I Give You Eternity

Iʼll be here waiting Hoping, praying that The sky will guide you home When youʼre feeling lost Iʼll leave my love Hidden in the sun For when the darkness comes Colbie Caillat — When the Darkness Comes

— Александр! — Магнус не узнал собственный голос, это были скорее звуки отчаяния, накрывшие его с головой, он, не раздумывая, помчался к лежавшему на сыром полу нефилиму. На теле не было видно ни одного ранения, но вот на висках уже засыхала кровь, и на губах были такие же алые подтеки. Маг не мог понять, как это связано, но сейчас было важно убедиться, что его Алек жив. Прижав пальцы к запястью охотника, Бейн почувствовал, что его собственное сердце пропустило удар. Ничего: ни биения или вдоха. Изабель старалась никогда не показывать слабость, но теперь она опустилась рядом с телом… Нет, тело — бесчувственное слово, это ведь ее старший брат. Тот, который всегда защищал Иззи и Джейса, тот, который ставил семью выше себя, не беспокоясь о себе и собственных чувствах. Она плакала так тихо, будто если даст себе еще больше воли, то не сможет больше остановиться. В грудь словно врезалась тысяча игл, не давая вздохнуть. По щекам Магнуса уже текли слезы, падая тяжелыми каплями, словно звезды на ночном небе, на бетонный пол. Казалось, мир вокруг остановился. Александра больше нет. Эти слова эхом разносились по сознанию брюнета. Теперь, когда они наконец обрели смысл, а не являлись набором букв, Верховный маг прижался к юноше, сжимая его так сильно, как должен был еще этим утром. Он не должен был отпускать Алека, не должен был оставлять его здесь, не должен был расставаться с ним!       Спустя пол часа никто так и не проронил ни слова, все было как в самом страшном сне. Бездыханный Лайтвуд все еще был в руках мага, а в Институте лежал его парабатай, чувствующий на себе всю боль потери. От Эрондейла будто оторвали часть себя, именно так и ощущается эта связь. Умерла та часть, которая была отдана Лайтвуду в день церемонии. Нет, раньше. В день, когда светловолосого юношу, потерявшего все, приняли в семью. Тогда маленький Алек протянул руку с улыбкой на лице и робко сказал растерявшемуся мальчику: «Привет, добро пожаловать, Джейс». Семья… Они еще не знают, что Александр больше не вернется, не отчитает брата с сестрой за безрассудное поведение, не покраснеет от шуток Джейса в сторону его отношений с Магнусом, не будет отстаивать эти отношения перед родителями. Все, связанное с Александром больше не повторится.       Звонок телефона Иззи услышала лишь спустя какое-то время. Дрожащими пальцами она прижала его к себе и даже не стала смотреть на то, кто это был. Она думала, что это Клэри, состояние второго брата ей было так же важно. — Иззи? — но это был Саймон, он говорил очень быстро, боясь, что девушка тут же отключится, — Рафаэль мне все рассказал! Иззи, Алек не мертв, это Камилла, она обратила его!       Разжав пальцы, устройство полетело вниз, и только испуганное: «Иззи!» раздалось в динамике, прежде чем телефон замолчал. Но сейчас его сохранность беспокоила Изабель в последнюю очередь, она потянулась пальцами к лицу брата и провела тонким пальчиком по струе крови, почти засохшей на уголках губ брюнета. — Магнус, — сказала она испуганно, пальцы еще сильнее задрожали, и Лайтвуд не знала, как реагировать на случившееся. Новость о том, что Алек почти жив, должна была ее ободрить, но что значит для сумеречного охотника стать вампиром? — Это не его кровь. Это кровь Камиллы.       Целая палитра эмоций отразилась на лице Магнуса, от недоумения, до испуга. — Нет, нет, нет…       Он посмотрел на Лайтвуда, казалось, будто тот просто спит, от этого картина казалась не такой пугающей. Бейн не раз видел потерявшего сознание или спящего нефилима, но все же его бледность выдавала настоящее состояние. Подхватив Александра на руки, маг создал портал, и Иззи без слов поняла, что они отправляются обратно в Институт.       