методично, по крошечным кусочкам, соскабливал её с этого холста, оставляя от когда-то новоиспеченного, качественного холста изрезанный обрывок непонятной половой тряпки. Мне было сложно узнать тебя. Или, может, это мои глаза были покрыты некой серой дымкой, не позволяющей распознать тебя?       Ты обратил внимание. Посмотрел. В глаза. Как ни в чём не бывало. Тогда-то я наконец понял, что это ты. Пелена будто пропала, но весь твой образ и правда был изорван и изрядно потрепан. Тогда я почувствовал ещё одно ужасное чувство. Мне стало тебя жалко. Я имел такой обычай - испытывать жалость к людям, не заслуживающим никакого внимания.       Я больше не желаю тебе зла, не хочу видеть, как ты проигрываешь, как ты падаешь. Это все просто ребячество. Ты внёс свой вклад. Спасибо я, конечно, тебе не скажу, но факт остаётся фактом. Видеть, как на тебя налипли толстенные слои грязи, уже давно затвердевшие и покрытые блестящим слоем жира, было грустно.       Моя картина прояснилась. Она обрела краски. Множество красок, где чёрному, серому нет места. Идиллия. Я обрёл мир внутри себя. И, хотя ты делаешь вид, что у тебя тоже всё хорошо, это невозможно скрыть. Только среди таких же, как ты.       Я давно отпустил тебя. Но сможешь ли ты? 4 Aug