Выходя посреди все той же библиотеки, маг посмотрел в сторону Джейса, он уже не бился в конвульсиях, а просто лежал на диване, прижимая руку к руне, та все еще жгла. Но увидев Изабель и Магнуса, охотник поднялся на ноги освободил место для брата. Клэри обняла светловолосого нефилима, укрываясь от нахлынувших эмоций. Сам же Эрондейл пытался держаться, но его дыхание давно сбилось. Они все понимали, что значит промедление со стороны Магнуса — Алек мертв, торопиться им некуда. Маг положил охотника на диван, садясь рядом. Стараясь взять себя в руки, ведь ситуация требовала именно трезвого взгляда, он наконец заговорил. — Значит, Камилла… Если она действительно напоила его своей кровью, то у нас есть время до заката. Мы должны либо убить Алека, либо похоронить. — Что? Камилла напоила его своей кровью? — резко спросил Джейс, прижимая Фэирчайлд к себе.       Клэри сразу же вспомнила тот день, когда умер Саймон, а затем восстал из могилы с пугающей жаждой крови. Он был зол и растерян. Это было решение рыжей, о котором девушка, по правде говоря, никогда не жалела, как бы это эгоистично не было, ведь ее друг цел и невредим, дышит, пусть и по привычке, а не от потребности в кислороде. Но это он — ее друг, и он жив. Из Льюиса в итоге получился неплохой вампир, да еще и со способностью ходить при дневном свете, он смог привыкнуть и научился жить со своей новой сущностью. Но Алек… Он сумеречный охотник, стать нежитью и лишиться рун это самое страшное, что может случиться. Нефилимы бы сразу же приняли решение и пронзили сердце Лайтвуда колом, а затем похоронили как охотника. Но не его друзья, они должны были решить, позволить Алеку умереть или завершить его обращение.       Внутри Магнуса кипела злость, он знал, что Камилла способна на что-то подобное, но все же не ждал этого от нее. Когда возлюбленные вновь разговаривали о бессмертии, тема с превращением в вампира даже не затрагивалась, а теперь его Александр лежит рядом в шаге от желанного ранее бессмертия, но какой ценой? Честь, уважение, признание… Всего этого Лайтвуд лишится, стоит нефилимам узнать о случившемся. — Постойте, разве у нас есть выбор? Это же Алек. Магнус, Иззи! — Фэирчайлд первая подала голос, она повернулась к Изабель, — Из, он твой брат. Если уж Саймон смог справиться с превращением, то почему Алек не сможет? Неужели вы просто так его отпустите? Мы все поможем ему. — Клэри, все не так просто, — начала девушка, она была совершенно раздавлена. Волосы в беспорядке спадали на плечи брюнетки, а руки были перекрещены на груди, — Для примитивного обращение не имеет столь серьезных последствий, но сумеречные охотники всю жизнь то и делают, что соперничают с нежитью. Ты видела, как наше общество относится к одним только отношениям между нефилимами и представителями Нижнего мира. И пусть сейчас общество начало немного одумываться, прав у нежити стало больше, но, чтобы сумеречный охотник стал одним из них — все равно что лишение рун, это ни в какие рамки не лезет. — Но Люк же стал оборотнем, сейчас его никто не презирает, наоборот, он очень влиятелен, — продолжила Клэри. Магнус же просто сидел рядом с Александром, держа того за руку. Он не знал, что говорить, он так же, как и Клэри не стал бы раздумывать, но он не мог быть эгоистом с Александром. Это решение изменит многое в жизни охотника, но не любовь мага к нему. Вот только простит ли Лайтвуд их всех? — Клэри, Иззи права. Я не говорю, что мы должны обязательно его… убить, — теперь к разговору подключился Джейс, на этом слове он запнулся, — но мы должны в первую очередь подумать об Алеке. Прежде чем Люка приняли, прошло много лет. Он ведь сразу же начал поиски стаи, у нефилимов были другие проблемы на тот момент… Вопрос в том, сможет ли Алек принять себя? Вспомни что было, когда он всем признался в отношениях с Магнусом. В том, что мы его не оставим, даже не стоит сомневаться, но ты помнишь, как тяжело сначала было Саймону. — Магнус? — теперь Клэри обращалась к нему, ведь маг единственный, кто не сказал ни слова. А его голос тут был одним из самых весомых, — Мы сможем ему помочь? — Я не знаю, — сказал он тихо, и тут же Иззи подняла бровь. — Магнус, что произошло перед тем, как я позвонила? — она вспомнила их разговор и то, что Магнус прямо сказал, что не хочет больше иметь дело с нефилимами, — Почему Камилла сделала это? — Мы… расстались. Александр последние несколько недель приходил к Камилле, она обещала рассказать ему, как лишить меня бессмертия. Он сказал мне в туннеле, что пришел, чтобы отказать ей, но я попросил его забрать вещи. Сказал… что больше не хочу видеть, — голос Верховного мага дрожал, он выдавливал из себя каждое слово, будто именно он виноват во всем случившемся. — Черт, Магнус, ты серьезно расстался с ним из-за того, что сказала Камилла? — Эрондейл кипел от злости, но затем он глубоко вздохнул и подошел ближе к брату, который все так же лежал на диване без движения, — Ладно, с этим разберемся позже. Нам нельзя терять времени, что будем делать?       Все опустили взгляд, каждый задумался о себе и о том, каково будет Алеку, очнись он вампиром. Друзья перебирали варианты в голове, но тут телефон Клэри завибрировал, и девушка увидела на экране «Саймон». — Клэри? Как Алек, где вы? — Саймон! Мы в Институте и… думаем над тем, что делать, ты знаешь, о чем я, — тихо сказала рыжая, атмосфера в помещении была напряженной. — И что вы думаете? Если что, Рафаэль сказал, что готов помочь, да и я… Ты же знаешь, что я начал в этом немного разбираться. Что говорит Магнус?       Фэирчайлд посмотрела на мага, он был полностью погружен в себя, все крепче сжимая руку Алека. Для себя девушка решила, что она за обращение, они не могли потерять Лайтвуда. А вот остальные понимали лучше, какие последствия принесет их решение. Приоритеты примитивных и сумеречных охотников были немного разными. И хоть Клэри уже давно не примитивная, ее мнение о том, что эмоции не разрушают, не изменилось. Минуты спустя Джейс кивнул Иззи, а она ему. — Решено, на закате встретимся на кладбище, — сказала Клэри и отключилась. Она обняла Эрондейла, для которого боль от потери брата была не только душевной, но и физической.       Все понимали, что ни у кого не найдется слов, чтобы выразить свои чувства от происходящего, не самая привычная ситуация для охотников, поэтому они молча начали готовиться к тому, что произойдет на закате. И только Магнус ни на минуту не отходил от Александра. — Прости меня, я не должен был оставлять тебя. Ты ведь не хотел причинить мне боль… Ты еще так молод, я должен был понять, как тяжело тебе от мысли, что мы не состаримся вместе, что однажды ты исчезнешь, а я буду дальше жить… существовать без тебя. Ты впервые настолько сильно отдался своим чувствам, и было бы странно, если бы ты равнодушно принял факт моего бессмертия и своей смертности. Я люблю тебя, мой глупый нефилим, и буду любить любым.       Поцеловав того в лоб, маг поднялся, смотря на часы. Вот и приблизилось время к закату. Он больше не оставит Александра одного, они пройдут через это вместе. Создав портал, Бейн переправил всю компанию прямиком на кладбище. Алека на руках нес Джейс, а Иззи и Клэри взяли лопаты, Саймон и Рафаэль были уже на месте с запасами крови на случай, если… когда Алек возродится. Никто не был уверен в принятом решении до конца, но Фэирчайлд права, разве сейчас они могут его отпустить? Магнус не мог, особенно, когда последним их совместным воспоминанием было расставание. Да, в итоге это стало эгоистичным решением со стороны мага. Но он не мог отпустить своего Александра.       Через пятнадцать минут с помощью совместных усилий парней, яма уже была приготовлена. Все смотрели друг на друга, будто проблема сможет испариться сама по себе. Но это было не так. — Пора, — сказал Рафаэль, после чего Джейс опустил Алека на дно могилы. Сантьяго, как бы много не возмущался, все равно не раз помогал нефилимам, а в особенности, Саймону. И пусть между ними были разногласия, он в очередной раз пришел на помощь. За что ему все были благодарны, особенно Магнус, сейчас они вновь доверили вампиру жизнь друга, брата и возлюбленного. «Отличная надпись для надгробия…» — подумал Саймон, но затем отбросил посторонние мысли и взял лопату.       Магнус стоял рядом с ямой и смотрел на Латвуда, лежащего на глубине. Последние несколько часов маг будто был в другом измерении, он просто отрицал происходящее, но теперь, смотря на разворачивающуюся картину, не мог сдержать слез.       Компания приготовилась ждать, после того, как последняя горсть земли упала на свежую могилу. Клэри села рядом с Джейсом, обнимая его, а Иззи облокотилась на Магнуса, сжимая его руку. — Все будет хорошо, — коротко сказала она. Было видно, насколько девушке тяжело находиться здесь. Она и представить не могла подобного развития событий.       Прошло не меньше часа, Рафаэль все это время разговаривал с Саймоном, как тут земля затряслась, а из могилы показалась рука. Все мигом подскочили, Магнус первый начал двигаться в его сторону. — Александр…       Парень начал полностью показываться из земли, его голубые, и, казалось, светящиеся глаза кровожадно смотрели на друзей, но сейчас Лайтвуд не узнавал их. Клыки торчали наружу, а руки впивались в траву, Рафаэль тут же приблизился, чтобы бывший нефилим не навредил остальным. Он кидал ему пакет за пакетом, по губам и абсолютно чистой от рун шее брюнета стекали капли крови. И когда Алек насытился, он испуганно поднялся на ноги и осмотрел присутствующих. — Что… Что произошло?! — он отступил назад, когда Магнус сделал шаг навстречу Александру, — Нет нет, нет, вы не могли! — начал парень, он почувствовал, как что-то острое врезается в его нижнюю губу. Ума брюнету хватило, чтобы сообразить, что это клыки. — Александр, прошу, — начал Бейн, так как остальные были напуганы и не могли сказать ни слова. Они, как зажатые в угол зверьки, жались друг у другу, послышались даже всхлипы девушек. — Нет, вы… Ты… Не подходи ко мне! Вы превратили меня в монстра! Хотя что это я, беги к Камилле, она скажет тебе, как все было на самом деле, ведь только ее слова для тебя что-то значат!       Магнус отступил назад, было видно, что он дрожит от сказанных Лайтвудом слов. Они лезвием резали по сердцу мага, и тот больше ничего не мог из себя выдавить. И только сейчас, казалось, Бейн задумался, как все произошедшее выглядело в глазах возлюбленного и его друзей. Он послушал Камиллу, но не захотел выслушать Александра. — Алек, — Саймон, подошел ближе, — Мы поможем тебе, идем с нами, Рафаэль и я отведем тебя в Дюморт. На первое время, останешься там на столько, на сколько потребуется.       Сейчас Алек уловил на себе испуганный взгляд сестры, Клэри, Джейса… Все они были здесь, неужели ни один не усомнился в том, чтобы превратить его в вампира? Особенно Джейс и Изабель. Он ведь больше не сможет охотиться, переступить через порог института. Только получив разрешение, Лайтвуд сможет зайти к себе домой! — Я… я не знаю… — начал Алек, но он просто не знал, что сказать. Слишком резко все произошло, в голове все мысли перепутались. Он посмотрел на печальные золотисто-зеленые глаза Магнуса и почувствовал, как по телу пробежал ток. Все казалось настолько неправильным, несколько часов назад Лайтвуд был охотником, а теперь от его рун не осталось и следа. Маг расстался с ним, а Иззи и Джейс согласились превратить в нежить. Алек никогда не брезговал общаться с представителями Нижнего мира, но стать одним из них, лишиться всех знаков не хотел никогда! Стоит ли вечность этого? Определенно, нет. А родители… Как он теперь посмотрит им в глаза? Брюнету нужно было время подумать, все осознать. На кладбище воцарилось молчание. — Я согласен, куда угодно, но без них, — резко сказал Александр, и, повернувшись к Саймону и Рафаэлю, пошел вон. Он не хотел, чтобы его слова звучали так резко, он пытался контролировать злость внутри, но видеть близких было тяжелее, чем болтливого вампира, который максимум что делал Алеку — это действовал на нервы. Его же семья и Магнус, они все решили, что быть кровососом бывшему нефилиму будет лучше, чем умереть. А вот Алек не мог с ними согласиться. Не сейчас, стоя на собственной могиле.